4 years ago
No comment

Sorry, this entry is only available in
Russian
На жаль, цей запис доступний тільки на
Russian.
К сожалению, эта запись доступна только на
Russian.

Внимание! В тексте содержатся элементы коммунистической пропаганды! Текст 1974 года!

Ислам, как и все другие религии, явление историче­ское. Было время, когда его не существовало, и насту­пит время, когда он отойдет в прошлое. Марксистско-ленинское учение позволило не только определить судьбы религии, в том числе и ислама, но и пути пре­одоления религиозных пережитков в сознании людей.

В результате социального и научно-технического прогресса, по мере роста материального и культурно­го уровня народа создаются реальные условия для полного преодоления влияния религии, в том числе и ислама. Однако религия не исчезает автоматически. Для ее изживания недостаточно одних лишь объекти­вных условий. Важную роль играет здесь и субъектив­ный фактор — атеистическое воспитание трудящихся.

Какие бы причины ни привели человека к освобож­дению его от религиозных пуг, оно в конечном счете происходит только путем критического преодоления антинаучных представлений и догм. Верующий не мо­жет стать атеистом внезапно, в один день. Он не мо­жет им стать в силу одного лишь изменения образа жизни или окружающей среды. В любом случае лом­ка привычных представлений, привычного образа мыслей происходит постепенно. Религиозно-идеалистиче­ское миропонимание, превратные, ошибочные мнения о причинно-следственных связях в мире должны усту­пить место в сознании верующего или сомневающего­ся научным концепциям. Именно поэтому большое значение в атеистическом воспитании имеет пропаган­да естественнонаучных и общественно-политических знаний, критика религиозной догматики, религиозных доктрин.

Вместе с тем практика атеистической работы в на­шей стране показывает, что пропаганда естественно­научных и общественно-политических знаний не при­носит желаемого результата без широкого привлече­ния верующих, в том числе и мусульман, к активной трудовой и общественной деятельности. Участие са­мих верующих в созидании новой жизни, в совершенст­вовании общественных отношений — наиболее дейст­венный способ постепенного преодоления в их созна­нии религиозных пережитков.

Под влиянием жизни

Победа социализма во всех областях жизни привела в нашей стране к гос­подству диалектико-материалистического мировоззрения. Большинство мусульман порва­ло с религией. На Кавказе, в Средней Азии, Казахста­не, на Урале, в Поволжье и некоторых других местах среди определенной части населения ислам сохранил­ся в основном лишь как пережиток прошлого. Ликви­дация эксплуатации человека человеком, повышение материального и культурного уровня населения, несо­мненно, играют немалую роль в его преодолении. Из­вестно, например, что Туркмения была одной из са­мых отсталых окраин нашей страны. На всю Туркме­нию до революции было восемь врачей, которые про­живали в Ашхабаде. Не было ни одной библиотеки. Вот как описывает прежнюю жизнь туркмена старейший член колхоза имени М. И. Калинина Керкинского района К. Сейтиев: «Три опоры имел в жизни турк­мен: кетмень, саблю, дутар,— но ни одна не была на­дежной. Черная нищета сидела в кибитке дайханина, голод подтягивал живот к спине, бесправие гнуло в дугу. Люди умирали как мухи. Были годы, когда не хватало рук, чтобы совершить обряд погребения…»

Вполне понятно, что в таких условиях открывались широкие возможности для религиозной деятельности мулл, ишанов и дервишей, дли распространения са­мых отсталых представлений.

Социалистическая революция изменила жизнь туркмен, киргизов, таджиков — всех народов, живших ранее на окраинах царской России. В национальных республиках создана современная промышленность, имеется широкая сеть средних и высших учебных за­ведений. Сотни больниц, клиник, санаториев, домов отдыха построены там за годы Советской власти. Со­зданы национальные театры, музеи, многие десятки различных культурно-просветительных учреждений. «За годы существования Союза объем промышленной продукции Казахстана вырос в 600 раз, Таджикской ССР — более чем в 500, Киргизской — более чем в 400, Узбекской — почти в 240, Туркменской — более чем в 130 раз. В 120 раз увеличился валовой сбор хлопка в Узбекистане, в 90 раз — в Туркмении. Казахстан дает сейчас почти в 30 раз больше зерна, чем в 1922 году.

Не менее разительны итога культурного развития Казахстана и среднеазиатских республик. Практиче­ски они достигли уровня стопроцентной грамотности. Почти половина населения каждой из них — это люди с высшим и средним (полным и неполным) образова­нием* (Л. И. Брежнев.Ленинским курсом. Речи и статьи, т. 4. М.. 1974, стр. 53).

