9 місяців тому
Немає коментарів

Sorry, this entry is only available in
Російська
На жаль, цей запис доступний тільки на
Російська.
К сожалению, эта запись доступна только на
Російська.

For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

Как ни крути, а идея существования телепатии въелась в сознание народа. Многие подразумевают ее электро­магнитную природу. Где бы я ни заговорил о влиянии ЭМП на мозг, сразу возникают вопросы о телепатии. И не только в широкой аудитории. Меня вместе с доктором биологических наук А. П. Дубровым (“Парапсихология и современное естествознание” (М.: Соваминко, 1989), написанная П. П. Дубровым, в соавторстве с ны­не покойным В, Н. Пушкиным, сейчас пользуется большой попу­лярностью.) делегировали от АН СССР на Первую международную конференцию по психотронике в 1973 г для участия в официальной поле­мике парапсихологов со специалистами в области элект­ромагнитной нейробиологии.

Там я впервые увидел сеансы спиритизма. Вызывали дух восьмой любовницы какого-то по счету французского короля, чтобы узнать результаты завтрашнего матча фин­ских дворовых футбольных команд. Посмотрел фильм об Ури Геллере, который гнул ложки и вилки, взвешивал свой взгляд на весах и крутил стрелку компаса. Когда я спросил у авторов доклада американских физиков X. Путхоффа и Р. Тарга, каким образом Ури Геллер крутит маг­нитную стрелку, они честно ответили, что не знают. Эти авторы в написанной позже статье ссылаются и на мои ра­боты Обычно цитируемость увеличивает рейтинг ученого, но приобщение к парапсихологии тогда считалось непри­личным для ортодоксального нейрофизиолога. Что каса­ется меня лично, то я был “замаран” парапсихологией еще раньше, в 60-е годы. Тогдашний известный физиолог и парапсихолог, профессор ЛГУ Л, Л. Васильев ссылался на мои работы в своей книге “Внушение на расстоянии” (М,: Госполитиздат, 1962).

Краткий экскурс в парапсихологию понадобился мне для того, чтобы подчеркнуть неинвазивность, бесконтакт­ность влияния электромагнитных полей на организм, что привлекает ищущий ум даже без учета практической цен­ности этой идеи. Бескорыстное стремление познать таин­ственное (а именно к таким явлениям относил упомяну­тый выше Л. Л. Васильев “биологическую радиосвязь”) двигало многими людьми не только в XX в., но и в предыдущих веках.

В XVIII в. предполагали, что мозг вырабатывает нерв­ный флюид и питает им через нервы все участки тела. Избыток или недостаток нервного флюида является при­чиной всех болезней. Выяснение тонкого строения нерв­ного флюида надеялись получить через электричество. Потому почти все известные физики изучали тогда элект­рических рыб, которые были основным, а некоторое вре­мя и единственным источником “животного электричест­ва”.

В наши дни эмпирическое применение магнитных по­лей в медико-биологических исследованиях сдерживается отсутствием фундаментальных теоретических обоснова­ний. Мы очень мало знаем о механизме биологического действия магнитных полей, да и признавались они в пер­вой половине XX в только некоторыми биологами (А. Г. Гурвич, Н. И, Кольцов, П. Вейсс).

Один из современных крупных биологов, академик В. А. Энгельгардт в t976 г писал:”…что и явления интегра­ции и предшествующие ей явления узнавания, а также че­рез их посредство и последующее становление более вы­соких уровней биологической организации целиком бази­руются на межмолекулярных силах слабого взаимодейст­вия Слабые сами по себе, но мощные своей многочис­ленностью и разнообразием, эти силы образуют специфи­ческое силовое поле, которое, видимо, с наибольшим правом можно называть “интегральным полем”. В сис­тематической разработке различных возникающих тут ас­пектов можно с полным основанием усматривать одно из важнейших направлений экспериментально-биологическо­го исследования в ближайшем будущем”.

