Sorry, this entry is only available in
Russian
На жаль, цей запис доступний тільки на
Russian.
К сожалению, эта запись доступна только на
Russian.

For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

В САГУ работал крупный путешественник-исследова­тель Средней Азии Н. Л. Корженевский. Он совершил мно­гочисленные экспедиции и экскурсии, особенно в горно-ледниковые районы края и тем значительно продвинул геогра­фические представления о малоизученных районах Средней Азии. При этом преобладающее большинство его экспеди­ций шло по линии внеуниверситетских научных организа­ций— главным образом Туркмета (Средазмета) и Турке­станского отдела русского географического общества (ТОРГО). Несмотря на это, в данном обзоре нами охва­тываются все его экспедиции и экскурсии, предпринятые с 1921 г.
Восьмого июля 1921 г. на г. Алма-Ату обрушился ката­строфический сель. Водхоз Туркреспублики организует экс­педицию для выяснения причины этого стихийного бедст­вия. В ее составе был и Н. Л. Корженевский. В результате появились его две небольшие заметки (Корженевский Н. Л. Экспедиция для исследования Алмаатинской катастрофы (8 июля 1921 г.). Военная мысль. Ташкент, 1921, кн. 3. Корженевский Н. Л. О постановке меток на леднике Аксу северного склона хребта Кунгей-Алатау. Изв. ТОРГО, т. XV. Ташкент, 1922, там же). В первой он описы­вает картину города после разрушения его селем. Затем Н. Л. Корженевский совместно с геологом С. Ф. Машковцевым посещают верховья р. Аксу на северном склоне вос­точной части хр. Кунгей-Алатау, где изучают ледники, пи­тающие истоки Аксу, и устанавливают первые метки.
Летом 1922 г. ТОРГО снаряжает географическую экс­педицию в пустыню Муюнкум под руководством Н. Л. Корженевского, куда вошли В. П. Дробов и Д. Н. Кашкаров. Исходный пункт экспедиции — сел. Ванновка. Перевалив хр. Каратау, экспедиция проследовала по маршруту: Бийликоль-Акколь-Ащиколь — низовья р. р. Ассы и Таласа— ур. Учарал. Отсюда они вступили в пустыню и, пересе­кая ее по центральной части около род. Чингильтма, вышли к долине р. Чу. Экспедиция вернулась обратно почти по тому же пути.
Результаты Муюнкумской экспедиции имели большое научное и практическое значение, так как ее участники впервые пересекли совершенно неизученную центральную часть пустыни и собрали ценные материалы о природных особенностях этой территории.
Во время экспедиции Н. Л. Корженевский ведет буссольную съемку маршрута на протяжении около 400 км. Им же определено 50 гипсометрических пунктов и сделана барометрическая нивелировка всего маршрута по пустыне. Впоследствии в статье (Корженевский Н. Л. О новых гипсометрических данных пустыни Муюнкум. (Предварительное сообщение). Изв. ТОРГО, том XVI, Ташкент, 1923) он приводит поперечный профиль пустыни через ее центральную часть. Несмотря на несо­вершенство методов определения, гипсометрические данные экспедиции отличаются значительной точностью.
Кроме топографических работ, Н. Л. Корженевский занимается измерением температуры песков и во­ды колодцев, дает прекрас­ное описание ландшафтов пустыни (Корженевский Н. Л. В пустыне Муюн-Кум (путевые заметки). Новый мир. Ташкент, 1922, 4—5).
