1 year ago
No comment

Sorry, this entry is only available in
Russian
На жаль, цей запис доступний тільки на
Russian.
К сожалению, эта запись доступна только на
Russian.

For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

Еще на заре истории, когда наши предки вели су­ровую борьбу за существование с грозными непонят­ными им стихиями, людей занимала тайна происхож­дения всего живого на Земле и появления человека. Но древние люди не могли, конечно, правильно решить этот вопрос. Возникновение рода человеческого каза­лось им результатом каких-то чудесных превращений. На этот счет создано немало мифов. По одним полу­чалось, что первые люди будто бы выросли на деревь­ях, по другим — вылупились из яйца, снесенного не­обыкновенной птицей, по третьим — вышли из воды в виде рыб, а на берегу сбросили чешую и стали людь­ми и т. п.

Со времени появления классов вокруг вопроса о происхождении человека велась жестокая борьба меж­ду материализмом и идеализмом. Еще передовые мыслители Древней Греции (Анаксагор, Аристотель) высказывали мысль о том, что человек произошел естественным путем и является вершиной того, что при­рода достигла в мире животных.

Материалистическую точку зрения на происхожде­ние животных и человека высказывали многие русские ученые XVIII и начала XIX века (М. В. Ломоносов, врач-биолог И. Е. Дятьковский и др.). Философ-мате­риалист А. Н. Радищев считал, что человек является «единоутробным сродственником, братом всему на земле живущему». Указывая на сходство человека с млекопитающими животными по строению и функци­ям органов, Радищев отмечал, что руки человека были его «путеводительницами к разуму».

Французский естествоиспытатель Ж. Б. Ламарк в своей теории эволюции также включил человека в об­щий исторический процесс развития органического мира.

Поворотным пунктом в изучении этой проблемы были работы Ч. Дарвина. На основании многолетних исследований и наблюдений он написал специальный труд «Происхождение человека и половой отбор» (1871 г.), в котором привел многочисленные данные, доказывающие общность происхождения животных и человека.

Вопреки религиозным мифам о сотворении мира и людей «из ничего» Дарвин решительно заявил в своей книге: «Тот, кто не смотрит подобно дикарю на явле­ния природы как на нечто бессвязное, не может ду­мать, чтобы человек был плодом отдельного акта творения. Он должен будет признать, что великое сходст­во между человеческим зародышем и зародышем, на­пример, собаки — тождество плана в строении черепа, конечностей и всего тела, независимо от употребления, которое могут иметь эти части у человека и других млекопитающих,— случайные возвраты различных об­разований, например, особенно мышц, которых человек обыкновенно не имеет, но которые свойственны «четы­рехруким», и множество других аналогичных фактов, все это ведет весьма положительным образом к заклю­чению, что человек и млекопитающие произошли от одного общего прародителя».

При сравнении анатомических особенностей чело­века и позвоночных животных легко найти много об­щего в строении и расположении как наружных, так и внутренних органов. По наличию и расположению волосяного покрова и млечных желез, по живорожде­нию, вскармливанию детенышей молоком матери и многим другим признакам человек должен быть от­несен к высшим позвоночным животным, а именно к классу млекопитающих.

Для понимания глубокой связи строения и разви­тия человека со строением и развитием животных осо­бенно убедительные факты дает изучение эмбриональ­ного развития человека. По отдельным признакам и органам эмбриона на разных стадиях его развития можно видеть сходство человеческого зародыша с хор­довыми животными разных ступеней развития. По мере развития у зародыша появляются признаки живот­ных, которые по своему систематическому положению стоят ближе к человеку, и наконец признаки, прису­щие только человеку.

Молодой орангутан плачет и хохочет

Молодой орангутан плачет и хохочет

Ближе всех к человеку по общему строению, фи­зиологическим отправлениям и психической деятель­ности стоят человекообразные, или антропоидные, обезьяны (шимпанзе, горилла, орангутанг). Строение скелета, конечностей, глаз и многих других органов у шимпанзе весьма сходно со строением тех же органов у человека, в частности строение мимической (кожно-­лицевой) мускулатуры. Кровь этой обезьяны по соста­ву близка к крови человека. Многими инфекционны­ми заболеваниями человека (туберкулез, грипп, венери­ческие болезни и др.) могут заболевать и человекооб­разные обезьяны. Большинство человекообразных обезьян рождает по одному детенышу. В старости у антропоидов наблюдаются те же физические явления, что и у человека: поседение, выпадение зубов и т. д.