Часто, рассуждая о полевом принципе организации биосистемы, авторы предпочитают не называть конкрет­ное физическое поле, которое может быть ответственным за такую организацию. Отсюда возникает неопределен­ный термин “биологическое поле”, который получил слишком широкое распространение, хотя каждый, упот­ребляющий этот термин, вкладывает в него свой собст­венный смысл

Что можно сказать об ЭМП в этом контексте? Наибо­лее плодотворным можно считать такой подход к обсуж­даемой проблеме, который связан с выяснением физио­логической значимости ЭМП биологического происхожде­ния в реальных экспериментах с измерением таких ЭМП На этом пути чаще обсуждают роль электрической со­ставляющей ЭМП в организации биологических процес­сов, оставляя магнитную составляющую как бы за скобка­ми. Методические подходы к выяснению роли ЭМП в жизнедеятельности обсуждают П. И. Гуляев, сменивший Л. Л. Васильева в ЛГУ, Ю В Торнуев, известный по сво­им работам, посвященным изменению ЭП человека, а также В. Р. Протасов, изучавший роль ЭМП у рыб, и др.

Уместно заметить, что на путь методологических обоб­щений данных электромагнитной биологии чаще всего встают представители медико-биологических дисциплин. А вот в области биомагнетизма тон задают представители физико-технических дисциплин. К сожалению, биомагне­тизм пока еще не нашел устойчивых точек соприкоснове­ния с магнитотерапией. Правда, гипотеза о электромаг­нитной природе системы биологически активных точек на­мечает пути экспериментального исследования этой инте­ресной идеи, но этот путь находится в стороне от широких магнитотерапевтических исследований, проводимых как в нашей стране, так и за рубежом.

Какая же идеология движет массами магнитотерапевтов, являющихся представителями различных медицинских дисциплин? Если обсуждаемая выше гипотеза затра­гивает интуитивно понятный прямой способ влияния “поля на поле” (организму якобы не хватает ЭМП или оно искажено, и тогда внешнее МП ликвидирует эти недоче­ты), то все другие подходы можно обозначить как косвенные (внешнее МП влияет на вещественные структуры организма). При таких подходах можно сравни­вать магнитотерапию с химиотерапией Считается, что магнитное поле, проникая в организм, изменяет локально каким-то способом метаболизм в месте воздействия, а в дальнейшем пути реализации этого воздействия осущест­вляются по традиционным нервным или гуморальным механизмам.

В свою очередь, косвенное влияние магнитного поля может реализоваться или на биологических структурах, из которых наиболее уязвимы мембраны (согласно англий­скому биохимику Питеру Митчеллу на них протекают электрохимические процессы), или на физико-химических реакциях, которые можно воспроизводить и в пробирке Физико-химическая часть магнитобиологии, которая со­ставляет только долю возможных механизмов, имеет свою не всеми признанную ветвь, связанную с магнитной обработкой веществ вне организма Биологическое дейст­вие таких обработанных веществ отличается от биодейст­вия тех же веществ, не побывавших в магнитном поле. По аналогии сводными системами, которые могут находиться в организме в связанном или в свободном состоянии, можно полагать, что магнитное поле по-разному влияет на химические свойства многих веществ, участвующих в метаболизме Систематических исследований в этом пла­не еще не проводилось, и поэтому на первый план вы­двинулись случайные вещества вода, ионы кальция, катехоламины, серотонин и др.

Видимо, более плодотворным будет кибернетический подход с использованием методов системного анализа. Однако этот громоздкий и долгий путь по выяснению ме­ханизмов биологического действия ЭМП не устраивает по­ток экстрасенсов, хлынувших сегодня в медицину и ис­пользующих нетрадиционные методы лечения. Кавале­рийской атакой хотят они захватить область таинственных явлений человеческой психики. Понижая голос до заду­шевного шепота, сообщали, что они уже там… Левитиру­ют… Транспортируют… Заглатывают информацию от Ми­рового Разума… Водружают флаги над фортом Интуи­ции… И все это широко рекламирует множество газет, журналов, радио и телевидение. Оказывается, передовой наукой это все доказано, и давно. В учебники и энцикло­педии не вошло только из-за инертности бюрократов от науки. Не надо особого воображения, чтобы понять, как все это на рядового человека действует, когда его обе­щают вылечить без этих горе-докторов. Без очередей, одноразовых шприцев. Одними лишь добрыми руками, которые, конечно, надобно позолотить. Например, трид­цатку за сеанс. Так ведь здоровье дороже всего! Лече­ние — вот в чем спасение. Хотя в чем заключается суть подобного лечения, не до конца разобрались даже экст­расенсы. В качестве примера приведем несколько цитат.