Ботанико-географиче­ские и зоогеографические особенности Ц. Муюнкума изучаются В. П. Дробовым и Д. Н. Кашкаровым. Материалы первого нам не известны, результаты же зоологических исследо­ваний в сжатом очерке увидели свет в 1922 г. (Кашкаров Д. Н. Очерк животной жизни в пустыне Муюн-Кумы. Новый мир. Ташкент, 1922, 6—7) Автор опроверг господст­вовавшее представление о пустыне Муюнкум как о безжизненном пространст­ве: «…Если присмотреться ближе, внимательнее,— пи­шет он,— то оказывается, что пустыня полна жизни, что некоторые группы животных представлены здесь так полно, таким разнообразием форм и таким количеством особей, как нигде в другом месте. И роскошные прерии на низовьях Таласа (Уч-Арал) с бесконечным морем их зелени, гораздо беднее некоторыми группами животных, нежели казалось бы, мертвые пески Муюн-Кумы» (стр. 171). Исследователь отмечает поразительное сходство фауны двух пустынь — Муюнкума и Кызылкума. Этот вывод Д. Н. Кашкарова подчеркивает некоторые общие черты экологических усло­вий обеих пустынь, что представляет значительный геогра­фический интерес. По его сведениям, многочисленные пред­ставители пресмыкающихся (особенно ящерицы), грызуны и некоторые виды птиц и насекомых составляют главное животное население пустыни и являются ландшафтными животными.
Экспедицией были установлены интересные данные об озерах (Бийликоль, Акколь и Ащиколь) и реках (Терс, Асса), расположенных на подступах к пустыне. В частности, в предварительном сообщении указывается (Корженевский Н. Л. Экспедиция Туркестанского отде­ления русского географического общества в Муюнкумы летом 1922 г (Маршоут и наблюдение над озерами). Из предв. сообщения, Изв. ТОРГО, т. XV, Ташкент, 1922) на соленость воды оз. Бийликоль, тогда как по данным экспедиций Пе­реселенческого управления (1909 г.) она была пресной. Он выясняет, что вода в озере прибывает уже второй год и в связи с этим нарастает угроза поселку Арал-Тюбе.
Работами этой экспедиции было ликвидировано одно из «белых пятен» на карте Средней Азии и накоплен первый надежный материал о гипсометрии и природных ландшаф­тах пустыни Муюнкум.
Летом 1923 г. Н. Л. Корженевский возглавляет Памирскую экспедицию ТОРГО, работавшую в трудных условиях высокогорья. Экспедиция в составе Н. Л. Корженевского, И. А. Райковой, геолога И. И. Бездека и топографа С. А. Полозова производила исследование по маршруту: г. Ош — Большая Памирская дорога до кишл. Мургаб — дол. р. Аличура — оз. Яшилькуль — пер. Буромал и Лянгар-Куталь — Сарезское озеро. Обратный путь экспедиции пролегал через кишл. Мургаб по Большой Памирской до­роге.
Краткие сведения о ходе экспедиции и о научных ее результатах приводятся в двух статьях Н. Л. Корженев­ского (Корженевский Н. Л. Из наблюдений на Памире летом 1923 г. Вестник ирригации, Ташкент, 1924, № 1. Корженев­ский Н. Л. Краткий отчет о поездке на Памир летом 1923 г. Изв. ТОРГО, т. XVII, Ташкент, 1924) и в небольшой заметке, помещенной в XVI томе «Известий» ТОРГО.
Основные географические достижения экспедиции сво­дились к следующему. Были описаны ландшафты по марш­руту и осмотрены территории. И. А. Райкова впервые опи­сала растительный покров от пер. Буромал до Сарезского озера, через Северо-Аличурский хребет (И. А. Рай­кова, 1924).
Таким образом, Памирская экспедиция 1923 г. внесла ощутимый вклад в познание природы тогда довольно за гадочного Памира и явилась значительным событием в географической жизни края.
Летом 1924 г. Н. Л. Корженевский (при участии студен­та Э. А. Шмидта) по заданию ТОРГО выезжает в горноледниковую область бассейна р. Муксу. Этот район изучался им еще в 1904, 1910 и 1914 гг. В результате были откры­ты и описаны крупные ледники (в частности, ледник Муш-кетова—1904 г.), горные вершины и перевалы. Во время поездки 1924 г. Н. Л. Корженевский занимается изучени­ем долины р. Муксу в ее верховьях и описанием ледников: Мушкетова, Федченко, Танымас и ряда более мелких. При этом, исследуя состояние ледников этого района, он обра­щает внимание на их явное отступание по сравнению с 1914 годом. Изучение ледников р. Муксу и примыкающих к ним территорий сопровождалось производством метеорологиче­ских наблюдений и гипсометрических измерений. В резуль­тате последних была уточнена высота вершины Музджилга. Результаты этой поездки автор сообщает в том же году в двух небольших заметках (Корженевский Н. Л. Предварительный отчет об осмотре ледников в верховьях р. Мук-су летом 1924 г. Изв. ТОРГО, т. XVII, Ташкент, 1924. Корженевский Н. Л. Результаты осмотра ледников в верховьях р. Муксу летом 1924 года. Вестник ирригации, Ташкент, 1924, № 9, там же).
