Sorry, this entry is only available in
Russian
На жаль, цей запис доступний тільки на
Russian.
К сожалению, эта запись доступна только на
Russian.

For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

Под принципами физико-географического районирования тра­диционно понимаются только принципы выделения ГК, что, если учесть широкое понимание районирования, неточно. Мы принимаем следующие пять принципов: объективность райони­рования, территориальная целостность его единиц, однородность комплекса компонентов, сравнимость результатов райониро­вания, учет закономерностей физико-географической дифферен­циации.

Принцип объективности районирования заключается в выде­лении объективно существующих ГК. Этот принцип пользуется среди советских географов всеобщим признанием. Против него выступает, по-видимому, только Д. Л. Арманд (1970, 1975), хотя в последней из работ уже не безоговорочно. Однако и в ней объ­ективность районирования, по существу, отрицается, ибо, как уже было показано выше, Д. Л. Арманд фактически не признает су­ществования ГК, говорит о ненаучности попыток общенаучного районирования и о субъективности прикладного.

Очевидно, эти взгляды являются своеобразной реакцией про­тив другой крайности — слишком прямолинейного, буквального понимания рассматриваемого принципа, понимания, исключаю­щего возможность некоторых субъективных, точнее — условных, решений, которые неизбежны при районировании (см. ниже).

Принцип территориальной целостности единиц районирова­ния состоит в том, что эти единицы не могут слагаться из от­дельных, территориально разобщенных участков. Данный прин­цип определяется индивидуальным характером ГК, связанным с неповторимыми особенностями развития каждого из них в геологическом прошлом и своеобразием положения в системе современной климатогенной дифференциации географической обо­лочки.

Вместе с тем при районировании допустимы территориаль­ные разрывы ГК морскими рреградами. Так, острова какого-либо архипелага (например, Шпицбергена), образовавшиеся в резуль­тате тектонического раздробления некогда единого участка су­ши и сходные по природным условиям, можно рассматривать как «полузатопленную» индивидуальную единицу более высокого ран­га, чем отдельные острова. Это связано с тем, что из-за принци­пиальных различий в природе суши и Мирового океана морские аквальные (водные) комплексы нельзя включать в состав ГК суши. Районирование суши и моря должно проводиться раздель­но, и при районировании суши можно абстрагироваться от вод­ных преград между островами, между материковыми островами и материком.

Принцип однородности комплекса компонентов акцентирует внимание исследователя на главном специфическом свойстве еди­ниц физико-географического районирования, позволяющем от­личать их от единиц частного районирования. Это свойство лежит в основе выделения, классификации и практического использо­вания ГК.

Необходимо иметь в виду, что в понятие «физико-географическая однородность» нами вкладывается широкий смысл. Во-пер­вых, в это понятие включается не только степень однород­ности комплекса компонентов, но и ее тип (тектогенный, климатогенный, ландшафтный), причем классификация ГК начина­ется с их распределения именно по этим типам, тогда как степень однородности определяется уже внутри последних.

Во-вторых, однородность комплекса компонентов — это обыч­но сложная однородность, выражающаяся в закономер­ном повторении разнородных элементов. Сложная однородность особенно характерна для горных ГК, что связано, в частности, с проявлением в них высотной поясности. Однако такая однород­ность наблюдается и на равнинах, например чередование меж­дуречий и речных долин.

В-третьих, однородность единицы районирования — это од­нородность лишь в смысле преобладания в ее пределах при­родных особенностей определенного типа. В то же время внутри такой единицы могут быть участки с иной природой, что обуслов­ливается их генетическими связями с типичными участками, а также принципом территориальной целостности единиц райониро­вания. Например, в состав горных тектогенных стран, наряду с преобладающими горными ГК, включаются и межгорные равни­ны, резко отличающиеся по своей природе от гор.

В-четвертых, говоря о физико-географической однородности ГК, приходится учитывать и то, что она в значительной пере на­рушается у их границ, представляющих собой переходные поло­сы. Здесь из-за корреляционной связи между компонентами обыч­но наблюдается однородность не всех, а лишь некоторых компо­нентов, чаще всего ведущего и наиболее тесно связанных с ним ведомых (ведомого), а иногда только одного ведущего.

