4 years ago
No comment

Sorry, this entry is only available in
Russian
На жаль, цей запис доступний тільки на
Russian.
К сожалению, эта запись доступна только на
Russian.

For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

Земля может стать опустевшим космическим кораблем с иссякшими источниками либо исчерпанными, либо загрязненными, поэтому человек должен найти такое место в его цик­лической экологической системе, которое бла­годаря постоянному поступлению энергии из­вне сможет обеспечить непрерывное мате­риальное воспроизводство…

К. Е. Болдинг

Марк Твен сказал однажды, что человек — это единственное живое существо, которое может испыты­вать чувство стыда, и ему есть за что краснеть. По данным ООН, граждан США цивилизация ежегодно «обогащает» 141 млн. т. дыма, 7 млн. отслуживших свое автомобилей, десятками миллионов бутылок и консервных банок, сотнями миллионов литров теплой воды. Так называемые ясные дни в Лос-Анджелесе и Нью-Йорке принадлежат прошлому. В больших ре­ках, воспетых некогда поэтами, плавают уже не (Только помои, но и тонны самых разных упаковок, бутылки, там можно встретить даже старые холо­дильники, отжившие свой век радиоприемники и те­левизоры. Воды Делавэр, некогда центра водного спорта, сегодня так загрязнены химикалиями, что это дало повод одному остроумному европейцу сказать: «Упав сюда, не утонешь, а растворишься».

Для американцев некоторым утешением может служить лишь то обстоятельство, что в этом смысле они в мире не одиноки. В Париже и Милане у поли­цейских, несущих службу на перекрестках, за три ча­са пребывания на посту меняется состав крови. В центре Мюнхена в течение месяца на один квад­ратный километр осаждается около 90 т пепла. В Японии лишь недавно 120 человек умерло от заболевания итаи-итаи (размягчение костей): они употребляли воду, загрязненную отходами, содержа­щими кадмий. В Англии индустриализация и урбани­зация в ближайшие годы поглотят пятую часть имею­щейся сегодня пахотной земли. Самая большая «сточ­ная канава» Европы — Рейн собирает на своем пути такое количество солей, что ими можно было бы за один день уничтожить годовую сельскохозяйствен­ную продукцию Голландии.

Загрязнение воды, воздуха и почвы, вызванное неустанным ростом хозяйственной активности чело­века, не знает государственных границ, а зачастую не делает различия и в общественно-политических системах. В польских индустриальных центрах кон­центрация вредных отходов в воздухе не уступает Англии. В Болгарии загрязнение рек достигло та­кой степени, что их охрана объявлена общенародной задачей. На одной из недавних конференций специ­алистов в Лондоне Чехословакия была включена в число стран с самым большим в мире уровнем за­грязнения окружающей среды.

Этой «чести» мы удостоились по праву. Отходы промышленных предприятий и тепловых электростан­ций в Чехословакии сейчас угрожают 800 тыс. га сельскохозяйственных угодий и лесов, они препятст­вуют получению прироста сельскохозяйственной про­дукции и таят в себе причину ухудшения здоровья людей. В общей сложности убытки оцениваются в 4 млрд. крон. На территории Словакии ежегодно осаждается до 3 млн. т. пепла и вредных дымов, отходы загрязнили сверх допустимых норм уже 1200 км водных стоков, то есть примерно пятую часть их общей длины. Вместе с каждой тонной хими­ческого волокна мы «производим» больше 2 т отхо­дов и солидное количество сероуглерода, которому Братислава, например, обязана своим характерным «ароматом».

