1 месяц назад
Нету коментариев

Как и кузнечики, саранча принадлежит к отряду прямокрылых насекомых, но не к кузнечиковым, а к иной группе прямокры­лых — к саранчовым. К саранчовым же относятся и многочислен­ные мелкие кобылки, сотнями прыгающие в траве во второй поло­вине лета. Далеко не всякий видел живую саранчу, но мелких кобылок видел каждый, кто хоть раз в жизни прошёл в августе по лугу, лесной опушке, полевой дороге.

По внешности саранчовые схожи с кузнечиками, но с первого же взгляда заметно существенное различие: у саранчовых короткие усики (рис. 84). У кузнечиков тонкие многочленистые усики заметно длиннее половины тела, по большей части не короче или едва короче тела, а нередко даже длиннее его (рис. 77, 81). У саранчовых усики обычно короче половины тела и в них не бывает больше 25—30 члеников.

При внимательном рассматривании найдутся и другие разли­чия. Так, на передних голенях саранчовых нет слуховых органов, а на надкрыльях — зеркальца; лапки состоят не больше чем из трёх члеников.

Самцы саранчовых в большинстве стрекочут. Однако, если при­смотреться к стрекочущей кобылке, то сразу заметно, что стреко­чет она иначе, чем кузнечик. У стрекочущего кузнечика ноги не­подвижны, у кобылки же задние ноги слегка приподняты над зем­лёй, голень прижата к бедру (нога «сложена»), а главное — нога быстро и мелко «дрожит». Звуковой аппарат у саранчовых иного устройства, чем у кузнечиков: звук получается путём быстрого трения задних бёдер об одну из продольных жилок надкрылий. В одних случаях на внутренней стороне заднего бедра есть про­дольный ряд бугорочков, которыми самец и «пиликает» по толстой жилке надкрылья, в других — бедро только с гладким рёбрыш­ком, но зазубрена жилка надкрылий. Звуки от пиликанья усили­ваются дрожанием надкрылий, служащих и резонатором. Увидеть стрекочущую кобылку нетрудно: в жаркий день сотни и тысячи самцов стрекочут на солнечном припёке (стоит лишь прилечь на редкую траву и присмотреться). Стрекочет и самец, посаженный в садок, в банку, даже просто выпущенный на подоконник. В за­висимости от устройства стрекотательного аппарата (форма, раз­меры, количество бугорков или зубчиков и т. д.), размеров певца, манеры пиликанья разные виды кобылок стрекочут по-разному, нередко один и тот же самец «поёт» то так, то эдак. Человек, зна­ющий, как стрекочут разные кобылки, скажет по услышанным звукам — какие виды их водятся на данном лугу.

Воспроизвести стрекотанье можно и на мёртвой сухой кобылке, быстро пиликая нижней стороной заднего бедра по утолщённой жилке надкрылья.

Конечно, у стрекочущих видов должны иметься слуховые (тим­панальные) органы. Они есть у саранчовых, но искать их нужно не на ногах, а на боках брюш­ка. По бокам первого брюш­ного кольца имеется отверстие (то простое, то полуприкрытое выростом-лопастью), затянутое на дне блестящей прозрачной плёнкой — барабанной перепон­кой (рис. 82). Под плёнкой по­лость с большим воздушным мешком (воздух поступает в него через находящееся по соседству первое брюшное дыхальце) и сложно устроенным орга­ном, к которому подходят окончания нерва.

Слуховой орган саранчи

Слуховой орган саранчи

Все эти особенности можно видеть и у азиатской саранчи, и у краснокрылой огнёвки, и у различных мелких кобылок.

Азиатская саранча (Locusta migratoria L.) — крупное насеко­мое, достигающее в длину (не считая крыльев) 50—55 мм (сам­ки), самцы несколько мельче; сложенные крылья у саранчи за­метно заходят за конец брюшка, отчего саранча выглядит ещё длиннее (рис. 84). Она грязновато-зелёного или буроватого цвета, надкрылья в бурых пятнах, нижние крылья прозрачные, слегка зе­леноватые или желтоватые, верхние челюсти синие, задние голени желтоватые или красные, задние бёдра на внутренней стороне с черно-синими или чёрными пятнами.

В СССР встречаются два подвида азиатской саранчи, отли­чающиеся и по местам обитания, и по плодовитости, и по распро­странению, отчасти и по внешности.

На юге лесной полосы Европейской части СССР живёт средне­русская саранча. Она более мелкая, заднее бедро у неё несколько короче половины надкрылья, во всяком случае не длиннее её. Среднерусская саранча держится на песчаных почвах, яйца откла­дывает преимущественно по стерне яровых хлебов и на молодых залежах, массовые размножения у неё бывают редко.

