6 років тому
Немає коментарів

Sorry, this entry is only available in
Російська
На жаль, цей запис доступний тільки на
Російська.
К сожалению, эта запись доступна только на
Російська.

For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

Птицы значительно различаются по своей величине и характеру полета. Казалось бы, длительные перелеты на тысячи километров с одного материка на другой доступны лишь таким крупным и сильным летунам, как утки, гуси, чайки или хищные птицы. Однако при ближайшем рассмотрении оказывается, что, например, и некоторые колибри весом всего 3—4 грамма летят на большие расстояния, чем лебеди и пеликаны, хотя последние примерно в 2500 раз крупнее. Да и вообще оседлые птицы, всю жизнь проводящие в пределах своей гнездовой территории, составляют исключение, по крайней мере в странах с умеренным климатом. Достойны удивления дальность перелетов, их массовость, высота, на которой они проходят. Прежде чем говорить о других замечательных особенностях миграций, представим себе действительные масштабы этих перелетов во времени и пространстве.

Перелет и отлет птиц

Как удается биологам определять дальность перелетов? Старейший способ, который, несмотря на свою простоту, все еще остается основным источником наших знаний о перелетах птиц, — это наблюдения за птицами, встречающимися в разных местностях в различные времена года, регистрация прилета и отлета отдельных видов, а также изменений их численности. Но только немногих птиц можно обнаружить с такой легкостью, как, скажем, ласточек на телеграфных проводах. Большинство их держится во время пролета близ болот, в зарослях кустарников и т. п.

У многих птиц, внешне похожих друг на друга, характер миграций различен. Поэтому-то наблюдатели при составлении списков авифауны и придают такое большое значение точному определению вида, а иногда и подвида птиц. Самые длинные и самые интересные пути перелетов определялись путем скрупулезного подбора и сопоставления буквально тысяч наблюдений о встречах или отсутствии какого-либо вида в данной местности в определенное время. Так, деревенские ласточки, обычные для некоторых штатов и провинций Канады, отлетают примерно в следующие сроки: Саскачеван — 22 сентября, Северная Дакота — 28 сентября, Миссури— 11 октября, Луизиана — 3 ноября. Зимой касаток только изредка можно увидеть севернее южноамериканского материка. Большинство их зимует в Колумбии, Бразилии, Перу, Боливии, Парагвае и в северной Аргентине. Весной, двигаясь на север, они появляются в Луизиане около 20 марта, Миссури — 7 апреля, Северной Дакоте — 25 апреля, Саскачеване — 30 апреля. Конечно, сроки первого появления ласточек меняются из года в год, различны они также для более теплых и более холодных районов перечисленных штатов. И прилетают касатки» не все сразу: численность их нарастает и падает постепенно, хотя нередко можно увидеть появление или отлет сразу больших стай.

Летние и зимние области распространения деревенской ласточки на американском континенте изображены на рис. 1. Нет никакого сомнения, что касатки дважды в год совершают длительные перелеты из Северной Америки в Южную и обратно. Но данные сезонного распределения еще не говорят о том, где зимуют ласточки из Саскачевана — в Колумбии или в Парагвае. А ведь для многих видов птиц границы зимнего и летнего обитания не так уж далеко отстоят друг от друга, а иногда и в значительной степени перекрываются. Примером может служить американская ворона, которая летом встречается по всей территории Соединенных Штатов и в большинстве районов Канады и Аляски — вплоть до северной границы лесной зоны. Зимой вороны остаются лишь в самых южных частях Канады, но все еще встречаются на большей части территории США. Очевидно, те вороны, которые гнездились и проводили лето в Северной Канаде, должны были откочевать на юг. Однако наблюдение за сезонным размещением ворон дает весьма неопределенные сведения о районах, где этот вид птиц отмечается круглый год. Хотя границы летнего и зимнего обитания птиц часто перекрываются, тщательное наблюдение и сопоставление фактов показывает, что даже в тех случаях, когда данный вид встречается в определенной местности в течение всего года, имеют место «скрытые» миграции. Их признаками может быть временное исчезновение птиц на несколько недель и последующее появление в большом количестве или неожиданные колебания численности птиц одного какого-либо вида. Наконец, нередко можно видеть, как эти птицы, в одиночку или стаями, летят на север весной и на юг осенью. Конечно, каждое отдельно взятое наблюдение можно истолковать по-разному, но в целом они определенно говорят, что птицы периодически мигрируют.

