3 года назад
Нету коментариев

В эоплейстоцене и нижнем плейстоцене на юге нашей страны — на Кавказе, в Крыму, в прибрежной полосе Черного моря, а также в Средней Азии и в Казахстане существовали природные условия, благоприятные для обитания крупных млекопитающих и для расселения древнейших людей. В частности, Кубань, Приазовье и Нижнее Поднестровье отличались очень мягким климатом, их животный и растительный мир — значительным разнообразием. Здесь водились в большом количестве теплолюбивые слоны, носороги, лошади, верблюды и т. д. В этом отношении весьма показателен известный тираспольский гравий, датируемый минделем, т. е. примерно одновременный древнему ашелю. Он тянется широкой полосой вдоль левого берега Днестра близ г. Тирасполя. В нем найдено много костей ископаемых теплолюбивых слонов, носорогов, верблюдов, медведей, лошадей, оленей, бизонов. Пищу этим животным доставляла лесная и луговая растительность, покрывавшая берега Днестра. К этому же и к еще более древнему времени (гюнц, дунай) относятся обильные остатки слонов, носорогов, бизонов и других млекопитающих, найденные на Кубани и в Приазовье (тираспольский и предшествовавшие ему таманский и одесский, иначе — псекупский, фаунистические комплексы).

Однако фактом является полное отсутствие в СССР достоверных археологических памятников олдувайской эпохи. Большинство исследователей объясняет это тем, что территория нашей страны не входила в прародину человечества и что древнейшие люди впервые проникли в южные районы СССР не ранее древнего ашеля (шелль прежней периодизации) [Гладилин, 1971] или даже только в среднем ашеле, в миндель-риссе [Любин, 1970]. Такая точка зрения серьезно обоснована тем, что в СССР отсутствуют хорошо стратифицированные археологические комплексы, более древние, чем средний ашель. Она пользуется широким признанием. Вместе с тем недавнее открытие выразительной и бесспорной стоянки миндельского времени Вертешсёллёш в Венгрии (см. выше, с. 43, 68), всего лишь в нескольких стах километров от границ Украины и Молдавии, наличие на юге Западной Европы ряда памятников олдувайского и древнеашельского времени, находка остатков удабнопитека в Грузии (см. с. 20), наконец, характер природных условий юга СССР в эоплейстоцене и нижнем плейстоцене— все это заставляет высказываться по данному вопросу гораздо осторожнее. Нам представляется возможным, более того — вероятным, вхождение некоторых южных областей СССР в прародину человечества и обнаружение в будущем на территории Молдавии, юга Украины, Кавказа, Средней Азии и Казахстана выразительных, хорошо стратифицированных археологических остатков не только древнеашельской (это допускает и В. Н. Гладилин), но и олдувайской эпохи. Напомним, что 20 лет назад мировая наука о палеолите имела в своем активе множество блестящих достижений, но в то же время ни олдувайских орудий Эфиопии и Кении, ни костных остатков ископаемых людей Олдувайского ущелья, ни Вертешсёллёша не было известно. Отсутствуют какие-либо общие соображения, общие априорные аргументы которые противоречили бы возможности открытия подобных олдувайских находок и на юге нашей страны.

В археологической литературе оживленно обсуждается также вопрос о путях возможного заселения южных районов нашей страны людьми ашельской и мустьерской эпох [Бибиков 1961-Гладилин, 1976; Окладников, 1968, и др.]. Можно согласиться с В. П. Любиным, утверждающим, что это был длительный сложный процесс, что заселение происходило из разных центров в разное время и имело разные масштабы и темпы. Вероятны прерывистость продвижения людей в ряде направлений, оставление ими уже занятых территорий, повторное освоение последних [Любин, 1970]. Группы архантропов могли проникать на юг Украины из Центральной и Южной Европы, с Балканского полуострова, а также из Южной и Западной Азии через Кавказ Древнейшими археологическими памятниками СССР принадлежность нижних культурных слоев которых к среднему ашелю можно считать доказанной, являются четыре высокогорные кавказские пещеры: Кударо I, III, Донская и Азыхская (рис 28)

Важнейшие древнепалеолитические местонахождения европейской части СССР, Кавказа, Средней Азии и Казахстана