На юге Европейской части СССР, в Предкавказье и Закав­казье, в Казахстане, в Средней Азии и в Уссурийском крае рас­пространена настоящая азиатская, или перелётная, саранча. Она крупнее, задние бёдра у неё заметно длиннее половины надкрылья. Гнездится она по берегам рек, озёр, морей, в плавнях, на болоти­стых лугах с зарослями тростника; нередко размножается в массе; стаями вылетает далеко за пределы гнездилищ. Отдельные особи этой, саранчи залетают и далеко к северу: до Ленинграда, Москвы, Омска. Распространена также на юго-востоке Западной Европы, в западной Азии, западном Китае, Маньчжурии, Монголии. Из­вестны и ещё подвиды азиатской саранчи, свойственные тропиче­ской Азии, Африке, Австралии, Новой Зеландии.

Во второй половине или в конце лета оплодотворённая самка саранчи откладывает яйца. При помощи толстых створок очень короткого яйцеклада она раздвигает частицы почвы и как бы вбуравливается в неё брюшком, сильно при этом вытягивающимся. Вдвинув брюшко в почву «до отказа», самка начинает медленно вытаскивать его обратно, откладывая яйца. Одновременно она вы­пускает пенистую жидкость (выделения придаточных желез поло­вого аппарата). По окончании кладки в поверхностном слое почвы остаётся 55—115 довольно длинных тонких яиц розоватого цвета, расположенных обычно в четыре ряда и заключённых в пенистую массу — так называемую кубышку. К мягким стенкам кубышки пристают крупинки почвы (снаружи она выглядит длинным зем­ляным комочком), а в верхней части её, над яйцами, имеется про­странство, заполненное только пенистой массой, «пробка». Длина кубышки достигает 50—75 мм, диаметр 7—10 мм (рис. 83). Вер­шина кубышки присыпана рыхлой почвой. Самка откладывает две-три кубышки.

Кубышки саранчовых

Кубышки саранчовых

Сразу же после откладки яиц начинается развитие заро­дыша, но оно вскоре прекра­щается и возобновляется лишь весной, после перезимовки.

Личинки азиатской саранчи отрождаются поздно: в мае, июне, иногда даже в июле. На времени отрождения сильно сказываются условия, в кото­рых находятся кубышки. Так, из кубышек, отложенных в плавнях, пойме и других зали­ваемых полыми водами местах, отрождение личинок запазды­вает. Зародыши могут и со­всем погибнуть, если затопле­ние произойдёт в то время, когда развитие их уже близко к концу (затопление на ранних стадиях развития зародыша только за­держивает развитие). Таким образом, от времени и продолжи­тельности разлива реки зависит не только время отрождения саранчи, но и количество отродившихся личинок.

Вылупившаяся из яйца личинка непохожа на обычную личинку прямокрылого: она червеобразна, имеет особый временный ор­ган — пульсирующий шейный пузырь. С помощью этого пузыря (пульсируя, он раздвигает почвенные частицы) и червеобразных движений личинка выползает на поверхность почвы. Здесь она тотчас же линяет и, утратив шейный пузырь и изменив форму тела, превращается в обычную личинку прямокрылого — личинку первого возраста (червеобразная личинка и её линька в подсчёт возрастов и линек не включаются).

Дальнейшее развитие личинки длится 40—50 дней, причём она несколько раз линяет. С каждой линькой не только увеличиваются размеры личинки, но и несколько изменяется её внешность. Так, от возраста к возрасту увеличивается число члеников усиков (в первом возрасте их обычно не больше 13, в пятом — 23—26), за­метнее и заметнее становятся зачатки крыльев (рис. 84). Наконец, наступает последняя линька, и личинка превращается во взрослое насекомое.

Развитие азиатской саранчи

Развитие азиатской саранчи

За много часов до начала линьки личинка перестаёт питаться, не питается и некоторое время после неё, пока не окрепнут рото­вые органы. Линяя, она повисает вниз головой на растении и по­степенно вылезает из лопнувшей на спине старой шкурки.

В разное время суток поведение личинок различно: оно опре­деляется условиями температуры воздуха и непосредственным нагревом солнечными лучами в первую очередь. В тени темпера­тура тела саранчи равна примерно температуре воздуха, при солнечном освещении она повышается, по сравнению с окружающей средой, на 10—15° и даже более. Питаться личинки начи­нают при нагревании их тела до 26—27°, передвигаться — при температуре свыше 35°.

