3 роки тому
Немає коментарів

Sorry, this entry is only available in
Російська
На жаль, цей запис доступний тільки на
Російська.
К сожалению, эта запись доступна только на
Російська.

Т. Ю. ЛИСИЦЫНА,

кандидат биологических наук

Морж — самый настоящий гигант северных морей, причем отлично вооруженный. Выдающаяся черта внеш­него облика моржа — его великолепные огромные клы­ки, которые имеют и самцы, и самки. К взрослому мор­жу не решится приблизиться даже такой мощный и энергичный хищник, как белый медведь. Замечательны у моржей также их необыкновенно подвижные и гибкие передние ласты, особенно если сравнивать их с беспо­мощными ластами большинства тюленей. Морж спосо­бен обхватить, обнять своими «руками» и нести другого не крупного моржа в воде. Почесываясь, морж достает ластом до любой точки на своем теле. Передним ластом морж может оттолкнуть, подвинуть неуклюжего соседа на лежбище.

Огромный (весом до 2000 килограммов), довольно бесформенный зверь, одетый в морщинистую обвисаю­щую шкуру, покрытую редкими, жесткими малозамет­ными волосами, с большим трудом передвигает по зем­ле свое тело. Когда наблюдаешь моржей на берегу, складывается впечатление, что мощные клыки очень мешают им, невероятно усложняя жизнь. Вот один ве­ликан пытается улечься среди других. Однако на живот ложиться неудобно — длинные клыки упираются в зем­лю и голова оказывается неестественно вздернутой. Лечь на бок тоже не просто — вокруг очень тесно за­легают сородичи и клыки придется положить на одного из них, что вряд ли понравится соседу.

Казалось бы, и в воде клыки мешают моржу. Дейст­вительно, моржу нужны большие усилия, чтобы упра­виться с клыками. Однако, видимо, не случайно в экст­ремальных природных условиях полярных морей сложи­лась и процветает ничем не похожая на других жиз­ненная форма, вооруженная этим необыкновенным ор­ганом. Клыки служат моржу во многих жизненных си­туациях и являются как средством механического воз­действия на среду, так и средством выразительных де­монстраций в процессе социальных взаимоотношений.

Следует подчеркнуть, что в отличие от многих дру­гих ластоногих морж животное сугубо общественное. Всю свою жизнь он проводит в сплоченной группе со­родичей, которая является элементом более крупного стада.

Большую часть своей жизни моржи мигрируют. По­степенно и не спеша, небольшими группами звери сле­дуют весной и в начале лета вслед за отступающими к северу льдами. Лето они проводят у кромки льдов. Здесь они усиленно кормятся на небольших (до 50 мет­ров) глубинах и выходят отдыхать на большие льдины и полярные острова. Именно в момент выхода на лед клыки оказывают моржу неоценимую пользу. Кромка плавающей льдины, как правило, довольно широкая, и чтобы выбраться на высокорасположенную плоскость льда в покачивающемся море, морж как бы заякорива­ется, вонзая клыки в лед, а затем уже подтаскивает громоздкое тело, опираясь передними ластами о край льда. Обычно морж выходит на лед (иногда на сушу) к своей хорошо знакомой группе сородичей. Еще с во­ды он время от времени подает короткие низкие зву­ки — сигнал контакта, оповещения о присутствии. На льдине с моржами редко бывает полная тишина.

Моржи кормятся исключительно донными животны­ми, в основном моллюсками, многие из которых скры­ваются в слое придонного ила и песка. Чтобы добыть свою пишу, моржи, пятясь назад, пропахивают дно клыками, извлекая на поверхность все съедобное. За­тем они медленно проплывают над вспаханными бороз­дами, ощупывают их поверхность своими очень чувстви­тельными усами-вибриссами и присасывающим движени­ем подвижных губ извлекают обнаруженных моллюсков из грунта и тем же. сосущим способом отрывают мяг­кие части моллюска от раковины.

Установлено, что далеко не все моржи мигрируют на лето в высокие широты. Очень большая часть популя­ции (десятки тысяч зверей у тихоокеанского подвида) это исключительно самцы, в основном взрослые и ста­рые, остаются у побережий в местах зимовки. После разрушения льда они выходят на традиционные места малодоступных побережий, выдающихся в море кос и островов, образуя лежбища.

Моржи размещаются на лежбище необычайно плот­но, буквально друг на друге, так, что только часть тела опирается на землю. Это происходит оттого, что на леж­бище существуют предпочитаемые животными участки, которые, как правило, оказываются в центре залежки, и каждый морж ищет возможность разместиться именно там, в самой середине стада. Однако далеко не каждый зверь способен туда пробраться.