Границы  летнего и зимнего распространения деревенской ласточки

Границы летнего и зимнего распространения деревенской ласточки

Кольцевание птиц

Общее представление о перелетах птиц, основанное на регистрации сроков их появления и отлета, подтверждается также другими, более точными и специфическими методами.

Весьма удобно для биологов то, что ноги птиц покрыты прочными щитками. Это позволяет надевать на них специальные легкие кольца, которые не травмируют птиц и не мешают им. Пальцы препятствуют соскальзыванию кольца. Иногда применяют цветные кольца для мечения небольших групп птиц с тем, чтобы следить за их перемещением без повторных отловов. У некоторых видов птиц кольцуют птенцов, пока они еще не покинули гнезда. Но чаще специальными ловушками или сетями отлавливают взрослых или молодых птиц, кольцуют их и сразу же выпускают совершенно невредимыми. За последние 60 лет в Северной Америке и Европе было окольцовано примерно 15 миллионов птиц. Каждое кольцо имеет не только индивидуальный номер, но и условный адрес, по которому следует сообщить сведения об окольцованной птице, если она где-либо будет обнаружена. В Северной Америке на большинстве колец имеется надпись: «Сообщите Службе рыбы и дичи, Вашингтон». Иногда этот адрес написан сокращенно.

Количество возвратов колец с дальних расстояний в значительной степени зависит от вида птицы. Так, утки и гуси, на которых постоянно охотятся, дают до 20—25% возвратов от общего числа окольцованных. У мелких певчих птиц возврат колец составляет менее 1%, а у птиц, большую часть времени проводящих в полете над океаном, — и того меньше. Повторная встреча окольцованной птицы составляет в итоге лишь две точки пролетного пути, который может быть значительно длиннее, чем прямая линия, соединяющая эти точки на карте. Нередко между временем кольцевания и повторной встречей птицы проходит несколько лет. Конечно, такие сведения дают некоторое представление о продолжительности жизни птиц, но они ничего не говорят о деталях каждого перелета. Например, деревенская ласточка, окольцованная в Саскачеване, была встречена в Боливии. Безусловно, это убедительное свидетельство дальности ее миграций, но со времени кольцевания прошло шесть лет, и за это время она, вероятно, совершила одиннадцать перелетов между Северной и Южной Америкой.

Но, несмотря на ограниченность этой методики, некоторые из тысяч возвращенных колец при удачном стечении обстоятельств дают весьма точную картину перелетов. Например, касатка, окольцованная в Массачусетсе 28 июня, была найдена мертвой (завязла в битуме на крыше дома) 26 августа того же года уже во Флориде. Можно посочувствовать несчастной птице, однако воспользуемся сведениями, полученными благодаря возврату этого кольца. Так как ласточки улетают из Массачусетса только в конце лета, не подлежит сомнению, что для перелета на расстояние 1960 километров понадобилось значительно меньше двух месяцев, прошедших с момента кольцевания.

С другой стороны, некоторые возвраты дают примерное представление о действительной скорости перелета в целом и на отдельных его этапах. Например, пурпурный чечевичник, окольцованный в центральной части Массачусетса во время весеннего пролета на север, был добыт тремя днями позже в Бар Харборе, штат Мэн. Пурпурный чечевичник — зерноядная птица, родственник воробья, и его сезонные перемещения, судя по данным кольцевания, редко превышают 370 километров. И все же эта птица заслуживает уважения: скорость ее полета составляет 35—40 километров в час, и значит, для завершения путешествия ей необходимо было лететь по нескольку часов ежедневно.

