1 месяц назад
Нету коментариев

Внешность муравья — бескрылой рабочей особи — всем знакома, и, казалось бы, никто не ошибётся, называя муравьем увиденное муравьевидное насекомое. Обычно так и бывает, но иногда возможны ошибки — некоторые из мелких бескрылых перепончатокрылых насекомых на первый взгляд очень похожи на муравья. Могут возникнуть сомнения и при встрече с крылатой особью: наличие крыльев сильно изменяет привычный облик бескрылого муравья. В таких случаях нужно рассмотреть (в лупу) брюшко и ноги насекомого.

У муравьев так называемое стебельчатое брюшко: оно отде­лено от груди не просто узким перехватом («талией»), а тонень­ким стебельком. Этот стебелёк или состоит из двух маленьких члеников, или одночлениковый, но тогда с торчащей кверху пластинкой, так называемой «чешуйкой» (рис. 73). Стебелёк — это изменённые одно-два передних кольца брюшка. Стебельчатое или висячее брюшко свойственно не только всем жалящим (разнообразные пчёлы, осы, муравьи), но и многим иным перепончато­крылым (наездники, орехотворки и др.). От них муравьи (семействоFormicidae) отлича­ются, как и все «жалящие», одночлениковым вертлугом (вертлуг — отдел ноги, находя­щийся между тазиком и бедром; у всех нежалящих он состоит из двух члеников), а от иных жалящих — строением стебелька. Та­ким выяснением приходится заниматься, если имеешь дело, например, с попавшим в сачок маленьким муравьевидным насеко­мым, вызывающим подозрения — муравей ли это. Обычно же принадлежность насеко­мого к муравьям сомнений не вызывает.

Стебельчатое брюшко муравьев

Стебельчатое брюшко муравьев

Один из обычнейших наших лесных му­равьев — рыжий лесной муравей (Formica rufa L.). Его гнёзда — «муравьиные кучи» — можно видеть в любом лесу, особенно в хвойном.

Там, где муравейники не разоряют, куча может достигнуть очень больших размеров: почти 2 м в высоту и 2—2,5 м в попе­речнике. Такие муравейники редки, по большей части куча не достигает в вышину и метра (0,5—0,75 м). Куча — это только часть муравейника, прикрывающая подземное гнездо. Она состоит из обломков веточек, хвоинок, чешуек почек, кусочков коры и другого мелкого растительного мусора, комочков почвы. В ней есть ряд отверстий, ведущих во внутренние помещения гнезда.

Муравейник обычно помещается под деревом, даже прислонён к нему, а ещё чаще около пня. Пока куча маленькая, пень виден; затем постройка постепенно охватывает его, и, наконец, он скры­вается. Внутри кучи помещается так называемый внутренний конус, обращенный вершиной вниз. Он состоит из более крупного и более грубого материала, преимущественно из крупных облом­ков веточек. При наличии пня такого конуса нет или же, если пень дуплистый, крупными обломками заполнено дупло пня. Во внутреннем конусе или в пне много ходов и камер.

Насыпная часть муравейника всегда более или менее куполо­образная, конусовидная. Такая форма кучи не только облегчает сток с неё дождевой воды, но, главное, способствует лучшему про­греванию её солнцем в ранние утренние и в вечерние часы: конусо­образная постройка собирает косо падающие лучи низко стоя­щего солнца.

У краёв насыпной кучи небольшой земляной валик, как бы отгораживающий гнездо. У больших муравейников он скрыт под насыпью, у малых иной раз заменён открытой площадкой, посере­дине которой помещается насыпная куча.

В земляной части гнезда помещаются многочисленные полости (камеры) и ходы (коридоры, галереи). Наконец, вокруг мура­вейника расположены тропинки, ведущие от него в разные сто­роны; есть и подземные ходы, открывающиеся на поверхности где-либо в стороне от муравейника.

Постройка рыжего лесного муравья очень характерна, и в лесах средней полосы муравьиные кучи по большей части принад­лежат именно этому виду.

Муравейник рыжих муравьев существует не один год, а много лет и с каждым годом увеличивается. Наблюдая из года в год небольшой вначале муравейник, построенный около пня, можно заметить, как растёт куча и как, в конце концов, пень скрывается под ней.

