2 года назад
Нету коментариев

Рельеф дна. Грунты. По характеру подводного рельефа Японское море — глубокая впадина. Начинается эта котловина с параллели пролива Лаперуза и оканчивается у южных пределов моря. В северной части котловины дно относительно ровное с преобладающими глубинами 3300—3600 м. На юге котловина разделена подводным хребтом на две части: западную и восточную. Этот хребет ориентирован по меридиану островов Оки и простирается в море до его середины. На северном конце хребта находятся две подводные возвышенности: Сюнпу с минимальной глубиной 417 м и Ямато— 287 м. Эти две возвышенности разделены подводной седловиной. По своей природе возвышенности Сюнпу и Ямато — вулканического происхождения, на их склонах можно найти пемзу и вулканическое (оплавленное) стекло.

Берега Приморья, Северной Кореи и южной части Хоккайдо приглубы. Глубины в 2000 м находятся от берега Приморья в 60 милях, местами в 15, а иногда и в 4—7 милях. Так, в Северной Корее между мысами Казакова и Болтина двухтысячная изобата отстоит от берега на 7—10 миль, а у юго-западной оконечности Хоккайдо, у мыса Моцута (Кутузова), даже на 4 мили.

В отличие от других морей, омывающих Советский Союз, в Японское море не впадают крупные реки. Из немногих рек, преимущественно горного характера, наиболее крупная р. Тумыньцзян (Тумынь-Ула).

На западном берегу Сахалина имеются лишь ручьи, часто с водопадами. Реки, стекающие с центральных горных массивов Хоккайдо и Хонсю и впадающие в Японское море, очень коротки. Даже важнейшие реки Исикари, Тэсиогава на Хоккайдо, Синаногава и Магамигава на Хонсю имеют не более 350 км длины и доступны лишь для мелких судов.

Бассейн рек Японского моря в несколько раз меньше площади самого моря. Для других морей большей частью наблюдается обратное соотношение: например, бассейн рек, впадающих в Каспийское море, более чем в 8 раз превышает площадь самого моря.

Это обстоятельство сказывается на характере грунтов, слагающих дно Японского моря. Они образуются в условиях ограниченного поступления твердых частиц с мате­рика.

Грунты дна моря чрезвычайно разнообразны. Это объясняется особенностями геологических процессов, происходивших в море, сложностью рельефа дна, богатством и неоднородностью органического мира. Твердые остатки живых существ, падающие непрерывным дождем на морское дно,— одно из основных источников осадкообразования в Японском море. Наиболее распространены илистые отложения. Они встречаются на глубинах более 3000 м.

С уменьшением глубины в иле увеличивается примесь песка. Песчанистый ил (ил с небольшой примесью песка) занимает огромные площади в центральной части моря на глубинах 2000—3000 м. Он характерен и для материкового склона (относительно узкой области, где дно резко переходит от прибрежной материковой отмели к большим глубинам моря). Выше распространен илистый песок, приуроченный главным образом к материковой отмели. Встречается он на банках и в заливах Петра Великого, Ольги, Владимира. В прибрежных частях материковой отмели преобладает песок, который окаймляет берега большой части моря полосой в 5—10 миль.

У самого берега залегают галька и гравий. Однако часто галечно-гравийные грунты встречаются и вдали от берега. Характерен «приморский галечный пояс», впервые описанный Н. И. Тарасовым. Этот пояс тянется относительно узкой полосой в 10—15 милях от берегов Приморья и представляет собой одну из древних погруженных береговых линий Японского моря.

Кое-где в Японском море наблюдаются обнажения скалистого грунта. Чаще всего они встречаются у скалистых берегов, на банках подводной возвышенности Ямато и на банке Мусаси, к северо-западу от о. Хоккайдо. Иногда эти выходы коренных пород прослеживаются и на больших глубинах (порядка 1000 м). В таких случаях они приурочены к самым крутым участкам материкового склона с углом наклона дна до 7—10° и более, например у юго-западной оконечности Хоккайдо и к югу от залива Петра Великого.

Система течений. В Японском море, как и в подавляющей части морей северного полушария, существует циркуляция вод, направленная против часовой стрелки.

Через Корейский пролив в Японское море входит ветвь теплого течения Куро-Сиво— Цусимское течение (Куро-Сиво — продолжение северного пассатного течения, ко­торое зарождается под влиянием северо-восточного пассата Тихого океана, дующего в течение всего года. Пассатное течение пересекает океан с востока на запад между 10 и 20° с. ш. Достигая Филиппинских островов, оно разделяется на несколько ветвей, главная из которых направляется к северу, подходит к о. Тайвань и отсюда следует далее на север под названием Куро-Сиво (в переводе — синее течение, так оно названо за свой исключительно чистый синий цвет). При подходе к южным берегам о. Кюсю течение разделяется на несколько ветвей. Одна из них — Цусимское течение проникает в Японское море.). Навстречу ему, придерживаясь материкового берега, с севера на юг движется холодное Приморское. Эти течения играют огромную роль в жизни моря.

Цусимское течение проникает в Японское море через оба прохода Корейского пролива. Основная масса воды вливается через проход Крузенштерна, меньшая часть — через проход Броутона.

Оставив позади Корейский пролив, Цусимское течение подходит к японским берегам. Значительно меньшая часть его вод отдельной ветвью устремляется к северу, по направлению к о. Уллындо, от которого она под названием Восточно-Корейского течения идет дальше, постепенно отклоняясь к востоку, пересекает море и с западной стороны вливается в Сангарский пролив, соединяясь с главной ветвью Цусимского течения.

Основной поток Цусимского течения, направленный вдоль Японских островов, имеет небольшую скорость. На участке о. Цусима — п-ов Ното скорость составляет всего 1/2—1/3 узла (Узел — единица скорости, равная 1,85 км/час). Встречая на своем пути многочисленные препятствия в виде банок, мысов, выступающих далеко в море, течение образует множество местных завихрений.

Около трех четвертей вод Цусимского течения проникает в Тихий океан через Сангарский пролив, где течение всегда направлено из Японского моря в Тихий океан. При приливе скорость его наивысшая — более

7 узлов, а при отливе резко падает. У северных берегов пролива при свежих восточных ветрах, а также в сильный отлив возникает даже течение из Тихого океана в Японское море.

Остальная часть Цусимского течения следует на север вдоль западных берегов Хоккайдо и, достигнув пролива Лаперуза, выходит в основном в Охотское море. У юго-западных берегов Сахалина течение сильно ослаблено. Тем не менее медленное движение вод вдоль западных берегов Сахалина прослеживается до северных границ моря (На подходах к Сангарскому проливу скорость Цусимского течения составляет 1—1,5 узла. В Татарском проливе скорости течения очень малы и не превосходят 1/4—1/2 узла).

По мере продвижения с юга на север воды Цусимского течения охлаждаются, отдавая свое тепло воздуху, и на север они поступают в значительной степени видо­измененными.

