4 years ago
No comment

Sorry, this entry is only available in
Russian
На жаль, цей запис доступний тільки на
Russian.
К сожалению, эта запись доступна только на
Russian.

For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

Придя ранним утром на берег моря, остановитесь у самой кромки влажного песка и посмотрите себе под но­ги. Вы увидите причудливую густо-красную кайму, про­тянувшуюся вдоль пляжа. Приглядитесь повниматель­нее — кайму эту образуют крохотные малиново-красные осколочки и кристаллы, похожие на ограненные шарики. Перед вами один из драгоценных минералов, составляю­щих песок наших пляжей. С XVI века известен он в Европе под именем гранат. И вправду, яркие камешки по цвету напоминают зерна зрелого плода гранатового дерева (по латыни зерно — «гранум», отсюда происхо­дит и название камня «гранат» — зернистый). Разными рождаются «зерна»-кристаллы: красными и зелеными, черными и белыми, желтыми и розовыми. Несмотря на «родственные узы», связывающие все многоцветье грана­тов, каждый вид имеет свое имя и химический состав. Более того, нет ни одной разновидности граната, которая хоть чем-то не прославилась. Но об этом рассказ впереди, а пока назовем сами разновидности и их цвета:

t_001

Самый распространенный из всех гранатов — альман­дин. Яркая красота поставила этот камень в один ряд с прославленным рубином. Вот только ценился он не так высоко — хороший рубин могли купить лишь коронован­ные особы, а гранат-альмандин был по карману и прос­тому люду. Колечко или сережки с ярко-малиновым ка­мушком носили простые горожанки, а массивные укра­шения из дутого золота, усыпанные множеством альман­динов, сверкали на купеческих дочках и женах.

Именно этой разновидностью граната богаты пески наших пляжей. Принято считать, что свое научное назва­ние альмандин получил от искаженного слова Алабан­да — местности в Малой Азии. В старые времена там работали известные в странах Востока и далеко за его пределами мастера, гранильщики драгоценных камней. Плиний, ученый I в. н. э., упоминает альмандин под на­званием «алабандская вениса» или «алабандский карбун­кул» и описывает его как темноокрашенный, порой чер­новатый, темнее других разновидностей красных грана­тов. На такое своеобразие окраски альмандинов обратили внимание и многие арабские знатоки камня IX—XI ве­ков, правда, в те времена он назывался «мазинадж» или «ал-мазинадж». На созвучии слов «ал-мазинадж» и «аль­мандин» основано предположение о том, что корни со­временного имени этого вида граната — в арабском языке.

Нарядный, то фиалково-красный, то вишневый, то густой и бархатистый, как южное вино, цвет альмандина давно привлекал человека. 4000 лет назад парадный на­грудный щит древнееврейского первосвященника — эфуд — украшался двенадцатью ритуальными камнями, одним из которых был альмандин. Популярен был этот камень у скифов, о чем рассказывают находки ювелир­ных украшений с альмандинами в городище Альма-Кер­мен в Крыму. Арабский ученый XI века Ал-Бируни сви­детельствует, что у одного эмира он видел кусок граната из речных россыпей в виде окатанной гальки. Камень был чистый, прозрачный, винного цвета и необычного веса — более 90 граммов. Конечно, такие альмандины — редкость. Не всегда они прозрачны, не все имеют фиал­ково-красный или темно-малиновый цвет, но бывают кам­ни очень яркие, густые, какие издавна известны, напри­мер, в Индии. Очень хороши вишневые, с лиловой игрой, альмандины Карелии. А возле Мурманска были найдены светлые, словно капли малинового сока, гра­наты.

Даже в пределах одного месторождения цвет этого минерала неодинаков, встречаются камни и темнее и светлее, прозрачные и слегка просвечивающие. Бывает, камни одного вида, но разных оттенков носят несколько имен. Гранаты малинового или фиалкового оттенка на Руси звали венисой, а их «родного брата» — вишнево-красный, чуть буроватого тона гранат издавна величали бечетой — именем арабского происхождения. Венису и бечету, наряду с прочими красными камнями, объеди­няли еще именем «червцы», то есть червонные, красные. Это старинное слово сохранилось и в русском, и в укра­инском языках в том же значении.

В семье гранатов есть еще один красный камень. Его тоже можно найти в песках, правда, в речных и далеко не везде. За свой кровавый горящий цвет он получил имя пироп — от греческого «пиропос» — подобный огню. В Якутии, где пироп попадается в речных россыпях, счи­тают, что такой камень приносит человеку счастье; хо­дит легенда, будто это не камень, а твердая кровь живо­го огня. И вправду, пиропы напоминают угольки, жаркие, багряные. Отсюда еще одно имя — карбункул (от латин­ского «корфункулюс» — уголек). Знали пироп на Руси еще под псевдонимом «карфамуколос» — этим греческим словом называли «горящий» гранат привозившие его сю­да купцы.