Некоторые примеры удивительных перелетов

Один из мелких видов уток, синекрылый чирок, оказался чуть ли не рекордсменом по скорости и дальности перелета. Менее чем за двадцать семь дней одна из этих птиц пролетела 5280 километров от реки Св. Лаврентия, близ Квебека, где она была окольцована, до Британской Гвианы. Таким образом, минимальная средняя скорость полета была около 195 километров в день. Еще более быстрые перелеты уток этого вида, правда при несколько необычных условиях, описаны ниже, в главе 8. Прекрасными летунами, совершающими поразительные по скорости перелеты, являются птицы побережий или болот, включая различных куликов — песочников, ржанок и их ближайших родственников. Один из небольших куликов, американский бекасовидный веретенник, с 24 августа по 12 сентября покрыл расстояние в 3680 километров между побережьем Массачусетса и зоной Панамского канала, т.е. двигался со скоростью минимум 200 километров в день. Американский полулапчатый песочник весом всего около 15 граммов пролетел 3840 километров от Массачусетса до Венесуэлы за 26 дней со средней скоростью 147 километров в день. Но, пожалуй, наиболее быстрым летуном из прибрежных птиц оказался малый желтоногий улит, птица весом около 100 граммов. Он был окольцован на побережье Массачусетса 28 августа и уже 3 сентября убит на острове Мартиника в Вест-Индии. Эта птица пролетела 3090 километров за шесть дней. Даже если считать, что она отправилась в путешествие сразу же, как только ее выпустили, летела все время по прямой и была убита в момент, когда достигла Мартиники, то и в этом случае ее средняя скорость будет составлять 515 километров в день.

Эти данные были получены благодаря массовому кольцеванию некоторых видов птиц, которые, собираясь иногда в больших количествах, дают биологам возможность ловить и кольцевать их достаточно длительное время. Однако есть и другие виды птиц. Они значительно реже собираются большими стаями, но тоже способны перелетать на большие расстояния. Многие птицы побережий, такие, например, как золотистая ржанка, гнездятся в Арктике, а на зиму улетают за экватор, чтобы воспользоваться вторым летом в Южном полушарии. Классическим примером дальних перелетов служат миграции полярной крачки, которая регулярно летит из арктической зоны в Антарктику и обратно. Эта птица родственна обыкновенной крачке. Иногда ее называют «макрелевой чайкой» или «морской ласточкой». Это обычный обитатель океанических побережий и гаваней в летние месяцы. У нее узкие и длинные крылья. Мелкую рыбешку она ловит, ныряя в воду с высоты около метра. Полярная крачка гнездится вдоль северного побережья Азии, Европы и Канады, однако зимой она широко распространена в южных водах Атлантического, Тихого и Индийского океанов (рис. 2).

Перелеты окольцованных полярных крачек. Пункты кольцевания молодых крачек на побережье Северной Америки отмечены булавками с белыми головками, а места, где они были обнаружены через несколько месяцев, — булавками с маленькими черными головками

Перелеты окольцованных полярных крачек. Пункты кольцевания молодых крачек на побережье Северной Америки отмечены булавками с белыми головками, а места, где они были обнаружены через несколько месяцев, — булавками с маленькими черными головками

Два интересных сообщения об окольцованных полярных крачках показывают возможную скорость и протяженность их перелетов. Из большого числа крачек, окольцованных на маленьком острове у берегов Лабрадора в июле и августе, несколько птиц было найдено во Франции, в Западной и Южной Африке. Особенно интересный случай отмечен в 1928 году: крачка долетела до Наталя на восточном побережье Южной Африки, обогнув мыс Доброй Надежды. Она была найдена мертвой всего через 116 дней после того, как ее 23 июля пуховым птенцом окольцевали в Лабрадоре. Через несколько лет другая полярная крачка, помеченная 8 июля в Западной Гренландии, 30 октября того же года была обнаружена в окрестностях Дурбана, близ Наталя. За несколько недель эти две птицы должны были пролететь по крайней мере 13 600 и 15 200 километров соответственно. Если принять во внимание темпы роста птенцов крачки, то становится ясно, что они могли покинуть свою гнездовую территорию не раньше чем через месяц после кольцевания. Следовательно, свое первое осеннее путешествие, равное половине кругосветного, они проделали со средней скоростью 160 километров в день. Некоторые полярные крачки, двигающиеся на юг вдоль восточного побережья Атлантического океана из арктических областей Северной Америки и Евразии, летят далеко за мыс Доброй Надежды — в Индийский океан. Так, полярная крачка, окольцованная на мурманском побережье в СССР, была зарегистрирована в Западной Австралии. Правда, в данном случае между временем кольцевания и повторной поимкой прошел год, поэтому нельзя с уверенностью сказать, летела ли птица в Австралию через мыс Доброй Надежды и часто ли происходят такие дальние перелеты. Тем не менее эти три исключительных примера позволяют думать, что максимальная протяжен­ность перелетов птиц ограничивается не их летными способностями, а скорее размерами планеты.