Так бывает летом. Зимой картина резко меняется.

В Корейском проливе основная масса цусимских вод направляется через проход Броутона, в проходе Крузенштерна ток незначительный, а в разгар зимы и вовсе при­останавливается. У западных берегов Кюсю и у юго-западных берегов Хонсю наблюдается даже обратное течение из Японского моря в Восточно-Китайское. Во­сточно-Корейское течение вследствие зимнего муссона также ослабевает и далеко на север не проникает. Это объясняется сильными северными и северо-западными ветрами зимнего муссона, которые оказывают тормозящее действие на Цусимское течение. Только тогда, когда северный ветер сменяется южным (это бывает при прохождении через Японское море циклонов), Цусимское течение снова возобновляется, но не исключено, что в глубинных слоях все же всегда существует постоянный, хотя и слабый, ток воды к северу.

Относительно Приморского течения считали, что оно начинается в Охотском море, в лимане Амура, поэтому его называли «лиманным». Позже русские исследователи доказали, что воды из Охотского моря через пролив Невельского не поступают. Летом они не могут проникнуть в Японское, так как его уровень выше, чем в Охотском море. Южные ветры летнего муссона постоянно подпирают воды в Татарском проливе, тем самым препятствуют проникновению вод Охотского моря и пресной воды Амура. Только зимой, когда северо-западные ветры нагоняют воду в Сахалинский залив Охотского моря, создаются условия для поступления некоторого количества морских вод и пресной амурской воды в Японское море. Однако зимой ток воды через пролив Невельского настолько мал, что не может создать сколько-нибудь значительного течения.

Приморское течение, названное так крупным исследователем отечественных морей К. М. Дерюгиным, зарождается в районе между Советской Гаванью и заливом Де-Кастри. Далее оно направляется с севера на юг вдоль берегов советского Приморья и Северной Кореи. Еще в старых лоциях отмечалось, что при аварии одного судна к югу от залива Де-Кастри выброшенные бочки с керосином были обнаружены через два месяца к югу от залива Петра Великого. Сюда их принесло Приморское течение. Вдоль же юго-восточных берегов Кореи это течение в поверхностных слоях ясно не прослеживается, но не исключено, что здесь оно проходит на некоторой глубине.

Скорость Приморского течения колеблется от 1/4 до 1/2 узла, но временами может быть больше. Летом течение приближается к берегу, образуя в его излучинах местные завихрения. Зимой характер течения меняется: от него в открытое море отходят многочисленные ветви.

Содержание солей и газов. Прозрачность и цвет воды. Морская вода отличается от воды рек, озер и других водоемов суши рядом особенностей. Горькосоленый вкус делает ее непригодной для питья, обычного мыла она не растворяет и не может быть использована в паровых котлах, так как образует много накипи. Это объясняется тем, что морская вода представляет собой слабый раствор различных солей.

Количество растворенных солей, выраженное в граммах на килограмм морской воды, называется ее соленостью. Обычно в открытом океане, вдали от устьев крупных рек, в воде содержится 35 граммов солей в 1 кг воды, или 35 тысячных долей килограмма. Тысячные доли целого принято называть промиллями и обозначать «°/оо». Следовательно средняя соленость Мирового океана равна 35%о.

Некоторые соли содержатся в морской воде в больших количествах, например хлористый натрий (NaCl) и хлористый магний (MgCl); они вместе составляют по весу 89% всех растворенных солей, другие же — в ничтожных количествах, измеряемых тысячными долями грамма на тонну воды. Так, содержание серебра в морской воде составляет всего 0,0002 г на тонну воды, а золота только 0,000005. Однако общее количество золота и других редких металлов в Мировом океане исчисляется несколькими миллиардами тонн.

Соленость морей бывает и меньше и больше океанской. В морях, окруженных со всех сторон странами с жарким климатом и имеющих малый сток рек, соленость больше океанской. Например, в Красном море, окруженном пустынями, соленость достигает 41%о. В большинстве же морей земного шара вследствие стока рек соленость меньше океанской.

В Японском море, хотя сток впадающих в него рек чрезвычайно мал, соленость также меньше океанской. Это связано с тем, что соленость определяется не только стоком рек, но и соотношением между атмосферными осадками и испарением, а осадки в этом море превосходят испарение, поэтому-то его соленость меньше океанской, хотя совсем не намного. В среднем соленость вод Японского моря составляет 34°/оо, под материковым берегом несколько ниже, а у восточного берега выше. В Японском море нет участков с сильно распресненной водой, этим оно резко отличается от всех других морей, омывающих Советский Союз.

Соленость моря в течение года меняется незначительно. Самые большие сезонные колебания ее на севере моря в Татарском проливе, где она изменяется от 34%о осенью и зимой до 32%о весной. Уменьшение солености весной связано с опресняющим влиянием таяния льдов. В глубинах моря, ниже 300—500 м, сезонные колебания ее отсутствуют.

Помимо солей, в морской воде растворены различные газы: кислород, азот, углекислота, иногда сероводород. В море они попадают из атмосферы и в результате жизнедеятельности животных, растительных организмов, а также сложных химических процессов, происходящих на дне или в толще вод. Наибольшее значение для развития жизни в море имеет кислород. Он поступает в воду либо из воздуха, либо выделяется при дыхании морских растений. Расходуется кислород на дыхание животных организмов и на окисление различных веществ, а иногда и выделяется в атмосферу при избытке его в поверхностных слоях.

Количество растворенных в морской воде газов весьма незначительно и изменчиво. Наиболее насыщены кислородом поверхностные слои моря, в которых интенсивно развиваются мельчайшие растительные организмы— фитопланктон, а у берегов высшие растения — морские травы. Большое количество кислорода поглощается поверхностными слоями моря, на глубину он попадает в результате перемешивания морской воды волнением, а также при погружении охлажденных или осолоненных на поверхности вод.

Воды Японского моря от поверхности до самых больших глубин сильно насыщены свободным кислородом. Это свидетельствует об интенсивном обмене между по­верхностными и глубинными водами, который происходит главным образом зимой, когда поверхностные воды охлаждаются и уже более тяжелыми опускаются на глубину, на их место выходит глубинная вода.

Процессы вертикального перемешивания и обогащения глубинных вод свободным кислородом происходят наиболее интенсивно в северной части Японского моря, где, помимо охлаждения, на увеличение плотности поверхностного слоя воды влияет также льдообразование, при котором соли выпадают в воду, а морской лед становится почти пресным. Вот почему в Японском море не только поверхностные, но и глубинные воды сильно обогащены свободным кислородом.