“Творчески мыслящий ученый должен увидеть новые рубежи, в открытии которых мистики являются пионера­ми”. “… Попытки притянуть электромагнитную теорию к объяснению парапсихических феноменов обречены на провал, ибо нетривиальную задачу невозможно решить тривиальными методами”. “Фазовые перестройки клеточ­ной воды, взаимодействующей с жидкокристаллическим субстратом неспецифических отделов мозга (продолгова­того мозга, шишковидной железы), передают информа­цию в наш биокомпьютер, где осуществляется” его рас­шифровка прежде всего на идеологическом уровне, а лишь затем на уровне логического осмысления”. (Мартынов А. Исповедимый путь. — М.: Изд-во МГПИ им. Ленина, 1989. — С. 46, 70, 80, 99)

Комментировать приведенные цитаты трудно, так как они носят не логический, а скорее пророческий характер. Но бывают и обоснованные заключения: “Вообще я при­хожу к выводу, что не столько необходимо дать заболев­шему энергию, сколько вызвать к жизни его собственную энергию — надо лишь помочь ему в этом”.

Врачи о таком “откровенном” уже давно информиро­ваны. Они сжились еще в прошлом веке с нерусским словом “плацебо”, что по-латыни означает “нравиться”. Так называют чистое вещество,, похожее внешне на ле­карство, но не обладающее с точки зрения химика целеб­ными свойствами. И тем не менее внешняя процедура “лечения” может помочь в пределах от 33 до 65% случа­ев. Получается, что сложный вопрос “Лечат ли лекарст­ва?” не имеет простого ответа. Еще сложнее ответить на вопрос “Лечат ли магниты?”.

Для терапевтических целей магнит начали, применять, вероятно, раньше, чем для определения сторон света. При этом исходили из тактики, локального воздействия магнитного поля на патологический очаг самого разного происхождения. Простота, такой тактики, относительная доступность магнитов уже в XIX в., отсутствие количест­венных подходов к использованию их в медицине и дру­гие обстоятельства позволили относить применение маг­нитных полей к приемам, народной медицины. Иногда этот способ лечения относили к разряду суеверий.

В наши дни там, где возникают трудности научного по­рядка, появляются физики. Они берутся решать любые проблемы, помогая биологам и медикам разобраться с магнитом (Я. Г. Дофман) или называя все это “лженау­кой” (М. В. Волькенштейн). А ведь было время, когда не физики врачей, а врачи физиков учили. Правда, было это 400 лет назад. Придворный врач английской королевы В. Гильберт издал в 1600 г. книгу “О магните, магнитных телах и о большом магните — Земле. Новая физиология, доказанная множеством аргументов и опытов”. Этот год считают началом научных знании а магните. До означен­ного года преобладали сведения такого рода: прием тол­ченого магнита внутрь продлевает молодость и может служить в качестве слабительного». Если незаметно поло­жить магнит под подушку спящей женщины, то неверная жена обязательно упадет с постели. Если помазать магнит кровью козла, сила его увеличится.

Полтора века пролетели без особых магнитотерапевтических событий, пока европейцы не занялись изготовлени­ем искусственных постоянных магнитов и аббат Ленобль не стал ими лечить зубную боль. Комиссия Королевского общества Франции в 1777 г. подтвердила, что магниты помогают при сильных болях. Комиссия признала целеб­ное действие магнита в виде амулета. Сообщалось, что магнит прежде всего действует на нервную систему, а не на ткани и внешние органы, что магнит хорошо помогает при таких нервных болезнях, которые сопровождаются судорогами, конвульсиями, головными болями и т. д. Как видим, научный подход к изучению биологического дей­ствия магнитного поля, а вернее, его влияния на нервную систему зародился два века назад.

Уже через 100 лет магнито- или металлотерапия стала модной. Итальянские медики во главе с Мажжиорани и французские психиатры школы Ж. М. Шарко отмечали, что магниты действуют как слабый электрический ток, производя постоянное периферическое раздражение. И здесь преобладало нейрофизиологическое направление.