Если до революции практически не издавались книги на таджикском, туркменском, киргизском язы­ках, то теперь ежегодно на трех этих языках издает­ся более тысячи названий книг общий тиражом свы­ше 8 миллионов экземпляров. Число врачей на 10 ты­сяч жителей в республиках Средней Азии почти в три раза превышает число врачей в Индии, Иране, Паки­стане и Турции, вместе взятых. А число студентов на 10 тысяч жителей в этих республиках в три раза боль­ше, чем в ФРГ, в два с половиной раза больше, чем в Англии, в пять раз больше, чем в Турции. Цифры до­статочно красноречивые. За ними «стоят глубочайшие преобразования в экономике, общественно-политиче­ских отношениях, идеологии и культуре, изменившие облик всего нашего общества. Среди них важное ме­сто занимают утвердившиеся в жизни новые, социали­стические отношения между всеми народами нашей страны» (Л. И. Брежнев. Ленинским курсом. Речи и статьи, т. 4, стр. 49). Грамотность населения, общий подъем культуры при неуклонном повышении жизненного уровня создают исключительно благоприятные усло­вия для распространения научно-атеистических зна­ний. Весьма важную роль играет здесь то обстоятель­ство, что идеи и принципы марксизма-ленинизма, ле­жащие в основе научного атеизма, завоевывают серд­ца широчайших масс трудящихся. Люди с большим доверием относятся к слову партии, к слову ее пропа­гандистов и агитаторов. И это слово помогает им за­думаться над истинным смыслом мусульманской ве­ры, ее ролью в нашей жизни и отказаться от привер­женности к бессмысленным и вредным пережиткам прошлого.

Умело сочетать все формы атеистической работы

Религия не сдает своих позиций без сопротивления. В этом отношении ис­лам ничем не отличается от других ре­лигий. Возникший в эпоху феодализ­ма, ислам сумел приспособиться к условиям буржуаз­ного общества, а ныне его приверженцы стремятся со­хранить мусульманскую веру и при социализме.

Мы уже говорили, что ислам, как, впрочем, и дру­гие религии, в первую очередь воздействует на людей через сферу быта, через традиции и обычаи. Мусуль­манское духовенство понимает, что недостаточно вну­шить людям религиозные представления. Важно за­крепить их. Именно в быту закрепляются представле­ния, которые под воздействием религии формируются в сознании людей. Быт влияет на сохранение того ком­плекса религиозных представлений, который люди воспринимают от своих духовных наставников. Впол­не понятно, что в атеистической пропаганде борьба за новый быт, против освященных исламом привычек, об­рядов, обычаев и традиций приобретает первостепен­ное значение.

Мусульманское духовенство не случайно настаивает на соблюдении верующими всех обрядов, праздников, обычаев ислама, пусть даже в их «облегченной», мо­дернизированной форме. Тем самым обеспечивается ежедневное воздействие религии на верующих даже без вмешательства духовных лиц. Если человек пять раз в день совершает молитву, обращается к аллаху, то он неизменно чувствует себя во власти божьей, уг­лубляет свою религиозность. Совершая тот или иной обряд, он опять-таки не может не думать о боге. Вот почему духовенство стремится, чтобы соблюдение предписаний ислама прочно вошло в жизнь людей, а любое нарушение того или иного требования религии вселяло бы в верующих чувство, что нарушен нор­мальный строй жизни.

Нужно сказать, что мусульманское духовенство всегда претендовало на монополию в сфере быта лю­дей. Служители ислама не только вводили в быт спе­цифически религиозные обряды, но и пытались придать религиозную окраску обычаям, не имевшим ничего об­щего с религией. В настоящее время, отстаивая му­сульманскую обрядность, они подчас выступают под флагом защиты якобы национальных традиций. Впол­не понятно, насколько важно в работе по атеистиче­скому воспитанию масс отделить религиозное от нере­лигиозного, мусульманское от национального. Здесь, по нашему мнению, следует исходить из положения, высказанного П. Кампарсом и Н. Заковичем в книге «Советская гражданская обрядность». Они пишут: «Ре­шающим является не происхождение того или иного обряда и не его связь с религией, а тот реальный смысл, который видит в нем большинство наших лю­дей, какое содержание вкладывается в данный обряд или обычай в настоящее время, с какими представле­ниями он связан в сознании людей. Если данный об­ряд или обычай в нашем представлении не связан с верой в сверхъестественные силы, с религиозной ми­стикой или с другими чуждыми нам представлениями, если он не противоречит нашим идеологическим и эс­тетическим принципам, не диссонирует с социалисти­ческой действительностью, значит, он для нас приемлем» (П. Кампарс, Н. Закович. Советская гражданская обряд­ность. М., 1967, стр. 130).