Прозрачность и цвет морской воды определяются растворенными и взвешенными в ней веществами. Установлено, что чем меньше в воде посторонних примесей, тем цвет ее более синий. Твердых веществ в воде Японского моря мало, поэтому цвет его вод зависит главным образом от содержания планктона — микроскопических организмов, взвешенных в воде. Обильным развитием планктона объясняется изменение цвета морской воды от синего к зеленому и даже желтому и бурому. Весной при бурном развитии планктона цвет моря приобретает желтовато-зеленые и даже буровато-зеленые оттенки. Это бывает преимущественно у приморского и корейского берегов.

В большинстве же районов воды Японского моря имеют сине-зеленый цвет. На юго-востоке, в зоне Цусимского течения, цвет воды интенсивно синий, а на севере, в Татарском проливе, зеленоватый. Синему цвету морской воды соответствует большая прозрачность, а зеленому, желтоватому и бурому — малая. Прозрачность морской воды принято определять по той глубине, на которой начинает исчезать из глаз погружаемый белый диск диаметром в 60 см.

В зоне Цусимского течения прозрачность воды велика и достигает 30 м, в центральной части моря она составляет 15—20 м, а у западных берегов весной при интенсивном развитии планктона падает до 10 м.

Температура воды. По температуре вод, изменению ее с глубиной Японское море не похоже ни на одно из других морей, омывающих берега Советского Союза. Судя по поверхностным температурам в летнее время года, это — теплое море. На глубинах же вода холодная, только на одну-две десятых градуса выше нуля. Прежде всего бросается в глаза поразительная однородность температуры глубинных слоев. Начиная с 400—500 м в восточной части моря и с 200 м в западной, температура воды составляет 0,1—0,2°.

Характерно отсутствие отрицательных температур воды у дна на больших глубинах моря (Температура замерзания морской воды при солености 34—35°/оо равна минус 1,7—1,8°). Между тем, казалось бы, что водные массы, охладившись зимой до—1,7° в северных районах моря, должны сползать на глубины центральной котловины моря. Конечно, при этом они смешиваются с окружающими водами и температура их несколько повышается, но поскольку холодные воды на глубину поступают каждую зиму в течение долгого времени, то должно было бы наблюдаться постепенное охлаждение глубинных вод. Однако этого не происходит: никакой тенденции к похолоданию не замечено. Очевидно, глубинные воды достигают своего термического равновесия, то есть охлаждение, вызванное поступлением вод с отрицательными температурами из северной части моря, компенсируется в известной степени притоком внутреннего тепла земли, а также поступлением тепла из поверхностных слоев южной теплой части моря.

Рассмотрим подробнее распределение температуры воды по площади моря и как она изменяется с глубиной, а также от сезона к сезону.

На рисунках, показывающих распределение температур на поверхности моря в феврале и августе, обращает на себя внимание расположение изотерм, ориентированных с юго-запада на северо-восток. Отчетливо видна большая температурная контрастность западной и восточной частей моря. Эта контрастность особенно резко проявляется зимой, причем на юге она мало выражена, а на севере очень резко. Так в феврале на параллели 42° на востоке моря температура достигает 5—6°, а на западе, к югу от залива Петра Великого, падает до нуля и ниже.

Температура воды в августе и феврале

Температура воды в августе и феврале

Летом различие между западной и восточной частями моря несколько сглаживается, но только в поверхностных слоях; с глубиной же контрастность температуры увеличивается: у материкового берега температура воды на глубине 50 м равна 2—3°, а на востоке о. Хонсю 12—16°. На глубинах 300—500 м эта контрастность несколько уменьшается, а на 1000 — 1500 м исчезает совсем.

Для характеристики изменчивости температуры воды от сезона к сезону воспользуемся графиками годового хода температуры, построенными по средне-многолетним данным для различных участков моря. На рис. (стр. 47) представлен годовой ход температуры в Корейском проливе в точке, находящейся в 20 милях к северо-западу от мыса Кавадзири. Здесь в течение многих лет наблюдали за температурой воды на различных глубинах. Этот график характерен для Цусимского течения, проходящего в Корейском проливе через проход Крузенштерна. Минимум температуры на всех глубинах отмечается в марте, максимум на поверхности моря — в августе, на глубине 25 м — в сентябре, 50 м — в октябре, а 75 м — в ноябре, то есть запаздывает от горизонта к горизонту.

Годовой ход температуры у мыса Кавадзири

Годовой ход температуры у мыса Кавадзири

Иной характер годового хода температуры наблюдается в том же проливе у Корейского берега. До 25 м он почти такой же, как в точке к северо-западу от мыса Кавадзири. Но для больших глубин вырисовываются существенные различия. Уже на 50 м в июне— июле наблюдается понижение температуры воды, а на 75, 100 и 120 м резкое понижение температуры отмечается в течение всей теплой половины года. Это объясняется притоком холодных вод с севера. Некоторое повышение температуры от поверхности до дна происходит в результате ветрового перемешивания вод.

Годовой ход температуры у западного берега Корейского пролива

Годовой ход температуры у западного берега Корейского пролива

Большой интерес представляют колебания температуры в том или ином районе моря от года к году. В ряде мест эти колебания особенно велики. Они сильно сказываются на жизни и поведении обитателей моря. При резких и необычных изменениях температуры некоторые из них принуждены откочевывать в другие места, а многие организмы гибнут.

В Корейском проливе, особенно в проходе Крузенштерна, там, где идет основная ветвь Цусимского течения, колебания температуры от года к году невелики. Средняя месячная температура воды в суровый год отличается от температуры того же месяца в теплом году всего лишь на 2—4°.

Иная картина наблюдается в открытом море. Например, к западу от залива Вакаса температура может колебаться от года к году на 6—8° и даже более. Это связано с изменением местоположения оси Цусимского течения. Действительно, если основная струя теплого течения сместится влево или вправо от своего обычного положения, то там, куда она сместилась, температура воды повысится. В этом месте образуется очаг больших положительных аномалий температуры (отклонений от среднемноголетней нормы). В районе же обычного положения оси течения вода станет холоднее, и там возникнет зона отрицательных аномалий.

Большие колебания температуры от года к году наблюдаются в зоне Приморского течения, особенно у берегов Северной Кореи. Но это связано уже не столько с изменением оси Приморского течения, сколько с колебаниями «запаса тепла» в самом течении. Колебания теплозапаса Приморского течения связаны с суровостью зим в Татарском проливе, где оно берет начало. Теплозапас Приморского течения весной и летом в большой степени зависит от суровости или мягкости предшествующей зимы в районе истоков течения. Такая зависимость позволяет предсказывать колебания температуры у берегов Северной Кореи и в районе залива Петра Великого.

Льды. В Японском море льдом покрывается только северная часть. Граница плавучих льдов протянулась от корейского порта Чхончжин (Сейсин) на север вдоль берегов Кореи и советского Приморья до мыса Белкина (46° с. ш.). Сначала она идет на расстоянии 5—10 миль от берега, а потом 15—25 миль. У мыса Белкина граница поворачивает к востоку, затем приближается к северо-западному берегу Хоккайдо в районе мыса Камуи.

