4 years ago
No comment

Sorry, this entry is only available in
Russian
На жаль, цей запис доступний тільки на
Russian.
К сожалению, эта запись доступна только на
Russian.

Происхождение мышления и речи — это сложная проблема истории первобытного об­щества, трудность решения которой усугуб­ляется наличием в нашем распоряжении не прямых, а только косвенных данных, иллюст­рирующих основные этапы этого процесса.

Основных источников для выяснения проис­хождения и реконструкции древнейших стадий развития мышления и речи несколько. Преж­де всего это сравнительная психология. Срав­нительная физиология и языкознание, а так­же этнография и археология. Но важные ма­териалы для решения этих вопросов предо­ставляет и антропология, в распоряжении ко­торой находятся данные о развитии в процес­се антропогенеза материального аппарата ре­чи и мышления — о развитии нижней челюс­ти, мозга и т. д. Только комплексное рас­смотрение всех этих материалов под углом зрения трудовой теории антропогенеза Эн­гельса помогает наметить основные вехи в истории человеческого мышления и развития речевой функции.

Совершенно очевидно, что мышление и речь — две стороны одного и того же про­цесса в становлении человека, процесса про­исхождения и развития трудовой деятельнос­ти, процесса развития производства и овладе­ния человеком силами природы. Поэтому не­правильно было бы задаваться вопросом, что возникло раньше в истории древнейшего че­ловечества — мысль или выражающее ее сло­во. Мышление и речь возникли одновременно. Возникновение простейших сознательно изго­товленных орудий труда уже ознаменовало возникновение простейших представлений, а они в свою очередь либо должны были пе­редаваться от одного члена коллектива дру­гому, либо как сумма приобретенного опыта должны были переходить следующему поко­лению. Таким образом, наряду с возникнове­нием простейших представлений возникла и простейшая форма передачи информации — звуковые символы.

Основой для возникновения таких звуковых сигналов послужили звуковые сигналы обезь­ян — непосредственных предков человека. У современных человекообразных обезьян за­пас таких сигналов довольно велик и равен, например, у шимпанзе более чем двадцати различным звукам, выражающим эмоции и состояния организма. Однако помимо таких аффективных сигналов обезьяны, в частности и высшие, очень часто издают звуки в эмо­ционально нейтральном, спокойном состоянии, звуки, которые получили наименование «жиз­ненные шумы». Некоторые ученые, как, на­пример, советский антрополог В. В. Бунак, считают, что именно жизненные шумы и яви­лись той базой, на которой развилась звуко­вая речь. Но в целом пока еще трудно опре­деленно сказать, аффективные ли сигналы или жизненные шумы послужили основой форми­рования речевой функции. Ясно только, что она, как и простейшие представления, возник­ла на заре развития праобщины вместе с на­чалом трудовой деятельности.

Дальнейшее развитие мышления и речи шло по восходящей кривой вместе с развитием орудий труда. Как уже отмечалось выше, на слепках внутренней полости черепов синантро­пов обнаружены значительные вздутия в зад­ней части височной доли и в височно-темен­но-затылочной области. В этих местах в мозгу современного человека находятся центры, уп­равляющие правильным течением речи. При поражении этих центров резко нарушается способность воспроизводить отдельные сло­ва и фразы у самого говорящего, а также понимание чужой речи. Таким образом, раз­витие задней части височной доли и височно-теменно-затылочной области в мозгу синан­тропов свидетельствует об относительно высо­ком уровне развития у них членораздельной речи, а следовательно, и мышления. Это пред­положение хорошо согласуется с результата­ми изучения остатков материальной культуры синантропов, овладением ими огнем, ролью коллективной загонной охоты в их жизни, од­ним словом, с относительно высоким уровнем развития их производственной жизни.

Есть, однако, веские основания полагать, что полное развитие членораздельной речи связа­но только с появлением человека современ­ного вида. При описании древних гоминид отмечалось, что по величине мозга некото­рые группы неандертальцев не уступали со­временному человеку, а превосходили его. Но структура мозга у них была гораздо бо­лее примитивной, в частности лобные доли отличались заметной уплощенностью. А имен­но в них расположены центры высших функ­ций мышления — ассоциации, образования абстрактных понятий и т. д. Поэтому можно достаточно определенно утверждать, что мыш­ление человека сделало существенный ска­чок при переходе от раннего палеолита к позднему, а вместе с ним прогрессивные пре­образования претерпела и звуковая речь. Они, по-видимому, выражались в полном овладе­нии человеком артикуляцией отдельных зву­ков и в значительной дифференцировке слов вслед за дифференциацией понятий. Именно с периода позднего палеолита можно гово­рить о системах языка, в эволюционном от­ношении не отличающихся от тех, которые мы знаем в современном обществе.