2 года назад
Нету коментариев

К наиболее причудливым деревьям мира принадлежат и те несколько видов, которые растут там и сям на высоте 800 м по склонам Центрального хребта далекого острова Св. Елены в южной части Атлантического океана. Их называют «капустными деревьями» (В тропиках названием «капустные деревья» обозначаются многие совершенно не родственные растения, у которых листья растут пучками на концах веток), но это вовсе не капуста, это маргаритки.

Почему эти деревья причудливы? Потому, что в наш атомный век маргаритки — это просто полевые цветы. Но на острове Св. Елены, где Наполеон томился от безделья и грезил о потерянной империи, темп жизни не менялся из тысячелетия в тысячелетие; здесь страницы времени остались неперевернутыми, и маргаритки здесь — деревья, большие деревья. Они принадлежат прошлому, отделенному от нас десятками тысяч, а может быть, и миллионами лет. Более полутора тысяч километров отделяют остров Св. Елены от африканского материка, самолеты там не приземляются, и лишь раз в месяц туда заходит рейсовый пароход — попеременно то по пути на юг, то по пути на север. И не только древовидные маргаритки сохранились на острове с незапамятных времен — родственные связи эндемической флоры острова Св. Елены с растениями других стран установить не так-то легко.

Джон Хатчинсон [58] назвал эти необычные растения «обломком погибшего древнего мира», ибо:

«…когда этот остров открыли около 400 лет назад, он был весь покрыт густыми лесами — деревья нависали над обрывами, круто уходящими в море. Какой разительный контраст с нынешним видом острова! Теперь его флора состоит в основном из иноземных растений, которые способствовали уничтожению местных видов. Как жаль, что люди и животные почти полностью уничтожили этот музей древностей!»

Хатчинсон продолжает:

«Прежде на острове насчитывалось около сорока видов эндемических цветковых растений, но очень многие из них исчезли из-за расчистки земли под поля и прожорливости коз, которые были завезены на остров в 1513 г. и размножились так быстро, что, по свидетельству капитана Кавендиша, уже в 1588 г. их насчитывалось много тысяч — отдельные стада растягивались почти на милю».

106

Центральный хребет острова Св. Елены высотой 660 м, занимающий относительно небольшую площадь, остается последним прибежищем нескольких эндемиков — цветковых растений и папоротников. Во время пассатов облачный слой обычно задерживается на высоте 600 м, а потому хребет постоянно окутан тума­ном и там всегда сыро. Количество осадков неизвестно, так как систематических наблюдений никогда не велось, но своеобразие растительности в этой зоне объясняется не столько общим количеством осадков, сколько постоянно высокой влажностью. Хребет естественно разделяется на две части, которые мы и опишем.

От Длинного хребта до хребта Сича

Этот район включает значительную часть хребта и самые высокие вершины — пик Дианы (816 м), Актеон и Кокхолдс-Пойнт. На картах, опубликованных за последние полтораста лет, названия этих вершин часто не совпадают, за исключением пика Дианы. Приметой этого пика служит норфолкская сосна, расту­щая чуть западнее его вершины. Правда, еще на одном пике есть такое же дерево, но оно растет на самой высокой его точке.

107

В этом районе сильно распространился новозеландский лен (Phormium tenax), соперничающий с местными растениями. Высоты заросли ежевикой (Rubus pinnatus), которая очень затрудняет исследовательскую работу на крутых скользких склонах.

Из туземных растений наиболее интересны древовидные маргаритки, которые обычно называют капустными деревьями, — их сохранилось около полудюжины видов. Эти древесные реликты глухой древности несколько схожи с древовидными маргаритками, встречающимися в горах Восточной Африки и в Андах.

Наиболее многочисленна из сохранившихся туземных деревьев «черная капуста» (Melanodendron inlegrifolium), которая достигает в высоту 6 м. Очень темная кора этого дерева обычно покрыта лишайниками, эпифитными мхами и папоротниками. Следующее место занимает «мужское капустное дерево» (Senecio leucadendron). «Белоствольная капуста» (Petrobium arboreum) и дерен (Hedyotis arborea) (Это дерево не относится к капустным, оно принадлежит к семейству мареновых) менее распространены, но все же встречаются довольно часто. Все эти четыре вида, вероятно, уменьшились в размерах и количестве, с тех пор как Дж. Меллисс [77] описал их в XIX в.