Считается, что впервые пиропы завезли на Русь в XVI веке. А вообще известен этот самоцвет очень дав­но — археологи нашли украшения из него, относящиеся к началу позднего каменного века. Это произошло на территории нынешней Чехословакии, где земля весьма богата пиропами. В XVII веке на одном из россыпных гранатовых месторождений Богемии был найден огром­ный пироп, самый крупный из ныне известных, размером с голубиное яйцо. По утверждению авторов старинных книг и современных знатоков камня, ни один земной са­моцвет, даже рубин, не имеет такого благородного крас­новатого тона, как богемский пироп.

Гранят этот камень подобно алмазам: на нижней час­ти делают 24 грани, на верхней 32.

Издавна красные камни считались талисманом влюб­ленных. Одно из самых красивых ожерелий богемских гранатов хранится ныне в Пражском музее классика чешской музыки композитора Б. Сметаны. Это украшение было подарено композитором своей жене в знак неуга­сающей любви после многих прожитых вместе лет. В му­зее маленького чешского городка Требница хранится знаменитая соуправа — гарнитур, состоящий из ожерелья, двух браслетов, поясной пряжки, перстня и серег. 460 пиропов, равных которым по красоте и величине трудно сыскать, составили удивительный ансамбль. Самый круп­ный, «солист», имеет в диаметре 12,3 мм. Этот ювелир­ный гарнитур принадлежал Ульрике фон Леветцов — той, которой посвящены строки одного из самых прекрасных лирических произведений великого Гете — «Мариенбад­ской элегии».

В наши дни промышленная добыча богемских грана­тов ведется лишь на одном месторождении — в чешском Среднегорье, близ деревни Подседице. Обрабатывают «камни-угольки» ювелиры города Турнова, откуда укра­шения отправляются в 40 стран мира.

Сегодня, как и много веков назад, в речных россыпях находят окатанные, отполированные самой природой ка­мешки. Ярко-красные, они похожи на капли крови. Та­кое сходство, конечно же, порождало всяческие наивные представления об их происхождении, например, из воды с примесью крови. Теперь-то известно, что огненные гра­наты встречаются в породах, богатых магнием (напри­мер, в кимберлитах вместе с алмазами). Благодаря та­кому соседству пиропы прославились еще и как «свита» короля камней алмаза, и как «советники» Ее Величества Геологии. Знаменитые якутские алмазы, например, были открыты именно благодаря пиропам, которые буквально за руку привели геологов к замечательным месторожде­ниям.

Помните известную из множества сказок хитрость — дорогу отмечали зерном, чтобы не заблудиться? Вот и пиропы, подобно этим зернышкам из сказки, отмечают путь к алмазам. В россыпях, в речных лесках их нахо­дят вместе, но бесцветные алмазы куда менее заметны, чем алые пиропы. По этим «уголькам» геологи и откры­вают путь, да не просто к алмазам, а к целому их место­рождению — так называемой трубке. Чем больше попа­дается пиропов, тем ближе трубка с алмазами, — это при­знак верный. Правда, не всякие пиропы удостоены чести быть (в свите «короля камней», а только высокохроми­стые, рождение которых в недрах земли происходило при огромном давлении, не менее 50—70 тысяч атмосфер.

Не потому ли, что они столь тесно связаны в при­роде, алмаз и пироп — «лед и пламень» — в ювелирных изделиях тоже традиционно вместе? Ставят их не в яр­кую золотую оправу, a в мерцающее серебро или плати­ну, отчего горделивая краса алмаза с его непостижимой игрой света становится более холодной, оттеняя броский жар пиропа. Гранят карбункул по-разному. Если камень прозрачен, ярок и чист (ювелиры говорят в таком слу­чае «имеет хорошую воду»), пироп, как и альмандин, гранят розой. Но бывают камни такой густой окраски, что огранка розой не имеет смысла, так как свет не может отразиться из глубины камня. Тогда самоцвету придают форму кабошона (это что-то вроде половинки разрезанного вдоль яйца). Камень «проявляется», при­обретая благородство и таинственность.