Важнейшие древнепалеолитические местонахождения европейской части СССР, Кавказа, Средней Азии и Казахстана

В миндель-риссе, в среднем ашеле, климат в горах Кавказа был сухим и теплым, благоприятствовавшим расселению людей. Об этом свидетельствуют состав животных, на которых охотились ашельцы и кости которых найдены в нижних слоях названных пещер, а также характер растительности той эпохи, восстанавливаемый на основании изучения пыльцы, сохранившейся в пещерных отложениях. Вместе с тем обращает на себя внимание, что во всех этих четырех высокогорных пещерах отсутствуют культурные остатки самого конца ашеля, раннего мустье и позднего палеолита. Это, вероятно, было связано с периодическими ухудшениями климата (оледенениями), которые заставляли людей на долгий срок покидать горные районы [Любин, 1970].

Но сначала несколько слов вообще о заселении палеолитическим человеком пещер. Существует представление, что люди древнего каменного века выбирали для жилья пещеры коридорного типа, селились в темных переходах в глубине пещер, далеко от входа, чтобы тем самым защищаться от холода и диких зверей. Это представление не совсем отвечает действительности В глубине пещер господствовали мрак и сырость и отсутствовал выход для дыма от костров. Поэтому палеолитические люди селились там редко. Чаще всего они жили в открытых неглубоких гротах или же просто на площадке под нависшей скалой. Если же их выбор останавливался на пещере коридорного типа, то селились обычно в ее устьевой части, у входа, куда проникали солнечные лучи, или же на площадке перед входом. Старались выбирать грот или пещеру, открывающуюся на юг, скалы которой охраняли бы от холодных северных ветров, и расположенную недалеко от источников воды и от выходов кремня, в местности, удобной для охоты. Скальные навесы защищали от ветра и горевшие под ними костры. Нередко под прикрытием скалы сооружались жилища из ветвей и шкур. В этих случаях скала как бы дублировала кровлю такого жилища. Заселение пещер часто было связано-с овладением огнем. В то же время оно имело и свои технические предпосылки. Заселяя пещеры, люди должны были быть в достаточной мере сильны и вооружены, чтобы выгнать оттуда хищников, для которых пещеры нередко служили логовом.

Пещера Кударо І

Пещера Кударо І

Пещера Кударо I [Любин, 1959,1970] открыта В. П. Любиным в 1955 г. и раскапывалась под его руководством в 1956—1959 и в 1961 гг. Всего вскрыто около 80 м2. Пещера расположена в центре Кавказа, высоко в горах (1600 м над ур. м.), на территории Юго-Осетинской автономной области Грузинской ССР. Она имеет вид узкой галереи длиной около 50 м и шириной 3—4 м. Люди жили в ней в течение многих сотен тысячелетии. Раскопки обнаружили несколько перекрывающих друг друга культурных слоев: самый нижний (слой 5), датируемый средним ашелем; над ним — два мустьерских (4 и 3); еще выше — слои, относящиеся к мезолиту и более поздним эпохам (2 и 1). Мы остановимся здесь только на ашельском слое (о мустьерских культурных остатках этой и других кавказских пещер см. ниже, с. 129—131).

Ашельцы жили в пещере гораздо дольше, чем мустьерцы. В среднем ашеле здесь существовало сравнительно долговременное стойбище, тогда как в мустье — кратковременные охотничьи лагеря. Ашельский каменный инвентарь включает около 3600 изделий, в том числе десятки ручных рубил, множество отщепов, часть которых превращена с помощью ретуши в режущие, скоблящие и колющие орудия, много нуклеусов (рис. 29). Материалом для обработки служили речные валуны. Особенности среднего ашеля Кударо I — отсутствие леваллуазской техники раскалывания, сочетание массивных, грубых орудий из отщепов с очень мелкими, наличие небольшого числа мелких орудий, напоминающих более поздние эпохи палеолита. В культурном слое обнаружены места хранения сырья, нуклеусов и заготовок, следы огня, около 100000 разбитых костей животных, Основным объектом охоты был пещерный медведь. Налицо также кости носорога, пещерного льва, барса, зубра, благородного оленя, горного козла, горного барана, дикобраза, макаки.