От Кейсонс-Гейта до Хуперс-Рока

Южная часть хребта, имеющая в длину 3 км, самая низкая его часть, и хотя она более открыта пассатам, в среднем дождей там выпадает меньше. Подветренный склон не так крут, как наветренный, и главная дорога, ведущая на юг острова, проходит по подветренному склону параллельно гребню на расстоянии всего сотни метров от него.

Древовидные маргаритки — это наиболее характерные представители эндемической флоры острова Св. Елены. Commidendrum, и Melanodendron произрастают только на этом острове. Хотя число существующих видов за последние 400 лет сократилось по крайней мере на три, сохраняются следующие шесть видов древовидной маргаритки: Гамвуд (Commidendrum robustum). Гамвуд одно время обильно рос на высоте от 450 до 600 м, но теперь сохранилось лишь около 250 экземпляров. Искривленные старые деревья живой изгороди Лонгвуда, дома, в котором Наполеон провел последние шесть лет своей жизни, — это остатки Большого Леса, покрывавшего до 1720 г. несколько сотен акров. Семь деревьев сохранилось в Томсоновском лесу. Наиболее многочисленная группа деревьев (около 200 экземпляров) расположены неподалеку от пика Фарм на высоте 550 м, с наветренной стороны. Это — деревья разных возрастов, и группа, по-видимому, находится в благоприятных условиях. Отдельные деревья заметно отличаются друг от друга величиной и цветом листьев, и когда Уильям Роксберг составлял свой список растений острова Св. Елены (1813—1814 гг.), он различал два вида гамвуда, которые назвал Conyza gummifera и С. robusta.

Скрэбвуд (Commidendrum rugosum). Скрэбвуд в настоящее время — наиболее распространенный и наиболее многочисленный вид деревьев Commidendrum. Он растет на сухом побережье, на прибрежных утесах и обрывах от Флагстаффа до Юго-Западного мыса, а во внутренних областях острова — у Коулс-Рок и на Лоте. На Лонгвудской равнине, в нескольких минутах ходьбы от Лоигвуда, уцелел красивый, всегда цветущий куст, имеющий в поперечнике около 2,5 м. Наиболее распространен скрэбвуд возле утесов Человек и Конь. В местах, куда не допускаются козы, появляются теперь молодые ростки, а так как в дальнейшем предпо­лагается запретить свободное содержание коз, есть основания надеяться, что этот необыкновенно красивый кустарник снова возродится.

108

Гамвуд-ублюдочек (С. spurium). Гамвуд-ублюдочек, который отдельные ботаники называют «малое полузонтичное капустное дерево», оказался жертвой некоторой путаницы, потому что Уильям Бэрчел ошибся при нумерации собранных им гербарных образчиков (1805—1810 гг.) (Роксбург назвал это растение Solidago spuria. — Прим. ред). Однако его рисунок «полузонтичного капустного дерева» достаточно четок для того, чтобы можно было определить этот вид. Меллисс назвал это дерево «очень редким», и сейчас оно находится на грани исчезновения. Керр (В этой главе автор широко использует материалы, собранные Н. Кер-ром, который одно время жил на острове Св. Елены и занимался изучением местной флоры. В настоящее время Н. Керр готовит к печати книгу о флоре острова Св. Елены) после долгих поисков на хребте нашел наконец одно хилое растение с наветренной стороны Депо. Через год он обнаружил восемь кустов на обрыве на юго-восточном склоне Маунт-Визи. Все они оказались очень старыми и одряхлевшими растениями, и собранные с них семена не проросли. С. spurium вряд ли еще просуществует даже несколько десятилетий, если только не увенчаются успехом попытки добиться его вегетативного размножения. Прежде этот кустарник, по-видимому, занимал значительные площади на наветренных склонах Центрального хребта. Свободно бродившие по острову козы почти полностью его уничтожили.