Поскольку перелеты птиц происходят ежегодно в больших масштабах, естественно задать вопрос: можно ли наблюдать пролет непосредственно? Вероятно, наиболее заметны пролеты уток и особенно гусей, летящих днем традиционным клином и перекликающихся в полете. Однако такой характер миграций свойствен лишь небольшому числу видов. Часто бывает трудно сказать, совершает ли сейчас данная стая перелет или она просто перекочевывает с одного кормного участка на другой, возвращается ли она в подходящее для отдыха место или ищет новые места кормежки.

И все же при внимательном наблюдении специалист отметит некоторые едва уловимые особенности. Во время перелета птицы обнаруживают своего рода «выдержку», не заметную у них в другое время. Нередко они начинают меньше бояться человека и своих естественных врагов. Так, если хищная птица нападает на птицу в мигрирующей стае, это не вызывает среди остальных паники, которая, как правило, возникает в обычных условиях.

Иногда географические факторы вынуждают перелетных птиц группироваться на сравнительно небольшой территории. Это может быть полоска суши, вдающаяся в обширное водное пространство, через которое надо перелететь, или горные хребты, перед которыми возникают восходящие потоки воздуха, удобные для парения. Например, во время осенних миграций большое количество мелких птиц, прежде чем пролететь оставшееся расстояние над водой, собирается на мысе Пели, вдающемся на несколько километров в озеро Эри (штат Онтарио). Такие же концентрации мелких птиц наблюдаются на мысе Мэй в штате Нью-Джерси. «Ястребиная гора» в центральной части Пенсильвании служит своеобразным «эскалатором» для пролетных хищных птиц. Здесь птиц поднимает вверх воздушный поток, который отражается от склонов одного из Аппалачских хребтов. Конечно, подобные случаи встречаются исключительно редко. Чаще же птицы дважды в год появляются и исчезают, не привлекая особенного внимания к своим перелетам.

Ночные перелеты

Одна из причин, по которой перелеты нередко происходят незаметно, состоит в том, что птицы в большинстве случаев летят ночью. Конечно, немало их летит и днем. Как правило, крупные птицы или те, что могут кормиться во время перелета прямо в воздухе, пролетают большую часть расстояния в дневное время. Но мелкие и скрытно живущие птицы предпочитают большую часть времени лететь ночью. Особенно это касается насекомоядных птиц, которые почти все дневное время тратят на поиски корма. К дневным мигрантам относятся хищные птицы, голуби, стрижи, ласточки, вороны, некоторые мелкие зерноядные птицы— воробьи и вьюрки, а также цапли, утки и гуси. Мухоловки, иволги, большинство славок и других мелких лесных птиц предпочитают лететь по ночам. Конечно, из этого правила есть немало исключений. Тот факт, что дневные миграции значительно легче наблюдать, чем ночные, приводит к большим расхождениям в получаемых данных. Даже в пределах одного вида в зависимости от времени и места могут встречаться и дневные, и ночные мигранты. Совершенствование методов наблюдения за ночными пролетами, по­вышение их точности позволяют обнаруживать все большее и большее количество видов птиц, мигрирующих под покровом темноты. Это касается многих водоплавающих, ржанок, крачек и целого ряда мелких певчих птиц.

Во время ночных пролетов птицы обычно издают характерные звуки. Нередко они кричат так же, как и днем, что позволяет орнитологам узнавать, какие птицы летят в темноте. Некоторые птицы ночью кричат по-иному, а так как они обычно находятся на большой высоте и разглядеть их невозможно, то и определить их вид часто не удается. Назначение этих криков неизвестно, однако весьма вероятно, что они помогают птицам поддерживать связь и тем самым сохранять стаю. Стаи же, как правило, летят на значительном расстоянии одна от другой и вряд ли могут слышать друг друга.