Как это ни парадоксально, но, вы видите, Марк Твен был прав. Миллионы лет на нашей планете су­ществовали полные согласия и гармонического равно­весия экологические системы — стабильные системы, между живыми и неживыми компонентами которых постоянно происходил круговорот веществ. И хотя равновесие в них порой нарушалось катастрофами и катаклизмами, которые вторгались в закономерно­сти природы, сознательных повреждений этих систем не происходило. Но вот появился Homo sapiens — че­ловек разумный, которого природа изначально окру­жила множеством опасностей: болезнями, голодом, холодом, а также страхом перед неведомым. Чело­век стал нарушать гармонию экологических систем. Начав с использования каменного топора, он очень скоро употреблял уже для этого и более совершен­ные орудия. Борясь с холодом и голодом, человек до астрономических цифр расширил круг домашних жи­вотных, начал сводить леса и все глубже проникать в недра Земли. Познав законы природы, он смог по­лучить для себя необходимые свет, тепло и лекарства от болезней, которые угрожали как ему, так и его животным. Но одновременно с этим он уничтожал плодородные земли, сводил леса, загрязнял воды на­столько, что для потомков уже может не хватить ни воды, ни воздуха — веществ, которые не только рим­ское право, но и даже Наполеоновский кодекс счи­тали принадлежащими всем, то есть не имеющими владельцев.

По мере развития умственных способностей чело­века оружие, которым люди начали угрожать друг другу, становилось все более и более изощренным. От стрел и пуль человек перешел к атомной и водо­родной бомбам. Но оказалось, что и без войны можно поставить мир перед угрозой последствий не менее страшных, чем использование этих средств. В Гол­ландии от дыма и ядовитых веществ, которые выпу­скают промышленные предприятия Англии, гибнут тюльпаны. Отходы предприятий Рурского бассейна ветер доносит до лесов Скандинавии и норвежских фьордов — гибнут шведские ели, а в заливах Финлян­дии плавают «булки» из пыли, пепла и нефти. Гре­ция когда-то передала свою культуру Риму. Сегодня Италия платит ей за это облаками дыма, кото­рые затягивают небо над Балканским полуостро­вом и Югославией. Промышленность Югославии в свою очередь отравляет воздух Австрии. «Аромат» остравских коксовых заводов ощущается в Польше, а отходы словацких химических предприятий — в Вен­грии. А ведь ветры поворачивают и в другую сторону.

Человек, будучи существом разумным, далек от сознательного загрязнения своего жизненного прост­ранства. Правда, дорога в ад вымощена добрыми на­мерениями, а поэтому, если мы не хотим туда по­пасть, надо перейти от бездеятельности к активной борьбе против загрязнения среды, которая необходи­ма нам и для жизни, и для работы, и для отдыха и замены которой на нашем земном шаре нет.

Загрязнение воздуха, воды и почвы находится в прямой зависимости от нашей экономической актив­ности: чем больше мы будем производить и потреб­лять, тем больше будет отходов и соответственно тем меньше будет оставаться кислорода для дыхания. «Если индустриализация будет происходить такими же темпами, как и до сих пор,— предостерегают спе­циалисты ООН,— миллионам людей угрожает смерть от концентрации отходов промышленных пред­приятий и транспорта». Это предостережение, увы, может стать явью. Современный человек необдуман­ным вторжением в экологические системы не только сокращает собственную жизнь, но и готовит будущим поколениям нечто совсем противоположное тому «прекрасному завтра», о котором он издавна мечтает…

В тысячах больших городов жителей будит по утрам гул самолетов. Шум — это не самое худшее, что производят турбовинтовые двигатели. Один стартующий боинг оставляет за собой столько ядо­витых веществ, сколько 6850 одновременно тронув­шихся с места фольксвагенов. Как правило, каждый человек утром включает радио, умывается и готовит завтрак. Радиоприемник, кофеварка, электробритва питаются от электросети. Электрическую энергию вы­рабатывают большей частью тепловые электростан­ции, число которых в мире постоянно увеличивается. Для того чтобы на свете было все больше света и тепла, приходится все глубже черпать из подземных хранилищ солнечной энергии, миллионы лет спря­танной там в виде горючих ископаемых. Сжигая уголь, нефть и природный газ, мы освобождаем чрез­вычайно вредную двуокись серы, иногда мышьяк и громадное количество — примерно три четверти от общего веса — двуокиси углерода, которое, к счастью, природа пока может связывать путем фотосин­теза. Однако некоторые специалисты утверждают, что в ближайшие годы концентрация двуокиси угле­рода, препятствующей выделению тепла через атмо­сферу, может повыситься настолько, что земной шар превратится как бы в своеобразный парник. Потеп­ление климата в свою очередь вызвало бы таяние арктических льдов; и вода затопила бы значительные участки суши.