Пещера Кударо III [Любин, Левковская, 1972] расположена поблизости от Кударо I. Она открыта В. П. Любиным в 1955 г. и раскапывалась им в течение ряда лет, вплоть до 1977 г. Пещера коридорного типа, длиной несколько десятков метров. Стратиграфией близко напоминает Кударо I. Самый нижний, среднеашельский, слой перекрыт слоями мустьерскими, мезолитическим и, наконец, энеолитическим. В среднеашельских отложениях найдены ручное рубило и орудия из отщепов. Охотились здесь главным образом на пещерного медведя, а также на благородного оленя и горного барана.

Цонская пещера [Каландадзе, 1969] находится в нескольких километрах от Кударо, еще выше в горах, на высоте 2150 м над ур. м. Это самая обширная из палеолитических пещер Кавказа. Она обнаружена А. Н. Каландадзе в 1958 г. и раскапывалась под его руководством в 1958—1961, 1965 и 1968 гг. Раскопками было вскрыто более 100 м2. В настоящее время раскопки продолжаются под руководством Д. М. Тушабрамишвили. Пещера коридорного типа, открыта на юг и хорошо обогревается солнечными лучами. По стратиграфии напоминает Кударо: ашель, мустье, мезолит, энеолит и более поздние эпохи. Ашельских слоев два. Оба относятся к позднему ашелю и представляют собой остатки временных стойбищ в пору охоты на диких животных, собирания лесных ягод и других видов растительной пищи. Об этом свидетельствует своеобразный каменный инвентарь — отборные орудия, которые охотники брали с собой в поход. Они носят следы продолжительного использования. Многие сломаны, возможно, в результате работы. В то же время признаки изготовления в пещере каменных орудий (нуклеусы, осколки камня) отсутствуют. В нижнем слое рубил не найдено, налицо скребла, резаки, остроконечники. Вверх-нем слое много ашельских рубил. Некоторые из них имеют прямоугольные очертания и приближаются к кливерам. У отдельных экземпляров в основании существует черенок для захвата рукой; они принадлежат к «донскому типу». Главным объектом охоты ашельцев Донской пещеры являлся пещерный медведь.

Азыхская пещера расположена в другой части Кавказа, в Карабахских горах, на юго-западе Азербайджанской ССР, не-далеко от г. Физули и р. Аракса. Она открыта М. М. Гусейновым в 1960 г. и ежегодно раскапывается под его руководством [Гусейнов, 1965; Гаджиев, Гусейнов, 1970]. Пещера коридорного типа, длиной свыше 200 м, имела хорошую вентиляцию и умеренную постоянную температуру. Люди жили на этот раз в нескольких десятках метров от входа, в глубине пещеры. Пещерные отложения, подвергшиеся археологическим раскопкам, гжлючают следующие культурные слои; два ашельских — нижние (6 и 5), два мустьерских (3 и 2) и верхний, относящийся к энеолиту и к более позднему времени.

Самый нижний слой (6) может быть датирован средним ашелем. Он доставил рубила из речных галек, чопперы, скребла, отщепы, раздробленные кости пещерного медведя, оленя, лошади,, носорога и других животных, а также остатки костров. К среднему ашелю относится и вышележащий слой 5. В нем найдены тщательно обработанные ашельские рубила, скоблящие и режущие орудия из отщепов. В целом каменные изделия близко напоминают находки из подстилающего слоя. Особенно многочисленны раздробленные кости животных тех же видов, которые представлены в слое 6. Налицо остатки костров, содержащие большое количество древесного угля. Наиболее достопримечательная находка сделана в слое 5 в 1968 г. Это обломок нижней челюсти ископаемого человека. Рядом своих признаков азыхская челюсть напоминает гейдельбергскую (см. выше, с. 43), но последняя более архаична. Азыхская челюсть, вероятно, принадлежала палеоантропу, неандертальцу, но примитивному, имевшему архаичные признаки, напоминавшие его предшественников, архантропов. Перед нами самые древние и примитивные из остатков ископаемого человека, известные в настоящее время на территории СССР.