Такие обычаи, как наречение имени новорожденно­му, сопровождаемое чтением Корана, обрезание, рели­гиозный свадебный обряд (никах), калым, религиозные похороны (джиназа) и т. п., не имеют ничего об­щего с национальными традициями. Это специфиче­ски религиозные обряды. Лишь те, кто заинтересован в сохранении и увековечении религии, наряжают их в национальные одежды.

Обряды и обычаи, санкционированные исламом, освященные им и проникнутые его духом, играют роль некоего барьера между людьми разных вероис­поведаний и национальностей. Поэтому разработка, пропаганда и введение новой, советской гражданской обрядности относятся к числу наиболее важных и эф­фективных средств атеистического воспитания масс.

У каждого народа есть свои праздники, традиции и обычаи. Даже отмечая общегосударственные торже­ства и праздники в нашей многонациональной стране, каждый народ вносит в них свой колорит, придает им специфическую форму. Это делает их особенно торже­ственными, запоминающимися. Опыт создания новых, безрелигиозных праздников и обрядов с учетом наци­ональных традиций показывает, что они могут играть большую роль в вытеснении религиозных пережитков из быта людей.

Религиозные обычаи сохраняются в быту по тра­диции, но с каждым годом советские люди все острее ощущают их несовместимость с нашей действительно­стью. На одном из пленумов ЦК Компартии Узбеки­стана было зачитано обращение, в котором мать пяте­рых детей писала: «Как нам опротивели старинные обряды! Чтобы женить сына, надо дать родителям не­весты большой калым — 500 рублей деньгами, 200 кг муки, не менее 80 кг риса, 50 кг фруктов, 2 баранов, 9 комплектов одежды. Зачем такие ненужные затра­ты средств? Где их взять? Из-за того, что парень не имеет таких средств, он зачастую не может жениться по любви. Мы от имени многих просим местные государственные органы, депутатов, руководителей райо­нов, работников культуры, коммунистов и комсомоль­цев, живущих в махаллях, помочь избавиться от этого пережитка прошлого, сделать все по-новому, по-куль­турному» («Правда Востока», 6 июня 1964 г.).

Мы не случайно начали раздел об атеистическом воспитании среди последователей ислама с подчерки­вания необходимости преодоления влияния мусуль­манской обрядности на верующих. Надо иметь в виду, что именно в этой сфере влияние ислама в наши дни наиболее ощутимо. Поэтому очень важно обратить внимание организаций и учреждений, ведущих работу по атеистическому воспитанию масс, на этот ее уча­сток. Надо вытеснять из быта людей религиозные обычаи и традиции путем создания и внедрения новых торжественных, ярких, красивых, идейно и эмоцио­нально насыщенных праздников и обрядов.

Особо следует сказать об атеистическом воспита­нии среди детей и подростков. Известно, что именно в семье начинает формироваться мировоззрение ребен­ка. Выборочные исследования среди приверженцев ис­лама, проведенные в Казани, Ташкенте и других ме­стах, показывают, что наиболее часто дети приобща­ются к религии под влиянием родителей.

Конкретно-социологические исследования, прове­денные лабораторией социологических исследований Казанского университета и казанским опорным пунктом Института научного атеизма АОН при ЦК КПСС в городе Казани, предоставили в распоряжение ученых характерные данные, свидетельствующие о влиянии семейного воспитания на воспроизводство религиозно­сти. На вопрос: «По какой причине вы стали верую­щим?»— 75% опрошенных мужчин ответили, что главную роль сыграло влияние родителей. Точно так же ответили на этот вопрос 80% женщин-мусульманок.

Когда мы выступаем против религиозного воспита­ния детей в семье, то исходим прежде всего из того, что такое воспитание наносит большой вред подрост­кам, травмируя их психику, порождая раздвоенность в их сознании. У детей появляются невниматель­ность, недоверие к тому, чему их учат в школе, возни­кают нежелание преодолевать трудности в учебе, сом­нения в необходимости образования.

Наша школа с помощью общественности должна занять самые непримиримые позиции по отношению к тем, кто отравляет сознание детей и подростков, сде­лать все возможное, чтобы оградить их от религиозно­го влияния. Необходимо повысить роль школы в фор­мировании научного материалистического мировоззре­ния у подрастающего поколения.

При организации научно-атеистической работы среди мусульман следует обратить внимание на ту группу верующих, которые не относятся к фанати­кам, а, как сами заявляют, «веруют в душе». Они исполняют далеко не все предписания ислама, в ме­четь обычно не ходят, редко молятся, во многих случаях не придерживаются мусульманских обря­дов, не знают основ вероучения. Вера в творца — аллаха, идеалистическое представление о мире, об обществе, о назначении человека, религиозно-идеа­листическое представление о смерти и бессмертии делают сознание и психику «верующих в душе» расположенными к суевериям, к восприятию разно­го рода предрассудков. Среди них встречаются и такие, которые поручают другим за известное воз­награждение молиться или поститься за себя. И хо­тя зачастую они официально не принадлежат к чле­нам мусульманских общин, духовенство понимает, что достаточно малейшего повода, чтобы эти люди оказались в числе активных последователей мусуль­манской религии, и рассматривают их как своеобраз­ный «резерв».