Основное население муравейника — рабочие особи, недораз­витые, бесплодные самки. Именно они и есть всем известные «муравьи». В большом муравейнике рыжих муравьев живут десятки тысяч рабочих — и более мелких, и более крупных: их величина изменчива, и длина колеблется от 4 до 9 мм. Окраска рабочих: голова и грудь буровато-красные или рыжие; брюшко, усики, пятна на голове и на груди черновато-коричневые; на основании и на конце брюшка по желтокрасному пятну (рис. 75). В муравейнике рыжих муравьев живёт не одна самка-матка (как у пчёл, роевых ос, шмелей), а несколько, нередко десятки их. Чтобы добыть матку, нужно разгрести кучу: она скрывается в глубине гнезда. Тогда среди множества суетящихся рабочих можно увидеть медленно ползающего более крупного муравья (длина 10—11 мм) с большим бронзово-блестящим брюшком. Это и есть самка, бескрылая, как и рабочие. Самка муравья кры­лата лишь немногие дни своей жизни: после брачного полёта она теряет крылья.

Разрез муравейника

Разрез муравейника

Рыжий лесной муравей

Рыжий лесной муравей

Во время поисков матки легко заметить, что рабочие не просто и не только суетливо бегают по развалинам постройки. Многие из них принимают своеобразную позу: приподнимаются на ногах, почти запрокидываются на спину, подгибают брюшко к голове, широко раскрывают жвалы. Чувствуется специфический запах. Если подержать очень близко (2—3 см) от поверхности такого муравейника растянутый носовой платок или просто ладонь, то от них сильно запахнет муравьиной кислотой. Приглядевшись, можно заметить, что над самым муравейником нависла словно лёгкая дымка. Всё это происходит и без разрушения муравейника: доста­точно несколько раз провести по его поверхности веточкой, и муравьи встревожатся.

Муравьи принадлежат к жалящим перепончатокрылым. Но у большинства видов их нет развитого жала. Нет его и у рыжего муравья, ужалить он не может. Но ядовитые железы сохрани­лись, и выделяемую ими жидкость — муравьиную кислоту — муравей выбрызгивает через скрытые в конце брюшка остатки жала. Вместо ладони или носового платка подержите над рас­тревоженным муравейником кусочек синей лакмусовой бумаги. Она покраснеет от попавшей на неё муравьиной кислоты.

Посадите рыжего муравья на руку, пораздражайте его, чтобы он начал кусать. Не бойтесь укуса: не так уж больно он кусает. Кусающий муравей скрючивается, принимает особую позу, под­гибает под себя брюшко так, что конец его оказывается вблизи жвал муравья. Выбрызнутая жидкость попадает в ранку, нане­сенную жвалами, кислота жжёт. Если бы муравей только кусал, то никто не заметил бы его укуса: так ничтожна нанесённая им ранка.

Жалящая пчела и жалящая оса также делают движения брюшком: их так и называют жалящими движениями. Обычно насекомое приподнимает и слегка подгибает в это время брюшко: при такой позе жало принимает более или менее отвесное поло­жение, и его легче вонзить в тело врага. Муравей развил эту повадку: он так сильно подгибает брюшко, что его конец прибли­жается к челюстям. Не делай он этого, и выбрызнутый яд не попадал бы в ранку, нанесённую жвалами, укус не достигал бы цели.

Жвалы муравья хорошо развиты, с острыми зазубренными внутренними краями. Муравей может ими грызть, отгрызать. Подразнив муравья травинкой, можно видеть, как крепко он вцепляется в неё жвалами. Сильное сжимание жвал нужно муравью не только для укуса, разгрызания. Он пользуется жва­лами и для переноса добычи, хвоинок и другого строительного материала.

Рыжий муравей — хищник. Он охотно ест сладкое, ест муч­нистые мягкие семена, но основная еда его — насекомые. Муравьи нападают и на слизней, дождевых червей, не откажутся от лягу­шонка, облепят мёртвую птицу, но их обычная добыча — мелкие мягкие насекомые, особенно небольшие голые гусеницы. Весь день муравьи шныряют по соседству с муравейником: бегают по земле, взбираются на траву, на кусты, ползут вверх по стволам деревьев. Одни из них тащат в гнездо строительные материалы, другие — добычу.