Иногда на нижней плоской поверхности кабошона вы­тачивается лунка, отчего камень лучше просвечивает. Бывает, в эту лунку кладут золотую фольгу, цвет грана­та этим как бы усиливается. От такой излишне откро­венной яркости камень не всегда выигрывает, утрачивая свою естественную прелесть, но иногда этим способом пользуются, чтобы хоть иллюзорно подмолодить камень — увы, камни тоже стареют. Со временем теряет прозрач­ность пронизанный трещинками пироп. Но и в старости своей он не лишается благородства, присущего семейству гранатов.

И еще один красный камень. Внешне он отличается от альмандина по розовато-красному тону, похожему на цвет лососевого мяса. Гранат этой разновидности носит название спессартин. Имя ему присвоили по месту на­ходки в Баварии — Спессарт (или Шпессарт). Прелест­ные, как заря, розовато-оранжевые кристаллы прозрачных спессартинов, пригодные к огранке, очень редки, и в ювелирных изделиях их можно встретить нечасто. При­чин тому несколько, но самая главная, пожалуй, — при­родная «скромность» камня: он растрескивается под дей­ствием солнечного света и потому предпочитает «оста­ваться в тени». Ювелиры знают эту особенность спессар­тина и все-таки гранят иногда его розовые кристаллы. Но неброский, нежный камень не выдерживает конкуренции с яркой внешностью своих красных, вишневых, малиновых, медово-желтых, янтарных, зеленых собратьев.

Черный гранат — меланит (от греческого «меланос»— черный) — пользуется большим вниманием у ювелиров. Он был излюбленным материалом для четок у монахов и пилигримов. Очень красивы ювелирные изделия из меланита, инкрустированные перламутром, розовым кораллом и даже алмазом.

Довольно редко, но встречается в пляжевых песках богатая титаном разновидность меланита — шорломит.

Есть в гранатовом роду целых три зеленых разновид­ности. Самый яркий, самый редкий и красивый — изум­рудно-зеленый уваровит. Он так назван по имени бывше­го президента Петербургской Академии наук, министра просвещения графа С. Л. Уварова. Человек этот явно был не достоин такой чести. Это о .нем писал А. С. Пушкин: «Уваров большой подлец». Даже обидно за ни в чем не повинный минерал. Но неудачным именем курьезы с уваровитом не ограничиваются. Немецкий минералог Густав Розе, участник знаменитой экспедиции Гумбольдта в Россию, ошибочно принял этот ярко-зеленый гранат за «медный изумруд». Лишь в 1832 году российский химик академик Г. И. Гесс путем химического анализа доказал принадлежность уваровита к группе гранатов, исправив тем самым ошибку Розе.

Камень этот действительно напоминает цветом «мед­ный изумруд». Но на том сходство и кончается. В при­роде уваровит встречается редко и, как правило, по со­седству с хромитами. Даже щеточка мелких кристаллов уваровита, зеленых и блестящих, как умытая промчав­шимся ливнем трава, — предмет вожделения многих лю­бителей камня, что уж говорить о чистом, твердом, юве­лирном «зерне»! Кристаллы, по своим размерам пригод­ные для огранки, исключительно редки. Однажды мне довелось видеть уваровит, настолько искусно оправлен­ный в ажурное золото, что свет не задерживался в кро­хотных зеленых камушках и они пронзительно сияли, буквально окрашивая вокруг себя воздух. Беззащитные перед пронизывающим их светом, они трепетали, жили! Если уваровит — самый зеленый из зеленых гранатов, то самый нежный и лучистый, конечно, зеленовато-зо­лотой демантоид. Прозрачный камень обладает в огранке таким ярким блеском, такой красотой, что может соперничать с алмазом, этим «царем камней», который еще величают диамантом. Подобный ему гранат и назвали диамантоидом, или демантоидом. Из-за хрупкости обра­батывать его трудно, зато какую удивительную красоту раскрывает в нем рука мастера! Радужная игра цветов делает ограненный демантоид равным редчайшим зеле­ным бриллиантам.

Есть у демантоида еще одно имя, чужое, но довольно укоренившееся среда уральских горщиков, — хризолит (от греческого «хризос» — золото, «литос» — камень).Так же по ошибке звали и топаз, и берилл, хотя на самом деле хризолитом называется ювелирная разновидность минерала оливина. Но, пожалуй, именно демантоиду больше всего подходило это имя: такая в нем золотистая игра лучей, такая чистота — златокамень да и только!

