2 года назад
Нету коментариев

Есть много такого, во что трудно поверить, даже если это правда. Сначала нужно научиться по-настоящему понимать. Тем более если речь должна пойти о том, что деревья в лесу способны на нежную привязанность друг к другу. Вам трудно принять эту идею? Вот и Белой Королеве пришлось нелегко с Алисой. «— В это я поверить не могу! — сказала Алиса.

— Неужели? — с жалостью заметила Белая Королева.— Попробуй еще раз: сделай глубокий вдох и закрой глаза.

Алиса засмеялась.

— Это не поможет, — сказала она. — Нельзя поверить в невозможное.

— Ну, наверное, ты мало упражнялась, — ответила Королева. — В твоем возрасте я обязательно упражнялась по полчаса каждый день. Иногда мне даже удавалось до завтрака поверить в шесть невозможных вещей» (Л. Кэррол, «Алиса в Зазеркалье»).

Поэтому, если вы — принципиальный скептик, то вам вряд ли доставит удовольствие глава, написанная для тех, кто любит слушать шепчущие голоса лунных ночей, для тех, кто верит в фей и знает, что существуют всеобъемлющие привязанности, охватывающие все предметы и всех людей.

Два дерева проникаются такой любовью друг к другу, что решают объединить свои усилия в борьбе за существование и расти как одно — каким образом это можно объяснить?

И это не один какой-то исключительный случай. На фотографиях, иллюстрирующих эту главу, можно увидеть много подобных примеров. И дело не в том, что двум деревьям дешевле вести хозяйство, чем одному. Это не результат нехватки места в лесу. Бесспорно, в этих случаях перед нами два дерева, каждое из которых почувствовало, что другое нуждается в его обществе и поддержке. Они знали, что вполне способны существовать в оди ночку, как обыкновенное деревья, но их возмутил ярлычок «обыкновенный», и они захотели стать необыкновенными. На заре своей великолепной жизни они согласились объединить силы и стали сиамскими близнецами. И обнявшись, они выросли как одно большое дерево. Былые невзгоды забылись. Прошлогодние раны зажили, и рубцы скрылись под здоровой новой корой. Новый ствол над местом их соединения стал больше, и даже два расходящихся внизу ствола придали объединенному дереву новую крепость, новые силы сопротивляться буре.

185

Кто-нибудь может сказать, что место соединения стволов довольно-уродливо. Но ответьте — может ли лицо друга не быть прекрасным и благородным? Итак, мы убеждаемся, что в лесу действительно обитают дружба и привязанность и они сближают две родственные души, которые нужны друг другу.

Пусть смеются скептики — что они этим докажут? Ведь сами они не могут предложить никакого логичного объяснения. Они скажут вам, что деревья — это просто жалкие создания, лишенные разума и чувств, но они ошибаются! Если бы это было так, то откуда бы деревья знали, когда цвести, когда давать семена и как заботиться о них во враждебном мире? Скептики знают о деревьях так же мало, как и о феях.

186

Некоторые из этих фотографий двух деревьев, растущих как одно, подсказывают и другое объяснение: просто более слабое решило уцепиться за более сильное и держится за него, как пиявка. Параллель этому нетрудно найти и у людей — сколько индивидов предпочитают опираться на кого-нибудь, вместо того чтобы самому определять свой жизненный путь!

187

В тех областях, где лес вырубался целиком, деревья с двойными стволами — довольно частое явление, особенно среди дубов: возможно потому, что они росли из одного пня. Но такие двойники далеко не всегда срастаются вверху. Так, по словам X. Хьюма [57], из тринадцати падубов в Маунт-Верноне четыре дерева двойные, то есть они были посажены по два в одной яме. Они выросли вместе до высоты от 0,5 до 1,5 м, и теперь на первый взгляд кажется, будто у них один ствол.

В Бразилии существует привязчивое дерево иного характера. Ceiba rivieri не способна выдержать собственную тяжесть, и поэтому ее тонкий ствол выпускает дополнительные корни, которые обхватывают соседнее дерево и удерживают сейбу в вертикальном положении. Эти корни напоминают цепляющиеся корни фикусов-душителей (см. раздел «Эпифитные корни и душители» в гл. 3), с той только разницей, что сейба не душит свою опору, а лишь держится за нее. Она поднимает свою крону над деревом-опорой и в июле украшает его зубчатую верхушку ярко-красными цветками. Таким способом удерживается на других деревьях и лазящий панданус (см. раздел «Крысиное дерево» в гл. 12).

188

comments powered by HyperComments