Один из наиболее эффективных методов наблюдения за ночными перелетами существует уже почти сто лет, и все же его возможности еще далеко не исчерпаны. Это наблюдение с помощью телескопа за лунным диском. Во время массового пролета терпеливый наблюдатель каждые несколько минут может видеть птиц, появляющихся на фоне луны. Иногда специалисту удается определить по характеру полета их видовую принадлежность. И все же в поле зрения телескопа попадает лишь сравнительно небольшое число птиц, так как луна занимает всего 0,5°, или приблизительно одну стотысячную часть небосвода (по дуге). Обычно птицы летят на высоте около тысячи метров от земли. Отсюда понятно, что наблюдатель замечает большее количество птиц, когда диск луны находится низко над горизонтом, и меньшее — когда луна подходит к зениту. Но даже при наилучших условиях этот метод дает возможность заметить лишь ничтожную долю потока птиц, летящих в радиусе нескольких километров вокруг наблюдателя. И все-таки само существование этого метода красноречиво свидетельствует об огромном количестве птиц, которые в период массовых миграций в умеренных широтах совершают ночные перелеты.

В результате применения этого метода удалось установить, что наибольшее число птиц летит в полночь. Неожиданным открытием явилось то, что массовый пролет не всегда сопровождается резким увеличением численности или, наоборот, исчезновением птиц в районе наблюдений. Наблюдатели особенное внимание обращают на стаи птиц, только что появившихся или собирающихся улететь. Понятно, что за ними значительно легче наблюдать, чем следить в телескоп за ничтожной долей (0,001 %) того количества птиц, которые пролетают за ночь над головой наблюдателя. Иногда при наблюдении за лунным диском можно отметить интенсивные ночные перелеты, хотя наутро оказывается, что численность местной популяции птиц не изменилась. В телескоп можно увидеть, как на фоне луны проносятся тысячи птиц, минующих район наблюдения. Они летят издалека, и до рассвета им предстоит покрыть еще сотни километров. Вероятно, птицы, временно опускающиеся на данную территорию или покидающие ее, летят слишком низко, чтобы их можно было учесть с помощью телескопа.

«Марафонский» перелет голубого гуся

Исключительно благоприятный случай для изучения всего пути перелета птиц представился в 1952 г., когда самолет столкнулся с большой стаей мигрирующих голубых гусей. Голубой гусь, ближайший родственник более известной канадской казарки, но равномерно окрашенный в светло-сизый цвет, каждую осень скапливается в окрестностях бухты Джемса (южная часть Гудзонова залива), прежде чем лететь на юг к побережью Мексиканского залива (Луизиана) или в соседние районы Техаса. Вечером 16 октября 1952 г. были замечены необычайно крупные стаи голубых гусей, направлявшиеся на юг из устья реки Кезагами, впадающей в бухту Джемса. На следующий день многочисленные стаи, вероятно голубых гусей и канадских казарок, были замечены летчиками Трансканадской авиалинии на высоте 1800—2400 метров к северу от озера Гурон. Один самолет при столкновении с птицами получил легкие повреждения и был вынужден вернуться в аэропорт Норд-Бэй (Онтарио). После этого случая все пилоты в данном районе были предупреждены о необходимости следить за мигрирующими гусями. 18 октября большие стаи голубых гусей, летевшие на юг, были замечены на высоте около 900 метров в южной части Иллинойса. Наконец, утром 19 октября голубые гуси достигли района Вермиллион Париш в Луизиане. Вероятно, эти сведения относились к одним и тем же пролетным стаям, так как голубые гуси, во-первых, гораздо малочисленнее канадских казарок, а во-вторых, в эту осень они летели особенно концентрированно. Основная группа голубых гусей должна была пролететь около 2720 километров по курсу, отмеченному на рис. 3, от реки Кезагами до района Вермиллион Париш примерно за 60 часов, т. е. со средней скоростью около 48 километров в час. Поскольку голубые гуси могут летать со скоростью от 65 до 70 километров в час, они или мало отдыхали в пути, или летели все 60 часов, но несколько отклонялись от кратчайшего маршрута. Какие бы предположения ни делались относительно их поведения во время перелета, ясно, что в пути они лишь очень редко и ненадолго отвлекались от последовательного движения на юг.

