6 years ago
No comment

Sorry, this entry is only available in
Russian
На жаль, цей запис доступний тільки на
Russian.
К сожалению, эта запись доступна только на
Russian.

For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

День 3 апреля 1916 года начался в районе Германии, именуемом землей Гессен, как обычно. Как всегда, мирно катили свои воды Рейн и Везер, тянулись в небо поросшие дубом и каштаном горы, над лугами стояла тишина.
Неожиданно в небе появился огненный шар. Он приближался все ближе и ближе к земле. Пастухи, виноградари и землепашцы, перепуганные, попрятались по домам. Шар пролетел над горами и лугами, над городами и деревнями и упал где-то в лесу.
Но где? Никто не знал. А между тем шар этот, оказавшийся метеоритом, заинтересовал ученых. Его необходимо было найти и исследовать.
Газета с сообщением о Гессенском метеорите попала в руки к Вегенеру, который был в то время на фронте, служил в метеорологической службе. Метеорит заинтересовал ученого. Он стал собирать газеты, где сообщалось о метеорите. Особенно тщательно изучал приводимые там показания очевидцев и в конце концов, обработав эти показания, вычислил траекторию полета небесного камня и установил место его падения. Пользуясь указаниями Вегенера, местные жители быстро нашли метеорит.
Это был один из первых случаев в науке, когда место падения метеорита определялось заочно, чисто математическим путем.
Метеорит был найден, газеты перестали писать о нем, из памяти очевидцев изгладилась картина падения. А Вегенер все не мог выбросить его из головы.
Огромный камень упал на Землю. С какой скоростью должен был он лететь, какой массой обладать, если смог пробиться через всю толщу атмосферы! Какие раны могли нанести Земле метеориты еще больших размеров! Какие раны наносят они планетам, лишенным атмосферы!
И на войне, и позже, в Гамбурге, Вегенер не переставал думать об этом…
С некоторых пор Эльза стала замечать, что Альфред носит в дом ведра с каким-то серым порошком. Ящики с ним прочно поселились в кабинете ученого, вытеснив книги и папки с бумагами. Однажды она спросила:
– Что это за порошок? Он ответил коротко:
– Нужен для моей новой работы.
Она не стала расспрашивать, знала, что Альфред не любит говорить о неоконченном деле.
Сотрудники Гамбургской обсерватории тоже замечали, что знаменитый профессор носит в свой кабинет тяжелые, доверху наполненные порошком ведра. Что происходит в кабинете, однако, никто не знал.
Однажды Курт, зайдя к брату в неурочное время, застал его за удивительным занятием. Посреди комнаты стоял ящик с цементным порошком. Большой столовой ложкой Альфред брал такой же порошок из стоявшего рядом ведра и с силой швырял в ящик. Мелкая пыль разлеталась по комнате, а в ящике образовывалась небольшая ямка.
Это было похоже на детскую игру «в песочек». Курт не выдержал и громко рассмеялся.
– Чем ты занимаешься, Альфред?
– Изучаю рельеф Луны.
– Луны?!
В представлении людей того времени Луна была совершенно недосягаемой. Фантазеры-писатели — те могли, конечно, сочинять рассказы о путешествиях на Луну. Но изучать рельеф Луны у себя в кабинете, да еще таким странным способом — это казалось несерьезным.
– Ты, как всегда, шутишь, — заметил Курт. Альфред подошел к брату. Глаза его горели, голос дрожал и срывался. Мало кто, даже из близких друзей видел Вегенера таким.
– Нет, я не шучу, — произнес Альфред. — То, чем я сейчас занимаюсь, очень пригодится людям лет так через сто, а то и раньше! Да, да запомни мои слова… Что же касается изучения Луны, то оно началось давно, со времен Галилея, со времен его первой зрительной трубы.