Обычно некрупные, более слабые моржи залегают по периферии лежбища, оттесненные сюда крупными. Выбравшись на берег, некрупный морж гораздо дольше доминанта сидит в полосе прибоя, прислушиваясь, при­сматриваясь и принюхиваясь к лежбищу. Он или молча и незаметно втирается в гущу лежащих, или начинает медленно и осторожно передвигаться по периметру за­лежки, принюхиваясь к поверхности почвы и озираясь. Надолго задерживается в разных местах, как бы при­меряется. При малейшей угрозе со стороны доминантов он демонстрирует подчинение и отступает.

На самцовом лежбище, где, видимо, незначительны родственные связи и отсутствуют самки, моржи прак­тически не проявляют общеизвестной заботы друг о дру­ге. Совсем иначе ведут себя их сородичи в размножаю­щихся группах, обитающих обычно на льдах.

В самый разгар зимы, в трескучие морозы — в янва­ре — феврале, наступает у моржей брачная пора. Репро­дуктивные группы тихоокеанских моржей обитают в это время у кромки льдов в Беринговом море. Состоит такая репродуктивная группа обычно из нескольких (около десятка) самок. Нередко эти самки находятся в родственных отношениях между собой, например посто­янно держатся около матери взрослые дочери разного возраста. У большинства самок маленькие или подрос­шие детеныши. До двух лет, пока не разовьются клыки, малыши сосут материнское молоко и пользуются особой заботой матери. Она постоянно следит за моржонком, водит малыша за собой, перекликается с ним и подзы­вает, если он отстанет или отобьется. Малыш тоже с самого своего рождения покрикивает тонким голоском, постоянно информируя мать и окружающих о своем ме­стопребывании и состоянии. Он неотступно следует за матерью и в воде и на льдине среди других моржей.

Обычно мать берет малыша, даже новорожденного, с собой в воду, на кормежку. При этом самка может буквально нести детеныша, обняв его передними ласта­ми или посадив иа спину, где моржонок прочно дер­жится, обхватив мать передними и задними ластами, словно прилипнув к ней. На месте питания мать должна нырнуть за кормом на дно и может оставить малыша на поверхности воды. Однако она может занырнуть и вместе с моржонком, особенно если тревожится за него, чувствуя опасность. Привязанность моржихи к малышу безгранична. Наблюдали, например, как, пережидая не­погоду, самка двое суток держала в передних ластах мертвого детеныша так, что его свесившаяся голова все время находилась над водой.

Достаточно заботливо относятся к малышу и все члены материнской группы. В случае гибели матери моржонка опекают и уводят от опасности все взрослые из ее стада. Случалось, что, несмотря на то что на льдине были люди, взрослые моржи возвращались за кричащим малышом, сталкивали его в воду и уводили или уносили с собой.

Если все складывается благополучно, жива и здо­рова мама, выживает малыш, то он еще долго остается в материнской группе, пользуясь ее покровительством. Обычно детеныши-самочки остаются в родном стаде на всю жизнь и со временем, в свою очередь, пополняют группу собственным потомством. Детеныши-самцы под­растают возле матери приблизительно до 7 лет, а затем их как соперников изгоняет живущий в группе взрос­лый самец. Этот взрослый самец, как раз тот из актив­ных самцов, который не примыкает к ленивому, пассивному резерву — самцовым скоплениям (самцовым леж­бищам), а избирает для себя хлопотную интенсивную жизнь в репродуктивном стаде.

Итак, в районах зимовки и размножения скаплива­ются репродуктивные группы самок с одиночными сам­цами в каждой из них. Эти группы распределяются по отдельным льдинам на расстоянии видимости одна от другой. К районам размножения стягиваются и немно­гочисленные активные холостые самцы. До поры они держатся обособленно.

Со временем нарастает брачная активность моржей, и морские исполины все чаще и чаще проводят свои удивительные свадебные демонстрации. При этом самец покидает «насиженное» место возле самок, спускается в воду возле льдины на свой излюбленный участок ак­ватории и заныривает. Минуты через две он бурно и шумно появляется, сопровождаемый клокочущим водо­воротом. Словно мощная торпеда, с сопящим выдохом выносится он из кипящей воды почти по грудь, потом замолкает, устанавливает клыки вдоль поверхности во­ды и издает уникальный звук барабанной дроби с по­мощью частого дробного стука собственных уплощенных зубов. Затем морж, словно огромный поплавок, раздув свой глоточный мешок, ненадолго зависает, опустив го­лову в воду, делает два-три шумных выдоха и вдоха, приподнимая голову над водой, щелкает зубами, корот­ко свистит и, круто изогнув спину, снова уходит под воду. В глубине воды раздается поочередно барабанная дробь и еще один, невозможный для других животных звук колокола, который образуется посредством колеба­ния воздушных глоточных мешков.