5 років тому
Немає коментарів

Sorry, this entry is only available in
Російська
На жаль, цей запис доступний тільки на
Російська.
К сожалению, эта запись доступна только на
Російська.

Янтарь известен человечеству с незапамятных времен, упо­минания о нем содержатся в древнейших письменных памятниках культуры. Самым ранним из дошедших до нас письменных упо­минаний о янтаре, по-видимому, следует считать клинопись на обелиске X века до н. э., хранящемся в Британском музее. В ней имеется указание, что янтарь добывают в северных странах [Waldmann, 1882].

 

Античные авторы

Первый период: X—I вв. до н. э. Некоторые свойства янтаря были хорошо известны людям, жившим еще в I тысячелетии до н. э. Так, в «Одиссее» Гомера (IX в. до н. э.) янтарь упоминается в числе драгоценных украшений. В VII — VI вв. до н. э. Фалесу Милетскому была известна способность янтаря электризоваться при трении и притягивать разные мел­кие и легкие предметы. Именно это свойство янтаря, столь по­хожее на способность магнита, позволило Платону (428—347 гг. до н. э.) говорить об их одинаковом происхождении [John, 1816]. Известны случаи, когда античные авторы, например, Гиппократ (около 460—377 гг. до н. э.) или Ксенофонт (около 430—353 гг. до н. э.), используют какое-либо из свойств янтаря, например цвет, для образных сравнений.

Во взглядах на происхождение янтаря в этот период полно­стью отсутствует материалистическое начало. Так, Софокл (около 496—406 гг. до н. э.) считал, что янтарь образовался из слез птиц, которые оплакивали древнего героя Мелеагра. Другое объяснение происхождения янтаря, более распространенное в ан­тичном мире, Плиний приписывает Эсхилу (около 525—456 гг. до н. э.). Мы знакомы с его поэтическим мифом о Фаэтоне — сыне бога Солнца — по «Метаморфозам» Овидия. Этот миф примеча­телен тем, что в нем уже содержится намек на растительное происхождение янтаря. Согласно мифу, янтарь — это слезы Гелиад — сестер Фаэтона, превращенных в тополя и оплакива­ющих своего брата на берегу реки. Представление о том, что ме­стом находок янтаря является р. По, было, по-видимому, довольно широко распространено в древности, чему имеется целый ряд косвенных доказательств.

О представлениях древних относительно места добычи ян­таря мы можем судить также по работам Геродота (V в. до н. э.), Теофраста (IV—III в. до н. э.), Диодора Сицилийского (I в. до н. э.) и Страбона (I в. до н. э.). Геродот не встречал никого, кто бы лично посетил место добычи янтаря, и поэтому он с боль­шой осторожностью указывает только, что янтарь поступает в страны Средиземноморья откуда-то с севера Европы. Теофраст называет Лигурию как место, где тоже встречается янтарь. По све­дениям, имевшимся у Диодора Сицилийского, янтарь собирают на берегах расположенного вблизи Галлии о. Базилея, куда его выбрасывают морские волны. Страбон же упоминает янтарь в числе продуктов, поставляемых как дань британцев Риму. В целом самые ранние сведения о янтаре отличаются малой досто­верностью и крайне слабыми элементами научного анализа.

Второй период: I—VI вв. н. э. По мере дальнейшего развития общества, интенсификации торговли, повышения инте­реса к знаниям и расширения представлений о соседних землях и территориях появляются более правильные и научные пред­ставления о янтаре. Хронологически это примерно совпадает с началом новой эры. Такое совпадение связано, по-видимому, с тем, что с установлением империи Рим начинает проводить политику захватов соседних стран. Распространение влияния Рима на некоторые янтареносные территории увеличило приток янтаря в Рим и облегчило наблюдения и эксперименты с ним, что позволило ученым уточнить многие сведения о янтаре и сде­лать новые выводы.

В наиболее полном и систематизированном виде сведения о янтаре мы находим в широко известной «Естественной истории» Плиния Старшего (23—79 гг. н. э.). Они представляют для нас значительный интерес и ценность, поскольку эти сведения Пли­ний почерпнул из работ около трех десятков авторов, большин­ство из которых по оригинальным работам нам неизвестно.

Приводя ряд фантастических воззрений своих предшествен­ников на происхождение янтаря (Плиний приводит ряд высказываний древних авторов о происхожде­нии янтаря: Демострат, например, считал, что янтарь образуется из мочи рысиНикей полагал, что янтарь — это концентрат солнечных лучей, который затем выбрасывается морем. Асарубас, современник Плиния, рассказывал, что янтарь всплывает из нагретого солнцем ила о. Цефизис, расположенного вблизи Атлантического океана) и указывая на их полную несостоятельность, Плиний вполне однозначно говорит о расти­тельном происхождении янтаря. Он считает, что янтарь образуется из жидкой живицы хвойных (ели) и затвердевает под действием холода, времени или морской воды, попадая в волны во время прибоя. Затем море выбрасывает янтарь на берег. В качестве доказательства Плиний приводит ряд свойств янтаря: способ­ность издавать запах живицы при трении и гореть коптящим пламенем, подобно сосновому осмолу, а также наличие в нем мел­ких насекомых.