В 1925 г. Н. Л. Корженевский совершает очередное пу­тешествие на Памир. На этот раз им впервые исследуется один из самых труднодоступных районов Памира —горно-ледниковый район верховьев р. Танымас. Невзирая на болезнь, исследователь изучает оз. Каракуль, Яшилькуль и Сарезское и собирает новые сведения. В частности, впер­вые был произведен анализ воды Каракуля, получен мате­риал о температуре воды этого крупнейшего озера Памира. Н. Л. Корженевский установил резкое повышение уровня воды на оз. Каракуль по сравнению с прошлым годом. Весьма важные выводы делает Н. Л. Корженевский о Сарезском озере. По его заключению, «…судьба Сарезского озера будет подобна судьбе Яшилькуля; достигнув низ­ших точек завала, до которых остается еще около 50 са­жень, озеро спокойно начнет переливаться через завал и совместно с фильтрацией быстро установит равновесие между приходом воды и расходом.
Можно допустить также, что возрожденный Бартанг, эродируя ложе, отодвинет свою вершину к гребню завала, пропилит его и начнет спускать воды озера по своему глубокому ущелью. Во всяком случае, ожидать внезапного прорыва завала и, следовательно, катастрофического стока озера при современном его состоянии, по нашему мнению, пока нет оснований» (Н. Л. Корженевский, 1924, стр. 85). Н. Л. Корженевским собран большой материал об озере Яшилькуль, опубликованный несколько позже в специаль­ной работе (Корженевский Н. Л. Озеро Яшиль-Куль, Ташкент, 1928).
Экспедицией были определены высоты 31 пункта по маршруту, а С. А. Полозов провел маршрутную съемку пу­ти от Яшилькуля через пер. Лянгаркуталь до Сарезского озера. Члены экспедиции проводили срочные метеорологи­ческие наблюдения по маршруту. Н. Л. Корженевский про­изводил первые киносъемки, отражающие истинную карти­ну природных ландшафтов и быта населения этого высоко­горья, что в свое время имело большое значение. Собран огромный гербарный материал и получены важные качест­венные и количественные характеристики растительного покрова, дано детальное описание ледниковой группы в истоках Танымаса. Особенно важны новые материалы Н. Л. Корженевского о древнем оледенении. Обобщая ре­зультаты поездки, ученый пишет: «…Исследованная нами область испытала две основные эпохи оледенения, из кото­рых первая сопровождалась развитием необычайно мощ­ных ледниковых потоков, заполнявших сплошь долины Ка­ра-Куля, Кокджар, Танымас и древний отрог Кокуйбеля. Во вторую эпоху названные долины уже не заполнялись ледниками и последние спускались в них только из боковых ущелий, создавая в долине Кокджар ледник подножий, кон­чавшийся на высоте 3890 метров над уровнем моря. Совре­менный ледник Танымас оканчивается на высоте 3660 мет. и являясь остатком мощного древнего ледника реки Таны­мас, в то же время представляет один из наиболее крупных и замечательных ледников Средней Азии» (Корженевский Н. Л. Истоки реки Танымас. Предвари­тельное сообщение о поездке на Памир летом 1925 г., Ташкент, 1926, стр. 27).
Н. Л. Корженевский значительное внимание уделил описанию форм древнего оледенения. Им составляется пер­вая схема ледников этого уголка Памира и снимаются мно­гочисленные фотографии ледников.
В 1926 г. Н. Л. Корженевский предпринял восхождение на крупнейший ледник Памира — ледник Федченко. Это путешествие сопровождается большими географическими открытиями. Так, на основе анализа материалов своих на­учных наблюдений, собранных в течение пятикратного (1904, 1910, 1914, 1924 и 1926 гг.) посещения бассейна р. Муксу, исследователем констатируется продолжающееся отступание ледников Федченко и Мушкетова.