В 1900 г. известный физиолог В. Я. Данилевский в двухтомной монографии, опубликованной в Харькове, сформулировал основные проблемы, возникающие при изучении биологического действия различных электромаг­нитных полей, в том числе и магнитного поля. Он считал необходимым оценить искусственные ЭМП с гигиениче­ской точки зрения, тщательно проверить их терапевтиче­ское действие и в будущем изучить влияние природных ЭМП на животный мир. Дело в том, что поводом для на­писания монографии послужили сообщения о физиологи­ческом действии магнитных полей, в биологическом дей­ствии которых он сомневался. Скептическое отношение к возможности влияния МП на биологические объекты со­хранялось еще долго. И это несмотря на положительные результаты, полученные в 30-х годах физиотерапевтом А. Е. Щербаком и его сотрудниками биофизиком П П Лазаревым в соавторстве с И. А. Каном и Г. Г Яуре, фармакологом Н, Л. Кравковым и ботаником П. В Саво­стиным. Существенный вклад в развитие магнитобиологии внесли пермские исследователи во главе с физиком В ИКармиловым, физиологом М. Р. Могендовичем и клини­цистом А. С. Селезневым

Заметим, что термин магнитобиология появился, веро­ятно, в 50-х годах (Валентинуззи М., 1952) Хотя отдельные исследования по влиянию, магнитных полей на биологические объекты (исключая человека) можно обна­ружить еще в конце прошлого века, однако бурное раз­витие этой отрасли биологии началось в 60-х годах нашего столетия, коррелируя с развитием космической биологии.

Практическая магнитотерапия обычно не учитывает до­стижений магнитобиологии. С лечебными целями, как правило, используют МП на 1—3 порядка интенсивнее естественных. Это самое древнее, но омолодившееся на­правление в электромагнитной биологии. В медицине МП применяют как бы на разных уровнях. С глубокой древ­ности и почти повсеместно люди, чаще всего незнакомые с официальной медициной, применяли самодельные маг­ниты для лечения самых разных заболеваний, приклады­вая их к заболевшим местам. Сегодня этот уровень ярко демонстрируют японские магнитные браслеты. Японским исследователь Санто Широ (1975) прямо признает, что в Японии нет специалистов в области магнитобиологии, но промышленность выпускает магнитные браслеты, оже­релья, корсеты, волосы, шляпы, кровати и т. д. Этот уро­вень использования МП для лечения наиболее уязвим для критики.

Другая крайность — исследования терапевтического действия МП в опытах на животных. Санто Широ, исполь­зуя магнитные поля, изучал на крысах процесс отторже­ния привитой опухоли, заживление ран и кровяное давле­ние. Исследования этого уровня проводят с целью ис­пользовать магниты в ветеринарии. Пока исследования в этой области невелики, хотя есть сообщения о лечении магнитным полем маститов у коров и костных переломов у лошадей.

Хотя в 60—70-х годах единичные указания на удачное применение МП в клинике поступали из разных стран ми­ра, наиболее интенсивно такие исследования проводили в СССР, Японии, Румынии, Болгарии. В 80-х годах к ним примкнули ФРГ, Италия, Англия, Испания и США. В СССР серийно производят магнитотерапевтические аппараты “Полюс”, “Алимп”, “Магнетер” и др., начинают выпускать магнитофоры и магнитотроны, представляющие собой магнитные материалы, нанесенные на резиновую или ма­терчатую основу. Здесь уместно упомянуть, что еще в 1780 г. французские медики Андри и Туре предлагали примешивать намагниченные окислы или порошок магнит­ного калия к пластырю, чтобы было легче и удобнее при­кладывать магнит.

Как правило, широкую публику интересует лечебное действие японских магнитных браслетов Исследования трех разных советских медицинских учреждений, прове­денные независимо друг от друга, дали близкие резуль­таты. В начальной стадии гипертонической болезни (I сте­пень) у некоторых больных магнитные браслеты улучша­ют самочувствие. Исчезают субъективные проявления за­болеваний, нормализуется артериальное давление При III стадии гипертонической болезни действие магнита менее выражено. У некоторых больных браслет, помещенный перед сном на 30 мин на затылочную и височную области головы, способствовал быстрому прекращению боли в этих участках.

Магнитные браслеты благоприятно действуют на неко­торых людей с заболеваниями нервной и сердечно-сосу­дистой системы. У них ослабевали или исчезали субъек­тивные симптомы. Однако есть мнение, что это результат психотерапевтического воздействия, а также влияние сла­бого магнитного поля в виде неспецифического стимули­рующего раздражителя. Но как бы то ни было, можно считать доказанным, что магнитное поле обладает обез­боливающим, противовоспалительным и противоотечным действием, а также способствует заживлению раневых процессов.

Магнитное поле не может быть панацеей от всех бед. Расширяя его применение в комплексном лечении раз­личных заболеваний, не следует забывать, что в некото­рых случаях применение МП противопоказано. Чаще все­го это наблюдается, когда увеличивается интенсивность МП и адаптационные реакции переходят в патологиче­ские. Такими случаями уже интересуются гигиенисты.