Считается, что золотисто-зеленые демантоиды извест­ны человеку издавна. Во всяком случае, Плиний в своей книге «Естественная история» упоминает о «хризолитах», которые попадали в страны Средиземноморья от скифов. Известное ныне коренное месторождение демантоидов на Урале открыто сравнительно недавно, в 1874 г. Сначала в золотоносных россыпях на реке Бобровка (Средний Урал) попадались отдельные зеленовато-золотистые ка­мешки, затем неподалеку обнаружили и само месторож­дение. В платиновых россыпях под Нижним Тагилом, в русле реки Бобровки(совсем другая Бобровка, а совпа­дение названий — очередной курьез) — тоже были найде­ны «хризолиты». В 1980 году эта разновидность граната обнаружена на Дальнем Востоке. В нашей стране пока не известны другие сколько-нибудь значительные место­рождения демантоидов. Нет указаний на то, что подоб­ные месторождения были известны в древности. И до сих пор для ученых остается загадкой, не уральские ли «хри­золиты» через Скифию проникали в Иран, Грецию и Рим. А если да, то являлись ли они демантоидами, или «златокамнем скифов» Плиний называл другой самоцвет?

Невозможно не восхищаться царственным демантои­дом, глаз не отвести от неправдоподобно зеленого уваровита. Но есть среди гранатов такой, чье благородство и очарование не знают соперников. Помните «Гранатовый браслет» А. И. Куприна? «…Этот браслет принадлежал моей бабушке, а последней по времени носила его моя покойная матушка. Посередине, между большими камнями, вы увидите один зеленый гранат. Это весьма ред­кий сорт граната — зеленый гранат. По старинному пре­данию, сохранившемуся в нашей семье, он имеет свойст­во сообщать дар предвидения носящим его женщинам и отгоняет от них тяжелые мысли…» Действительно, таин­ственный и глубокий в пасмурную погоду, камень преоб­ражается от солнечного луча, как лицо от улыбки. Грусть уходит, смытая приветливой зеленой волной излучаемого им света.

Множество оттенков зеленого тона словно впитали в себя самоцветы, объединенные именем «гроссуляр». Так назван этот сорт граната благодаря сходству его цвета с ягодой крыжовника (по латыни крыжовник — «гроссу­лариа»). Каких только оттенков они не бывают: и зеле­ные, и золотисто-зеленые, и желтоватые, и медовые, как янтарь. Гроссуляры янтарного цвета находят в Италии, в долине Ала. Их даже называют «янтарные гранаты», или сукциниты (по названию одной из разновидностей ископаемой смолы). Есть даже коричневые гроссуляры, цвета еще более густого, чем перезрелый крыжовник, — пожалуй, как гречишный мед. Они встречаются в Шри-Ланке и так похожи на драгоценный камень гиацинт, что их даже путают. Лишь значительно меньшая твер­дость коричневого граната помогает быстро установить истину. Благодаря этому различию коричневый гроссу­ляр назвали гессонитом, или эссонитом (от греческого «эссон» — слабейший, то «есть слабее гиацинта).

Наша страна славится самоцветами, и гроссуляр за­нимает не последнее место среди них. Открытый еще в 1790 году в россыпях на берегах реки Вилюй в Восточ­ной Сибири академиком Э. Лаксманом, этот камень на­ходят сейчас не только там. Известны прекрасные грос­суляры из месторождений у поселка Витим Свердловской области, с родины русского писателя Д. Н. Мамина-Си­биряка, любившего и тонко понимавшего камень.

Вообще самоцветам дана какая-то колдовская сила воз­действия на чувства людей. Но ничего чудодейственного здесь нет. Просто человек обладает замечательным свой­ством души понимать красоту, удивляться ей и любить. Цветной камень дает для этого все основания. Иногда любовь к нему переходит в (поклонение, рождающее суе­верия. Сколько их связано с камнем! Не обошла сия ча­ша и гранат, или червленый яхонт, как звали его на Руси. В русских старинных лечебниках писалось: «Кто яхонт червленый при себе носит, снов страшных и лихих не увидит, еще кто яхонт носит в перстне при себе, тот и скрепит сердце свое, а в людях честен будет».

В старинной «Торговой книге» темно-красной разно­видности траната — бечете — посвящена такая «реклама»: «Бечета сердце обвеселит и неподобные мысли отгоняет, разум и честь умножает, от грома и неприятностей обо­роняет и от губительного поветрия морового сохраняет…» Считалось, что бечета способствует благополучному рож­дению ребенка. На помощь граната возлагали надежды и страдающие от бессонницы: им казалось, что стоит .по­ложить яхонт под подушку — и крепкий сон обеспечен. Словом, верили люди, что гранат и тяжелые думы про­гонит, и от беды охранит, и от болезни излечит. А вправ­ленный в перстень и носимый на правой руке, он якобы, наделяет способностью предвидеть будущее.