Однако продолжим наблюдение за человеком. Он умывается в теплой воде с помощью синтетических моющих средств. Для питья и умывания необходима чистая и здоровая вода. Ее нужно «производить», что делается на специальных станциях, где в воду добав­ляются озон или хлор. Однако за эту заботу человек платит тем, что спускает в реки поверхностноактив­ные вещества (мыло, моющие средства и т. п.), от которых в воде образуется пена. Она не только от­равляет речную воду, но и препятствует проникно­вению живительного кислорода в нижние ее слои. А без кислорода не могут дышать рыбы и микробы не могут разлагать органические остатки.

На завтрак человек употребляет молочные про­дукты и яйца, в которые попадают различные пе­стициды (а до недавних пор и очень вредный ДДТ). Выбрасывается вон использованная упаковка из син­тетических материалов, однако ее «земная жизнь» на этом отнюдь не кончается. Современный мусор не гниет, как бумага или ткань, поэтому расходы на его уничтожение постоянно растут. Одна только фаб­рика в Канзасе (США) производит за год столько синтетической упаковочной пленки, что 40-сантимет­ровой ширины лента из нее могла бы 40 раз обер­нуться вокруг земного шара. Ученые подсчитали, что микроорганизмам пришлось бы «работать» миллион лет, чтобы как-то разложить этот продукт нашего века.

А тем временем наш герой отправляется на ра­боту. Как правило, автобусом или на собственном автомобиле. Дизельные двигатели только в Праге ежегодно выбрасывают в воздух 100 т сажи, а бензи­новые двигатели добавляют свинец и другие ядови­тые вещества. Например, 40-литровый бак горючего выделяет в атмосферу около 20 г свинца. Свинец этот осаждается на растениях, а через них попадает в желудки животных и людей. Кроме того, выхлопные газы двигателей внутреннего сгорания содержат окись углерода, которая в больших концентрациях для человеческого организма смертельна. Один день, про­веденный в прогулке по нью-йоркскому Манхэттену, эквивалентен для вашего организма двум пачкам вы­куренных сигарет!

После нескольких часов на рабочем месте, как правило достаточно людном и шумном, наш герой отправляется в столовую. Основу его питания со­ставляют мясо, овощи, злаки — продукты современ­ного сельского хозяйства, которое немыслимо сегодня без химизации. Антибиотики и пестициды, попадая к животным, проникают и в наш организм, главным образом с мясом и овощами. Минеральные удобре­ния отравляют нам жизнь иным способом. Вымывае­мые дождями, они стекают в реки, вызывая эвтрофикацию — зарастание воды. Одному из видов ряски эти удобрения особенно пришлись по вкусу: с увели­чением их содержания в воде она настолько буйно разрастается, что губит все остальные живые орга­низмы вокруг. Реки, как утверждают специалисты, превращаются в мертвую зеленую жижу.

Перечень критических ситуаций, в которые со­временный человек попадает ежедневно, можно про­должать до бесконечности. Если он захочет занять­ся водным спортом, то рискует попасть в сточные во­ды, если захочет отдохнуть в лесу, на лоне природы, то споткнется о консервную банку или бутылку. Если он соберется поспать в саду, его разбудит тран­зисторный приемник соседа. Нет, уж лучше возвра­титься домой, в город. Но когда в летние сумерки он отворит окно, в его комнату вместе с уличным дымом и шумом ветерок принесет выбросы ближай­шего химического предприятия.