Во времена Плиния было известно много сортов янтаря, ко­торые различались в основном по цвету. Белый (костяной) и вос­ковой (бастард) янтари, несмотря на приятный запах, который они издают при медленном сгорании на тлеющих углях и при трении, ценились значительно ниже прозрачного. Известны были также способы искусственного окрашивания и облагораживания (осветления) янтаря.

Янтарь использовался в основном для изготовления предметов роскоши. Известно было также его применение в медицине. В работе известного врача того времени Галена (около 129— 199 гг. н. э.) содержатся сведения о лекарственном использо­вании янтаря. Место добычи янтаря было достоверно известно Плинию благодаря экспедиции Нерона в Северную Германию, доставившей в Рим самый крупный из известных тогда кусков янтаря весом в 13 римских фунтов (около 4,5 кг).

Данные относительно места добычи янтаря у некоторых древних авторов, цитируемых Плинием, какими бы фантастиче­скими они ни казались, имеют под собой реальную почву. Это прежде всего относится к сведениям Филемона и в какой-то сте­пени к представлениям Мназия и Ктезия. Филемон утверждал, что янтарь добывается в Скифии в двух местах: в одном белый, похожий на воск (electrum), в другом темно-желтый (sualiter­nicum). Зная, что на территории бывшей Скифии — по Днепру и в восточных предгорьях Карпат — имеются места, где добы­ваются различные по окраске ископаемые смолы, можно предпо­ложить, что светлый — это янтарь с Днепра, а темно-желтый — sualiternicum — это румэнит из Карпат. Представления Мназия и Ктезия о том, что янтарь добывают в Африке или Индии, также не лишены оснований, так как и в Африке, и в Индии добывают копал, внешне похожий на янтарь. Отсутствие в то время приемов диагностики янтаря делает такую подмену вполне понятной. Кроме того, бирмит, добываемый издревле в Бирме, также мог явиться основанием для подобных высказываний.

Несколько позже Тацит (55—120 гг. н. э.) В своей «Германии» подробно описывает места и условия добычи янтаря. Определен­ный интерес для истории изучения янтаря представляют «Эпи­граммы» Марциала (40—104 гг. н. э.), три из которых посвя­щены заключенным в янтаре муравью, лягушке и змейке. Указа­ние на наличие в янтаре позвоночных позволяет предположить, что уже во времена Марциала случались подделки инклюзов (Инклюзами (от латинского слова includo — включаю) называют включения органических остатков в прозрачных минералах. В янтаре пнклюзы представлены растительными остатками и насекомыми, причем последние сохраняются преимущественно в виде полых рельефных отпечат­ков, заполненных жидкостью или газом). Ко II в. н. э. относятся высказывания, свидетельствующие о смешении понятий янтарь и амбра. Так, Сервий рассматривал янтарь как особые выделения китов. По странному стечению обстоятельств подобное смешение понятий удержалось в науке до XVII в.

 

Средневековые авторы

Одним из первых авторов раннего средневековья, оставившим сведения о янтаре, был Кассиодор (первая половина VI в.) — секретарь короля остготов Теодориха, ко двору которого посоль­ство эстов доставило янтарные дары. Дальнейшие упоминания о янтаре у ряда римских и византийских авторов ничего нового по сравнению с данными Плиния не внесли.

Сравнительно высокий уровень знаний о свойствах минералов в эпоху средневековья в странах Арабского Востока и Средней Азии также не дал ничего существенно нового в познании янтаря. В работах Аль-Рази (864—925 гг.) и Ибн-Сины (980—1037 гг.) сведения о янтаре практически ограничиваются описанием его лечебных свойств. В этом аспекте любопытна рекомендация Аль-Рази использовать янтарь для извлечения инородных тел, попав­ших в глаз. Эта рекомендация основана на способности наэлектри­зованного янтаря притягивать мелкие предметы.

Несколько более обширные сведения о янтаре содержатся в известном трактате Бируни (973—1048 гг.) «Собрание сведений для познания драгоценностей», где упоминается о китайском янтаре, по-видимому, бирмите, и о «янтаре», который добывают по берегам Мозамбикского пролива — мозамбикском копале. Здесь же делается попытка указать различия между янтарем и живицами современных деревьев по органолептическим при­знакам (янтарь в отличие от живицы безвкусен) и по поведению при нагревании (живица и копалы вблизи огня вспучиваются, в то время как янтарь размягчается и приобретает эластичность). Бируни обращает также внимание на морфологию янтаря и счи­тает, что его формы свидетельствуют о том, что живица в жидком состоянии растекалась по земле.

Средневековье в Западной Европе также не дало ничего инте­ресного в области изучения янтаря. В лапидарии известного доминиканского монаха Альберта Великого (1193—1280 гг.) на­ряду с описанием других минеральных веществ содержатся све­дения и о янтаре. Он считает янтарь разновидностью гагата и называет следующие места его распространения: берега Ливии, Британии и Тевтонии. Им отмечены две разновидности: черная и желтая, прозрачная как топаз. Кроме того, в его работе опи­саны медицинские и магические свойства янтаря.