Атеистическая работа среди этой категории людей достаточно сложна. Их не всегда легко выявить. Иногда ошибочно, без оснований, полагают, что та­кие люди сами избавляются постепенно от религи­озных заблуждений и будто бы им менее всего нужна помощь извне. На самом же деле «верующие в душе» особенно нуждаются во внимании со сторо­ны пропагандистов атеизма, ибо всякое упущение в атеистической работе среди этой категории людей дает возможность мусульманскому духовенству тор­жествовать победу.

Большое значение в атеистическом воспитании имеет пропаганда научных знаний, достижений на­шего народа в области науки, техники, культуры. В последние годы многие мусульмане под влиянием величественных достижений науки отошли от рели­гии. Этот отход часто начинается с сомнений в до­стоверности поучений Корана, в необходимости со­блюдения предписаний шариата. Москвич Шарафутдин М., посетивший Московский дом научного атеиз­ма, рассказал: «В последнее время меня одолевают большие сомнения. Это началось с первых спутни­ков и полета Гагарина. Нас учили, что есть небес­ная твердь. А как же ракета, летящая в сотнях ки­лометров высоты, не стукается об изумрудный ша­тер неба? Мои сомнения не развеял и мулла. Он сказал, что твердь неба выше. Но ведь ракеты до­стигли уже и Луны и Венеры, не встретив препят­ствий».

Сомнения в достоверности религиозных догм и поучений — первый шаг к безверию, а безверие — первый шаг к выработке стойких атеистических убеждений. Вот почему так важно заронить семена сомнения в сердца верующих. Этому могут способ­ствовать и лекции, и индивидуальные беседы про­пагандистов атеизма, и иные формы работы с ве­рующими. Верующим, как указывал В. И. Ленин, «необходимо дать самый разнообразный материал по атеистической пропаганде, знакомить их с фак­тами из самых различных областей жизни, подойти к ним и так и эдак для того, чтобы их заинтересо­вать, пробудить их от религиозного сна, встряхнуть их с самых различных сторон, самыми различными способами и т. п.» (В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 45, стр. 26).

Отход от религии — процесс сложный. Он состоит не только из критического отбрасывания религиоз­ной веры, освобождения от религиозных догм. Вера в аллаха, вера в необходимость исполнения мусуль­манских предписаний, моральных норм должна уступить место научно-материалистическому понима­нию мира, уверенности в осуществлении наших ком­мунистических идеалов. «Человеку,— говорил В. И. Ленин,— нужен идеал, но человеческий, соот­ветствующий природе, а не сверхъестественный…» (В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 29, стр. 56).

Советский человек должен чувствовать себя ча­стью общественного организма, ощущать свои связи с коллективом как необходимые и естественные. На­до, чтобы каждый уверовал в могущество принципа коллективизма и товарищеской взаимопомощи, до­рожил девизом «все за одного, один за всех». Для этого следует вовлекать верующих в активную про­изводственную деятельность и общественную жизнь. «Вы можете заставить человека трудиться сколько угодно,— говорил известный советский педагог и воспитатель юношества А. С. Макаренко,— но если одновременно с этим вы не будете его воспитывать политически и нравственно, если он не будет уча­ствовать в общественной и политической жизни, то этот труд будет просто нейтральным процессом, не дающим положительного результата» (А. С. Макаренко. О коммунистическом воспитании. М., 1936, стр. 223).

Нельзя по-настоящему проникнуться коммунисти­ческими идеалами без активного участия в комму­нистическом строительстве. Именно поэтому с такой настоятельной необходимостью встает вопрос о во­влечении широких масс в работу по осуществлению величественных планов, начертанных перед нашим народом Коммунистической партией.

Преодоление пережитков ислама — процесс дли­тельный и требует гармонического сочетания всего комплекса атеистических мероприятий. Мусульман­ские проповедники говорят, будто ислам — вечная, немеркнущая религия. Исторический опыт народов многих республик СССР, ранее сплошь исповедовав­ших ислам, а также изменения, происходящие в му­сульманских общинах за рубежом в результате науч­но-технического, культурного и социально-экономиче­ского развития, неопровержимо доказывают, что ис­лам не вечен. Под натиском жизни безвозвратно ухо­дят в прошлое мусульманские представления, тради­ции и обычаи.