Принцип однородности разделяемся не всеми советскими гео­графами. Здесь отметим только, что против него возражают Д. Л. Арманд (1975) и Н. А. Гвоздецкий (1979). Последний ав­тор говорит о том, что физико-географическое районирование проводится, как правило, по закономерной разнородности при­родных условий. Д. Л. Арманд включает в состав единиц райони­рования либо территории с преобладанием природных условий одного типа, либо территории, состоящие из разнородных участ­ков, которые, однако, закономерно повторяются.

Легко видеть, что принцип районирования в нашем понимании не противоречит принципам, защищаемым Н. А. Гвоздецким и Д. Л. Армандом. Ведь их принципы — не что иное, как состав­ляющие принципа однородности в его широком понимании. А именно такое его понимание соответствует реально существую­щим особенностям ГК. Отметим еще, что о правомерности ши­рокого понимания принципа однородности писал Б. Б. Родоман (1972).

В отличие от предыдущих принципов, связанных с сущностью физико-географического районирования, принцип сравнимости его результатов вытекает из назначения общенаучного районирова­ния. Чтобы играть роль универсальной научной основы для ре­шения разнообразных задач, требующих учета природного потен­циала ГК, результаты районирования должны быть сравнимы­ми для территорий с самой различной природой и при разной детальности деления. Только при соблюдении этого условия может быть составлена серия сопоставимых карт районирования различных масштабов и текстовых характеристик к ним. Есте­ственно, что такой основой не могут служить схемы райониро­вания, базирующиеся на различных принципах и методике и, тем более выполненные эмпирически, без научно обоснованной методики. Несопоставимость таких схем и невозможность све­сти их в единое целое — одна из главных причин, затрудняю­щих внедрение материалов общенаучного районирования в прак­тику.

Сравнимость результатов районирования достижима при ис­пользований единой методики, которая должна быть по возмож­ности простой и удобной. Излишне сложная методика не могла бы стать общепринятой и затрудняла бы одинаковое решение од­них и тех же вопросов различными исследователями. Единая ме­тодика районирования не может не содержать некоторых услов­ных решений, так как при ее разработке, естественно, нельзя учесть всего огромного разнообразия проявлений закономерно­стей физико-географической дифференциации. Любая, и тем бо­лее универсальная, система районирования неизбежно схемати­зирует географическую действительность.

Однако допустимы главным образом лишь те условные реше­ния, которые меняют ранг и соподчиненность объективно суще­ствующих ГК, а также относятся к методике построения их рас­плывчатых границ. Причем условные решения не должны быть случайными, а должны закономерно вытекать из системы райони­рования, представлять органическую составную часть его мето­дики. Чтобы не снизить научную и практическую значимость материалов районирования, условные решения необходимо ого­варивать в разделах об его методике и отражать в текстовой ха­рактеристике выделенных ГК, в их названиях и на карте районирования. Тогда потребители его материалов смогут учесть эти условности при решении своих задач.

Принцип учета закономерностей физико-географической диф­ференциации в соответствии с их порядком тесно связан с пре­дыдущим. Сравнимость результатов районирования может быть обеспечена только единой системой учета проявлений этих за­кономерностей. Сначала должны быть учтены общие, планетар­ные закономерности, проявляющиеся повсеместно и имеющие универсальное познавательное и прикладное значение. Мы осу­ществляем это путем выделения соответствующих (зональных, секторных, крупных тектогенных) единиц, причем абстрагируем­ся от воздействия региональных и местных факторов. Эти фак­торы, часто сильно осложняющие и затушевывающие проявления общих закономерностей, учитываются при выделении единиц бо­лее низкого ранга. Все это обеспечивает подлинно генетический подход к выделению и характеристике ГК: региональные осо­бенности территории рассматриваются как частные проявления общих закономерностей, а местные — как общих и регио­нальных.

