7 years ago
No comment

Sorry, this entry is only available in
Russian
На жаль, цей запис доступний тільки на
Russian.
К сожалению, эта запись доступна только на
Russian.

For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

Даже при беглом взгляде на описанные нами катастрофы нельзя не почувствовать, какой болью отдавались они в человеческих сердцах.

Порой за долю секунды круто изменялась судьба человека. Мечты становились неосуществимыми, планы невыполнимыми, надежды гасли. Для многих был утрачен смысл жизни…

Именно поэтому можно сказать, что катастрофы представляют собой определенную проверку. Проверку характера отдельных людей и целых групп, коллективов, наций. При катастрофе проверяется и характер общества, эффективность всех социальных институтов.

Неоднократно в истории люди имели возможность увидеть во время катастрофы подлинное лицо своей социальной системы. Такие катастрофы, какой, например, является проигранная несправедливая захватническая война, вызывают, как следствие, волну безнадежности, недоверия, разочарования, анархизма и даже бандитизма…

Катастрофы свидетельствуют, что не всегда представители власти в классово антагонистическом эксплуататорском обществе столь уж необходимы. Вполне возможно представить себе общество без феодалов, без капиталистов. Общество, которое использует системы искусственного орошения, переживет смену правителей и даже анархию, но оно полностью зависит от специалистов-мелиораторов, без них оно распадется. Историческая справка: орошаемые области в Мессопотамии и в Северной Африке были кладовыми зерна для всех жителей Средиземноморья; они пережили гибель столиц — Ниневии, Вавилона и Карфагена. Но не пережили уничтожения оросительных систем при нападении арабов на Ливию и Алжир и монголов на Ближний Восток. Еще сегодня в местах, где находилась пограничная римская зона, можно найти на земле следы разделения на участки (так называемые centuria quadrata) 710X710 метров; это была основная единица римских колонов. Но сама система орошения исчезла без следа, земля мертва, люди ушли.

Если в обществе складывалась специализированная каста жрецов, которые обладали важными знаниями (и были, собственно, единственными представителями интеллигенции), оно держалось на них. Примером могут служить кельты. Несмотря на то что они имели развитую экономику, даже чеканили золотые монеты и активно торговали с восточными землями в долине Дуная, несмотря на то что они строили укрепленные города, которые имели десятки тысяч жителей, кельты никогда не имели крупного государственного формирования. Вероятно потому, что существовало связующее звено, объединявшее их прочнее, чем государственная мощь. Это была каста друидов, которые умели вести календарь, что имело решающее значение для земледелия в умеренном климатическом поясе. Основной причиной их особого положения было то, что, хотя кельты и имели письменность, все знания избранные молодые люди и девушки должны были заучить напамять. Процесс обучения продолжался почти двадцать лет, но что-либо записывать запрещалось. Таким образом, друиды представляли собой основу сплоченности кельтского народа, они поддерживали у кельтов сознание национальной общности, были залогом единства их культуры. Возможно они и не стремились к прочной государственной власти. Вполне вероятно они даже препятствовали возникновению сильной, централизованной формации, что, впрочем, не оправдало себя, и в первую очередь в отношении их самих. Когда римляне после завоевания Галлии узнали, что объединяет народы в этой части Европы, друидов, жрецов и жриц стали беспощадно преследовать. И делали это весьма последовательно: разрушили организацию, мешали обучению. Членов касты казнили, распинали, сжигали, и в 67 году нашей эры во всей Римской империи не осталось ни одного друида. Это стало началом преследования колдунов и колдуний, которое с перерывами продолжалось и в христианскую эпоху вплоть до Средневековья. В конце концов кельтская культура была уничтожена, кельтское национальное единство перестало существовать. Кельты были латинизированы, а в северных частях Европы, в Англии, германизированы.

В экстремальной ситуации проявляется, как функционирует общество в целом и как действуют его составные части, какое значение имеет та или иная социальная структура и как она поддерживает свое существование, каково отношение людей к отдельным организациям и как те и другие реагируют на катастрофы. Важно лишь отделить случайное от закономерного, типичного, выяснить общую ориентацию членов общества: направлена ли она исключительно на себя, свою семью или на коллектив; что характерно для их поведения: эгоизм или альтруизм, пассивность или активность; определить социальный фон и ситуативные факторы, которые обусловливают успешное выживание социального организма.

Для успешной ликвидации последствий катастрофы первостепенное значение имеет осведомленность о масштабах убытков и потерь (как правило, сначала их преувеличивают). Обязательной является изоляция пострадавшего района. Необходимо решить проблемы с транспортом, техникой, нехваткой энергии, со связью и получением информации о потерпевших, о прибытии спасателей, доставке припасов и т. д. Активность организации при этом должна быть направлена на формирование рабочих и спасательных групп, координацию их усилий и оцениваться уровнем руководства, отношением к собственным ошибкам.

Опыт предыдущих катастроф позволяет выработать ряд рекомендаций. К катастрофам нужно быть готовыми. Везде, где существует потенциальная опасность, нужно создать надежную систему коммуникаций. Полезно знать, что руководящая система более эффективна, если она находится вне зоны бедствия. Следует учитывать неизбежную потребность в импровизации, в гибкости деятельности. Целесообразно заранее позаботиться о подготовке добровольных помощников спасателей-профессионалов (например, пожарников), обеспечить координирование смежных организаций.

Мы находимся в шаге от больших катастроф. Человечество, судя по всему, почти решилось жить на грани войны.

Мы являемся свидетелями раскручивания карусели вооружений. Не имеет значения, что в США говорят о совершенствовании оборонительной системы. Оружие — это оружие, и никто не может поручиться, что «средства защиты» не будут использованы для нападения.

Начиная с 1946 года в США тридцать три раза поднимался вопрос, сбросить или нет на СССР атомную бомбу. Тридцать три раза мир держался на волоске.

Неужели военная катастрофа это и есть вершина усилий человечества?

Неужели эволюция человеческого ума привела в тупик, в котором людей ожидает гибель в огне научно подготовленной и по научному проводимой глобальной ядерной войны?..

Не существует автоматической гарантии гладкого развития человеческого общества. Наоборот, как представляется, это развитие будет довольно сложным. Нет даже авто­матической гарантии выживания человечества. Равно, как никто не доказал и неизбежность его гибели. А значит, активная поддержка борьбы за мир приобретает огромное значение. Стремление к миру может стать решающей песчинкой на весах жизни и смерти, на весах судьбы нашей цивилизации.

Будем оптимистами. Хотя каждый из нас и человеческое общество в целом неоднократно ошибались, но все же мы пытались искать и прокладывать пути в неизведанное будущее. Возможно наши потомки оценят усилия, приложенные нами для преодоления пережитков первобытной стадии существования человеческого общества, для обретения подлинной человечности…

Я рад, что эта книга выходит именно в Киеве. Ведь катастрофа в Чернобыле остается в памяти всего мира не как пример невероятного легкомыслия, но скорее как образец удивительного самопожертвования — не только тех, кто вступил с ней в непосредственную схватку, но и тех, кто, зная о нависшей опасности, продолжал спокойно выполнять свой долг. Так было еще раз доказано, что нет безвыходных ситуаций. Есть люди, потерявшие надежду. Именно это я и хотел напомнить своей книгой.

Автор