3 роки тому
Немає коментарів

Sorry, this entry is only available in
Російська
На жаль, цей запис доступний тільки на
Російська.
К сожалению, эта запись доступна только на
Російська.

Е. С. НЕПРИНЦЕВА

Услышав слово «песец», многие читатели вспомнят о красивом воротнике. Некоторые люди простодушно уверены, что этот зверь существует на свете для того, чтобы человек из его шкуры шил себе теплые шубки. Сотни лет человек промышлял песца ради великолепно­го теплого меха. Много лет изучал его как массовый охотничий вид, но все-таки взгляд через прорезь ружей­ного прицела оказался довольно поверхностным. Мир песца стал открываться ученым сравнительно недав­но, когда они заглянули к нему в дом, как гости, и по­пытались понять, чем он живет. Его считали одиночкой и бродягой, пронырливым и вороватым, а он оказался весьма симпатичным зверем, хорошим семьянином и на­стоящим хозяином, привязанным к своему очагу. Кто же он такой?

Суровая северная действительность заставляет это­го зверя «крутиться» и приспосабливаться. Она выра­ботала у него такой оригинальный стиль жизни, кото­рый присущ скорее перелетному пернатому, чем зверю. Песец — едва ли не единственный вид млекопитающих, который летом живет в одних местах, а на зиму пересе­ляется в другие Все знают, что песец — обитатель Край­него Севера: он живет в полярных районах Европы, Азии и Америки Но это отнюдь не означает, что в лю­бое время года в любой точке за Полярным кругом вы можете его обнаружить или что вы не встретите его в другой природной зоне. Дело в том, что жизненное пространство песца неоднородно по своим условиям В нем можно выделить несколько зон.

Одна из них включает область, где звери норятся и размножаются,— это тундровая зона. Другая образует­ся южной и северной границами регулярных зимних миграций. Дело в том что песец ежегодно перемещает­ся как на юг, так и на север Эта зона простирается от южной части льдов Северного Ледовитого океана до лесотундры и северной тайги, куда песец поднимается по долинам больших рек Иногда зверь не ограничива­ется этой зоной в своих зимних кочевках и уходит на юг — в Европе и Сибири вплоть до широты Москвы, а в Приморье доходит до низовьев Амура. Во время скита­ний по льдам он проникает в самые труднодоступные и удаленные на сотни километров от суши части Ледови­того океана иногда доходит почти до полюса. Постоян­но зимой путешествующего песца справедливо считают бродягой Жизненное пространство песца как бы дышит, сильно расширяясь зимой за счет миграций и сужаясь к лету до зоны, где он корится. Да и сама жизнь его в течение года резко меняется по сезонам. То он добро­порядочный, обремененный семьей оседлый зверь, то бездомный скиталец.

Кочевки песцов — отнюдь не пустое бродяжни­чество и не увеселительная прогулка. Чаще всего они скитаются в поисках корма, когда его не хватает в тундре. Как только зима подходит к концу, песцовый народ стекается обратно в тундру к местам норений Начинается период который принято называть счаст­ливой порой любви. Только счастье песца слегка омра­чается тем, что в начале весны и конце лета самая силь­ная бескормица

Песец относится к моногамам, т е семью образуют одна самка и один самец Его семейная жизнь полна забот и переживаний тревог и радостей, трагедий и ми­нут счастья. А начинается все как обычно они встре­тились и понравились друг другу.

Как песцы выбирают себе пару? Ответить на этот вопрос нелегко. Однако кое-что из личной жизни песца можно узнать, если понаблюдать за ним в неволе. Пред­ставьте себе три вольеры, в которые поселяют несколько молодых песцов. В первую попадают двое самцов и од­на самка: Боб, Кан и Марго. Во вторую — Мэт и Пип (братья Кана) и две особы женского пола: Кроша и Муся. В третьей оказываются вместе Шам (брат Боба), Люк, Мэри и Туся.

Мы решили, что Марго очень нравится Шам, и вско­ре убедились, что наша догадка верна. Марго начала заигрывать с ним: она подскакивала к сетке и ударяла в нее передними лапами напротив Шама, а потом от­скакивала в сторону, приглашая следовать за ней. Ког­да заинтригованный Шам подходил вплотную к сетке, она верещала на него, но иногда благосклонно позво­ляла ему обнюхать себя через сетку. Марго, как мы иногда говорим, положила глаз на Шама. Конечно, Шам не мог не обратить внимание на Марго. Однако он не отличался галантным отношением к противопо­ложному полу и был весьма сдержан в чувствах. По его внешнему виду трудно было угадать, что у него на душе. Во всяком случае к знакам внимания со стороны Марго он относился довольно прохладно.

Можно было бы предположить, что у Шама за внеш­ней суровостью скрывается нежная и трепетная душа, однако за все время его вольерной жизни она так и не дала о себе знать. Скорее всего, он был существом до­вольно простой душевной организации и не переживал каких-либо бурных страстей, кроме азарта борьбы за кусок мяса или сомнений по поводу территориальных конфликтов. Тем не менее на окрестных дам он произ­водил почему-то очень сильное впечатление. По крайней мере кроме Марго ему благоволило и женское населе­ние его собственной вольеры.