Но особенно поражает поведение человекообразных обезьян. Они проявляют способность подражать чело­веку, легко приучаются пользоваться одеждой и пред­метами домашнего обихода, умываться, есть за обеден­ным столом, пользоваться тарелкой, вилкой, ложкой. У обезьян существуют общие с человеком вкусовые ощущения; они, например, легко привыкают к чаю, кофе и вину. Это указывает на глубокое физиологиче­ское и биохимическое сходство между антропоидными обезьянами и человеком. Человекообразные обезьяны проявляют сообразительность при решении некоторых задач (например, достают при помощи подставки или палки подвешенную к потолку приманку), могут нян­чить детей.

Однако между поведением обезьян и человека име­ется коренная, принципиальная разница. Использова­ние «орудий» обезьяной носит случайный характер. Для человека на самых ранних ступенях развития ха­рактерно не только применение, но и создание орудий труда. В условиях близкого общения с человеком шим­панзе легко научить пользоваться ножом и вилкой, отпирать и запирать замки, заводить часы, но «ни од­на обезьянья рука не изготовила когда-либо хотя бы самого грубого каменного ножа» (Ф. Энгельс. Диалектика природы. М., 1950, стр. 133). Обезьянья рука с ее слабым большим пальцем не приспособлена к тру­довой деятельности.

Эти отличия носят отнюдь не только внешний ха­рактер. То обстоятельство, что человек сам изготовля­ет орудия труда, является итогом величайшего истори­ческого процесса, в ходе которого в трудовом общении развивались язык и мышление людей. Мышление как высший продукт развития материи — вот что выделя­ет человека из всего животного царства.

Современные антропоиды не являются предками че­ловека. Родство антропоидных обезьян с человеком за­ключается в том, что они произошли от одного общего обезьяноподобного предка, жившего более миллиона лет назад. От этих общих предков появились две са­мостоятельные ветви: современные высшие обезьяны (горилла и шимпанзе) и современный человек.

Телесные различия между антропоидами и челове­ком связаны со специализацией, приспособлением к разным условиям существования. Человеческий орга­низм заключает в себе много важных особенностей, представляющих собой приспособление к прямохожде­нию. У человекообразных обезьян, напротив, яснее выражены приспособления к древесному образу жиз­ни. Вертикальное положение туловища человека свя­зано с рядом существенных изменений в строении ске­лета, в мускулатуре и т. д. Позвоночник человека при­обрел S-образную, а стопа — вогнутую форму. Эти приспособления обеспечивают ослабление ударов и сотрясений тела и мозга при ходьбе, беге и прыжках. У обезьян изгиб позвоночника едва намечается, как и у человеческого зародыша. Положение головы у чело­века изменено по сравнению с антропоидами: боль­шое затылочное отверстие гораздо ближе к середине основания черепа, чем у человекообразных обезьян. Сильно отличаются по своему строению конечности. У обезьян конечность приспособлена к лазанию и боль­шой палец задних, как и передних конечностей, проти­востоит остальным пальцам. Поэтому антропоидов иногда называют «четверорукими». У взрослого чело­века в связи с прямохождением эта особенность утра­чена, хотя у маленьких детей она еще довольно хоро­шо заметна. Кисть человека специализирована как хватательный орган; это особенно сказалось в разви­тии хорошо подвижного большого пальца. У обезьян большой палец короткий, слаборазвитый, малоподвиж­ный, зато остальные пальцы длинные и сильно разви­тые, так как служат для удержания ветвей и перебра­сывания тела с ветки на ветку. У высших обезьян рука длиннее ноги, а у человека — короче. Приспособле­ние человека к прямохождению обнаруживается и в строении мускулатуры, сосудистой системы, а также в расположении внутренних органов.

Несмотря на относительно высокую степень разви­тия высшей нервной деятельности обезьян и в соответ­ствии с этим мозга, он резко отличается от мозга чело­века. Вес мозга человека в среднем в 2—2,5 раза превышает вес мозга антропоидов. Даже у гориллы, до­стигающей 2 метров роста и 270 килограммов веса, мозг весит всего лишь 400—500 граммов, а вес мозга человека в среднем 1200—1600 граммов. Наиболее су­щественная качественная разница заключается в строе­нии коры больших полушарий мозга. Мозг взрослой обезьяны по своему строению похож на мозг семиме­сячного зародыша человека.

Наконец, человеку присуща членораздельная речь, тогда как антропоиды ею не обладают. Многие ученые, опираясь на высокое развитие голосового аппарата высших обезьян, на большое сходство его с речедвига­тельным аппаратом человека, пытались научить обезьяну человеческому языку, но успеха не добились. Потому что, несмотря на сходство человека в строении тела и других биологических особенностях с человеко­образными обезьянами, у него имеются и качествен­ные отличительные анатомо-физиологические при­знаки.

Процесс становления человека в настоящее время хорошо исследован на ископаемых остатках.