Бухты северо-восточной Кореи зимой обычно покрываются лишь тонкой коркой льда, которая легко взламывается ветром и волнением и выносится в море. Такой лед серьезных препятствий для навигации не представляет. Только в суровые зимы при сильных морозах и малых ветрах ледяной покров в заливах Тэдиньмань (Гашкевича), Наджиньмань (Корнилова) и др. достигает значительной толщины. Так 12 января 1933 г. при температуре воздуха около минус 20° залив Корнилова так сильно сковало льдом, что прекратилось местное пароходное сообщение между портами Чхончжинем и Унги (Юки). Лед продержался около 10 дней, а через пять дней с 27 января залив Корнилова снова покрылся льдом до 10 февраля. В это время грузы с пароходов выгружали прямо на лед.

В очень суровые зимы льды могут появиться в открытой части Корейского залива и в бухтах юго-восточного побережья Кореи. Западная часть залива Петра Великого, в вершинах Амурского и Уссурийского заливов, обычно сковывается прочным льдом, который серьезно препятствует навигации, причем требуется помощь портовых ледоколов.

В бухтах советского Приморья с широким входом и генеральным направлением продольной оси, совпадающей с господствующими зимними ветрами (северные или северо-западные), лед легко ими взламывается и выносится в море.

Вдоль материкового берега от мыса Поворотного до мыса Белкина встречаются лишь первичные формы льдов: сало, шуга, снежура и мелкобитые льды. Севернее мыса Белкина они становятся более тяжелыми. В средней части Татарского пролива обычно распространены крупно- и мелкобитые льды и обломки ледяных полей, находящиеся в непрерывном движении под влиянием ветров. На короткие промежутки времени при штилях льдины могут смерзаться и образовывать большие поля, которые разбиваются при первом свежем ветре. Северо-западные ветры зимнего муссона отжимают льды от материка и гонят их к сахалинскому берегу.

Льды Татарского пролива представляют серьезную помеху для навигации. Для ее поддержания зимой требуется помощь линейных ледоколов, особенно на подходах к Александровску, где льды достигают значительной толщины и сильно всторошены. Лед в северной части моря появляется в ноябре сначала в распресненных реками и закрытых бухтах, а затем обычно в начале декабря в открытом море. В апреле месяце лед быстро разрушается и исчезает.

В узкости пролива Лаперуза, между мысом Крильон и мысом Соя, лед наблюдается не каждый год. Весной во второй половине марта — апреле это льды преимущест­венно Охотского моря; они направляются к югу вдоль восточных берегов Сахалина и попадают в залив Анива. Там они и циркулируют, проникая в Японское море только с приливом. Однако могут создаться условия, при которых льды, вынесенные восточными ветрами из залива Анива, дрейфуют далеко на север вдоль западных берегов Сахалина, представляя серьезную угрозу ставным неводам. Это бывает, когда восточные ветры сменяются сильными южными ветрами, увлекающими льды на север в район Невельска и даже Холмска. Такое положение создается, когда циклоны идут не своим обычным путем с юго-запада на северо-восток, а вдоль материкового берега с юга на север.

Вынос льдов можно заранее предусмотреть, если метеорологи, обслуживающие весеннюю путину у юго-западного Сахалина, помимо штормовых предупреждений, будут иметь данные авиаразведок льда в проливе Лаперуза и сообщения прибрежных постов о движении льдов на север. При своевременной информации о ледовой угрозе удавалось притопить дорогостоящие ставные невода и избежать срезывания их льдом.

Ветровые волны. Цунами. Значение ветровых волн в жизни моря огромно. Морское волнение — важный фактор в перемешивании поверхностных слоев воды и в обогащении их растворенным кислородом. Волны изменяют очертания берегов: в одних случаях они их размывают, в других способствуют наращиванию, создавая пляжи и косы. Волнение уменьшает скорость кораблей, понижает их управляемость. Во время жестоких штормов даже большие суда могут получить тяжелые повреждения и затонуть.

Знание элементов волн — высоты, длины, периода (Период волны — промежуток времени между прохождением через одну и ту же точку смежных гребней (или подошв) волны) необходимо судостроителю для расчетов крепости корпуса судов, их плавучести и устойчивости. Совершенно необходимо при проектировании, строительстве и эксплуатации морских портов учитывать волнение. Постройка портовых оградительных сооружений должна производиться со строгим учетом преобладающего направления сильного волнения и размеров волн.

Размеры и форма волн в любом море зависят не только от силы и продолжительности вызвавшего их ветра, но и от глубины моря, его размеров или, как принято говорить, от длины разгона волн. Моря, глубина которых соизмерима с длинами ветровых волн, действующих на его поверхности, называются в океанографии «мелкими». К таким относятся Аральское, Азовское, северная часть Каспия. В «мелких» морях волны короткие, высокие, очень крутые.

Моря, глубина которых больше длины волн, называются «глубокими»; в них глубина уже не сказывается на характере волнения. К числу последних относится Японское море. Его волны не особенно велики, так как летом ветры преимущественно слабые, а зимой, хотя ветры зимнего муссона и сильны, они дуют преимущественно поперек моря и для развития больших волн не хватает разгона.

Однако иногда в Японском море возникают гигантские волны, но они вызываются не ветрами, а подводными землетрясениями или извержениями подводных, а иногда и надводных прибрежных вулканов. Такие волны носят японское название цунами. За последние две с половиной тысячи лет во всем мире отмечено 355 цунами, из них на побережье Японского моря пришлость 17.

Колебания уровня. Приливы. Колебания уровня Японского моря бывают в основном двух видов: приливные и сгонно-нагонные, вызываемые ветрами (Колебания уровня, связанные с резкими изменениями атмосферного давления (сейши), хотя и наблюдаются в Японском море довольно часто, но не имеют существенного значения — у берегов они составляют всего несколько сантиметров и очень редко десятки сантиметров).

Зимой северо-западный муссон повышает уровень моря у западных берегов Японских островов на 20 — 25 см, а у материкового берега уровень настолько же ниже среднегодового. Летом наоборот: у берегов Северной Кореи и Приморья уровень повышается на 20— 25 см, а у японских берегов на столько же понижается. Но так как берега Японского моря приглубы, колебания уровня сгонно-нагонного характера не имеют большого практического значения.

Важное практическое значение в Японском море имеют приливо-отливные колебания уровня. Они неодинаковы в разных частях моря: наибольшее колебание уровня наблюдается на крайнем юге и крайнем севере моря. У южного входа в Корейский пролив величина прилива достигает 3 м. По мере продвижения на север она быстро уменьшается и уже у Пусана не превышает 1,5 м.