Туся была без ума от него. Она приходила в неопи­суемую радость, когда видела Шама, а уж если он при­ближался к ней, то просто теряла остатки своего ма­ленького разума и визжала от восторга. Но Тусе не повезло, так как Шама выбрала себе в супруги Мэри. В отличие от простушки Туси Мэри обладала более практичными мозгами и хваткой. Вообще-то они дру­жили, но Мэри была явным доминантом и иногда довольно жестко подавляла Тусю. Когда Мэри с Шамом образовали пару, она вообще попыталась выжить Тусю из вольеры. Постоянно ходила за Тусей медленным, на­пряженным шагом и мрачно смотрела на нее или пуга­ла Тусю, приближаясь в угрожающей позе, выгнув спи­ну. Туся была крайне подавлена, и пока Мэри не пре­кратила свои агрессивные выходки, чувствовала себя в вольере неуютно.

Что же в это время происходило в первой вольере? Мы оставили ее в тот момент, когда Марго безуспешно пыталась завязать роман с Шамом. Он был не прочь пообщаться с Марго, но ответной страсти, как видно, не питал, да и сетка была серьезным препятствием. Зато сердце Кана уже пылало серьезными намерениями. Ни­мало не смущаясь холодностью Мэри, он пас ее с мрач­ной решимостью комиссара Катании, преследующего си­цилийскую мафию. Марго уже не могла отмахиваться от него, как от назойливой мухи, и вынуждена была об­ращать на Кана больше внимания, чем ей хотелось. В конце концов под давлением внешних обстоятельств и покоренная довольно деликатной настойчивостью своего поклонника она позволила себя уговорить. В один пре­красный день, навсегда выбросив из головы недоступ­ного ей Шама, она с милой беспечностью предалась прелестям семейной жизни с Каном.

У песцов существует сложная церемония приветст­вия, которой они встречают своих родных и близких. Если вы увидите, как один песец подбегает к другому, припадая к земле и вытянув вперед голову, издает гром­кие, похожие на кудахтанье вопли, а хвост его неистово виляет и крутится как пропеллер, то можете быть увере­ны, что этот песец питает нежные чувства к другому. А если вы приглядитесь, то заметите, что морда у него имеет совершенно особое выражение. Уши сильно при­жаты назад к голове, глаза чуть прищурены, пасть при­открыта, а губы растягиваются назад, приподнимая уголки рта немного вверх. Морда песца буквально рас­плывается в улыбке, ее выражение смягчается, и физио­номия зверя округляется. Так песцы выражают свою привязанность друг к другу в семейной паре или по от­ношению к своим братьям и сестрам, если сохраняют с ними во взрослом состоянии хорошие отношения. В на­ших вольерах братья Кан, Мэт и Пип иногда привет­ствовали друг друга. Так же ведут себя маленькие щенки, когда встречают родителей. Иными словами, в приветствии песцы выражают свое дружелюбие.

Песцы, как и люди, по-разному ведут себя с члена­ми своей семьи. Вот несколько эпизодов из жизни раз­ных семей, которые нам довелось увидеть в тундре и в вольерах.

В семье Анжелики и Гоблина были очень нежные и трогательные отношения. Гоблин, свернувшись клубоч­ком, лежит неподалеку от своей норы. Там, в норе, его самка Анжелика и их недавно родившиеся щенки. Ан­желика не показывается уже несколько часов. Наконец она вылезает, отряхивается, делает несколько неуклю­жих шагов, разминаясь, что-то лениво обнюхивает у входа в нору. Затем оглядывается и уверенной деловой рысцой направляется в тундру, в сторону прямо проти­воположную от Гоблина. Ветра сегодня нет, и они не замечают друг друга (нет запаха).

Через полчаса Анжелика возвращается к норе другой дорогой, и Гоблин первый замечает ее. Он подни­мает голову, и как только видит Анжелику, его губы растягиваются в умилительной улыбке, и еще лежа он начинает приветствовать ее. Вытягивает к ней морду и издает прямо-таки нежные кудахтающие звуки, сначала тихие, но быстро переходящие в громкие радостные воп­ли. Его хвост бьется в траве в приступе безудержного виляния. Она приближается. Он вскакивает и бросает­ся к ней, а она уже мчится навстречу, отвечая ему хрип­ло-визгливым приветствием и молотя хвостом в воз­духе.

Встретившись, они, низко стелясь по земле, пробе­гают несколько метров вместе и потом лежат друг на­против друга, продолжая улыбаться, вопить и вилять хвостами. Некоторое время песцы с обожанием взирают друг на друга, потом, как будто не в силах больше смот­реть, отворачиваются и немного успокаиваются. Однако их хвосты еще время от времени дергаются в приветст­венном вилянии, а губы растянуты в улыбке. Наконец Анжелика встает и, послав Гоблину на прощание еще одно последнее виляние, направляется к норе. Растро­ганный супруг, переполненный счастьем взаимного обо­жания, отправляется в тундру, чтобы обойти свой уча­сток, освежить метки и заодно поохотиться.