При восхождении на ледник Федченко в 1926 г. иссле­дователь обнаружил неизвестный до того времени хребет, отходящий к юго-западу от пика Музджилга, увенчанный в этой части высокой обледенелой вершиной. Эта вершина по предложению Н. Л. Корженевского названа пиком Кар­пинского, а сам хребет получил название хребта Академии наук. Обширный материал об этом горно-ледниковом рай­оне был обобщен в его интересной работе «Муксу и ее ледники» (Корженевский Н. Л. Муксу и ее ледники. Труды Гидрометеорол. отдела (Средаз. метеорол. ин-та), т. I, вып. I. Мате­риалы по изучению оледенения гор Средней Азии, Ташкент, 1927). В ней впервые дается блестящая характеристи­ка орогидрографии бассейна р. Муксу, приводятся сведе­ния о характере и режиме этой высокогорной реки, пред­принимается попытка классификации типов рельефа долины и детально описываются ледники и древнегляци-альные формы рельефа. Эти данные Н. Л. Корженевского не лишены и прямого практического значения, ибо ученым характеризуется бассейн одного из главных истоков р. Вахша, имеющего важную роль в водо- и энергообеспе­чении Таджикистана. В 1927 г. неутомимого исследователя мы видим уже в высокогорьях Ц. Тянь-Шаня. Гидрометео­рологический отдел Средазмета с целью изучения зависи­мости стока р. Нарын от метеорологических факторов сна­ряжает экспедицию к ледникам в верховьях р. Малого Нарына — территории, до этого совершенно неизученной. В программу экспедиции, руководимой Н. Л. Корженевским, входило изучение орогидрографии района, а также наблю­дения над ледниками, установка на них меток и постановка опытов по изучению конденсации и испарения с поверхно­сти ледников. Научные результаты экспедиции легли в основу совместной работы Л. К. Давыдова и Н. Л. Корженевского (Давыдов Л. К. и Корженевский Н. Л. Влияние ме­теорологических факторов на режим р. Нарына, Ташкент, 1929).
Не вникая в разбор этого интересного научного иссле­дования, отметим, что выводы его имели первостепенное значение в познании орографических и гидрометеорологи­ческих особенностей р. Нарына.
Характерно, что з работе, наряду с обширными фак­тическими данными о бассейне р. Нарын, приводятся и теоретические обобщения о прогнозах расходов высоко­горных рек. Так, авторы предпринимают попытку установ­ления зависимости между расходами реки и метеорологи­ческими данными.
Кроме того, экспедицией открывается ряд новых ледников и составляется первая развернутая характеристика ледников бассейна р. Малого Нарына.
В 1928 г. Н. Л. Корженевский принимает участие в Советско-Германской экспедиции, охватывавшей исследо­ванием, главным образом, ледниковые области Памира и Алайскую долину. «По обширности доставленного ма­териала,— отмечает Н. Л. Корженевский,— и по количе­ству вовлеченных научных работников и полноте исследо­вания наиболее трудно доступных ледниковых областей Памира эта экспедиция по праву может считаться круп­нейшей в исследовании ледников за истекшее время» (Корженевский Н. Л. Краткий обзор исследования ледни­ков Средней Азии с 1907 по 1932 гг. Изв. Гос. Геог. Об-ва, т. 66, вып. 4, 1934). В этой экспедиции на долю Н. Л. Корженевского выпало изучение природы, в особенности орогидрографии и оле­денения Алайской долины, к востоку ст. Сарыташа. Об­ширные материалы были положены в основу его большой работы «Алайская долина» (1930). В ней приводится история научного исследования территории, дается описа­ние орографии и природных ландшафтов. Большое вни­мание уделяется гидрографии территории, современному и древнему оледенению. По обобщающим данным иссле­дователя, западная и восточная части Алайской долины довольно заметно отличаются друг от друга по комплексу физико-географических черт. Так, если в восточной части преобладают ландшафты высокогорной степи, то для за­падной части свойственны ландшафты горной полупусты­ни. «Кроме этих ландшафтов,— пишет ученый,— в Алай­ской долине, под влиянием испытанного оледенения, раз­вился еще третий характерный ландшафт древнеледниковых отложений, наблюдаемых с небольшими морфологи­ческими изменениями по всей долине» (Н. Л. Корженевский, 1930, стр. 51). По утверждению путешественника, одной из существенных географических особенностей Алай-ской долины, придающих ей черты сходства с Памиром, является слабая выраженность эрозионных процессов, что связано с бедностью осадками и краткостью периода снего­таяния. Ярким доказательством слабости процессов эрозии в долине является отсутствие в речных руслах крупнообло­мочных материалов.