Черное капустное дерево (Melanodendron integrifolium). Черное капустное дерево — единственный вид рода Melanodendron — представляет собой красивое раскидистое дерево, на концах черных и почти голых веток которого растут большие глянцевитые темно-зеленые листья. В октябре и ноябре на нем появляется масса зеленовато-белых, похожих на маргаритки цветков до 1 см в диаметре. Это дерево довольно часто встречается во влажных местах от хребта Лонг-Граунд до хребта Сича. Несколько деревьев растет с наветренной стороны Высокого пика. Ни одно из существующих деревьев не может сравниться с экземплярами, рисунки которых даны в книге Меллисса (1875 г.), хотя некоторые из них, без сомнения, довольно стары. Кора этого дерева обычно густо зарастает эпифитными лишайниками, мхами и папоротниками. Цветков и семян бывает много, причем большой процент семян фертилен. Вблизи пика Дианы попадается много молодых деревьев разного возраста, и есть достаточно оснований полагать, что этот вид сохранится.

Мужское капустное дерево (Senecio leucadendron). На кончиках почти голых веток мужского капустного дерева торчат бледно-зеленые листья с неровными краями. Из пучка листьев в июне и июле появляются большие белые соцветия маленьких, похожих на маргаритки, густо сидящих цветков, которые в первое время напоминают соцветие цветной капусты. Отдельные деревья высотой от 1,5 до 4,5 м встречаются у Кейсона, над дорогой у Бейтс-Бранч и у дороги на гребне Сэнди-Бей. На склонах Центрального хребта и в ведущих к нему долинах много неплохих экземпляров, которые растут в сообществах с черными капустными деревьями. Цветет это дерево обильно, но семена, по-видимому, малофертильны, так как молодые деревья очень редки.

109

Белоствольное капустное дерево (Petrobium arboreum). Белоствольная капуста — стройное дерево с более тонкими ветками, чем у черного капустного дерева, а его не такие большие круглые листья обычно имеют лиловые черешки. Максимальная высота дерева не превышает 6 м. Соцветия из 6—20 маленьких зеленовато-белых цветков, похожих на маргаритки с короткими лепестками, появляются от марта до июня. Во времена Меллисса это было самое распространенное эндемическое растение острова Св. Елены, но теперь оно стало более редким, чем черное или мужское капустные деревья, хотя часто растет в сообществе с ними на Высоком пике и вдоль Дороги капустных деревьев. Большинство деревьев, обследованных Керром, были больны — судя по значительному числу сухих веток, по-видимому, поражены точильщиком. Одно дерево было покрыто наростами, похожими на галлы. Этот вид цветет и плодоносит достаточно обильно, но молодых побегов обнаружить не удалось.

110

111

ВЫМЕРШИЕ ИЛИ ПОЧТИ ВЫМЕРШИЕ КАПУСТНЫЕ ДЕРЕВЬЯ

Женское капустное дерево (Senecio prenanthiflorus), по-видимому, исчезло совсем. Его молодые стебли и листья, по описанию Меллисса, были ярко-лиловыми, как у красной капусты (садовой разновидности). С веточек в июне свисали соцветия белых цветков. Эти тонкие прямые деревья росли на высоте от 600 до 780 м на Центральном хребте, и Меллисс указывал, что по распространенности они занимали четвертое место. Однако, когда Керр осматривал эту местность, он не нашел ни одного экземпляра. Возможно, несколько деревьев еще сохранилось в чащах на склонах вблизи пика Дианы. Поиски там затрудняются густыми зарослями ежевики с подветренной стороны и крутизной склонов — с наветренной.

В 1888 г. существовал еще один вид древовидной маргаритки, или капустного дерева, — единственный экземпляр Psiadia rotundifolia, по-видимому, не получивший народного названия. Об этом виде сообщалось следующее:

«Это растение, родственное астрам, представляет собой довольно большое дерево с раскидистыми голыми ветками, на концах которых собраны сидящие на черешках маленькие лопатчатые зубчатые листья, которые, опадая, оставляют заметные рубчики. Цветки собраны в плотные соцветия… Это растение было впервые описано сэром Джозефом Хукером, оно рассматривалось Меллиссом в его работе, посвященной флоре острова Св. Елены, и упоминалось Хемсли в его «Ботаническом докладе экспедиции «Чэлленджера».

Это дерево теперь совсем исчезло».

Керр полагает, что Commidendrum burchellii, близкий родственник С. spurium, который произрастал на склонах Центрального хребта, также уже полностью исчез. Меллиссу был известен только один его экземпляр, который рос вблизи Пикет-Хауса среди С. spurium. Керр, несмотря на самые тщательные поиски, не сумел обнаружить ни одного экземпляра.

comments powered by HyperComments