Многочисленные маги, астрологи, пророки и даже фи­лософы прошлых веков считали, что каждый камень свя­зан со своей планетой или знаком Зодиака. Таких знаков двенадцать, как месяцев в году, и каждому соответствует свой камень-талисман. Талисманом людей, родившихся например «в январе, считался гранат: его даже называли зимним камнем, самоцветом начала года.

Есть еще у человечества язык символов. Кто из вас не слышал, что белый цвет, (например, символизирует чистоту помыслов и чувств; что красная гвоздика — сим­вол верности, борьбы? На этом языке красный гранат (яхонт) — знак страсти, верности, любви.

Около 80 лет назад к модному петербургскому ювели­ру Р. М. Фишу пришла молодая незнакомка. Она зака­зала мужской перстень с густо-малиновым уральским рубином. На обороте предназначенного для подарка перстня заказчица попросила сделать гравировку: «Фе­дор Шаляпин, год 1903». Смысл подарка был ясен юве­лиру: ведь рубин означает большую, внезапно вспыхнув­шую любовь. В знак преклонения перед талантом вели­кого певца заказчица пожелала вставить камень не обыч­но, прямо, а с наклоном.

Подарок делался с душою: мастер лично знал Шаля­пина и глубоко чтил его могучее дарование. Вскоре перстень был вручен певцу, и несколько лет Шаляпин носил его на мизинце правой руки. Затем Федор Иванович обратился к Р. М. Фишу с просьбой расширить перстень, так как он стал тесноват. Ювелир предложил певцу другой, с великолепным гранатом, и тот очень по­нравился Шаляпину. На долгие годы гранатовый перстень стал для Шаляпина и талисманом, и символом его пре­данности искусству.

Гранат служит искусству с тех пор, как человек на­чал использовать камень в качестве украшения. Счита­ется, что этот благородный самоцвет служил материалом для самых древних украшений из камня. И много позд­нее, в средние века, он использовался наряду с прочими «видами цветного камня и в ювелирных изделиях, и во флорентийской теневой мозаике.

Обрабатывать гранаты, особенно красные, довольно трудно из-за их высокой твердости. Зато это свойство по­зволяет использовать камни неювелирного качества для обработки других, менее твердых материалов. Такие гра­наты называются абразивными, или техническими. Некоторые виды гранатов (например, альмандины), обладают «магнитностью». Об этом знали очень давно. С силой притяжения граната сравнивалось даже очарова­ние любимой. Вот строки, написанные арабским поэтом начала XI века: «Как ты притянула мое сердце, так не смог бы притянуть гранат соломинку» (Абу Ах­мед Мансур ибн Мухаммед, судья Герата, умерший в 1048 году).

Сейчас ферромагнитные свойства граната определили его новую профессию. Он стал основой быстродействую­щих электронно-вычислительных машин, способных про­изводить более миллиона операций в секунду. Такие ма­шины применяются, (например, в космонавтике.

Потребность в гранатах настолько велика, что возник­ла необходимость получать их искусственно. Работы по синтезу гранатов увенчались успехом, и сравнительно недавно в нашей стране получены синтетические крис­таллы. Их можно гранить, при этом получаются удиви­тельно чистые сверкающие камни, по игре света не от­личимые от бриллиантов.

Но у искусственного граната есть дело поважнее. Он заменил дорогостоящий рубин в часах и лазерах.

Синтетический гранат сам по себе — произведение искусства. Но по-особому хорош живой камень, не выра­щенный в лаборатории, а возникший из колдовских рас­плавов земных глубин. Гранаты всех цветов и множества оттенков, от прозрачного до черного, создала природа. Нет лишь голубых и синих. Почему? Однозначного отве­та ученые пока не дали. А вот как объясняет красный цвет гранатов индийская легенда.

…Долго страшное чудовище опустошало земли по бе­регам Ганга. В борьбу с драконом вступил отважный царь Ассур. Он был ранен в тяжелом бою, капли его крови падали в воды Ганга и застывали рубинами. Кровь Ассура пролилась и в песок по берегам реки. Здесь она превратилась в гранаты, алые, багряные…

Именно такие гранаты наиболее обычны и для наших пляжных песков. Придите на берег моря, зачерпните при­горшню песка. Вишнево вспыхнут бечеты, малиново за­горятся в лучах солнца венисы, недозрелой рябиной за­светится спессартин, смолисто блеснет гранью суровый меланит. И каждая из этих самоцветных песчинок рас­скажет о семействе сверкающих кристаллов граната — камня интересной и сложной судьбы.