Исторически магнитотерапия зародилась намного рань­ше магнитобиологии, хотя логически развитие этого теоре­тического раздела биологии должно было бы предшест­вовать практическому применению магнитных полей для терапевтических, гигиенических, диагностических и других чисто медицинских целей. Сегодня мы видим процесс обрастания буквально на ходу чисто эмпирических при­емов магнитотерапии более или менее обоснованными теоретическими положениями магнитобиологии. Они не­прерывно подкрепляются теоретическими обобщениями физико-химического плана. Взаимодействие различных наук характерно для современного междисциплинарного подхода к решению сложных практических задач. Нельзя сказать, что это взаимодействие всегда проходит гладко, но трудные проблемы влияния многообразных физических факторов на различные биологические процессы все-таки постепенно решаются, хотя и не так быстро, как хотелось бы.

Однако вернемся к гигиенической оценке действия ЭМП. В 192Т г. в английской научной литературе появи­лась статья с оригинальным названием “Является ли маг­нитное поле индустриальной опасностью?” Авторы отве­чали отрицательно на поставленный вопрос. Однако 40 лет спустя благодаря в основном работам советских гиги­енистов из Института гигиены труда им. Ф. Ф. Эрисмана и Харьковского института гигиены труда и профессиональ­ных заболеваний на этот же вопрос был дан положитель­ный ответ. Под наблюдением клиницистов находилось бо­лее 1500 людей, подвергавшихся длительному воздейст­вию магнитных полей (руки находились в поле индукций 35—350 мТл, а голова — не выше 15—25 мТл) на протя­жении 20—60% рабочего времени Чаще всего отмеча­лись отклонения в работе нервной и сердечно-сосудистой систем. У многих во второй половине дня и после работы возникали головные боли, головокружения, утомляе­мость, бессонница, повышенное потоотделение, ощуще­ния зуда и жжения на кистях, боли в сердце

Клинические наблюдения показали, что большинство изменений, возникающих в организме человека под влия­нием магнитного поля, носит функциональный временный характер, если не считать стойких патологических пораже­ний кистей рук. Наощупь они бывают теплыми, будто их только что вынули из горячей воды. Кожа и подкожная клетчатка нередко заметно отекают. Иногда кожа на ла­донях настолько истончается, что полностью исчезает ри­сунок. Уменьшается подвижность межфаланговых суста­вов и болевая чувствительность. Такие симптомы харак­терны для “магнитной болезни”. Московские врачи такое заболевание называют вазавегетативным полиневритом. Они считают, что при таком заболевании рабочих надо от­странять от работы в магнитном поле и проводить курс лечения.

Лечение начинать лучше с местного вибрационного массажа, ионогальванизации с кальцием и водяной ванны для кистей с понижающейся температурой. Для умень­шения отека применяют средства, уплотняющие сосуди­стые стенки (кальций, викасол, цитрин и рутин). Местное лечение желательно сочетать с общим, т. е. использовать витамины группы В и С, седативные и другие общеукреп­ляющие сродства (инъекции дуплекса, мезатона и т. д.).

Следовательно, уже сегодня магнитные поля можно рассматривать как неблагоприятный фактор производст­венной среды, а при дальнейшем увеличении его интен­сивности в промышленности будет необходима его про­фессионально-патологическая оценка. Ведь в XX в. на на­шей планете непрерывно увеличивается число радаров, электромагнитов, радиостанций и линий высоковольтных передач, Все эти и многие другие технические устройства создают искусственные электромагнитные поля разной ин­тенсивности и частоты. Такого на Земле раньше не было. Правда, от Солнца всегда шли относительно слабые ра­диоволны, на Земле возникали природные магнитные аномалии (типа Курской магнитной аномалии), а в атмос­фере при грозах появлялись электрические поля. Но это был естественный электромагнитный шепот по сравнению с шумом искусственного электромагнитного загрязнения.

Когда появилось радио, радиоинженеры считали, что электромагнитные поля радиочастотного диапазона (или микроволны) никак не влияют на организм, поскольку люди их не ощущают. На этом основании полагали, что радиочастотный фон Земли можно безнаказанно увели­чивать до беспредельности. Однако увеличение мощно­сти генераторов привело к тому, что обслуживающий их персонал стал жаловаться на различные недомогания (утомляемость и возникновение ощущения тепла). По по­воду этих ощущений было высказано несколько идей.