Истребляя множество вредных насекомых, рыжий лесной муравей приносит огромную пользу. В лесу нет полезных гусениц, а ведь именно они-то и являются главной добычей муравьев. Посидите около муравейника и последите за муравьями, которые тащат какую-нибудь добычу. Отнимая её у муравьев, вы соберёте разнообразных насекомых. По ним можно судить о том, как. велико значение муравьев в жизни леса.

Иной раз десяток муравьев облепит гусеницу, и все возятся с ней. «Помогают друг другу», — скажет всякий, увидевший таких муравьев. Так ли это?

Найдите небольшую гусеницу и бросьте её там, где ползает много муравьев. Кто-нибудь из них тотчас же набросится на до­бычу. Гусеница изгибается, вертится, но муравей крепко вцепился в неё жвалами. Он кусает гусеницу, пока она не перестанет шеве­литься: её движения раздражают его, и он кусает, кусает…

Гусеница затихла, парализованная, умирающая. Муравей вце­пился в неё жвалами и потащил. Добыча во много раз тяжелее охотника, и он едва передвигает её. Мимо бежит другой муравей. Остановился, потрогал гусеницу усиками. Вцепился в неё и тоже потащил. Третий, четвёртый муравей ухватили гусеницу, но каждый из них тянет её к себе. Они не помогают, а скорее мешают друг другу. Кажется, что каждый хочет один завладеть добычей, хочет отнять её у других. В конце концов, гусеница всё же по­падёт в муравейник. Почему? Да потому, что несколько муравьев сразу нет-нет, да и потащат добычу в сторону гнезда. Но она попала бы туда гораздо скорее, если бы муравьи действительно помогали друг другу.

Но если они не помогают друг другу, то зачем же ухватились за одну гусеницу? Муравей хватает и тащит в муравейник всякую добычу, которую сможет осилить. Встретил он другого, который возится с гусеницей. Добыча! Он хватает и начинает тащить гусеницу так, словно он здесь один.

Муравьям нужно много еды: не только для себя, но и для прокормления личинок. Подобно пчёлам и осам, они всё время кормят своих личинок. Но у каждой пчелиной или осиной личинки своя ячейка, у муравьев множество личинок лежат кучкой в общей камере, никаких ячеек нет. На эту кучку муравей и кладёт кусочки принесённой им добычи. Изгибаясь, приподнимая кверху передний конец тела, личинки впиваются в корм.

Личинки муравьев — безглазые, безногие, нежные и совер­шенно беспомощные. Рабочие муравьи их не только кормят и часто чистят. Для своего развития личинки требуют известного тепла и влажности, и муравьи на протяжении дня несколько раз переносят их с места на место: в тёплые часы дня перетаскивают в верхние этажи муравейника, на ночь уносят в глубину его.

Перед превращением в куколку личинка ткёт кокон. Внутри него помещается свободная куколка, очень похожая на муравья, но мягкая, белая. Коконы муравьев широко известны под непра­вильным названием «муравьиных яиц». Именно ими кормят в клетках насекомоядных птиц, прикармливают маленьких цыплят. Подлинные яйца муравьев очень малы: меньше булавочной головки.

Муравьи ухаживают и за коконами, переносят их из одного этажа в другой, при выходе молодого муравья помогают ему выбираться наружу. В разворошенном муравейнике они раньше всего хватают коконы и спешат унести их в глубину или спрятать в укрытые места, во всяком случаетащат в темноту, под какое-нибудь прикрытие.

В зависимости от ухода и корма из оплодотворённых яиц (как и у пчёл, ос, шмелей) выращиваются или рабочие, недоразвитые самки, или полноценные самки-матки. Из неоплодотворённых яиц развиваются самцы.