Ночь личинки проводят на растениях в состоянии оцепенения. Утром, как только их достаточно пригреет солнце, они начинают питаться. К середине дня нагрев становится особо сильным, и ли­чинки перестают питаться, сползают с растений на землю, начи­нают передвигаться. Во второй половине дня, когда жара спадает, они перестают передвигаться, всползают на растения и питаются, пока вечером не прекратится солнечный нагрев и не начнёт за­метно понижаться температура воздуха. Наступает ночное оцепе­нение. Поведение личинок разных возрастов несколько изменяется, различно оно и в зависимости от характера почвы и раститель­ности, но в общем укладывается в приведённую схему.

В пасмурную погоду нагрева недостаточно, и личинки обычно не передвигаются. Не передвигаются они и при очень большой жаре, когда температура на поверхности почвы достигает 45—48° и более: личинки впадают в тепловое оцепенение. Ночуют они, взобравшись на верхушки растений: сюда их влечёт положитель­ная реакция на свет (вечером верхушки растений освещены силь­нее, чем их прочие части).

Личинки очень прожорливы, и с каждым возрастом их про­жорливость возрастает. В жаркую погоду они нуждаются в боль­шом количестве воды (теряют много её при испарении телом), а потому во множестве выгрызают сочные части растений, перегры­зают листовые черешки не ради питания, а ради влаги.

Личинки, вышедшие из одной кубышки, остаются первые дни в местах своего отрождения. Если кубышек было много, то отдель­ные выводки постепенно сливаются во всё большие и большие скопления личинок, образуя так называемые кулиги.

При массовом размножении все объединяющиеся кулиги зани­мают очень большие пространства, а количество саранчуков (ли­чинок саранчи часто называют саранчуками, или пешей саранчой) в них достигает чудовищных цифр. Окрылившаяся саранча не­редко покидает свои гнездилищаи огромными стаями перелетает в другие места. Спустившись где-либо на кормёжку, стая с не­вероятной быстротой уничтожает всю травянистую раститель­ность: остаётся голая земля, покрытая огрызками растений и ис­пражнениями саранчи. При недостатке пищи в гнездилище ползёт из него чудовищными стаями и пешая саранча, уничтожая всю растительность на своём пути.

Азиатская саранча не обязательно стадное насекомое. И у ти­пичной азиатской саранчи, и у саранчи среднерусской известна итак называемая одиночная фаза: насекомые живут поодиночке, скоп­лений, кулиг не образуют. Саранчи той и другой фазы различают­ся не только образом жизни, но и по внешности (особенно личинки). У саранчи одиноч­ной фазы задние голени обычно красные, переднеспинка без перетяжки, а срединный киль её высокий, дугообразно приподнятый. Личинки одноцветные, без бархатисто-чёрных полос на переднеспинке. У стадной фазы задние голени желто­ватые, переднеспинка седло­видная (с ясной перетяж­кой), срединный киль её пря­мой или даже слегка вогну­тый, личинки с бархатисто-чёрными полосками на пе­реднеспинке (рис. 85).

Личинки 5-го возраста

Личинки 5-го возраста

Фазы способны переходить одна в другую, в зависимости от тех условий, в которых происходит развитие личинок.

Для того чтобы одиночная фаза превратилась в стадную, не­обходимо наличие определённых условий, именно — скопление на ограниченной площади большого количества саранчи. Это мо­жет случиться, например, в засушливое время, когда площадь, заселённая одиночной фазой, начинает страдать от недостатка влаги. Растения вянут, подсыхают, саранчуки начинают перепол­зать в поисках лучшей, более сочной пищи. В оврагах и в низинах растительность менее страдает от засухи, и здесь она остаётся достаточно свежей. В этих местах и начинается скопление одиноч­ных саранчуков.

В таком скоплении саранча живёт уже иначе. Скучившиеся особи всё время находятся в соприкосновении друг с другом, ощу­щают соседей и путём зрения, и путём обоняния и осязания. Они постоянно воздействуют друг на друга, и это приводит к тому, что скученность становится для них привычным состоянием. Воз­никает условный рефлекс стадности, и особи уже не рассеиваются, а живут стадом. Даже при попытке разогнать их они снова соби­раются в плотные кулиги: их гонит «в кучу» выработавшийся рефлекс.

Стадный образ жизни влечёт за собой ряд изменений. Повы­шается возбудимость нервной системы, а потому становятся более энергичными движения, усиливается обмен веществ. Продукты обмена частично откладываются в виде цветных пигментов (кра­сящих веществ), и личинки приобретают характерную окраску стадной фазы. Большая подвижность связана с усиленной работой отдельных органов, а потому изменяется строение отдельных ча­стей тела, их пропорции. Так возникает стадная фаза (рис. 85).

Пока особи держатся вместе, самки откладывают кубышки близко одна к другой, и новое поколение сразу оказывается в условиях скученности: есть налицо условия для существования стадной фазы.