Бесспорно, что сегодня человек живет лучше, чем все предшествовавшие поколения. Однако качествен­но наша жизнь не соответствует ни количеству наших знаний, ни уровню наших представлений. Каждые 25 секунд в мире делается новое открытие, так или иначе направленное на службу человеку, каждые 30 секунд один человек умирает в Европе от инфаркта.

Прогрессивная тенденция нашего развития заклю­чается в том, что постоянно увеличивается число промышленных предприятий, а на уже существующих растет объем производства. При этом мы строим очи­стные станции, фильтры, пылеуловители. Поэтому отравление среды происходит медленнее, чем рост производства. Хотя это и положительно само по се­бе, но не должно нас успокаивать. Наша цель — достигнуть такого положения вещей, когда при еще более быстром росте объема промышленного произ­водства загрязнение окружающей среды резко сокра­тится. В ДирективахXIV съезда Коммунистической партии Чехословакии говорилось: «…уделять повы­шенное внимание улучшению условий жизни, особен­но в агломерациях, подверженных промышленным влияниям». Естественно, при этом нам не приходит в голову останавливать развитие современного про­изводства и возвращаться к эпохе средневековых це­хов и мануфактур. Именно социалистическая общест­венная система не должна оставаться равнодушной к тому, какое влияние на здоровье людей и репродук­тивные возможности природы окажет индустриали­зация. При этом мы не должны мириться и с тем, что ежегодно у нас утекают в реки миллиарды крон, что ежегодно уничтожаются тысячи гектаров лесов и угодий, а урожаи сельскохозяйственных культур и рост поголовья домашнего скота вблизи больших про­мышленных центров не увеличиваются так, как нам бы хотелось.

Мы живем в условиях качественно более высокой общественной системы, а потому не можем оставать­ся равнодушными к последствиям промышленного развития. Двадцать лет назад в промышленном рай­оне США Доноре (штат Пенсильвания) половина населения стала страдать острыми заболеваниями ор­ганов дыхания, было зарегистрировано много слу­чаев смерти от сердечной недостаточности. Оказа­лось, что причиной всему — отравление атмосферы сернистыми газами. Подобные массовые заболева­ния наблюдались и в других местах, например в Лон­доне, в окрестностях Льежа (Бельгия). И хотя в Чехословакии ничего даже отдаленно напоминающего эти случаи не было и, надо надеяться, не будет, не­которые цифры не могут не настораживать; Так, в районе Остравы до последнего времени заболевае­мость отмечалась на 2% выше, чем в целом по Че­хословакии. Виной тому задымленный нездоровый воздух. Значительное число различного рода ал­лергических заболеваний, особенно астмы, воспале­ния верхних дыхательных путей, роговицы глаза, зарегистрировано в Нитре и Братиславе. Советская писательница Мариетта Шагинян быланесомненно права, сказав: «Если вырубаются леса, если загряз­няются ядовитыми отходами реки, если в воздух вы­пускаются дым и пыль, то нам мало поможет стро­ительство больниц». И именно потому, что нельзя серьезно говорить о повышении жизненного уровня людей, одновременно закрывая глаза на вопросы охраны окружающей среды, эти проблемы сегодня во всем мире попали в центр внимания правительств и парламентов.

Правда, не только рост промышленного производ­ства очень плохо влияет на окружающую нас среду, но и недостаточное развитие техники. Пепел и дым выпускают не одни фабричные трубы: не в меньшей мере насыщают воздух больших городов канцероген­ными веществами и печи жилых домов. Количество этих печей зависит от числа квартир, не имеющих центрального отопления. Хороший пример охраны среды в этом смысле показывают Москва и Лондон, где местное отопление постепенно заменяется цент­ральным, а в котельных больших домов для подогре­ва воды используется газ. Местное отопление дейст­вительно не отвечает современному уровню нашего промышленного и технического развития, так же как не отвечает ему и паровозная тяга, отравляющая воз­дух над крупными железнодорожными узлами и вдоль железных дорог. Можно с удовлетворением констати­ровать, что паровозы в Чехословакии очень быстро исчезают с дорог, однако местное отопление еще не скоро станет пройденным этапом.

