2 года назад
Нету коментариев

Среди немногих уцелевших крупных видов мамонтовой группировки северный олень замечателен своей экологи­ческой пластичностью и морфологическим постоянством. В его конституции оказались заложены такие черты, ко­торые позволили ему пережить все передряги ледниковых и послеледниковых эпох. Среди своих собратьев по се­мейству оленьих — плотнорогих парнокопытных — север­ный олень выделяется затейливо разветвленными рогами, вырастающими ежегодно нпе только у самцов, но и у са­мок.

Происхождение северного оленя не совсем ясно. К. К. Флеров (1952) считал его выходцем из плейстоцена Северной Америки, но теперь и в средней Европе найдены остатки позднеплиоценовых-раннеплейстоценовых север­ных оленей.

Северный олень сложен очень пропорционально и изящно. Небольшая голова с мягко опушенной мордой и большими миндалинами глаз вызывает общую симпатию. Рога с надглазничными отростками в виде пальцеобразной лопатки изящно выгнуты дугой назад и затем вперед. Валикоподобное туловище посажено на умеренно длинные ноги. Копыта северных оленей невысокие, но широкие и вогнуты так, что образуют как бы блюдце. Боковые ко­пытца могут широко раздвигаться в стороны. При ходьбе по зыбким торфяным болотам, по непрочному насту и при плавании через реки такие копыта просто незаменимы. Их опорная площадь в случае нужды внезапно увеличи­вается вдвое и у взрослых самцов может достигать на каждую ногу до 300 см2 и более. Взрослый олень-самец весит от 100 до 120 кг (самка немного меньше) и при та­кой опоре легко бежит по зыбкому сфагновому болоту.

Коренные зубы северного оленя с низкими коронками успешно справляются с увлажненными лишайниками (ягелем), веточками и листьями полукустарников—чер­ники, карликовой березки, ивы, но вовсе не приспособлены к поеданию жестких и запыленных трав. Поэтому эти олени и не могут жить в степях, где их зубы были бы быстро «съедены».

Довольно толстая и эластичная кожа оленя производит густой и упругий меховой покров. На подгрудке и шее у них образуется к зиме большой белый подвес из длин­ных белых волос. Зимой все туловище этих оленей по­крыто плотным волосяным покровом высотой 5—6 см, со­стоящим сплошь из остевых волос с сердцевинным кана­лом. Такая шкура упруга, непродуваема и непробиваема дождем и снегом.

Гон оленей происходит в сентябре, когда сильные самцы яростно защищают свой гарем от соперников. Мо­лодые (один, реже — два) появляются в июне и вскоре следуют за матерью.

Живут олени до 12—14 лет, но в природе это бывает редко. Волки, росомахи, рыси (в тайге), пули охотников и особенно паразиты, из которых страшнейшим является кожный овод, укорачивают обычно этот предел в среднем на одну треть. В тундре тут и там виднеются остатки об­грызенных хищниками и отбеленных солнцем и дождем костяков и рогов, клочья фиолетово-коричневатой шерсти растерзанных особей. От волков олени спасаются либо бег­ством, либо отстоем в глубокой ледяной воде озер, рек, се­верных морей. Против рысей они совершенно беспомощны. Спасаясь от гнуса и овода, олени откочевывают в начале июня на берега северных морей и отстаиваются там на ветру, временами бросаясь в ледяную воду.

Домашние северные олени очень доверчивы и ласковы, безотказны в работе. Не менее замечательной особен­ностью северного оленя по сравнению с другими оленями является его исключительная способность образовывать огромные стада, в десятки тысяч голов. В этих стадах отдельные особи строго подчиняются общим, согласован­ным движениям всего монолитного стада, руководимого передовыми оленями.

Стадность более характерна для тундрового оленя. Та­ежные олени никогда не образуют больших стад, а дер­жатся группами от 5—10 до 20—25 штук (Черкасов, 1867). Стадность дает известные преимущества при вы­пасе в открытой тундре, при кочевках, при спасании от врагов.

Распространение северного оленя огромно. В плейсто­цене, при развитии валдайского (вюрмского) ледника, олени эти забегали в северный Крым и жили на юге Рус­ской равнины, а в Европе были распространены до север­ных предгорьев Альп и Пиренеев.

В наши дни они живут в Норвегии, на Кольском по­луострове и от Карелии их южная граница обитания идет по средней зоне тайги до Охотского побережья. Считается, что в пределах тундровой зоны СССР в настоящее время обитает до 700 тысяч диких северных оленей. Самое большое поголовье — около 450 тысяч голов — держится в тундре Таймырского полуострова. Отсюда олени регулярно откочевывают в лесотундру и тайгу в конце августа, пере­плывая огромными массами через реку Пясину (рис. 12); в июне они возвращаются обратно в тундру. В таежной зоне эти олени распространены до Алтая и Саян, а в За­байкалье живут по лесистым хребтам, выбираясь летом на гольцы.

Северные олени переплывают р. Пясину

Северные олени переплывают р. Пясину

Еще Гагемейстер и Врангель в начале прошлого столе­тия описывали грандиозную картину кочевок диких се­верных оленей па северо-востоке Сибири, когда фронт сплошного стада этих зверей достигал иногда ста верст. Там же на переправах через реки, например на Анюе, происходили и массовые охоты — «поколы» оленей.

Фарли Моуэт (1963, с. 71—73) так описал весеннюю миграцию оленей из тайги в тундру в земле Барренс, на севере Канады:

«Головные ряды самок уже достигли нашего берега и начали подъем, а залив все еще был заполнен лавиной оленей, и она становилась все гуще. Поверхность льда шириной с запада на восток примерно в шесть миль сплошь покрылась волнообразной массой животных, которые все прибывали и прибывали». Позд­нее так же двигались самцы.

В Северной Америке численность оленей — «карибу» — еще в начале нашего века достигала примерно двух с по­ловиной миллионов. Южная граница их обитания доходила тогда до широты Вашингтона. Однако в 40-х годах в Ка­наде насчитывалось уже не более 700 тысяч, а в 50-х — около 280 тысяч голов оленей. Причины такого быстрого падения численности заключались в лесных пожарах, уни­чтожавших ягельники, и промышленных лесоразработках, а также в неограниченной охоте или, вернее, сознатель­ном уничтожении зверей ради … языков (см. гл. IV). Благополучнее дело обстояло на Аляске, где в 70-х годах насчитывалось до 300 тысяч оленей. В наши дни благо­получие стад диких северных оленей в арктических тунд­рах и в тайге целиком зависит от темпов хозяйственного освоения этих пространств лесной промышленностью и до­машним оленеводством.

Оленеводы считают «дикаря» своим кровным врагом, снижающим «кормовую емкость» пастбищ и добывают его для своих нужд по мере сил, используя все виды мотор­ного транспорта. Достается «дикарям» и от многочислен­ных в наш век вольных охотников полярных станций, по­гранзастав и разных экспедиций.

comments powered by HyperComments