Во второй половине весны в муравейнике рыжих муравьев можно найти крупные коконы: это коконы самок-маток и самцов. В конце весны, в начале лета в гнезде появляются самцы и самки-матки (рис. 75). Они крылатые, выползают из гнезда, роем взле­тают над ним. Начинается брачный полёт. Во время этого полёта самцы оплодотворяют самок и вскоре умирают. Оплодотворённые самки вскоре же теряют крылья: обламывают их сами или им их обламывают, отгрызают рабочие.

Оплодотворённая самка может положить начало новому гнезду. У многих видов муравьев она делает это одна, подобно перезимовавшим самкам шмелей и ос. Она вырывает небольшую пещерку в почве или выгрызает её в пне, заделывает вход в неё и откладывает несколько яиц.

Вышедших из яйца личинок самка кормит своей слюной и излишком отложенных яиц. Сама она ничего не ест в это время, так как не покидает своей пещерки, и живёт за счёт рассасы­вающихся летательных мышц, отчасти и за счёт жировых веществ, полученных на стадии личинки. Одну из личинок самка кормит гораздо обильнее, и та быстро обгоняет в росте остальных. Когда первая личинка окуклится, самка выкармливает вторую, затем третью. Выводятся первые муравьи — рабочие особи. Они откры­вают вход в замурованную пещерку, начинают добывать пищу, ухаживать за личинками. Гнездо быстро растёт, и матка уже не заботится о личинках, а только откладывает яйца.

У рыжего лесного муравья самка утратила способность сама основывать гнездо. Если, спустившись на землю после брачного полёта, она не встретится с рабочими своего вида, то через некоторое время погибнет. Рабочие, встретившиеся с оплодотво­рённой самкой, отгрызают ей крылья и закладывают крохотное гнездо. Нередко самка оказывается в своём же или в соседнем гнезде рыжих муравьев. Там она начинает откладывать яйца, входит в состав населения данного гнезда. Поэтому-то у рыжих лесных муравьев и находится в муравейнике по нескольку, не­редко по многу самок.

Присматриваясь к муравьям, легко заметить, что они всё время шевелят своими усиками: ощупывают ими почву, по кото­рой бегут, ощупывают всё, встреченное на пути, ощупывают или ударяют друг друга. Усики играют огромную роль в жизни муравьев: ими они и осязают, и обоняют. Лишённый усиков муравей беспомощнее ослеплённого.

Значительную часть своей жизни муравей проводит в гнезде — в темноте. Он не летает, а ползает, и при его малых размерах окружающий муравья «мир» очень невелик. Именно поэтому осязательные и обонятельные раздражения и играют основную роль в его восприятии явлений окружающей среды. По запаху муравьи отличают своих от чужих, обоняние помогает им нахо­дить дорогу к своему гнезду.

Дороги муравьев особые: это душистые тропинки. Муравьи ползут по своим же следам. Иной раз муравьиная тропинка кру­жит и петляет, и муравьи тоже петляют по ней, а не бегут напрямки. Первый муравей, пробежавший здесь, не прокладывал дороги, он просто бежал. По его следам пробежал другой муравей, третий, и все они оставили свои следы: запах тропинки усили­вается, дорога становится всё более и более «проезжей». Чем ближе к муравейнику, тем шире дороги и тем они прямее: широкая дорога всегда прямее узкой тропинки. По таким душистым тропинкам муравьи и бегают по лесу. Иной муравей очень далеко уходит от гнезда, и всё же он найдёт дорогу домой, если натолк­нётся на какую-нибудь из тропинок. Вблизи муравейника таких тропинок множество. Вдали от гнезда их мало, и здесь муравей может заблудиться.

На ближайших к муравейнику деревьях всегда найдутся муравьи, ползущие вверх по стволу и спускающиеся с дерева. Особенно заметны целые вереницы ползущих по стволу чёрных садовых муравьев. Как правило, они ползут друг за другом, следуя по какой-то, им одним известной дорожке. Сгоните их с этой дорожки, и через несколько минут они снова поползут по ней. Преградите им путь. Для этого не нужно ни строить «забора», ни перерезать дорожку «канавой», вырезанной ножом бороздкой. Дорожка душистая, и преграда на ней нужна такая же. По­мажьте дорожку одеколоном, перебейте её запах новым. Добежав до этого места, муравьи останавливаются, суются туда и сюда, ищут. По их поведению видно, что они «сбились с пути» и никак не найдут его. Нельзя преграждать путь керосином или маслом: они сделают дорожку непроходимой, и опыт ничего не докажет. Устраивая «душистое заграждение» различной ширины (от 1 см до десятков их), можно выяснить, насколько скоро в любом из случаев муравьи восстановят прежний путь (или устроят новый), проследить их поведение, когда весь ствол охвачен «душистым кольцом» и т. д.