С развитием науки и техники расширяются и воз­можности вторичного использования изделий и мате­риалов, а также замены недостающих в природе веществ. Мы научились заменять уголь нефтью и при­родным газом. Постепенно на смену горючим иско­паемым как основному источнику энергии придет расщепление атомного ядра урана, плутония, тория. Однако и здесь скрыта своя угроза. Загрязнение ок­ружающей среды — не бронтозавр, с которым при­рода справилась, лишив его пищи.

Видящий перспективу современный человек уже сегодня готовит замену источникам энергии, запасы которых в природе исчерпаемы. Однако этот преду­смотрительный человек должен одновременно думать и о том, как лучше защитить от результатов своей производственной деятельности всю тончайшую си­стему внешних взаимосвязей в окружающей среде, так как именно они позволяют ему существовать. В противном случае может случиться так, что, «зады­хаясь» от благосостояния, он в то же время подо­рвет свое физическое и душевное здоровье и тем са­мым значительно снизит уже достигнутый уровень жизни не только для себя, но и для своих потомков. Способна ли природа, ассимилятивные возможности которой не безграничны, до бесконечности сносить наши повышенные требования к воде, почве и воз­духу, если мы ничего не будем делать не только для сохранения, но и для увеличения ее репродукцион­ных возможностей? Конечно же, нет. Специалисты уже сегодня предостерегают, что многогранное вме­шательство человека в природу нарушает, а во мно­гих случаях даже препятствует ее ассимилятивным процессам.

В свете всего сказанного еще раз подтверждает­ся прозорливость великого Маркса, который полто­раста лет назад писал о том, что новая прогрессив­ная общественная система уничтожит углубляющийся разрыв между человеком и природой и позитивно свя­жет их интересы. Последние съезды коммунистиче­ских партий социалистических стран превратили этот постулат Маркса в важную политическую директиву. «Принимая меры для ускорения научно-технического прогресса, — говорил Леонид Ильич Брежнев, — не­обходимо сделать все, чтобы он сочетался с хозяй­ским отношением к природным ресурсам, не служил источником опасного загрязнения воздуха и воды, истощения земли… Не только мы, но и последующие поколения должны иметь возможность пользоваться всеми благами, которые дает прекрасная природа нашей Родины».

Программа сформулирована ясно. Однако, чтобы наполнить ее конкретными делами, мы должны изу­чить причины постоянного ухудшения условий окру­жающей нас среды. При этом недопустимо отгоражи­ваться от действительно научного анализа ни стати­стикой, ни фатализмом защищающейся совести. По многим статистическим показателям в Чехословакии положение с загрязнением окружающей среды улуч­шается. В Чехии и Моравии, например, остановлено загрязнение вод. Благодаря своевременному вмеша­тельству партийных органов сдвиги в лучшую сторо­ну произошли и в Остраве. Но если при изучении общественных последствий загрязнения окружающей среды использовать более комплексные критерии, ре­зультаты не покажутся столь удовлетворительными. Ни в Праге, ни в Братиславе, ни даже в Кошицах. Если, с одной стороны, уменьшается загрязнение во­ды, то с другой — возрастают вторичная запылен­ность и шум, повышается загрязнение воздуха и, что .самое главное, растут горы твердых отходов и мусо­ра вокруг городов, а также увеличивается содержа­ние токсичных элементов в пищевых продуктах.

