4 years ago
No comment

Sorry, this entry is only available in
Russian
На жаль, цей запис доступний тільки на
Russian.
К сожалению, эта запись доступна только на
Russian.

For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

Но если это так, то невольно напрашивается вопрос: где же проходит граница между человеком и нечеловеком? Ясно, что, если бы мы располагали полным рядом ископаемых форм, как для некоторых других млекопитающих, нам при­шлось бы выбрать какую-нибудь совершенно условную точку в этом ряду, чтобы отметить эту границу. Для отделения че­ловеческих форм от дочеловеческих существует два рода кри­териев. Во-первых, судят по анатомическим признакам; и действительно, это самый ясный путь, так как ископаемые остатки дают непосредственное представление о строении, а обо всем остальном — только косвенные сведения. По утвер­ждению американского антрополога Уильяма Хоуэллса, «с точки зрения зоологии человек стал человеком тогда, когда первый раз пошел по земле в вертикальном положении или по крайней мере когда у него развился свод стопы». Во-вто­рых, если даже признать отличительной чертой человека изго­товление орудий труда, то и в этом случае австралопитек был человеком.

Конечно, это вопрос терминологии — называть ли челове­кообезьян Южной Африки людьми (выражаясь научным языком, гоминидами) или человекообразными обезьянами (понгидами). Для нас важен самый факт — что организмы с удивительным сочетанием человеческих конечностей и обезь­яноподобного черепа существовали. Их ископаемые остатки датируются началом плейстоцена — они древнее самых древ­них из известных находок человека. В отличие от человеко­образных обезьян они были охотниками, способными на двух ногах покрывать большие расстояния и пользоваться ору­диями труда.

Приблизительно к середине плейстоцена, около полумил­лиона лет назад, на Яве, в Китае, а возможно, и в других ме­стах существовало уже несколько форм человека. И первым среди наиболее древних форм был известный ископаемый че­ловек с острова Ява, названный открывшим его Дюбуа пите­кантропом. Собственно, найдены были всего лишь черепная крышка, бедренная кость, нижняя челюсть и несколько зубов. Эти остатки позволили сделать вывод о существовании крайне примитивного человека с мозгом меньшим, чем у человека, но большим, чем у гориллы, с зубами промежуточного типа строения и с вертикальным положением тела. Последующие раскопки на Яве, а также богатые находки близ Пекина под­твердили эти выводы. Пекинский человек получил название синантроп, хотя сейчас большинство ученых склонно рассмат­ривать его как разновидность пи­текантропа или по крайней мере как чрезвычайно сходный вид. Бо­лее того, некоторые антропологи предпочитают называть и яван­ского и пекинского человека Ho­mo erectus — человек прямостоя­щий, подчеркивая их близкое родство с нами.

Черепа древних и современных людей

Черепа древних и современных людей

К настоящему времени извест­ны ископаемые остатки примерно сорока пекинских людей — муж­чин, женщин и детей. Хотя ни один из скелетов не был полным и все они во время второй миро­вой войны были потеряны, мож­но не сомневаться не только в сходстве пекинского человека с яванским, но и в том, что его мозг был больше: средний объем мозга мужчин равнялся пример­но 1150 кубическим сантиметрам (с колебаниями от 900 до 1250) — это на 250 кубических сантимет­ров больше, чем у яванского че­ловека, и на 350 кубических сан­тиметров меньше, чем у нас (средний объем мозга взрослого европейца около 1500 кубических сантиметров). Строение конечно­стей яванских и пекинских людей полностью человеческое. Что же касается роста, то яванский человек ближе к нам (его рост около 167 сантиметров), в то время как пекинский едва достигал 152 сантиметров.

Мы не можем с полной уверенностью утверждать, что яванский человек пользовался орудиями, хотя в тех же слоях, что и скелетные остатки, найдены каменные орудия. Но вот в том, что пекинский человек использовал каменные орудия, сомнений нет, а их форма указывает на то, что синантроп был праворуким. Среди орудий пекинского человека находят тяжелые рубила и более легкие оббитые куски камня типа скребков. Они относятся к орудиям древнекаменного века, но это еще не самый примитивный из известных каменных ин­струментов. Судя по костям, обнаруженным в пещерах, основ­ной пищей синантропов была оленина, хотя охотились они и на многих других животных. Вид некоторых костей наводит на мысль, что пекинский человек убивал и поедал особей сво­его вида, иными словами, был каннибалом. Вполне возмо­жно, что пищу он ел уже не в сыром виде: пятна почерневшей земли указывают на использование им огня. Все это застав­ляет нас предполагать, что он обладал и речью, — изготовле­ние предметов материальной культуры и появление речи раз­вивались, по-видимому, параллельно.

Примерно в одно время с питекантропом и синантропом существовали и другие типы людей. Пожалуй, наибольший интерес в этом смысле представляет массивная нижняя че­люсть, найденная в песчаном карьере в Мауэре, близ Гейдель­берга (ФРГ). У гейдельбергского человека не было подбо­родка, но особенности строения зубов и форму зубной дуги можно безошибочно признать человеческими.

Одним из признаков древнего человека, отличающим его от современного, являются толстые и тяжелые кости черепа. Это характерно и для питекантропа и для синантропа. Сред­няя толщина костей черепной коробки питекантропа при­мерно вдвое больше, чем у современного человека, но для не­которых новых находок, правда фрагментарных, характерно еще более массивное строение. Наиболее интересные из них, сделанные опять-таки на Яве, позволили предположить, что весь индивидуум по размеру должен быть «гораздо больше любой современной гориллы». Если это справедливо, значит, в те времена на Земле жили настоящие гиганты; вполне воз­можно, что некоторые из них были нашими предками.

