2 года назад
Нету коментариев

Автору этой книги на лекциях о мамонтах обычно за­дают множество вопросов. В чем, например, заключается основная ценность мамонтов и других вымерших пред­ставителей мамонтовой фауны, зачем нужны их исследо­вания и новые поиски костей, скелетов, мерзлых туш? Можно ли и нужно ли попытаться «воскресить» этих за­гадочных великанов? Будет ли от живого мамонта науч­ная и практическая польза или достаточно показывать скелеты и чучела этого животного в музеях и попытаться возродить промысел мамонтовой кости?

Прежде всего укажем вновь, что мамонт и его вы­мершие спутники десятки тысячелетий составляли среду, окружавшую первобытных людей, и были основой суще­ствования наших далеких предков. Именно эти живот­ные обеспечили эволюцию человечества в Северном полушарии на протяжении каменного века. Знать же в деталях свою собственную историю — естественный долг любого культурного человека и целого народа.

Изучая особенности морфологии мамонта и его спут­ников, восстанавливая их образ жизни, мы стремимся полнее воссоздать экологическую обстановку эпохи их существования и лучше понять причины, вызвавшие разрушение (вымирание ряда видов) мамонтового фаунистического комплекса. Такие представления могут дать основу для прогнозов при планировании хозяйственного освоения ландшафтов и животного мира, в частности опытов реакклиматизации животных (например, овце­быка в современной тундре Сибири). Наконец, мерзлые ткани давно вымерших существ представляют исключи­тельно благодарный материал для изучения выживае­мости микробов, сохраняемости клеточных структур, со­става и эволюции белков, определения геохронологиче­ских дат.

Каждая документированная находка костей мамонта, а тем более мерзлой туши дает новый фактический ма­териал для расшифровки возраста и генезиса четвертич­ных отложений. Так называемые опорные геологические разрезы четвертичных толщ лучше всего характеризу­ются остатками мамонтов и сопровождающих их ви­дов — лошадей, оленей, бизонов, речных бобров, медве­дей. При геологическом обосновании устройства гранди­озных плотин и водохранилищ в долинах равнинных рек геологи-проектировщики руководствуются именно такими фаунистическими данными.

Наконец, изучение истории животного мира четвер­тичного периода имеет самое непосредственное отноше­ние к проблеме охраны природы, которая все больше тревожит сознание современного человечества. За не­большой в геологическом смысле срок частично при уча­стии человека и независимо от него в фаунах континен­тов произошли очень серьезные изменения, и при этом не в лучшую сторону. Фауна Северного полушария резко обеднела видами зверей, которые в иных, управляемых человеком условиях могли бы быть введены в хозяйст­венный оборот. Человечество же послеледниковой эпохи сумело спасти лишь небольшую часть обреченных видов в измененном, одомашненном виде.

Что касается возрождения промысла мамонтовой ко­сти, то в прежних масштабах он вряд ли будет органи­зован. При наличии развитой промышленности полиме­ров потребность в натуральном сырье — мамонтовой ко­сти для технических целей резко ограничена. Роль же костерезной промышленности в национальном продукте страны мизерна, и вряд ли изготовление массовых суве­ниров будет оправдывать затраты на поиск и вывоз бивней.

В последние годы публику особенно занимает вопрос, можно ли при современных достижениях биологической науки воскресить мамонтов как вид и что для этого тре­буется. В связи с современными успехами генетики и цитофизиологии, т. е. учения о клетке и происходящих в ней процессах, такие вопросы уже не могут вызывать только улыбку, как это было еще несколько десятилетий тому назад. Теперь разработан метод имплантации, пере­садки зрелых яйцеклеток и зародышей из матки одного материнского организма в другой. Быстро замороженная сперма сельскохозяйственных животных может сохра­нять жизнеспособность в течение нескольких недель и даже месяцев. В таком виде она перевозится в особых контейнерах за тысячи километров для искусственного осеменения маточного поголовья овец, коров, лошадей. Появился даже метод пересадки ядра — носителя генов из одной клетки в другую и, следовательно, прививки генного аппарата одного вида другому путем насильст­венной гибридизации.

Таким образом, теоретически вопрос, казалось бы, может быть решен положительно, и со временем, исполь­зуя для подсадки мамонтового кода индийских и афри­канских слонов, ученые могут попытаться развести по­лумохнатых гибридов, а затем и чистую линию мамон­тов. Впрочем, применительно к мамонтам все выглядит неизмеримо сложнее. Семенники и яичники мамонтов на­ходились глубоко в брюшной полости и при гибели особи неизбежно подвергались процессу разложения в первую очередь. Быстрый процесс замораживания тканей трупа был несовместим с процессом последующего захоронения и консервации. Так, например, туша мамонта, случайно погибшего в долине якутской реки зимой, могла про­мерзнуть при —50° С на ветру быстро — за несколько часов. Однако следующей весной и летом, когда труп заливался водой и перекрывался илистыми наносами в какой-нибудь старице, он размерзал и частично раз­лагался, по крайнеймере с поверхности. Особо редкие случаи консервации трупа, при попадании (и гибели) животных в промоины грунтового льда (рис. 28, 1), могли происходить преимущественно летом, и, следова­тельно, такие трупы оказывались около 2—3 меся­цев при температуре, близкой к нулю, а при последую­щем погребении в наносах и замерзании на тысячеле­тия — при —4—5°С (такова температура грунтового льда).

Напомним, что для опыта «воскрешения» необходимо найти труп взрослой мамонтихи со свежими яичниками в стадии овуляции или труп взрослого мамонта со све­жими семенниками в процессе сперматогенеза. Между тем нам совершенно неизвестно, смогут ли половые и соматические клетки даже у идеально замороженного трупа мамонта сохранить жизнеспособность в течение 8-10 тысячелетий как минимум (!).

Как показало исследование Магаданского и Хатангского мамонтов, за 40 тысяч лет все клетки этих экзем­пляров подверглись сильнейшему обезвоживанию, вну­триклеточные структуры и стенки клеток большей частью разрушились. Хотя мускульная ткань и сохраняет у мерзлых туш мамонтов розоватый цвет, а легкий за­пах тления привлекает медведей, волков, собак, песцов, которые охотно едят такое мясо, процесс мумификации тканей и денатурации белков заходит так далеко, что оказывается необратимым. Только при невероятно счаст­ливом стечении большого числа обстоятельств можно рассчитывать на успех попыток воскрешения мамонтов. Впрочем, у современного человечества достаточно работы и забот по сохранению и совершенствованию живого ге­нетического фонда, который достался ему в XX веке.

comments powered by HyperComments