Исследования Н. Л. Корженевского показали, что со­временные ледники развиты только лишь на северном склоне Заалайского хребта; на южном склоне им отмеча­ется единственный ледник в истоках р. Сарыкмогол. Все ледники Заалгйского хребта на основе характерных мор­фологических признаков группируются в два типа. К пер­вому относятся сравнительно короткие, но мощные лед­ники, залегающие в поперечных долинах Заалайского хребта. Эти недоразвитые ледники имеют короткие и ши­рокие языки и не принимают боковых притоков. Второй тип встречается реже и заполняет дно продольных долин хребта. Им свойственны большие размеры, четко сформи­рованные языки и разветвленность на боковые притоки.
Во время экспедиции на северном склоне Заалайского хребта в истоках р. Джанай-Дартака Н. Л. Корженевским был открыт большой ледник длиной свыше 20 км и пло­щадью 37,5 км2. По предложению экспедиции этому круп­нейшему леднику Заалайского хребта было присвоено имя Е. Корженевской. Другой значительный ледник был обна­ружен исследователем в истоках р. Коксу, притока Кызыларта. Н. Л. Корженевский открывает и детально описы­вает многочисленные притоки р. Кызылсу.
Указанная работа Н. Л. Корженевского ценна тем, что в ней на базе критического анализа обширной литера­туры с приобщением результатов своих многолетних ис­следований дается комплексное физико-географическое описание одной из самобытных высокогорных долин Средней Азии, представляющей большой фонд пастбищного животноводства Киргизии. При этом ряд сведений о до­лине приводится впервые.
В 1928 г. Н. Л. Корженевский руководит экспедицией Гидрометеорологического отдела Средазмета в Западный Тянь-Шань. Экспедиция в составе Н. Л. Корженевского, А. И. Павловского и М. И. Курбатова обследовала лед­ники бассейнов p.p. Пскема, Таласа и Сусамыра. В зада­чу входило произведение повторной инструментальной съемки ледников и выяснение характера оледенения исто­ков Сусамыра. В результате экспедиции удалось собрать большой материал о размере, состоянии и гипсометриче­ском уровне ледников обследованных районов. Кроме того, Н. Л. Корженевским были открыты новые ледники в истоках Сусамыра. По его заключению, современное оле­денение истоков р. Пскема, Таласа и Сусамыра представ­лено «небольшими глетчерами, мало развитыми, часто-котловинного, полувисячего типа» (Корженевский Н. Л. Отчет о поездке на ледники р.р. Пскема, Таласа и Сусамыра р 1929 г. Приложение к «Декад, бюл. Средаз. Метеорол. ин-та», Ташкент, 1931). По его же данным, концы ледников верховьев Таласа и Сусамыра, в отличие: от ледников Майдантала, открыты и резко отграничены. Нижняя граница оледенения района повышается с запада на восток (с 3150 м на западе до 3350 м на востоке). Об­наруживалось отступание ряда ледников, в частности Чонгтура, Турпакбеля, Карабулака и др. На основе изуче­ния следов древнего оледенения Н. Л. Корженевский уста­навливает две эпохи древнего оледенения. При этом дают­ся предполагаемые параметры развития ледников в каждой эпохе и намечаются стадии развития. К отчету экспедиции прилагаются результаты маршрутной съемки крупных лед­ников и барометрические определения 45 пунктов.
Таким образом, в результате экспедиции 1929 г. был добыт большой материал о современных ледниках Талас­ского Алатау и выявлены особенности их древнего раз­вития. Эти данные значительно обогатили довольно скуд­ные материалы более ранних исследователей ледников Таласского Алатау — Б. А. Федченко и Г. Б. Леонова.