Приблизительный маршрут голубых гусей, замеченных в южной части залива Джемса (белый кружок) и через 60 часов прилетевших в Луизиану. Начало этого осеннего перелета следует искать где-то в районе гнездовий этих птиц у Гудзонова залива

Приблизительный маршрут голубых гусей, замеченных в южной части залива Джемса (белый кружок) и через 60 часов прилетевших в Луизиану. Начало этого осеннего перелета следует искать где-то в районе гнездовий этих птиц у Гудзонова залива

Миграции других животных

Из всего сказанного о замечательных перелетах птиц было бы ошибочно делать вывод, что ежегодные миграции характерны лишь для этой группы животных. Разумеется, высокие летательные способности позволяют птицам значительно легче совершать дальние путешествия, чем животным с ограниченными возможностями передвижения. Но и среди млекопитающих есть хорошо летающие животные — летучие мыши. И хотя они не так заметны, меньше изучены и, наконец, не так популярны, как птицы, они тоже могут достаточно успешно совершать перелеты. Сезонные наблюдения за появлением и исчезновением летучих мышей проводились путем мечения тысяч их особей, причем некоторые были встречены на значительных расстояниях от места мечения. Все летучие мыши, распространенные в умеренных широтах, питаются насекомыми, но зимой этот вид корма почти полностью исчезает. Летучие мыши либо впадают в спячку в каких-нибудь прохладных, но не промерзающих убежищах, например в пещерах, или мигрируют на юг, где и зимой есть насекомые. Впервые предположение о том, что летучие мыши улетают на юг, возникло, когда обнаружилось, что некоторые виды их в Европе, на севере США и Канады весьма редко встречаются на зимовках в пещерах, хотя летом они здесь очень многочисленны. Позднее кольцеванием было показано, что даже те летучие мыши, которые зимуют в пещерах, обычно мигрируют на 240—320 километров от мест летнего обитания в какую-нибудь определенную пещеру, выбранную в качестве зимнего убежища.

В юго-западной части Соединенных Штатов обитает особый вид насекомоядных летучих мышей — мексиканский складчатогуб. Эти животные местами чрезвычайно многочисленны, особенно в пещерах такого типа, как Карлсбадская в Нью-Мексико. Многие тысячи этих летучих мышей были окольцованы в юго-восточных штатах и в Мексике, а затем часть их была обнаружена в северной и центральной Мексике в 1280 километрах от Нью-Мексико и Оклахомы. В Европе с помощью кольцевания также удалось проследить за перелетами летучих мышей, самый дальний из которых был совершен из Дрездена на северо-восток — в Литву.

Однако и некоторые млекопитающие, не способные летать, тоже совершают далекие путешествия. Так, киты, за которыми охотятся из-за их мяса и жира, были помечены специальными безвредными гарпунами, и некоторые из них позднее добыты за сотни километров от места мечения. Как известно, тюлени тоже мигрируют с мест размножения, например с известных островов Прибылова в Беринговом море на юг до тропических вод Тихого океана, и обратно. Даже те млекопитающие, которые могут путешествовать только «пешком», совершают сезонные миграции на 160 и более километров, как некогда бизон в американских прериях или канадский северный олень — обитатель арктических тундр.

Морские черепахи проплывают в океане сотни километров от районов своего обычного обитания до песчаных побережий, где они откладывают яйца. Так, черепахи, которые вывелись в средней Атлантике на песчаных отмелях около острова Вознесения — приблизительно на полпути между Африкой и Бразилией, — мигрируют на запад до берегов Южной Америки и вновь возвращаются к этой маленькой группе островов. Другие черепахи мигрируют от берегов Флориды в отдаленные части Карибского моря. Даже некоторые мелкие черепахи, обитатели прудов и рек, мигрируют на несколько сот метров или даже на полтора-три километра от их обычного местообитания до песчаных участков, удобных для откладки яиц.

Рыбы также совершают удивительные миграции как в океане, так и в пресных водах. Всякий слышал о лососях и других рыбах, которые большую часть года проводят в море, часто за сотни километров от берега, но весной подходят к устьям рек и поднимаются по ним, преодолевая для достижения нерестилищ даже водопады. Многие другие рыбы совершают такие же миграции к местам нереста из глубоких озер по впадающим в них маленьким речкам. В водах океана тоже происходят обширные миграции, которые, однако, значительно сложнее изучать из-за трудностей лова или наблюдения за рыбами, плавающими на огромные расстояния и на больших глубинах.

Миграции не являются монополией только позвоночных животных. Кальмары, например, мигрируют по крайней мере на 160 километров вдоль берегов Европы. Для многих морских ракообразных характерны вертикальные миграции с глубин в несколько десятков метров к поверхности океана. По ночам через каждые 24 часа они всплывают на поверхность, перемещаясь таким образом примерно в те же условия слабого освещения.