В средней части моря приливы невелики. Вдоль восточных берегов Кореи и советского Приморья вплоть до входа в Татарский пролив они не больше 0,5 м. Такой же величины приливы у западных берегов Хонсю, Хоккайдо и юго-западного Сахалина. В Татарском проливе у Александровска приливы достигают 2,3 м, у мыса Тык — 2,8 м. Возрастание величин приливов в северной части Татарского пролива обусловливается ее воронкообразной формой, так как при этом один и тот же объем морских вод должен проходить через все меньшие и меньшие сечения.

В Японском море наблюдаются все основные виды приливов: полусуточные, суточные и смешанные (При полусуточных приливах уровень два раза в сутки достигает максимума и минимума, при суточных — один раз, при смешанных характер изменения уровня периодически меняется—уровень достигает максимума и минимума то два раза в сутки, то один раз). В Корейском проливе и в северной части Татарского приливы полусуточные, на побережье Хонсю и Хоккайдо суточные и лишь изредка встречаются смешанные. На побережьях восточной части Кореи и Приморья в основном суточные, только в заливах Корейском и Петра Великого смешанные.

Растительность. Растительные организмы обитают в море лишь на глубинах, куда проникает достаточное для жизнедеятельности количество солнечного света. Поэтому обычно глубже 100 м в морях растений нет.

В Японском море растительность богата. Его поверхностные слои населены огромным количеством фитопланктона — микроскопических низших растений. Это одноклеточные организмы, лишенные специальных органов движения, но имеющие щетинки, отростки и другие приспособления, помогающие им держаться в воде. Одни из них, например перидинеи (жгутиковые) предпочитают теплые воды, другие, например диатомовые,— холодные. Поэтому в летнее время преобладают перидинеи, а в зимнее — диатомовые. Многочисленные виды жгутиковых и диатомовых водорослей составляют основную массу фитопланктона.

Зимой фитопланктона мало, он сосредоточен в самом поверхностном слое воды (0—15 м), летом же его много и находится в слое 5—20 м. В течение суток фитопланктон совершает пассивные вертикальные перемещения: ночью под влиянием силы тяжести оседает на глубину, а днем, выделяя пузырьки кислорода, поднимается вверх как на поплавках.

Фитопланктон играет огромную роль в жизни моря: он служит пищей различным рачкам, мелким рыбам и другим морским животным. Весной и летом, в период обильного развития фитопланктона, меняется даже окраска моря. Синий цвет превращается в зеленый, иногда воды принимают желтоватые оттенки.

У берегов на морском дне произрастают разнообразные виды многоклеточных водорослей. От наземных растений они отличаются тем, что их корневища служат для прикрепления, но не для питания. Поэтому-то водоросли «не любят» селиться на илистом грунте, а предпочитают твердую основу: камни, песок, раковины.

На мелководье у берегов преобладают зеленые водоросли, которым нужно много солнечного света, на глубине до 30 м — бурые водоросли, менее требовательные к свету, а еще глубже поселяются красные водоросли (багрянки), им требуется еще меньше солнечного света.

Прибрежные воды Кореи, советского Приморья, Сахалина и Хоккайдо известны обилием ламинарии (морской капусты) — одного из родов бурых водорослей. В Китае, Корее и Японии ее употребляют в пищу. Морской капустой кормят скот. Раньше она использовалась для производства йода (В настоящее время йод получают более экономичным способом — из неорганических веществ). Вдоль западного берега Сахалина, помимо ламинарии, часто встречаются и другие представители бурых водорослей: алярии и фукусы. На зарослях этих водорослей сельдь во время нереста откладывает икру. У берегов Приморья широко распространены и красные водоросли. Среди них практи­ческое значение имеют анфельция и филлофора, из которых добывается агар-агар, используемый в пищевой и текстильной промышленности, медицине и фотографии.

Ламинария

Ламинария

В Японском море на глубине 4—6 м встречается саргассовая водоросль, раскидистые кусты которой достигают 3 м высоты. В вертикальном положении она поддерживается специальными поплавками. Больше всего таких водорослей развивается в августе и сентябре; иногда под действием поплавков они отрываются от грунта и всплывают на поверхность моря.

В Японском море встречаются представители высших цветковых растений, обитающих на мелководье у берегов. Они имеют корни, стебель, листья, цветы и семена. К ним относится морская трава — зостера, образующая обширные и густые леса и филлоспадикс (морской лен). Заросли этих растений окаймляют скалистые берега Приморья. Они широко используются в мебельной промышленности как набивочный материал для матрацев и мягких сидений.

Животный мир. Животный мир Японского моря обилен и разнообразен: по количеству видов он значительно превосходит мир растений. В отличие от растений, живущих только в поверхностном слое, животные населяют море от поверхности до самого дна.

Морские животные, обитающие в толще воды, обычно подразделяются на зоопланктон и нектон. К зоопланктону относятся одноклеточные и мелкие многоклеточные организмы — инфузории и ракообразные, яйца и личинки различных животных и многие др. Все они лишены сильных органов движения. Их удельный вес мало отличается от удельного веса морской воды, поэтому они как бы «парят» в воде и переносятся вместе с ней. К нектону относятся крупные организмы, способные самостоятельно передвигаться иногда на большие расстояния, например рыбы.

Из зоопланктона Японского моря наибольшее распространение имеют веслоногие ракообразные. Особенно много здесь маленьких рачков калянусов размером 1—2 мм, служащих основной пищей важнейших промысловых рыб: сельди, сардины, скумбрии. Обильны также личинки донных животных: морских ракушек (моллюсков), ракообразных, червей и иглокожих (морских ежей и звезд).

Осьминог

Осьминог

014

Основная масса зоопланктона сосредоточена в верхнем слое моря (до 50 м), с глубиной его количество уменьшается. В течение суток в различные сезоны года планктонные организмы иногда совершают значительные вертикальные перемещения. Ночью и зимой они обычно поднимаются с глубин к поверхности, днем и летом — опускаются вниз. Например, глубоководный холодолюбивый рачок калянус-кристатус, обитающий в летнее время на глубине 500—1000 м, зимой перемещается в самые верхние горизонты.

Совокупность разнообразных донных организмов объединяют под названием бентос. В бентосе Японского моря преобладают моллюски, характерные в основном для мелководной зоны, глубже преобладают иглокожие, а еще глубже — черви и ракообразные. Обильны двустворчатые моллюски: морские, или японские, гребешки и устрицы; из иглокожих — трепанги, морские ежи, звезды и голотурии — морские огурцы. Морские звезды— хищники: они поедают устриц, морских гребешков и даже рыбу, «объячеившуюся» в рыбачьих сетях.

Сильно распространены в Японском море ракообразные (креветки, лангусты, омары, крабы) и головоногие моллюски: осьминоги, каракатицы и кальмары. Одни из этих моллюсков обитают на дне моря (осьминоги), другие — активные пловцы, потерявшие всякую связь с дном моря. Кальмары страшные хищники, поедающие в море все живое, с чем могут справиться: моллюсков, ракообразных и даже рыб. Иногда они достигают огромных размеров и нападают на таких крупных животнах, как кашалот.