В мае 1930 г. Н. Л. Корженевский в составе экспеди­ции треста «Каучуконос» посещает хр. Каратау. Обследу­ются районы произрастания таусагыза. Результаты исследований Н. Л. Корженевского нам неизвестны.
В 1932 г. ученый возглавляет экспедицию Бюро под­земных вод по изучению ледников Киргизского хребта (Корженевский Н Л. Некоторые результаты физико-географических наблюдений в Средней части Александровского хреб­та в 1932 г. Материалы по гидрогеологии Узбекистана. Вып. 15, Ташкент, 1933). В этот период удалось установить ошибочное изображе­ние хребта на десятиверстной карте, что позже подтвер­дилось инструментальными съемками. Кроме того, бы­ли описаны новые ледники в истоках рек Алаарчи и Аксу.
В 1934 г. в качестве начальника отряда Таджикско-Памирской экспедиции Н. Л. Корженевский вновь посе­щает высокогорья Памира, на этот раз обследуется озеро Каракуль. Результаты неоднократных (1903, 1923, 1925, 1934 гг.) посещений Каракуля легли в основу капиталь­ного труда «Озеро Кара-Куль» (1936), и поныне не по­терявшего своего значения. До начала тридцатых годов это озеро было слабо изучено даже в общегеографическом плане. При первых посещениях его М. Д. Скобелева (1876 г.), И. В. Мушкетова (1877), Г. Грум-Гржимайло (1886 г.), П. К. Залесского (1895 г.), О. А. и Б. А. Федченко (1901), Я. П. Гультяева (1909), Д. В. Наливкина (1911) и других были собраны интересные, но да­леко неполные ориентировочные материалы. Н. Л. Корженевский, основываясь на своем большом материале, а также обобщив литературные источники, дал первую раз­вернутую и достоверную комплексно-географическую ха­рактеристику озера.
Большой географический интерес представляют суж­дения исследователя о сезонном и многолетнем колеба­ниях уровня озера, связанных с изменением общей физико-географической, главным образом, гидрометеорологической обстановки водосбора бассейна. В частно­сти, многолетние колебания уровня озера выражают­ся в систематическом повышении его за последние 25 лет (т. е. до организации экспедиции). Повторные ниве­лировки Н. Л. Корженевского показали, что в период с 1928 по 1932 г. уровень воды в озере повысился на 23 см.
В этой работе дается подробная характеристика не только самого озера, но и окружающей его террито­рии.
Благодаря большой достоверности и обилию факти­ческих материалов и научных обобщений этот труд ученого и в настоящее время лежит в основе географических пред­ставлений об этом самобытном озере. Свидетельство тому — широкое использование фактических данных Н. Л. Корженевского в интересном эколого-географическом исследовании гидробиолога В. Ф. Гурвича (Гурвич В. Ф. Озеро Кара-Куль как среда обитания. Труды САГУ, нов. сер., вып. XXXII. биол. науки, кн. 31, Ташкент, 1958), большого знатока Каракуля.
В 1932—1935 гг. группа сотрудников бывш. Бюро вы­сокогорных исследований Средазгимеина (М. В. Косарев, В. И. Каштанов, В. И. Бруевич, М. И. Кораблин, Б. И. Бу-зовкин, Л. П. Павлов и др.) под руководством Н. Л. Кор­женевского ведет геоморфологические и гляциологические исследования в бассейне р. Исфайрамсай с производством инструментальных съемок и постановкой стационарных наблюдений на наиболее значительных ледниках.
На базе обширного материала этой экспедиции, а так­же своих личных наблюдений (1904, 1910, 1914, 1920, 1924 и 1934 гг.) Н. Л. Корженевский создал очерк одной из ти­пичных рек Ферганской долины Исфайрамсая (Корженевский Н. Л. Исфайрамсай. Орогидрография и оледенения. Труды Таджикско-Памирской экспедиции 1934 г., вып. 71. сер. гeoгp. M.—Л. 1936). Характер­но, что здесь автор, помимо изложения общих физико-географических данных, пытался подойти к разрешению весьма важного вопроса о режиме стока реки и стремился выяснить связи между расходами реки и таянием ледников бассейна.