Остальные, весьма многочисленные ашельские памятники Кавказа (рис. 28) представляют собой не пещеры, а местонахождения. Их культурные остатки в той или иной степени переотложены. Одним из наиболее известных памятников является Сатани-Дар в Армении. Холм, носящий название Сатани-Дар («бугор сатаны»), находится у горы Артин (Богутлю) на юго-западном склоне Арагаца, близ сел. Пирмалак, на высоте около 1650 м над ур. м. Древнепалеолитическое местонахождение открыто здесь в 1945 г. С. А. Сардаряном [Береговая, 1960] и затем в течение ряда лет исследовалось им, С. Н. Замятниным и М.3. Паничкиной, собравшими на поверхности холма большое число очень примитивных орудий, изготовленных из обсидиана (вулканическое стекло) и базальта [Паничкина, 1950]. В Армении распространены вулканические породы, и первобытные обитатели этих мест на протяжении всего каменного века широко использовали для изготовления орудий обсидиан, по своим техническим качествам почти не уступающий кремню. Среди орудий, собранных на Сатани-Даре, исследовавшая их Паничкина выделяет два разновременных комплекса. Изделия, относящиеся к древнему ашелю, более примитивны, грубы; их поверхность сильно выветрена и покрыта глубокой, бархатистой на вид патиной. Эти признаки позволяют отделить их от более молодого, позднеашельского комплекса. Древнеашельский комплекс Сатани-Дара состоит из грубых, примитивных, массивных речных рубил, имеющих зигзагообразный рабочий край и неправильные очертания. Их несколько десятков. Основную же массу составляют толстые отщепы неправильных очертаний, слегка оббитые по краю и на конце и превращенные этим в режущие, скоблящие и прокалывающие орудия, а также чопперы и чоппинги. Найдены нуклеусы; удары, которыми с них скалывались отщепы, шли в разных направлениях. М. 3. Паничкина обращает внимание на то, что в древнем ашеле орудия здесь изготовлялись почти исключительно из обсидиана, и то время как в позднем ашеле наряду с обсидианом широко использовались базальт, а отчасти и другие породы камня. Возможно, это объясняется тем, что древнеашельский человек еще плохо знал места залегания пород камня, пригодных для обработки.

Позднеашельские орудия Сатани-Дара значительно отличаются от древнеашельских. Их поверхность менее выветрена, слабее латинизирована. Рубила тоньше, более правильных очертаний, тщательнее оббиты. Среди них можно выделить несколько разновидностей; некоторые, возможно, употреблялись, будучи скрепленными с деревянной рукояткой. Тоньше и правильнее отщепы, из которых изготовлена основная масса орудий; некоторые из них, очевидно, также закреплялись в рукоятках. Более правильные очертания приобрели нуклеусы.

Второе ашельское местонахождение Армении — Арзни расположено в 18 км к северу от Еревана, на левом берегу р. Раздана (Занги), примерно на 80 м выше современного уровня реки. Оно было открыто в 1933 г. А. П. Демехиным, а в 1945 и в последующие годы исследовалось С. А. Сардаряном, С. Н.Замятниным и М. 3. Паничкиной. Здесь также на поверхности собрано некоторое количество позднеашельских рубил из обсидиана. Они обычно покрыты матовой патиной и тщательно оббиты с двух сторон. Лезвие их в отличие от лезвия древнеашельских рубил Сатани-Дара большей частью прямое. Рубила эти гораздо менее массивны, сравнительно тонки. Вместе с рубилами найдено очень много отщепов, в большинстве своем более тонких и правильных, чем древнеашельские отщепы из Сатани-Дара, а также ряд нуклеусов. Многим нуклеусам предварительной оббивкой приданы очертания, приближающиеся к дисковидным. Тем самым достигалось отделение от них более тонких и имеющих более правильные очертания отщепов. Местонахождение Арзни, судя по характеру представленных в нем орудий и по технике их изготовления, одновременно позднему комплексу Сатани-Дара, а частично относится и к еще более поздней эпохе.