Одной из причин глобального роста факторов за­грязнения в современном обществе является, несо­мненно, рост населения. К этому фактору мы можем смело прибавить и рост национального дохода, и ме­няющуюся структуру потребления. Повышающееся благосостояние постоянно растущего числа граждан нашей страны имеет для окружающей среды очень серьезные последствия: каждый из нас потребляет все больший объем всякого рода продукции, а потому постоянно увеличивается и количество отбросов. Мно­гие вещи, которые прежде мы собирали и использова­ли по нескольку раз, теперь мы можем позволить се­бе выбросить, использовав всего лишь однажды. При этом структура потребления изменилась не в пользу окружающей нас среды. Одновременно происходит концентрация жилищ во все большие агломерации, где вредные вещества, аккумулируясь, оказывают го­раздо более сильное воздействие, чем на открытых свободных пространствах.

С 1945 г. население ЧССР возросло на 1,02%; объем национального дохода за последние 11 лет увеличился вдвое. Число автомобилей за последние 20 лет утроилось, на столько же возросло и потреб­ление бензина со всеми негативными для окружа­ющей среды последствиями. Если после второй миро­вой войны мы расходовали в год на человека около 10 кг бумаги, то сейчас это количество удвоилось. Целлюлозно-бумажные предприятия сегодня загряз­няют наши реки так, будто в них выливают сточные воды такого города, как Лондон!

Ежегодно мы вырабатываем приблизительно 50 млрд. киловатт-часов электроэнергии. И если на производство одного киловатт-часа требуется около 0,65 кг угля, не трудно подсчитать, сколько двуокиси серы при 2—3-процентном содержании ее в этом топ­ливе ежегодно попадает в атмосферу. За 20 лет мы больше чем в 5 раз повысили потребление азотных минеральных удобрений; такими же темпами росло и потребление полимерных материалов. Санатории и центры отдыха позволяют ежегодно более полумил­лиону наших граждан поправлять свое здоровье и заниматься туризмом. В 1972 г. красотами Чехосло­вакии любовались 10 млн. иностранных туристов. Го­воря о загрязнении, выраженном в популяционном эквиваленте, мы придем к выводу, что за счет этого население в нашей республике как бы достигло 40 млн. человек.

На изменение окружающей среды действуют три взаимосвязанных фактора: рост населения, рост на­ционального дохода и структура потребления, кото­рая самым серьезным образом влияет на производ­ственную структуру общества.

Характерны подсчеты, почерпнутые из американ­ских специальных источников. Если бы в 1940 г. США достигли такого же национального дохода на душу населения, как в 1965 г., и если бы уже тог­да существовали параметры загрязнения 1965 г., то количество автомобилей и потребление бумаги в тече­ние всей четверти столетия осталось бы на уровне 1945 г. лишь в том случае, если бы население Соеди­ненных Штатов уменьшилось со 133 до 67 млн. че­ловек. А чтобы постоянный объем сернистых соеди­нений в воздухе удерживался на уровне 1945 г., на­селение США должно было бы уменьшиться до 40 млн. человек. Объем азотистых веществ в почве остался бы стабильным лишь в том случае, если бы 17 млн. американцев переселилось обратно в Старый Свет. Парки и места отдыха не были бы чрезмерно загрязнены отбросами, если бы население США за 20 лет уменьшилось на 30 млн. человек.

Разумеется, эти подсчеты приблизительны. Одна­ко они достаточно убедительно свидетельствуют про­тив тех, кто ищет выход в постулате: снизим популя­цию,— ликвидируем угрозу нашей жизни. Чтобы про­должать загрязнять среду, одновременно не снижая жизненного уровня, надо настолько уменьшить наро­донаселение, что это будет равносильно националь­ному самоубийству.

Правильность этих рассуждений подтверждает и другой аргумент. Во многих странах Европы, а так­же в США, Японии, Австралии в 1958—1965 гг. сред­ний ежегодный прирост национального дохода на ду­шу населения составил около 7%. Ежегодный же при­рост населения в этот период составил лишь 0,8%!