Работа начинается развернутым геоморфологическим очерком бассейна р. Исфайрамсая, где выделяется четыре типа рельефа, отличающихся по генезису и составу слагаю­щих их пород, а также и по комплексу морфологических черт: плато и низкие предгорья, высокие предгорья, соб­ственно горы, ледниковая область. Затем проводится под­робное гидрографическое описание Исфайрамсая и его многочисленных притоков. При характеристике стока реки большое значение придается климату и геологическому строению долины. Приводится обширный материал о хи­мическом составе воды, ее расходах, климатической обста­новке долины и т. д. Предпринимается попытка оценки ро­ли климатических факторов в формировании и колебании стока реки.
В отношении оледенения района автор пишет, что по его данным «древнее оледенение, испытанное бассейном Исфайрамсая, сравнительно с современным занимало го­раздо большую площадь и отличалось громадным развитием отдельных потоков, достигавших 50 км длиной» (стр. 59).
Из последующих экспедиционных исследований Н. Л. Корженевского нам известны лишь его работы на ледниках бассейна р. Сох по заданию Средазгимеина ле­том 1936 и 1937 гг. Однако результаты их не были опуб­ликованы, и мы не имеем о них необходимых сведений.
В заключение обзора экспедиций Н. Л. Корженевского можно констатировать, что объектами разносторонних ис­следований этого ученого-путешественника, большого эн­тузиаста и организатора гляциологических работ в Сред­ней Азии явились, главным образом, слабоизученные и даже неизведанные уголки высокогорий и, частично, пус­тыни края. Н. Л. Корженевский — общепризнанный пио­нер советского периода географических открытий нашего края. На его долю выпала честь открытия новых ледников и высочайших вершин «крыши мира»— Памира, непревзой­денное описание бассейнов многочисленных рек, до него бывших «белым пятном» на физической карте. Исследова­тель открыл и описал около 70 ледников. В знак призна­ния большой роли Н. Л. Корженевского в исследовании Средней Азии именем ученого названы три ледника (в Заалайском хребте, на хребте Кокшаалтау и в Заилийском Алатау) и одна вершина высотой 6005 м (в Заалайском хребте).
Перу Н. Л. Корженевского принадлежит свыше 100 научных работ, большинство из них — результаты личных полевых исследований. Это незаменимые первоисточники по физической географии данных территорий, в их числе ряд сводных трудов, сопровождающихся важными теоре­тическими положениями.
Особенно интересны две работы, посвященные некото­рому обобщению гляциологических исследований края (Корженевский Н. Л. К вопросу о морфологических ти­пах ледников Средней Азии и возможной их классификации. Таш­кент, 1926). В первой он делает попытку генетической классификации ледников Средней Азии. В этой классификации важным является выделение в составе долинных ледников особого типа — туркестанского, с явной тенденцией отмирания. Характерно для туркестанского типа ледников отсутствие фирнового бассейна, поэтому питаются они висячими ледниками, лавинами фирна и снега. Вторая работа подводит итог многочисленных экспедиционных исследований лед­ников Средней Азии, в том числе самого ученого. По его данным, общее количество известных до 1930 г. ледников Средней Азии, не считая висячих и каровых, равняется 1223. При этом основную часть их (1164) составляют пер­воразрядные долинные ледники. Характерно пространст­венное размещение основных районов современного оледе­нения. Крупнейшие ледники края сосредоточиваются в двух пунктах: в районе горного массива Хантенгри на Тянь-Шане и около пика Коммунизм на Памире, образуя как бы два основных фокуса оледенения. Исследователем Е бассейне Амударьи было отмечено 350 ледников, а Сырдарьи — 282 ледника (Корженевский Н. Л. Каталог ледников Средней Азии. Ташкент, 1930).
Эта работа четко демонстрирует недостаточную изучен­ность в то время ледников Средней Азии — одного из ос­новных источников питания его водных артерий. Как известно, в настоящее время число зарегистрированных ледников края превышает 4000 площадью в 17 тыс. км2 (В. Л. Шульц, 1958).