Но наиболее хорошо известны и во многих отношениях наиболее удивительны миграции насекомых. Многие насекомые настолько мелки и так плохо летают, что могут путешествовать лишь благодаря ветру, далеко уносящему своих пассажиров. Некоторые из них часто уносятся вверх восходящими потоками воздуха, а затем, нередко пролетев сотни километров, очень плавно опускаются на землю, так как сопротивление воздуха значительно выше веса их тел. Пауки специально дожидаются благоприятного сочетания ветра и восходящих потоков воздуха, а затем выделяют длинные шелковистые паутинки, которых оказывается достаточно, чтобы подняться с земли. Но, помимо этих пассивных путешественников, среди насекомых есть и много хороших летунов, способных активно мигрировать на большие расстояния и почти так же хорошо придерживаться определенного маршрута, как это делают птицы и летучие мыши.

Бабочка-данаида

Так как насекомые очень малы, а численность их достигает астрономических величин, наблюдение за каждым насекомым в отдельности почти невозможно. Об их миграциях судят почти исключительно по данным несложной, хотя и трудоемкой регистрации их сезонного появления и исчезновения. Этот способ наблюдения убедительно показал, что различные бабочки, некоторые виды мотыльков и, возможно, некоторые стрекозы способны мигрировать на многие десятки и сотни километров. Недавно была испробована методика индивидуального мечения бабочек-данаид— многочисленного и далеко мигрирующего вида. Эта бабочка весит всего 0,4 грамма и значительно легче даже самого маленького колибри. Все же это сравнительно крупные бабочки, но если наблюдать их в полете, то создается впечатление, что они должны ежеминутно присаживаться на землю и отдыхать. Трудно поверить, что такие тонкие, словно бумажные, крылышки могут уносить этих хрупких насекомых на сотни километров во время регулярных ежегодных миграций. Многолетние наблюдения за сезонным появлением и исчезновением данаиды и других бабочек позволили биологам сделать предварительный вывод, что они мигрируют на значительные расстояния в северном и южном направлениях, несмотря на господствующие ветры и такие географические барьеры, как реки, озера или горные массивы.

Недавно это предположение было подтверждено и дополнено путем одновременного массового мечения, проведенного под руководством Ф. А. Уркхарта из Торонто. Метки представляли собой маленькие пронумерованные полоски бумаги, которые наклеивали на крылья. Таким способом с помощью энтузиастов и биологов-любителей были помечены многие тысячи бабочек-данаид. Некоторые из них, помеченные в Торонто (Онтарио), были обнаружены на острове Лонг-Айленд около Нью-Йорка и даже южнее, вплоть до Флориды и Техаса (рис. 4). Самое быстрое путешествие на очень большое расстояние совершила бабочка, выпущенная в Онтарио 13 сентября и пойманная за 2150 километров южнее, в Техасе, 25 октября того же года. Минимальная средняя скорость этого путешествия составляла 51 километр в день. Самый дальний из известных перелетов совершила данаида, прилетевшая из Онтарио в район Сан-Луис-Потоси в Мексике. Этот перелет занял у нее 4 месяца и 7 дней. Она не установила абсолютного рекорда скорости, но покрытое ею по воздуху расстояние поразительно — 3000 километров!

Бабочки-данаиды, помеченные около Торонто (белый кружок), в следующую осень были обнаружены в местах, обозначенных черными точками. Перелет в Мексику протяженностью около 3000 километров был совершен за 4 месяца и 7 дней, а перелет одной бабочки в Техас занял всего 42 дня

Бабочки-данаиды, помеченные около Торонто (белый кружок), в следующую осень были обнаружены в местах, обозначенных черными точками. Перелет в Мексику протяженностью около 3000 километров был совершен за 4 месяца и 7 дней, а перелет одной бабочки в Техас занял всего 42 дня

Мы слишком мало знаем о миграциях данаид и других бабочек, кроме самого факта, что они пролетают расстояния, сравнимые с перелетами птиц. И прежде чем мы вернемся к более изученным миграциям птиц, важно отметить громадный энергетический запас бабочек, позволяющий им совершать перелеты из Торонто к берегам Мексиканского залива в течение нескольких недель. Невольно создается впечатление, что наши современные познания в биологии нередко ограничены лишь частичным объяснением ее наиболее простых проблем.