Косатка

Косатка

В Японском море можно встретить морского котика, приходящего сюда на зимовку из более северных районов, представителей безухих тюленей — нерпу, дельфина и даже кита.

Рыбы. О богатстве видового состава рыб Японского моря можно судить из следующих данных:

T_1

Такое разнообразие обусловливается прежде всего обилием корма и термической контрастностью северной и южной, восточной и западной частей моря. На севере и северо-западе моря имеются виды рыб северных широт (бычки, липариды, морские лисички, треска, навага), а на юге встречаются такие представители тропиков, как летучие рыбы, тунцы и луна-рыба.

Больше всего видов рыб обитает в южной части моря, в Корейском проливе и у берегов о. Хонсю. Северная холодная часть моря бедна видами, но из-за богатого корма (планктона) некоторые из них многочисленны и давно представляют объект крупного промысла.

По мере продвижения от Корейского пролива к северу вдоль западного и восточного берегов моря исчезают тропические и субтропические виды рыб. Вместе с тем уве­личивается число обитателей холодных вод. В заливе Петра Великого насчитывается лишь 210 видов рыб, из которых преобладают холодноводные, особенно в осенне-зимний период и весной. Южные рыбы проникают в этот район вместе со струями теплого течения, одни из них приходят регулярно (скумбрия, сайра), другие — не каждый год (тунцы), некоторые же встречаются в виде редких находок (луна-рыба, молот-рыба).

То же можно наблюдать в восточной половине моря, у Японских островов. Только здесь южные рыбы заходят немного дальше на север по сравнению с западной частью моря. Это касается рыб, живущих в поверхностных слоях открытого моря, на север их заносит Цусимское течение.

На крайнем севере моря, в Татарском проливе, количество видов уменьшается. По характеру фауна становится более холодноводной. Пришельцы с юга немного­численны (скумбрия, сайра), попадают они сюда по сезонам и нерегулярно.

Для Японского моря характерно отсутствие настоящих глубоководных рыб. Рыбы же, которые все-таки живут на больших глубинах моря, совершенно не похожи на рыб Тихого океана, обитающих на тех же глубинах с восточной стороны Японских островов. Рыбы больших глубин — это прежние обитатели мелководной береговой зоны, которые опустились и приспособились к новым условиям жизни. Это северные бычки и липариды. Последние обнаружены на глубине более 3500 м. Интересно, что в глубинах Японского моря обнаружена рыба с таким прозрачным черепом, что через него виден головной мозг.

Сардина

Сардина

Скумбрия

Скумбрия

Отсутствие в Японском море настоящих глубоководных рыб, распространенных в Тихом океане, подтверждает, что это море не является участком Тихого океана, отшнуровавшимся от него вследствие поднятия Японских островов и Сахалина, а образовалось путем провала участка земной коры. Иначе в Японском море остались бы представители глубоководной тихоокеанской фауны.

Для придонных и донных рыб, таких как треска и камбала, Японское море не совсем благоприятно, прежде всего из-за слабого развития материковой отмели и недостатка мелей и банок — излюбленных мест обитания этих промысловых рыб.

Японское море, характерное температурными контрастами, удобно для жизни стадных промысловых рыб, держащихся в верхнем слое открытого моря и питающихся планктоном. Особенно богата жизнь в районах стыка теплых и холодных вод. Такие рыбы, как скумбрия, сельдь собираются в многочисленные косяки. К теплолюбивым промысловым рыбам относятся скумбрия и сардина.

Поучительна история с катастрофой в промысле дальневосточной сардины. До 1941 г. она была основной промысловой рыбой в Японском море. Миллионы центнеров рыбы вылавливалось вдоль восточных берегов Кореи, Японии и советского Приморья. В 1941 г. улов повсеместно сильно сократился, а в 1942 г. прекратился совсем в большинстве районов Японского моря, за исключением самых южных его пределов.

Что же представляет собой эта рыба, какова история ее промысла и каковы причины ее исчезновения?

Сардина в длину достигает 30 см. По вкусу не отличается от своей сестры — атлантической сардины, очень жирная и вкусная, жира в ней содержится иногда до 40%.

В отличие от многих других теплолюбивых форм она наиболее чутко и болезненно реагирует даже на незначительные изменения температуры. Советский ученый П. Ю. Шмидт приводит случаи массовой гибели сардины летом у берегов Сахалина при внезапном и резком понижении температуры.

Сардина — пришелец из субтропиков. Она нерестится на юге, в основном у юго-западных берегов японского о. Кюсю. Раньше имелись места нереста вдоль западных и северо-восточных берегов о. Хонсю в пределах Цусимского течения. Нерест происходит на юге в январе — феврале, в северных районах в марте — апреле при температуре 12—15°.

После нереста сардина устремляется на жировку в северные районы Японского моря, где она находит обилие планктона. Бурное развитие планктона приурочено к стыку теплых и холодных вод. Здесь сосредоточиваются многие промысловые рыбы. Эти места представляют центры мирового рыбного промысла. Стык Гольфстрима и холодного Лабрадорского течения в районе Большой Ньюфаундлендской банки, фронтальная зона встречи Куро-Сиво и холодного Курильского течения в северо-западной части Тихого океана — наиболее богатые и издавна известные районы мирового промысла.

Миграции сардины на север происходили двумя путями — вдоль восточного берега Кореи и западных берегов Хонсю и Хоккайдо. Многочисленными стаями, хорошо видимыми с судна и особенно с самолета, сардина подходила к берегам советского Приморья, где вылавливалась плавными сетями, кошелковыми неводами в открытом море и главное ставными неводами у самого берега.

Наших берегов в районе залива Петра Великого сардина достигала обычно в июне месяце, а в июле — августе она проникала в Татарский пролив, доходила до залива Де-Кастри, в октябре совершала обратную миграцию, откатываясь в южные пределы моря.

Промысел иваси у берегов Японии начался в середине прошлого века, а у берегов советского Приморья только в 1925 г., когда впервые было выловлено 4400 ц этой рыбы. П. Ю. Шмидт писал: «Когда я впервые в 1900 г. попал на берега Тихого океана, я познакомился с иваси в Нагасаки, но во Владивостоке, при собирании сведения о рыбном промысле, мне никто ничего об этой ценной рыбе не сообщал. Ее не было и на рыбном рынке, на котором тогда можно было достать самых разнообразных представителей ихтиофауны».

В тридцатых годах сардина была основным объектом советского промысла в Японском море. В 1937 г. улов ее достиг рекордной цифры — 1 400 000 ц. В тридцатые годы у берегов Кореи вылавливалось более 10 млн. ц, а у берегов Японии 12—15 млн. ц.

В 1941 г. произошла катастрофа в сардиновом промысле Японского моря.