Пустите бежать муравья по синей лакмусовой бумаге. Следы, оставленные им на ней, будут заметны для глаза: появятся кро­хотные красноватые пятнышки. Это мельчайшие брызги му­равьиной кислоты подействовали на лакмус. Передвигаясь, му­равей побрызгивал кислотой. Брызги ничтожны, но их достаточно, чтобы тонкое обоняние муравья различило привычный запах.

В разыскивании пути к гнезду или дороги к чему-либо вдали от гнезда муравьи руководствуются не только обонянием: из­вестную роль играет и их зрение. У муравья пара сложных глаз, а у самцов и самок есть и глазки. Видят они очень недалеко (в этом легко убедиться, осторожно надвигая на муравья какой-либо предмет), и видеть издали цель своего пути муравей не мо­жет. Но он обладает так называемым светокомпасным движе­нием. Явление это легко проследить на очень простом опыте. Если муравья, ползущего по прямой линии, накрыть тёмным кол­пачком на два-три часа, то по освобождении он поползёт по пря­мой, но уже в другом направлении. Измерение угла между ста­рым и новым направлением показывает, что этот угол равен углу смещения солнца по горизонту за истекшие два-три часа. Опыт можно ускорить, пуская муравья ползти по столу и поворачивая стол: муравей соответственно изменяет направление. Очевидно, этого рода управление передвижением позволяет ползущему му­равью придерживаться прямой линии, но может направлять его путь, например, к гнезду, только при условии кратковременной отлучки. Муравьи различают ультрафиолетовые лучи, и уже по одному этому их световые раздражения иные, чем у человека.

Путём обоняния муравьи различают своих сожителей по гнезду, Бросьте в муравейник чужого муравья: ему придётся плохо. Но если муравья вымыть спиртом (осторожно, конечно) и обмазать его жидкостью, полученной из раздавленного муравья, взятого из другого муравейника, то муравей утратит на время свой запах, получит запах «чужого». Пустите такого муравья в этот чужой муравейник, и его примут за своего. Но ненадолго: обычно вскоре же чужака узнают. Если надушенного чужим за­пахом муравья пустить в родной муравейник, его примут за чу­жака.

Опыт требует осторожности не только во время «переодева­ния» муравья. Нужно осторожно пускать его в муравейник. Бросьте одного муравья на другого: они вцепятся друг в друга. Муравей бросается на всякий движущийся предмет, на всё, что его толкнёт, заденет. Позже он «разберётся», но его первое дви­жение — вцепиться, чтобы укусить.

Иной раз муравьи подолгу задерживаются на кустике, на каком-либо травянистом растении. Обычно на таком растении на­ходится много тлей, и муравьи ползают именно среди них. Они не хватают и не тащат тлей, хотя, казалось бы, хищник и должен был бы напасть на столь лёгкую добычу. Подбежав к тле, му­равей ощупывает её усиками, а затем начинает гладить и похло­пывать по спинке. Он гладит тлю, пока та не выделит капельку испражнений. Испражнения тли богаты сахаристыми веществами, они — сладкая жидкость. Муравей слизывает капельку и отправ­ляется к следующей тле. И так, пока не наестся.

Посещая тлей, муравьи добывают не просто сладкую еду: они получают необходимые им углеводы. Тля не терпит ущерба: испражнения — отброс, который она все равно выделила бы.