Неблагоприятные природные условия, повлекшие за собой вы­мирание большинства особей или очень слабое отрождение личи­нок (также насильственное разреживание в результате истреби­тельных мер, применяемых человеком), приводят к значительному уменьшению плотности саранчи на единице площади. Встречи от­дельных особей друг с другом становятся редкими и непродолжи­тельными, даже прекращаются. Условный рефлекс стадности не получает подкрепления и угасает. Отпадают явления, имевшие место при стадной жизни, исчезают и особенности строения, окраски, связанные с этими явлениями: возникает одиночная фаза.

Таким образом, в зависимости от условий существования са­ранча может вести стадный и одиночный образ жизни, причём со­ответствующие условия влекут за собой превращение одной фазы в другую.

Налёты огромных стай саранчи издавна были народными бед­ствиями, и насекомое это было известно как опаснейший враг земледельца ещё за две с половиной тысячи лет до нашей эры (в Египте), а первые сведения о нападениях саранчи на посевы в нашей стране имелись ещё в самом начале XI в.

Основная мера борьбы с саранчой — уничтожение её в местах постоянных гнездилищ. Такими постоянными гнездилищами яв­ляются, например, тростниковые заросли в плавнях низовьев рек Волги, Урала, Терека, Кубани, Аму-Дарьи, Сыр-Дарьи, Или, по берегам Каспийского и Аральского морей, озёр Балхаша, Ала­куля, Зайсана и др. В плавнях имеются все необходимые условия для развития саранчи, и именно здесь она размножается в огром­ных количествах, разлетаясь отсюда в годы массового размноже­ния на сотни километров. Годы массового размножения сменяются годами подавленности: вылетевшие стаи назад не возращаются, оставшаяся же в плавнях саранча частью гибнет от хищников и паразитов. На следующий год саранчи может оказаться так мало, что она перейдёт в одиночную фазу. Через некоторое время, при благоприятных условиях, снова возникнет стадная фаза, снова на­ступит время массового размножения.

Уничтожение саранчи в плавнях ведётся при помощи самолё­тов: с них плавни опрыскивают или опыливают ядами кишечного действия или препаратами ДДТ, гексахлораном (ГХЦГ). Упорная борьба с саранчой в плавнях привела к тому, что большая часть гнездилищ уничтожена, и в настоящее время саранча утрачивает в СССР своё значение как опаснейший вредитель.

При невозможности применения самолётов пользуются иными способами борьбы. Так, передвигающуюся огромными кулигами пешую саранчу загоняют при помощи переносных щитов в ловчие канавы и ямы, где и уничтожают.

В борьбе с саранчой исключительно важное значение имеет организация этой борьбы, в первую очередь — наблюдения за саранчой, выяснение мест, где возможно ожидать её массового отрождения, и т. д.

У саранчи немало природных врагов. Много саранчи уничто­жают грачи: осенью и весной они раскапывают кубышки, летом питаются личинками и взрослой саранчой. Поедают саранчу фа­заны, клюют её галки, вороны, издавна славится как истребитель саранчи розовый скворец. В кубышках саранчи паразитируют ли­чинки жуков нарывников и мух жужжал. Все эти враги уничто­жают какое-то количество саранчи, но при массовом её размно­жении их деятельность, конечно, мало заметна. Она сказывается тогда лишь, когда саранча в гнездилищах сильно разрежена; хищ­ники и паразиты тогда заметно снижают её численность, уже и без того небольшую.

В пределах СССР распространено около 500 видов саранчо­вых, из них 10—12 видов значатся в числе особо опасных, а около сотни — в числе второстепенных и третьестепенных вредителей.

В средней полосе саранча редка, но здесь распространено много иных саранчовых. По опушкам, редколесью обычны треску­чие огнёвки. Их темноокрашенные, почти чёрные самцы имеют яркокрасные крылья. При взлёте летящая огнёвка издаёт харак­терный треск, а красные крылья видны издали. Севшую огнёвку заметить нелегко: её окраска сливается с фоном почвы. Самка крупнее и много толще самца, окрашена бледнее. Всюду по от­крытым местам встречаются те или иные небольшие кобылки: коники, зеленчуки, травянки и др.

Саранчовых, всегда живущих поодиночке, называют кобыл­ками, имеющих стадную фазу — саранчой. В СССР, кроме азиатской саранчи, на юге распространена ещё мароккская са­ранча, а на юг Средней Азии и в южное Закавказье иногда за­летают стаи пустынной саранчи (схистоцерки), обитательницы юго-западной Азии (Аравия, южный Иран, западная Индия) и субтропической полосы Африки.

comments powered by HyperComments