2 года назад
Нету коментариев

Среди полорогих копытных четвертичного периода наибо­лее курьезный вид имеет антилопа сайга, известная в сред­ние века под именем «сугак». В профиль сайгак кажется уродливо горбоносым. Короткие носовые кости и длинные верхнечелюстные служат основой для широких и как бы гофрированных хрящевых полостей морды. Именно этот признак привлекал внимание художников и скульпторов скифских степей и ионийских островов еще в античной древности. Физиологи считают, что такое обширное пред­дверие «вестибулум» служило для предварительного ос­воения холодного зимой и пыльного летом воздуха степей. Примечательны и рога взрослых самцов, направленные вверх, слегка лирообразно изогнутые и имеющие до 20— 22 кольцевых валиков-наплывов. Прочнейшее вещество рогового футляра грязновато-жёлто-воскового цвета вы­соко ценится в китайской медицине. При высоте в холке и 80 см у самцов и 70 у самок животные и весят соответ­ственно до 50 и 40 кг.

Летом в короткой песчано-палевой шерсти, на тонких ножках сайгаки бывают изящны и стройны; зимой, оде­тые в толстые белые шубы, они кажутся коренастыми и неповоротливыми.

Происхождение сайгака до сих пор загадочно. Ископа­емые остатки этого зверя из отложений древнее среднего плейстоцена — рисс-вюрма, рисса — нам неизвестны. Между тем среднеплейстоценовые сайгаки морфологически да, вероятно, и экологически уже не отличались от совре­менных. Поэтому нет сомнения, что сайгак сформировался как вид по крайней мере еще в позднем плиоцене, но из-за узкого ареала и малой численности его кости в нижнечет­вертичных отложениях пока нигде не обнаруживались. Сайгак — зверь быстроногий и относительно выносливый. Он способен развивать скорость иноходью до 60—70 км в час и бежать так в течение 10—15 мин. При такой подвиж­ности взрослые антилопы на твердом грунте вовсе не боятся волков и спокойно пасутся в 100—150 м от хищников. Сезонные весенние, летние и зимние кочевки, как пра­вило, не превышают теперь 300—350 км.

Современный сайгак — животное открытых про­странств злаковых и полынно-солянковых степей и полу­пустынь Казахстана и Монголии. Здесь его экологический оптимум и, вероятно, родина. Но в позднем плейстоцене — вюрме-сартане-висконсине — сайгаки были распростра­нены в обширной зоне холодной тундростепи Европы и Северной Азии — от берегов Атлантического океана до Аляски и от Новосибирской суши до Северного Китая. Жили они тогда и в восточном Закавказье, а возможно, и в Иране. Находки костей сайгаков в Англии, Германии, в пещерах Северного Урала, среди современных прост­ранств таежных лесов, в аллювии Иртыша, Алдана, в тун­драх северной Якутии и Юкона (на Аляске) до сих пор вызывают изумление у зоологов. Однако состав палеофау­нистического комплекса тех мест и той эпохи только под­тверждает реальность этих находок. Лошади, первобыт­ные бизоны, овцебыки, малые сеноставки, степные хорьки, остатки которых находят вместе с сайгачьими, не могли жить в заснеженной тайге и тундре современного типа. Очевидно, мерзлые плейстоценовые тундростепи, посыпа­емые лессовой пылью, солнечные и малоснежные, полю­бились сайгакам не меньше, чем теперешние степи и по­лупустыни Калмыкии и Казахстана. Для жизни сайгаков, вероятно, уже с плиоцена были необходимы открытые тра­вяные пространства и твердый грунт.

Биология сайгака теперь довольно хорошо изучена. Основными кормами им служат злаки (12 видов), маре­вые (10), крестоцветные (7) и сложноцветные (6). Од­нако исследователи считают основными кормами кохию и анабазис из маревых, полыни, эфедру, лишайники, го­рец и пырей, а к второстепенным относят большинство других злаков и солянок.

По данным А. Банникова и соавт. (1961), сайгак — полигам, причем один самец обслуживает до 50 самок. Разгар спаривания приходится на середину декабря. Самки становятся половозрелыми в 8 месяцев, а самцы в 18—20 месяцев, т. е. по второму году. Детенышей бы­вает по два у 74% старых самок и у 5% молодых, а по одному у 26% старых и у 95% молодых. Три ягненка в помете бывает очень редко.

Живут сайгаки до 10—12 лет, а возможно, и несколько более. Однако при наличии в степях волков самцы, исто­щенные брачным периодом, редко доживают до 7 лет. Не­периодические голодовки при снежных буранах и гололе­дицах приводят теперь временами к гибели многие де­сятки тысяч сайгаков.

Первобытные охотники добывали сайгаков при первой возможности, и в слоях палеолитических стоянок север­ной Франции, Румынии, Крыма и Русской равнины ос­татки этого вида не представляют редкости. Вероятно, тогда сайгаков ловили ямами на тропах у водопоев, а при близких встречах били дротиками. В средние века сайга­ков избивали сотнями и тысячами на массовых облавных охотах военной конницы гуннов, татаро-монголов, кипча­ков, половцев.

На протяжении последних веков ареал сайгака неиз­менно сокращался, отступая от Карпат в степи Казах­стана. На примере сайгаков хорошо прослеживается роль человека в судьбе одного из характерных спутников ма­монта. К началу 30-х годов только несколько сот сайгаков уцелело в калмыцких степях по северному окаймлению Каспия, Обезлюдение полупустынь и степей Калмыкии и Казахстана в 30-х и 40-х годах, а также запрет охоты обусловили быстрое восстановление численности этого зверя. К 70-м годам сайгаков насчитывалось от 1 до 1.5 миллионов голов. Сотни тысяч сайгаков добывают теперь «по плану» и браконьерскими охотами ночью и днем с ав­томобилей.

Переходя к «вторичным потребителям» — хищникам в группировках мамонтовой фауны, следует остановиться прежде всего на промежуточном звене — преимущественно растениеядном медведе.

comments powered by HyperComments