Что же произошло с сардиной? Полного единодушия по этому вопросу среди ученых нет. Японский ученый Ясугава считает основной причиной исчезновения сардины — чрезвычайно неблагоприятные условия нереста в 1936—1939 гг., в результате чего произошло резкое уменьшение поголовья сардины.

Советский ученый А. Г. Кагановский объясняет исчезновение сардины не только изменением температурных условий, но и качественными изменениями в поголовье сар­дины— ее измельчанием. А мелкая сардина еще более чувствительна к понижению температуры, чем крупная.

Начиная с 1941 г., летние температурные условия в Японском море были крайне неблагоприятными для сардины. В северной и центральной частях моря поверхностные воды оказались на 3—4° холоднее, чем в обычные годы, и от корейского порта Воньсань до японского порта Ниигата образовался холодный слой воды (к тому же бедной кормом сардины — планктоном), препятствующей проникновению сардины в наши воды.

П. Ю. Шмидт также считает похолодание вод Японского моря основной причиной исчезновения дальневосточной сардины. В подтверждение своего взгляда П. Ю. Шмидт в книге «Рыбы Тихого океана» приводит карты температур воды Японского моря, составленные A. M. Баталиным. Эти карты наглядно показывают существенную разницу в физических условиях обитания сардины в 1941 и 1942 гг. по сравнению с нормальным годом, например 1932 г.

Отклонение температуры воды от нормы в мае 1941 г.

Отклонение температуры воды от нормы в мае 1941 г.

Было установлено, что у юго-западного берега Кюсю, в местах основного нереста сардины, вода на 2—3° холоднее нормы была только зимой 1936 г., а в последующие зимы (1937—1940) оказалась нормальной. Поэтому неблагоприятные условия нереста 1936 г. могли сказаться только на поколении этого года. Таким образом, теории П. Ю. Шмидта и А. Г. Кагановского являются более правильными, чем Ясугава.

Скажем теперь о причинах похолодания Японского моря 1941—1944 гг. А. М. Баталии считает, что оно частично связано с уменьшением количества тепла, достав­ляемого в Японское море Цусимским течением. Главную же причину он усматривал в смещении теплых течений к юго-востоку под действием усилившегося в 1941— 1942 гг. зимнего муссона.

Отклонение температуры воды от нормы в мае 1942 г.

Отклонение температуры воды от нормы в мае 1942 г.

Нам, однако, представляется, что похолодание связано с очень холодными зимами периода 1940—1943 гг. В эти зимы в Татарском проливе образовывались мощные льды, которые сохранялись весной дольше, чем обычно, и поэтому Приморское течение в эти годы усилилось. Холодные воды Приморского течения и создали тот барьер, который мешал сардине прорваться к берегам советского Приморья.

То, что сардина подошла к нашим берегам в двадцатых годах, в период потепления Японского моря, и исчезла в сороковых, в период похолодания, позволяет сделать предположение, что со временем сардина снова будет заходить в северную часть моря. Температурный режим Японского моря уже несколько лет назад достиг своего обычного состояния, но потребуется, вероятно, еще несколько лет для того, чтобы сардина, удерживающаяся сейчас в самых южных пределах моря, при повышении своей численности стала постепенно распространяться к северу. Не исключено, что этот процесс уже начался, о чем свидетельствуют первые центнеры сардины, выловленные на севере моря, у берегов Сахалина, летом 1954 — 1955 гг.

Другая теплолюбивая рыба — скумбрия — после исчезновения сардины стала одним из главных объектов советского промысла в Японском море. Взрослая скумбрия в промысловых количествах встречается при температуре воды от 6 до 22°. Ее температурный оптимум равен 12—16°. Скумбрия в январе — марте обитает в южной части моря, примыкающей к Корейскому проливу, и держится преимущественно у дна. Здесь ее ловят на глубинах 100— 150 м придонными ставными неводами и тралами.

В марте температура воды в этом районе равна 13—14° и почти одинакова от поверхности до дна. Весной с началом потепления скумбрия откочевывает на север для икрометания, которое длится с апреля по июль. Нерестует скумбрия в прибрежной полосе, в заливах и бухтах или между островами, главным образом вдоль северо-восточных берегов Кореи и в заливе Петра Великого.

Начало нереста скумбрии зависит от созревания ее половых продуктов, которое в свою очередь зависит от температуры воды в районе ее зимовки. Если там температура будет выше нормальной, то половые продукты созреют раньше, и скумбрия будет нерестоваться в близлежащих бухтах восточного берега Кореи; до залива Петра Великого дойдет очень мало неотнерестовавшей рыбы. Когда же в районе зимовки температура воды низкая, то созревание половых продуктов задерживается, значительная часть скумбрии, не отнерестовав, доходит до залива Петра Великого, где и происходит основной нерест.

После икрометания скумбрия перемещается все далее на север в поисках корма, пока не достигает северных пределов своего обитания: Советская Гавань — Широкая Падь. В сентябре — октябре она покидает северные районы и откочевывает на юг к местам зимовки.

К холодолюбивым рыбам Японского моря относятся треска, камбалы, сельдь. Однако для них чрезвычайно низкие температуры «противопоказаны» так же, как теплолюбивым рыбам очень высокие. Особенно плохо они переносят отрицательные температуры. Зимой при появлении холодных вод у берегов Приморья треска перемещается на глубины и подходит к берегу летом при потеплении. У берегов же Хоккайдо летом, когда температура в прибрежной полосе повышается, треска, наоборот, откочевывает от берега в более глубокие и холодные горизонты, а зимой держится у берегов, так как температура воды здесь для нее благоприятная.

020

В отличие от атлантической трески, имеющей свободно плавающую икру, у тихоокеанской, подобно бычку и скату, икра придонная. Это биологическая приспо­собленность выработалась у дальневосточной трески в связи с тем, что она мечет икру в районах с сильными течениями и там, где зимой появляются льды. Если бы у нее не было придонной икры, то она вмерзала в лед или разносилась течениями и погибала.

Сельдь, обитающая в Японском море, как и треска, избегает чрезмерно охлажденных вод, но еще в большей степени не выносит высокие температуры. Сельдь подходит для нереста к юго-западным берегам Сахалина в апреле при температуре воды 0—4°. В большой зависимости от температуры находится и поведение нагульной (жирующей) сельди в Татарском проливе. В конце мая — начале июня развитие планктона в южной части Татарского пролива достигает максимума. Именно в этот период сюда устремляются косяки сельди на жировку.

Выбор мест обильного промысла, а также наиболее уловистых орудий лова в сильной степени зависит от термических условий. В относительно холодные годы, как например 1946 и 1947 гг., косяки сельди все лето держались поблизости от берегов и вылавливались дрифтерными сетями (Дрифтерные (плавные) сети «выметываются» обычно на ночь, они удерживаются «на плаву» и медленно дрейфуют вместе с течением) и ставными неводами вначале в поверхностных, а затем в придонных слоях. В относительно теп­лые годы (1948 и 1949) сроки пребывания сельди у берегов весьма сокращаются, рыба быстрее отходит в открытое море. Дрифтерный лов у берегов в такие годы прекращается уже к середине июля, а ставными неводами еще раньше. Вторично к берегам сельдь подходит осенью, в сентябре — октябре, когда происходит похолодание вод.