Третьим достопримечательным ашельским памятником Армении является Джрабер, примерно в 25 км к северу от Еревана, тоже в бассейне р. Раздана [Любин, 1961]. Он был открыт В. П. Любиным в 1958 г. Это также место находки каменных изделий на поверхности, но место очень своеобразное. Половину всех предметов составляют нуклеусы из обсидиана. Найдено много отщепов, осколков. Хорошо выражена леваллуазская техника обработки камня. Среди орудий выделяется несколько десятков рубил. Джрабер представлял собой позднеашельскую мастерскую обсидиановых орудий, существовавшую на месте выходов обсидиана. Люди приходили сюда только для раскалывания и обработки камня.

Другая группа ашельских и мустьерских памятников была обнаружена и исследована в 1934—1938 гг. на Черноморском побережье Кавказа, на территории Абхазии (Грузинская ССР), экспедицией, работавшей под руководством С. Н. Замятнина и при ближайшем участии Л. Н. Соловьева. Впоследствии изучением их занимались также Н. 3. Бердзенишвили и И. И. Коробков [Замятнин, 1961а; Коробков, 1967, 1971]. Группа включает местонахождения Колхида (близ Гагры), Кюрдере, Сухуми, Яштух, Бырц, Гвард, Апианча, Атап, Гали, Чубурисхинджи и др. Как и в Армении, находки каменных изделий сделаны на поверхности, примерно в тех местах, где их оставили первобытные люди. Здесь выявлены охотничьи стойбища, мастерские, места изготовления орудий. На некоторые пункты первобытные охотники, видимо, многократно возвращались. Материал памятников, относящихся к древнему, среднему и позднему ашелю, демонстрирует черты своеобразия ашельской культуры Абхазии, отличающие ее от ашеля других частей Кавказа. Рубил тут очень мало; они плоские. Зато техника леваллуа, отсутствующая в ашеле

Кударо, в Абхазии налицо. Но особенно характерны клектонские отщепы (неправильной формы, толстые, с гладкими ударными площадками, расположенными под тупым углом к плоскости брюшка) и разнообразные выемчато-зубчатые орудия, сделанные из таких отщепов и приспособленные для резания, скобления, прокалывания. Налицо также «унифасы» — рубящие и скребущие орудия из массивных отщепов, обработанные со спинки не ретушью по краям, а сплошной отеской, напоминающей отеску, которой подвергались рубила. Встречаются чопперы и нуклеусы.

Ашельские (а также мустьерские) местонахождения обнаружены В.П. Любиным в 1951 г. и в последующие годы в Центральном Закавказье, на территории Юго-Осетии (Грузинская ССР), поблизости от г. Цхинвали [Любин, 1977]. Наибольший интерес представляет Лаше-Балта.

В результате многолетних исследований С. Н. Замятнина, М. 3. Паничкиной, А.А.Формозова, П. У. Аутлева и других археологов на Северном Кавказе, в бассейне р. Кубани и ее притоков, главным образом в районе Майкопа и Краснодара, а также на Тамани, открыто и изучено свыше 60 древнепалеолитических местонахождений. Не менее 10 из них имеют ашельский, а быть может, и более древний возраст [Замятнин, 1961а; Аутлев,1963; Формозов, 1965]. Особенностью древнего палеолита Кубани, отличающей его от древнего палеолита Юго-Осетии и Армении, было широкое использование для изготовления орудий имевшегося здесь в изобилии высококачественного кремня. П. У. Аутлевым исследовано местонахождение Абадзехская, к югу от Майкопа. . Судя по обилию расколотого кремня (более 2500 изделий), оно представляло собой мастерскую, место изготовления кремневых орудий. Датировать его ашелем позволяет характер рубил, отщепов и нуклеусов. Налицо техника леваллуа.

Несколько ашельских памятников известно в Северо-Восточном Приазовье, в бассейнах А4иуса и Северного Донца. К ним относится описанная С. Н. Замятниным находка ашельского рубила недалеко от стоянки Амвросиевка (УССР), на берегу впадающей в Миус речки Крынки, и расположенные на территории Ростовской области пункты находок значительного числа кремневых орудий — Хрящи, Михайловское, открытые в 1950 г. Г. И. Горецким, и Герасимовка, обнаруженная в 1959 г. Н. Д. Прасловым [Праслов, 1968].