Не только рост населения, но главным образом рост производства и потребления, иными словами, рост материального благосостояния, приводит к ра­стущему загрязнению окружающей среды. А это тре­бует от нас сделать все, чтобы возрастающее благо­состояние не снижало качества жизненной среды и не уничтожало окружающие нас ценности. Река, проте­кающая через Калькутту, более загрязнена, чем Тем­за в черте Лондона. Голодному безработному ин­дийцу не до забот об ее чистоте. Напротив, чтобы во­обще существовать, он готов еще больше загрязнять реку. Точно так же (и, увы, не только сто лет назад) размышляли наши предки. Ведь в условиях загнива­ющего феодального строя, как и в условиях капита­листического общества, трудящиеся думали лишь о том, как прожить, их заботило лишь сохранение собственной жизни и жизни своих детей. При этом, как известно, размер получаемой капиталистом прибыли не зависел от того, страдали ли трудящиеся от за­грязнения окружающей среды. Скорее наоборот.

Сегодня, правда, граждане Чехословакии живут в обществе, не знающем противоречий, вызванных ча­стной собственностью на средства производства, В условиях общественной системы, при которой мы являемся и производителями, и потребителями ма­териальных и духовных ценностей. Но в то же время не следует забывать, что все мы вольно или неволь­но являемся одновременно и загрязнителями окру­жающей среды, и жертвами этого загрязнения. А по­этому рассуждать подобно голодному безработному индийцу для нас было бы по меньшей мере анахрониз­мом. Наша общественная система преследует иные цели. «Перед нами, — сказал на XXIV съезде Гене­ральный секретарь ЦК КПСС Леонид Ильич Бреж­нев,— задача исторической важности: органически соединить достижения научно-технической револю­ции с преимуществами социалистической системы хо­зяйства, шире развить свои, присущие социализму, формы соединения науки с производством».

Наука и техника, как мы видим, позволили нам жить лучше, чем жили все предшествующие поколе­ния человечества. Но одностороннее применение на­учно-технических знаний не может не сказаться на качественных, если можно так выразиться, сторонах нашей жизни. А поэтому опять же только наука и техника вкупе с передовой общественной системой мо­гут дать нам действенный инструмент, который по­может людям избежать уничтожения человечества в неразумной погоне исключительно за благосостоя­нием.

Известный английский писатель Олдос Хаксли пи­сал: «…Представляется, что наука левой рукой берет у нас больше, чем щедро наделяет правой».

Человека отличает способность извлекать уроки из прошлого. А поэтому мы не можем согласиться с Хаксли. Ведь именно наука и именно научный прогресс позволяют нам жить гораздо лучше, чем ког­да-либо раньше. Беда здесь не в науке, не в техни­ке, а тем более не в нашей передовой общественной системе. Ведь если бы загрязнение окружающей сре­ды было характерно лишь для социалистического общества, как бы мы объяснили, что Москва, один из крупнейших городов мира, наименее ему подверженная? А почему советские специалисты принимают меры по сохранению вод Байкала? Почему на Кас­пийском море снова возрос промысел рыбы? Коне­чно же, не от одних разговоров о загрязнении, а по­тому, что принятые решения претворяются в жизнь. За минувшее десятилетие из Москвы было выведено 300 крупных промышленных предприятий: москов­ские электростанции переоборудованы для использо­вания топлива с малым содержанием серы, а жилые помещения отапливаются газом. Центральным Коми­тетом КПСС и Советом Министров СССР приняты меры против загрязнения Волги. В 15 городах на Волге и Каме строятся очистные сооружения общей стоимостью в 300 млн. рублей, а для сточных вод промышленных предприятий на Байкале построен многокилометровый обводной канал.

Советский Союз первым еще в 1954 г. начал по­лучать промышленный ток от атомной электростан­ции. Этим он показал всему миру, что новый источ­ник энергии можно использовать не только для уничтожения, но и для созидания, причем путем при­менения более «чистой» технологии, чем сжигание горючих ископаемых.