021

Как показал В. Г. Богаевский, сроки пребывания сельди в прибрежной зоне зависят и от толщины поверхностного слоя воды, прогретой выше 10°. Сельдь избегает этого прогретого слоя и держится ниже, в подстилающих его водах с более низкой температурой. Больше всего ее скапливается у берегов при сильных северо-восточных ветрах, когда нагретая вода отгоняется от берега, а к поверхности поднимаются холодные глубинные воды.

С изменениями температурных условий в Японском море могут исчезать и появляться редкие рыбы, не являющиеся объектом промысла. По сообщению А. И. Румян­цева, летом 1949 г. после 7—8-летнего перерыва, вызванного резким похолоданием в 1941 —1944 гг., вновь зафиксированы случаи вылова в районе залива Петра Великого субтропических и тропических рыб. Так, 30 сентября 1949 г. в Уссурийском заливе поймали морского угря, обитающего у берегов южных Японских островов. В этот же день в районе Зарубино выловили так называемую карагоидную рыбу, распространенную в тропических широтах Индийского и Тихого океанов. В августе того же года в заливе Петра Великого были пойманы три экземпляра восточного тунца весом 245, 261 и 336 кг, а у мыса Песчаного в Амурском заливе—представитель субтропиков — спинорог. В том же году в водах Приморья нашли огромного обитателя тропических вод — луну-рыбу. Вес ее достигал 300 кг.

Эти находки свидетельствуют об общем потеплении вод Японского моря. О том же говорят первые центнеры сардины, выловленные в наших водах в 1954—1955 гг.

Рыбная промышленность. В Японском море ведут промысел три страны: Советский Союз, Япония и Корея.

Добыча рыбы, морского зверя и других продуктов моря на Дальнем Востоке всегда имела чрезвычайно большое значение для нашей страны. Удельный вес промысла в дальневосточных морях в послевоенные годы составлял от 20 до 36% от общей добычи Советского Союза.

Сырьевые ресурсы дальневосточных морей позволяют увеличить добычу. Это прежде всего относится к сайре, минтаю, треске и другим рыбам.

Среди дальневосточных морей Японское море до 1941 г. занимало первое место по количеству добытой рыбы за счет высоких уловов сардины. После войны Японское море уступило первое место Охотскому морю и прикамчатским водам Тихого океана, где вылавливаются главным образом лососи, сельдь и камбалы.

До войны в Японском море промыслом было освоено небольшое количество видов рыб. К их числу относились сардина, лососевые (кета, горбуша, сима), сельдь, треска, камбала и навага (вахня). В послевоенные годы организован промысел скумбрии, минтая, терпугов, корюшки и др.

022

Массовый промысел скумбрии в водах Приморья возник только в 1947 г. и к 1953 г. ее улов достиг 183 тыс. ц.

Промысел камбал в Приморье существует издавна. Из 25 видов, встречающихся в дальневосточных водах, в заливе Петра Великого вылавливаются 19 (по П. А. Моисееву). В уловах преобладает желтоперая, остроголовая и малоротая камбалы.

Основан этот промысел на их облове в весеннюю миграцию из районов зимовки к берегу и обратной миграции осенью. Зимуют камбалы на значительных глубинах— от 170 до 250 м и даже глубже, избегая прибрежных отрицательных температур. Больше всего ее скапливается на банке, расположенной к юго-востоку от о. Аскольд.

Камбалы отличаются относительно малой подвижностью. Для определения ее миграций в некоторых местах отдельные рыбы были помечены и отпущены обратно в море. Дальше 17 миль от места выпуска ни одна из помеченных камбал не была поймана вторично.

023

Промыслом освоены скопления камбал в северной части Татарского пролива, уловы которых стали увеличиваться после второй мировой войны и достигли 100 тыс. ц.

Недостаточно используется в Японском море такая важная промысловая придонная рыба, как треска, и другой представитель семейства тресковых — минтай.

До 1941 г. треска в Японском море ловилась в ничтожном количестве. После войны улов ее возрос за счет промысла у юго-западных берегов Сахалина. Как и добыча трески, лов минтая начался в послевоенные годы. Минтай, обитающий в придонных и промежуточных горизонтах на глубинах до 150—200 м, распространен по всему Японскому морю, но особо большие скопления его образуются у восточных берегов Кореи, в Корейском заливе. Туда в 1946—1948 гг. для экспедиционного промысла были направлены промысловые суда. Уловы достигали 5 тыс. ц на судно. Общий улов минтая в 1948 г. составил 180 тыс. ц. Запасы его в Японском море очень велики и позволяют значительно увеличить добычу.

К сожалению, минтай, обитающий в некоторых районах дальневосточных морей, заражен паразитами. Правда, для человека они безвредны, но их обилие ухудшает качество мяса.

Сельдь обитает преимущественно в северной части Японского моря и ловится у берегов Приморья, Хоккайдо и Южного Сахалина.

До самого последнего времени ловилась преимущественно весенняя нерестовая сельдь с малым содержанием жира (до 5—6%). До 1945 г. у юго-западного Сахалина нерестовая сельдь вылавливалась японцами в огромных количествах. В 1931 г. улов достиг 5,5 млн. ц, затем он снизился до 1,5—3 млн. ц в год. Нерест сельди у Сахалина происходит в апреле. К берегу она приближается быстро и в огромном количестве. Уловы сахалинской сельди составили: в 1946 г.— 506 тыс. ц, в 1947 г.— 609. в в 1948 г. — 667, в 1949 г.— 1135 тыс. ц, а с 1950 г. они стали резко сокращаться в связи с истощением сахалино-хоккайдского стада сельди. Помимо нерестовой, существует промысел нагульной сельди, превосходной по качеству, с содержанием жира до 20%. Лососевые (кета, горбуша, сима) ловятся в реках Приморья и западного берега Сахалина во время их хода на нерест.

К неосвоенным, но весьма перспективным объектам промысла следует отнести сайру. До 1934 г. она появлялась в Японском море нерегулярно, а в последующие годы стала подходить для нереста более регулярно и обильно даже к нашим берегам. Сайра чутко реагирует на электрический свет, собирается в зоне освещения, где ее успешно вылавливают подъемными сетями.

В Японском море развит промысел крабов, моллюсков (преимущественно гребешка), морских растений (ламинарий, морской капусты, анфельции, зостеры). Из ламинарии приготовляются медицинские препараты, а из анфельции (красная водоросль) добывается агар. Большинство морских беспозвоночных и водорослей промыслом недоиспользуется, и их добыча может быть значительно расширена.

comments powered by HyperComments