Выразительным позднеашельским памятником Русской равнины является Житомирская стоянка, открытая В. А. Месяцем в 1959 г. и геологически датируемая самым концом рисского (днепровского) оледенения [Месяц, 1962]. Она расположена к востоку от Житомира возле с. Городище. Сильно латинизированные и выветренные кремневые изделия собраны в переотложен-ном состоянии на поверхности возвышенности, так что правильнее было бы говорить не о стоянке, а о местонахождении, подобном Сатани-Дару, Арзни и др. Среди инвентаря представлены тщательно обработанные с обеих поверхностей небольшие, плоские позднеашельские рубила, а также нуклеусы, клектонские и леваллуазские отщепы и орудия (скребла, острия), сделанные из тонких отщепов.

Группа ашельских памятников известна дальше к западу, на берегах Днестра, на территории Молдавской и Украинской ССР. Они образуют как бы связующее звено между ашельскими находками Украины, олдувайскими и ашельскими находками, сделанными на юге Румынии в долине Дыржова близ Слатины [Николэеску-Плопшор, 1962], а также венгерской стоянкой Вертешсёллёш. Из них наиболее выразительным является грот Выхватницы на левом берегу Днестра недалеко от Рыбницы [Кетрару, 1973]. Он раскапывался Г. П. Сергеевым в 1946 г., а затем Н. А. Кетрару и Н. К. Анисюткиным в 1963,1971 и 1972 гг. Раскопки вскрыли остатки охотничьих лагерей, в частности многочисленные раздробленные кости мамонта, шерстистого носорога, зубра, северного оленя, волка, пещерного медведя, льва. Подавляющее большинство костей мамонта принадлежало молодым особям. Исследованиями последних лет установлено, что грот был заселен древнепалеолитическими людьми дважды. В нем залегают два культурных слоя. Верхний (слой 2) доставил маленькие, тщательно обработанные бифасы так называемого типа микок, датирующегося поздним ашелем. Нижний (3) содержал главным образом нуклеусы, бесформенные архаичные отщепы и осколки камня. Состав фауны в обоих слоях очень сходен.

К гораздо более раннему времени принадлежит местонахождение Лука Врублевецкая на левом берегу Днестра, в 20 км от Каменец-Подольского, открытое в 1946 г. П. И. Борисковским и С. Н. Бибиковым и исследовавшееся П. И. Борисковским в 1947 и 1948 гг. [Борисковский, 1953]. Оно расположено у самой воды, на бечевнике Днестра, где собрано свыше 50 обработанных кремней древнепалеолитического облика. Это грубые, массивные отщепы неправильных очертаний, столь же примитивные кубовидные нуклеусы, от которых откалывались отщепы, и три массивных ручных рубила с зигзагообразным рабочим краем. Формы кремневых орудий Луки Врублевецкой и техника их изготовления позволяют отнести данное местонахождение к древнеашель-скому или к среднеашельскому времени. Лука Врублевецкая демонстрирует своеобразный ашель, где в отличие от Сатани-Дара и Арзни и подобно Яштуху решительно преобладают архаичные клектонские отщепы, а рубила играют незначительную роль.

Памятники, относящиеся к ашельскому, а возможно, и к более раннему времени, открыты за последние два десятилетия и на территории азиатской части СССР. Они располагаются лишь в южных районах, не заходя севернее 53-й параллели. Можно предполагать, что первые группы архантропов начали проникать на территорию юга азиатской части СССР в начале среднего плейстоцена или даже еще в нижнем плейстоцене, двигаясь разными путями: из Юго-Восточной Азии, из Южной Азии, с Ближнего Востока, наконец, из Восточной Европы [Окладников, 1968].