Советские космонавты первыми обратили внима­ние всего мира на то, что запасы воды, почвы и воздуха на нашей планете не безграничны. Поэтому не удивительно, что именно Советский Союз первым осуществил долгосрочные планы последовательной охраны окружающей среды. Успехи, достигнутые в этом направлении первым в мире социалистическим государством, для нас не только утешительны, но и вдохновляющие. Они подтвердили, что за все в ответе Homo sapiens — человек, использующий возможности, которые ему предоставляют научно-технический про­гресс и существующая система производственных от­ношений.

Нашу планету можно уподобить огромному кос­мическому кораблю. Продукты жизнедеятельности одних систем на нем неизбежно являются пищей для других. Поэтому ни одна система не должна выра­батывать такой продукт, который своими отходами отравлял бы другие системы. Последствием наруше­ния этого принципа явился бы паралич или даже уни­чтожение всей системы в целом. Приблизительно так произошло при полете американского корабля «Апол­лон-13».

Эта аналогия весьма поучительна.

Мы уже говорили, что при сжигании угля в теп­ловых электростанциях одновременно вырабатывает­ся не только электрическая энергия, но и зола, угле­кислый газ, двуокись серы и даже мышьяк. Эти ве­щества попадают в воздух, осаждаются в реках, на полях. А ведь их можно было бы собирать и исполь­зовать. Однако до сих пор этого не делается, отходы почти не улавливаются и не утилизируются, так что экономические показатели в достаточной мере не от­ражают эффективности хозяйствования.

Существующие экономические расчеты учитывают повышение расходов, но ущерб, который загрязнение среды наносит здоровью людей, явно недооценивает­ся. В показатель потерь он не входит. То, что загряз­нение окружающей среды сказывается на психике, понижает сопротивляемость инфекциям и вызывает болезни не только у тех, кто работает, но и у пред­ставителей старшего поколения, до сих пор не при­нималось во внимание. Загрязнение вод приводит к инфекционным заболеваниям, вызывает эпидемии. Ликвидация последних требует не только больших за­трат, но и выводит из строя промышленные и сель­скохозяйственные предприятия; надолго снижается работоспособность людей. Получается некий закол­дованный круг: повышение производственной актив­ности ведет к загрязнению окружающей среды, а за­грязненная среда снижает производственную актив­ность. Природа защищается тем, что отрывает от испеченного нами пирога все большие куски…

А недостаточная экономическая оценка вреда, на­носимого загрязнением окружающей среды, является причиной того, что администрация часто довольствуется лишь пассивными мерами. В Китае и Егип­те законы, связанные с охраной окружающей среды, существовали еще за несколько веков до нашей эры, но никто не станет утверждать, что сегодня там этой проблемы нет. Братиславские фабрики уже много лет вносят в государственный банк сотни тысяч и даже миллионы крон штрафа, однако воздух Бра­тиславы до сего дня не утратил своего специфиче­ского «аромата».

Чтобы исправить положение, необходим комплекс­ный подход к проблеме. Поставив «диагноз» при­родной среде на данной территории, следует предло­жить такое технологическое «лечение», чтобы после него вода могла бы использоваться вторично, чтобы восстановилась почва, засыпанная отходами, и как можно меньше отравлялся бы воздух. Необходимо на­стаивать на том, чтобы не уничтожались леса и боль­шие водные пространства — естественные легкие на­шего «космического корабля», чтобы реки не пре­вращались в сточные канавы и чтобы наши потомки не впитывали с материнским молоком ДДТ и строи­ций-90. Нельзя исключать и административно-юри­дические меры. Охрана окружающей среды не будет эффективной до тех пор, пока все общество не убе­дится в том, что против ее загрязнения необходимо бороться так же, как мы боремся против угрозы атомной войны и эпидемий. Ведь беда человека, по словам Альберта Швейцера, в том, что он овладел природой быстрее, чем самим собой. С негативными сторонами научно-технической революции можно ус­пешно бороться лишь силами той же науки и новой, еще более совершенной техники. И человек, который не хочет согласиться с утверждением Марка Твена, что ему есть чего стыдиться, должен направить все свои усилия на то, чтобы и впредь жить на своей го­лубой планете.