Таким образом, можно утверждать, что экспедицион­ные работы составили основную часть научной деятель­ности Н. Л. Корженевского, питали его искания новым фактическим материалом и подготовили почву для теоре­тических обобщений.
В заключение следует отметить, что социалистическое строительство в Средней Азии, особенно широко развер­нутое с конца 20-х и начала 30-х годов, выдвинуло перед наукой в качестве одной из неотложных задач комплексное изучение пустынь и высокогорий края и создание предпо­сылок для их хозяйственного освоения. Университет выс­тупил инициатором и организатором крупных комплексных экспедиций, продолжавшихся и в годы Великой Отечест­венной войны.
Всего было организовано шесть комплексных экспеди­ций, которыми исследована большая территория — около 268 тыс. км2. Все они действовали в наименее изученных пустынных и высокогорных районах.
Комплексные экспедиции САГУ представляли собой ранний и весьма удачный опыт биокомплексных исследо­ваний современного типа, когда биологические компоненты и их комплексы (биоценозы) изучаются не сами по себе, а как индикаторы главнейших природных особенностей и показателей потенциальных возможностей территории.
Материалы экспедиций содержат разносторонние науч­ные данные, необходимые для комплексного физико-геогра­фического познания территории.
Большой географический интерес представляют мате­риалы по установлению географо-генетических элементов территории и выяснению цепей взаимоотношений между компонентами ландшафта. В этом отношении показатель­ны результаты Центральнокаракумской и Бетпакдалинских экспедиций, где взаимоотношения в биоценозах пустынь нашли даже графическое изображение.
Часто в результатах экспедиций географический анализ биокомпонентов территории перерастает в стройную обоб­щающую идею о географическом разделении территории на генетической основе. Материалы биокомплексных иссле­дований были положены в основу учения о пустыне и раз­деления пустынь на два эколого-генетических типа (центральноазиатский и средиземноморский). Анализ гео­графо-генетических элементов флоры и фауны дается на материалах почти всех экспедиций. Значительное место уделяется собственно вопросам естественноисторического и отраслевого районирования территории.
Произведено геоботаническое и кормовое обследование, картирование растительности, способствовавшее использо­ванию территории под сельское хозяйство. Были выявлены главнейшие особенности жизненной обстановки, образа жизни, состава и географического распространения фауны.
Так, Кенимехская экспедиция главное внимание удели­ла изучению фитоценозов и детальному геоботаническому картированию, учету запаса и оценке кормовых ресурсов, а также выработке способов мелиорации пастбищ Ю.-З. Кызылкума. Узловой проблемой Памирской экспедиции явилось исследование особенностей развития растений в «крайних для жизни растений» условиях высокогорья, представляющее огромный интерес для теории и практики сельского хозяйства. Было установлено дифференцирующее влияние среды на растения в условиях высокогорья. В ра­ботах Кенимехской и Памирской экспедиций маршрутные исследования сочетались со стационарными. Последнее обстоятельство способствовало выявлению особенностей природных ландшафтов и отдельных компонентов не толь­ко в пространстве, но и во времени, что придает их ре­зультатам еще большую глубину и убедительность.
Материалы биокомплексных экспедиций были исполь­зованы для установления некоторых экологических поня­тий и категорий («арена жизни» и «зона жизни» Д. Н. Кашкарова и Т. 3. Захидова), перебросивших мост между биологией и физической географией. Они также послужили источником для установления важнейших био­географических закономерностей, охарактеризованных в крупных сводных трудах (Д. Н. Кашкаров, Е. П. Коровин, М. Г. Попов).
В последние годы работы по изучению биокомплексов получили широкое распространение и ведутся под руко­водством Ботанического и Зоологического институтов АН СССР.
Географическое значение биокомплексных экспедиций университета бесспорно. К сожалению, не всеми географами осознаны завоевания биокомплексных исследований. Меж­ду тем, экспериментально-преобразовательный характер со­временной географии требует тщательного их изучения.
Экспедиции Н. Л. Корженевского в хронологическом отношении, а частично и по программе и результатам исследований носят переходный характер между отраслевы­ми и комплексными экспедициями.