Наиболее богатые и выразительные из ашельских месторождений сосредоточены в Южном Казахстане, к северу от Ташкента, в горах Каратау. Они были открыты в 1957 и 1958 гг. X. А, Алпысбаевым и исследовались им в течение ряда лет [Алпысбаев, 1961]. В эоплейстоцене, нижнем и среднем плейстоцене территория Казахстана была гораздо в большей степени обводнена, чем в наши дни. Здесь водились многочисленные крупные млекопитающие — ископаемые виды слонов, носорогов, лошадей, оленей, бизонов — и складывалась благоприятная обстановка для жизни палеолитических людей. В Казахстане известно несколько десятков древнепалеолитических местонахождений. Около 20 из них расположено на территории хребта Каратау. Это — места находок на поверхности большого, количества древних, сильно латинизированных кремневых изделий (рис. 30). Ашельские рубила немногочисленны и малотипичны. Преобладают чоппинги и чопперы, обнаруживающие аналогии с соанской культурой Пакистана и Индии. Много крупных клектонских отщепов и соответствующих им аморфных желваков-нуклеусов. Представлена незначительным числом экземпляров леваллуазская техника. Древнепалеолитические памятники Каратау охватывают очень большие промежутки времени. Часть их, вероятно, одновременна древнему ашелю, часть относится к среднему и позднему ашелю и к мустье.

Хребет Каратау в Южном Казахстане

Хребет Каратау в Южном Казахстане

Ряд ашельских местонахождений обнаружен А. Г. Медоевым в Центральном Казахстане, к северу от оз. Балхаш, на территории Сары-Арки. Здесь чопперы и чоппинги играют меньшую роль, а в большом количестве представлены средне- и позднеашельские рубила разных форм, тщательно оббитые с обеих поверхностей. Лучше выражена и техника леваллуа. Кремневые изделия, относящиеся, вероятно, к ашельскому времени, открыты в Центральном Казахстане и на крайнем западе, на п-ове Мангышлак.

Ашель представлен в Средней Азии гораздо хуже, чем в Казахстане. Местонахождения ашельского или более древнего времени, которые бы доставили значительные серии каменных орудий, здесь отсутствуют. Налицо лишь находки единичных предметов, сделанные на западе Туркмения, в Таджикистане и в Киргизии [Окладников, -1966 Ранов, Несмеянов, 1973].

За последние два десятилетия несколько очень древних, дому-стьерских, палеолитических памятников обнаружено на юге Сибири и на Дальнем Востоке. Это местонахождение Улалинка на территории г. Горно-Алтайска (Алтайский край), открытое А. П. Окладниковым в 1961 г. и раскапывавшееся под его руководством в 1969 г. [Окладников, 1968; Окладников, Абрамова, 1974]. В нижнем слое найдено много примитивных и своеобразных изделий из галек кварцита: нуклеусы, чоппинги, чопперы, примыкающие к последним массивные скребла, а также грубые орудия С овальным выступом в виде носика. Представлена и леваллуаз-ская техника раскалывания камня, правда в самых начальных ее формах. Окладников определяет Улалинку как древнейший из известных в настоящее время палеолитических памятников Сибири, обладающий самым примитивным по облику каменным инвентарем, и датирует его рисс-вюрмом, т. е. примерно самым концом ашеля.

В бассейне Амура и Зеи А.П.Окладниковым и его учениками А. П. Деревянко и Э. В. Шавкуновым обнаружены и исследованы три местонахождения — Филимошки, Кумары и Усть-Ту. Их каменные изделия по примитивности, аморфности, своеобразию во многом напоминают улалинские, а по древности, быть может, даже несколько их превосходят [Окладников, 1968; Окладников, Деревянко, 1973; Деревянко, 1975]. Здесь найдены гальки, превращенные с помощью грубой оббивки в нуклеусы, чоппинги, чопперы, примыкающие к ним массивные скребла и, наконец, орудия с массивным острием в виде клюва или носика. Эти изделия, в частности орудия с носиком, представлены большим количеством экземпляров, образующих устойчивые серии. Отщепы полностью отсутствуют.

К северу от Иркутска на высоких террасах правого берега Ангары, возвышающихся над уровнем реки на 100—120 м, Г. И. Медведевым в 1969 и в последующие годы найдено много примитивных нуклеусов и отщепов, частично оооитых по краям и превращенных в орудия. Судя по формам этих изделий и по условиям залегания, одни из них можно отнести к разным стадиям ашеля, а другие к мустьерской эпохе и предположительно синхронизировать с риссом и рисс-вюрмом [Медведев, 1975].

К сожалению, во всех названных местонахождениях азиатской части СССР отсутствуют фаунистические остатки, которые могли бы подкрепить датировку.

comments powered by HyperComments