Анатомически (если не принимать во внимание толщину кости) эти люди принадлежали к той же группе, к которой относились питекантроп и синантроп. Вполне возможно, что они были всего-навсего крупной формой Homo erectus. Вторая мировая война прервала поиски новых ископаемых форм че­ловека; быть может, возобновление этих исследований позво­лит сделать более определенные заключения об этапах эво­люции человека.

Яванские и пекинские люди жили около полумиллиона лет назад, где-то в середине плейстоценового периода. Ископае­мые остатки человека, относящиеся к раннему плейстоцену, неполны и с трудом поддаются объяснению. В течение боль­шей части верхнего плейстоцена почти все формы людей, на­селявших Старый Свет, хоронили своих умерших. Подобно некоторым американским индейцам и современным айнам, они оставляли в могилах орудия, а иногда и головы живот­ных (существование погребальных обрядов в ту эпоху еще не доказано (равно как и сходство их с погребальными обрядами дрезних и современ­ных народов, будь то индейцы, викинги или айны), так как не все полу­ченные данные поддаются точному истолкованию. Весьма вероятно, что большая часть найденных остатков принадлежит жертвам несчастных случаев, например обвалов в пещерах). Благодаря этому мы располагаем значительным коли­чеством хорошо сохранившихся остатков скелетов, орудий труда и костей животных.

С самого начала эти люди были отнесены к тому же, что и мы, роду Homo; наиболее известная форма получила на­звание неандертальский человек (Homo neanderthalensis), по месту находки одного из первых скелетов (долина Неандера близ Дюссельдорфа). Неандертальский человек обитал в Ев­ропе, Азии и Северной Африке. В Центральной и Южной Африке, а также на Яве были найдены остатки сходных форм.

Скелет

Скелет

Неполные скелеты от более чем двадцати особей и разроз­ненные остатки от многих других позволяют утверждать, что эта древняя форма верхнеплейстоценового человека, как и современный человек, очень вариабельна по скелетным признакам. Неандертальский человек отличался удивительно большим мозгом: средний объем черепа — 1450 кубических сантиметров (без разделения по признаку пола). В то же время у него были выступающие надбровные дуги, покатый лоб и отсутствовал подбородок. Зубы крупнее наших, но, не­сомненно, человеческие. Полной уверенности, в том, был ли неандерталец полностью выпрямлен, нет, но и его предполагаемая сутулость, возможно, преувеличена. Средний рост не­андертальского человека около 152 сантиметров. По сравне­нию с современным человеком неандерталец не отличался особенной изобретательностью при изготовлении каменных орудий. Он откалывал куски камня для изготовления рубил и скребков, а также использовал простые орудия из кости. Приписываемая ему каменная культура называется мустьерской (название дано по одному из археологических памятников этого периода — пещере в Мустье (Франция)). Во время охоты он, видимо, пользовался в основном ловушками. Широко распространено мнение, что неандерталь­ский человек жил в пещерах, но, пожалуй, правильнее ска­зать, что это археологи имеют склонность к пещерам, так как в пещерах скелеты сохраняются лучше. Возможно, лишь очень немногие неандертальцы жили в них. С неандертальцами не связано никакой пещерной живописи.

Культуры ископаемого человека

Культуры ископаемого человека

Принято считать, что неандерталец не более чем двою­родный брат современному человеку: развивался он совер­шенно независимо от наших непосредственных предков и впо­следствии был вытеснен Homo sapiens — человеком разумным. Подобная гипотеза основана на том, что у раннихнеандер­тельцев больше сходства с нами, чем у поздних. Более того, неандертальские сообщества в Европе были внезапно заме­щены человеком современного типа, что явилось, по-види­мому, следствием иммиграции последнего. При раскопках мы находим вначале относительно недавние следыHomo sapiens и затем, совершенно неожиданно, — более ранние отложения: с остатками неандертальца без постепенного перехода от од­ного типа к другому.

Такой взгляд на поздних неандертальцев как на группу, резко отличную от современного человека, после изучения ин­тереснейших находок в Палестине, возможно, следует пере­смотреть. В одной из пещер горы Кармел был найден скелет женщины, в котором сочетались неандертальские признаки с признаками человека современного типа. В другой пещере было обнаружено несколько скелетов людей современного типа, но с отдельными признаками неандертальцев. Воз­можно следующее объяснение этих находок: на горе Кармел (как, несомненно, и в других местах) человек современного типа жил по соседству с неандертальцами и смешивался с ними, точно так же как это делают в наши дни отличающиеся друг от друга представители разных групп (многие отечественные антропологи расценивают палестинские на­ходки и близкие к ним архаичные формы неандертальцев Европы в отли­чие от «классических» западноевропейских форм неандертальцев как не­посредственное звено становления современного человека).

Пока это лишь предположения, и для окончательных вы­водов понадобится еще немало вещественных доказательств. Тем не менее мы вправе рассматривать ископаемые формы, найденные на горе Кармел, как последнюю стадию в эволю­ционной линии, оканчивающейся современным человеком. Если вернуться назад, то мы увидим, что такие миоценовые виды, как проконсул, являются ближайшими к формам при­матов, исходным и для нас и для современных человеко­образных обезьян. Следующая стадия — южноафриканские человекообезьяны, которые уже обладали необходимым для прямохождения типом скелета, но имели сходный с обезь­яньим череп и соответственно маленький мозг. Затем мы пе­реходим к формам, изготовлявшим орудия. У прямоходящих яванских и пекинских людей был большой мозг и череп, бо­лее сходный с человеческим в сравнении счеловекообезьяна­ми. Пекинский человек переходит в неандертальского чело­века, а между ранним неандертальцем и нами, как мы только что видели, существуют промежуточные варианты. Поздние неандертальцы отклонились от нашей линии и в конечном счете были замещены современным человеком во всем мире.