У тлей много врагов. Они основная еда для большинства раз­нообразных божьих коровок и их личинок, для личинок некото­рых мух журчалок, для флерниц-золотоглазок, для некоторых других насекомых (стр. 165, рис. 93, 94). Ползая среди тлей, му­равьи разгоняют, а то и хватают их врагов. Они как бы охраняют тлей, не нарочно, конечно. Легонько ударьте травинкой щекочу­щего тлю муравья. Он примет оборонительную позу, вцепится в травинку. Пошевелите травинкой возле муравья, подразните его, не дотрагиваясь: он проделает то же самое. Муравей бросается на всё движущееся, и если божья коровка сидит среди тлей не­подвижно, он не сразу нападёт на неё. Тли малоподвижны, а за­бегай тля, и вряд ли муравей стал бы щекотать её.

Следя за муравьями и тлями, можно увидеть, как один мура­вей кормит другого. Встретится голодный муравей с другим из своего же муравейника, потрогает его по-особому усиками. Если тот муравей сыт, он отрыгивает капельку пищи, и голодный слизывает её (рис. 76). Это наблюде­ние покажет, кроме того, что усики служат муравьям для сношений друг с другом. Замечено, что в различных случаях муравьи по-разному трогают, ощупывают, уда­ряют друг друга усиками, и сооб­разно изменяется их поведение. Они как бы объясняются свое­образными жестами, причём раз­личные «сигналы» вызывают и определённые «ответы». Рыжие муравьи тащат в гнездо пищу, но зимних запасов не делают. Не могут они и регулировать температуру в своём гнезде, подобно тому, как это делают пчёлы. Поздней осенью муравьи за­бираются в самые глубокие части подземного гнезда, сбиваются в большой ком и оцепеневают. Весной, когда стает снег и солнце прогреет муравейник, они просыпаются.

Муравей, кормящий другого муравья

Муравей, кормящий другого муравья

В гнезде рыжих муравьев живёт множество иных насекомых: разнообразных сожителей и нахлебников. Нередко в более ста­рых гнёздах, в насыпной куче, встречаются крупные толстые ли­чинки, напоминающие личинок майского жука. Это личинки жука бронзовки. Они питаются перегнивающими растительными частями насыпной кучи. Часто в пне, скрытом в насыпи, посе­ляются маленькие (длиной около 3 мм) блестящие желто-коричневые муравейчики (Formicoxenus nitidulus Nyl.); это сожители рыжего муравья, живущие всегда в его муравейнике. Живут в муравейнике и разнообразные мелкие жуки, и другие насекомые, некоторые паукообразные. Все они приспособились к жизни в муравейнике и не встречаются в иных условиях.

У разных видов муравьев различны и повадки. Похожий на рыжего лесного муравья темно-бурый лесной муравей (Formica fusca L.) живёт под корой пней, маленький жёлтый земляной муравей (Lasius flavus F.) селится в кочках, а самые крупные из наших муравьев — муравьи древоточцы(Camponotus herculeanus L., ligniperda Latr. и др.) выгрызают свои ходы и камеры в пнях и в мёртвых стволах. Кровавый муравей (Formica sanguinea Latr.) живёт в смешанных гнёздах с другими муравьями, выпол­няющими у него роль рабочих. В городах, в домах иногда по­селяются крохотныедомовые муравьи (Monomorium pharaonis L.), не встречающиеся в лесу или в поле. В городских садах не­редки чёрные садовые муравьи (Lasius niger L.).

В жизни природы муравьи играют огромную роль. Почва про­низана их ходами, и вместе с дождевыми червями они имеют большое значение в почвообразовательных процессах (разрыхляют и перемешивают почву). Многие муравьи истребляют мно­жество мелких насекомых. Хозяйственное значение муравьев двояко. Как истребители многих вредных насекомых и как разрыхлители почвы они полезны. Но жёлтые земляные муравьи способствуют образованию кочек на лугах и тем портят покосные угодья, некоторые виды вредят на огородах; на пасеках муравьи наползают в ульи, нанося вред пчеловодству. Всё же небольшой вред, причиняемый некоторыми видами муравьев, с избытком покрывается приносимой ими пользой.

Известно более 5000 видов муравьев. В СССР распространено около 125 видов.

Муравьёв нетрудно содержать в садках, и здесь можно сде­лать ряд наблюдений над их повадками (см. указанную на стр. 67 книгу Б. С. Щербакова).

comments powered by HyperComments