В число принимаемых нами принципов районирования не во­шел генетический принцип, который выдвигается в качестве ос­новного многими исследователями проблемы. Он состоит в том, что единицы физико-географического районирования должны ха­рактеризоваться общностью происхождения и развития. Однако даже среди советских географов в понимании этого принципа и особенно в методике учета генетических сходств и различий комп­лекса компонентов нет единства. Из-за неопределенности гене­тического принципа ссылка на него иногда играет и отрицатель­ную роль, прикрывая, по словам Д. Л. Арманда (1952, с. 74), от­сутствие серьезно разработанной методики районирования.

По нашему мнению, правильнее говорить не о генетическом принципе, а о генетическом подходе при районировании. Этот подход — одно из основных требований марксистского диа­лектического метода познания, причем он обязателен при изуче­нии любых предметов и явлений. Но по причине его всеобщности генетический подход едва ли можно рассматривать как специ­фический принцип физико-географического районирования. В то же время генетический подход должен быть неотъемлемой со­ставной частью таких основных принципов, как территориаль­ная целостность, физико-географическая однородность, учет за­кономерностей физико-географической дифференциации. О гене­тическом содержании последнего из этих принципов уже упоми­налось. Генетический смысл принципа однородности заключается в том, что она должна рассматриваться как результат общности происхождения и развития территории ГК. При реализации прин­ципа территориальной целостности обычно только генетический подход позволяет решить вопрос о присоединении той или иной «чуждой»  территории,  т.  е.  характеризующейся   другим   типом природных условий по сравнению с преобладающим, к одному из соседних ГК (более подробно о генетическом подходе к рай­онированию см.: Прокаев, 1967, 1973).

Остановимся еще на вопросе о соотношении рассмотренных принципов при их использовании в практике районирования. Не­которые советские географы (например, Гвоздецкий, 1964) счи­тают, что основным и ведущим является принцип объективности. Районирование сводится ими к правильному выявлению, разгра­ничению и определению таксономического ранга ГК только на основании их собственных свойств. Несравнимость результатов районирования связывается лишь с недостаточной изученностью территорий или со слабым применением при их делении объек­тивных, в особенности количественных, показателей.

Однако принцип объективности сам по себе не всегда обес­печивает сравнимость результатов общенаучного районирования даже при очень хорошем знании природных особенностей терри­торий и использовании разнообразных количественных характе­ристик. Это обусловливается рядом причин. Из них отметим здесь только такие, как наличие многочисленных ГК с переходными свойствами, преобладание расплывчатых границ между ГК, не­совпадение границ частных регионов. Во всех подобных случаях, когда факта объективности существования, ГК недостаточно для их однозначного выделения и определения их соподчиненности, приходится исходить из принципов, связанных с назначением об­щенаучного районирования, и соответствующих условных реше­ний. Другими словами, в этих случаях ведущее значение прида­ется двум последним принципам. Именно на такой основе стро­ится наша методика районирования. Ниже эти общие положения будут конкретизироваться при решении ее отдельных вопросов. Итак, в физико-географическое районирование входят и объ­ективные и субъективные (условные) моменты. При пользова­нии научно обоснованной и достаточно разработанной его мето­дикой первые преобладают, а вторые ограничены довольно узки­ми рамками и в целом существенно не нарушают принципа объ­ективности районирования.

В заключение необходимо подчеркнуть, что в данном посо­бии под физико-географическим районированием понимается вы­деление только индивидуальных территориальных единиц и толь­ко по принципу однородности. В него не включается так на­зываемое типологическое районирование, которое существенно отличается от собственно районирования и большинством совет­ских физикогеографов именуется ландшафтным картированием (раздел III, 7; см. также: А. Г. Исаченко, 1965). Не рассматри­вается здесь и выделение функционально-целостных, но внутрен­не разнородных природных систем, или геосистем, упоминавших­ся выше. Одни авторы, отмечая глубокое их отличие от единиц физико-географического районирования, справедливо не включают выделение геосистем в районирование   (Гвоздецкий,  1979); другие, хотя и трактуют такое природное деление как разновидность районирования («конвенционное районирование»), признают, что пока еще преждевременно заниматься его характеристикой из-за его методической неразработанности (Куприянова, 1977).