Одна из них (чисто инженерная) реализовалась в мик­роволновых печах, которыми теперь уже может восполь­зоваться — при ее наличии домохозяйка для быстрого и гигиеничного приготовления горячей пищи. Радиоволны, проникая внутрь, к примеру, куска мяса, сразу прожари­вают его весь, а не по краям, как это происходит в элект­рических и газовых печах. Здесь тепловое проникающее действие радиоволн использовано полностью. Другая идея (биологического плана) носит тревожный характер. Разрушилось мнение о безобидности радиоволн для жи­вых существ и прежде всего для людей, работающих возле генераторов. Стала ясна необходимость нормиро­вания этого производственного физического фактора. При какой интенсивности он становится вредным? Вопрос не прост, и решают его разными путями.

Официальная медицина США танцевала от печки (мик­роволновой), а медики СССР отталкивались от головы. Та­кое описание решения проблемы вовсе не является ка­ламбуром, а объективно отражает существо дела. Точно известно, что радиоволны оказывают тепловое воздействие на организм. “Следовательно, — рассуждали медики США, — вредной будет та интенсивность, которая начина­ет нагревать биологические ткани”. И назвали цифру плотности потока энергии 10 мВт/см2

Советские медики, руководствуясь идеями нервизма, заложенными такими корифеями отечественной физиоло­гии, как И. М. Сеченов, Е. Н. Введенский и И. П. Павлов, полагали, что первой из системы организма на любые внешние факторы должна реагировать центральная нерв­ная система. Значит, вредной надо считать ту интенсив­ность радиоволн, которая начинает изменять деятельность центральной нервной системы у людей или у экспери­ментальных животных. В результате длительных обследо­ваний людей, работающих при повышенном радиофоне, и многочисленных экспериментов с крысами, кроликами и собаками была определена та интенсивность радиоволн, при которой не происходит изменения деятельности ЦНС, Результаты научных исследований были трансформирова­ны в законодательный акт. Названа цифра, которая в 1000 раз меньше цифры, установленной законодательством США.

Ситуация беспрецедентная для гигиенических правил и для медицины вообще. Человек, пересекающий границу, как бы в 1000 раз изменяет свою чувствительность к ра­диоволнам. Кстати заметим, что в большинстве капитали­стических стран ПДУ (предельно допустимый уровень) радиоволн близок к установленному в США, а в странах бывшего социалистического лагеря ПДУ близок к уста­новленному в СССР.

Естественно, что при объяснении первичных физико-хи­мических механизмов биологического действия радио­волн и при определении степени вредности того или ино­го физического фактора возникали разногласия. Если при воздействии радиоволн, интенсивность которых была ниже ПДУ, установленного в США, не происходило общего или локального нагревания, а биологические эффекты наблю­дались, то значит, возможен и нетепловой механизм дей­ствия радиоволн. Если же человек не ощущал их дейст­вия, а исследователи все же регистрировали биологиче­ские реакции, значит, микроволны могут действовать суб­сенсорным путем, т. е. ниже порога ощущений.

Напомним читателям, что радиоволны занимают только часть шкалы электромагнитных колебаний Слева от них на этой шкале располагаются ЭМП уменьшающихся частот вплоть до постоянных электрических и магнитных полей. С понижением частоты уменьшается вероятность их теплового воздействия на организм. Справа от радиоволн мы обнаружим инфракрасные лучи, которые всегда воспри­нимаем в виде тепла, видимый участок спектра, а также ультрафиолетовое и ионизирующее излучения. Послед­нее получило зловещую известность в связи с атомными взрывами, однако названо оно по механизму воздействия на молекулы. Электромагнитные поля, расположенные левее на шкале, недавно назвали неионизирующими из­лучениями. В данном случае в названии заложен элемент незнания первичных механизмов биологического действия этих излучений. Оговоримся, что часть механизмов (теп­ловой, фотохимический и т д.) известна, но мы не можем сегодня составить реестр всех возможных механизмов. Работа в этом направлении продолжается.

Итак, большая часть шкалы электромагнитных колеба­ний не ощущается человеком, хотя ионизирующие излу­чения могут вызвать лучевую болезнь и даже смерть, Ес­ли человек не ощущает какие-то физические факторы, это вовсе не значит, что они на него не действуют.