Считается, что песцы по своей сути одиночки и об­разуют пару только на один сезон размножения. Но оказалось, что они склонны долго сохранять свои при­вязанности и, если этому не препятствуют никакие об­стоятельства, остаются верны друг другу много лет Например, пару песцов, живущую около большого гнез­довья гусей, встречали в одном и том же месте в неиз­менном составе в течение четырех лет. Все пары, сфор­мированные в вольерах, сохраняли свой состав, если в дело не вмешивались мы и ради эксперимента не пере­саживали зверей из вольеры в вольеру.

Незадолго до того как родятся детеныши, пара пес­цов выбирает подходящий участок с норой и оседает на нем. Теперь до конца лета звери привязаны к свое­му «семейному очагу» и вся их жизнь будет вращаться вокруг него. Что такое участок для песца? Это терри­тория вокруг норы. Но нора ценна не сама по себе, ценность ей придают щенки. Вокруг них сосредоточива­ется жизнь родителей. Щенки — центр вселенной для песца. Это и ядро охраняемого участка, и момент, ор­ганизующий временную активность взрослых, и точка их эмоционального притяжения.

Чем ближе к норе со щенками, тем яростнее ее ох­раняют родители. Предположим, вы вступаете на терри­торию песца. Он еще издали заметит вас, потому что постоянно следит за всем, что происходит вокруг. Даже для отдыха он выбирает такое место, с которого бы хорошо просматривались все подходы к норе, а по воз­можности и весь участок. Увидев вас, он издаст душе­раздирающий вопль «а-а» и направится к вам. Некото­рые поступают похуже: тихо подбегают к вам сзади и, когда вы, ничего не подозревая, любуетесь окружающи­ми красотами, вдруг оглушительно вопят у вас прямо за спиной. Вы стремительно оборачиваетесь и встречае­тесь со взглядом небольшого, несколько неопрятного существа, которое без страха и без особого любопытст­ва созерцает произведенный им эффект. Совсем по-дру­гому ведет себя песец, когда охраняет свой участок от сородичей. Для этого он использует массу всевозмож­ных выразительных средств.

Вернемся в вольеры и посмотрим, как протекает се­мейная жизнь Кана и Марго после того, как у них по­явились щенки. Кан кое-где, там, где считает нужным, метит мочой пучок травы или ствол дерева, подняв зад­нюю лапу — в точности, как это делают собаки. И обя­зательно периодически лает. Песцовый лай — это громкий, высокий 5—7-сложный звук, действительно похо­жий на короткий собачий взлай. Громкость звука нара­стает к концу, и последний слог часто звучит как оглу­шительный вопль. Все эти действия Кан совершает с одной-единственной, но чрезвычайно важной и, если можно так выразиться, емкой целью: заявить всем во­круг о его, Кана, существовании на свете. О том, что вот здесь он живет, здесь его участок, его охотничьи владения, его нора, самка, дети.

Очень важной формой поведения песца становятся территориальные обходы в годы перенаселения, когда границы участков все время проверяются соседями и возникают территориальные конфликты. В такой ситуа­ции самцы вынуждены почти постоянно обходить свои территории, и очень часто происходит взаимное патру­лирование пограничной зоны между участками соседей, которое сопровождается не только запаховым мечением и лаем, но и весьма выразительными позами.

Забота о будущем потомстве не исчер­пывается у песца охраной территории вокруг норы. На­до позаботиться и о самой норе или о другом надеж­ном и удобном убежище для щенков. Хорошая нора в системе песцовых ценностей занимает, наверное, не ме­нее важное место, чем хорошая квартира в представле­нии человека, хотя песцу приходится решать квартир­ный вопрос только в связи с прибавлением семейства. Удобные норы пользуются большой популярностью и составляют своеобразный жилой фонд песцового насе­ления в тундре. Сведения о хороших убежищах песцы долго хранят в памяти и стараются занять их при пер­вой же возможности.

Будни песцов-родителей наполнены обычными жи­тейскими хлопотами: накормить и защитить от опасно­стей своих детей, научить их жить на этой суровой зем­ле. Однако они порой приносят им и минуты настояще­го счастья.

Солнечная безветренная погода. Отец семейства рас­положился со своим выводком на небольшой зеленой лужайке перед норой. Он лежит, и щенки, похожие в своем пушистом буроватом меху на плюшевых мишек, копошатся около него. Карабкаются на спину, возятся друг с другом, а кто-то, рыча, пытается выдрать из ро­дителя клок шерсти. На морде у песца выражение какого-то особого умиротворения, физиономия расплы­лась в еле заметной улыбке Тому, кто увидит эту пасторальную картинку, сразу станет ясно зверь испы­тывает наслаждение

Да, жизнь дается песцу нелегко, но он сохраняет здравый оптимизм Он умеет находить свои маленькие радости и получать от них истинное удовольствие.