7 років тому
Немає коментарів

Sorry, this entry is only available in
Російська
На жаль, цей запис доступний тільки на
Російська.
К сожалению, эта запись доступна только на
Російська.

В настоящее время человек своей деятельностью нередко опре­деляет границы произрастания различных растений, воздействует на растения и их сочетания. В своей хозяйственной деятельности человек расширяет ареалы одних растений, вводя их в куль­туру в новых районах, например, культивируя чайный куст, пробковое дерево, хлопок и другие южные растения далеко к северу от естественных границ их произрастания.

Осушая болота, орошая безводные пустыни, продвигая земле­делие, плодоводство на север, человек преображает лик Земли.

Эта роль человека, преобразователя природы целых районов и областей, особенно наглядно выступает в нашей социалистической стране и находит наиболее яркое выражение в грандиозном плане полезащитных лесонасаждений в степной и лесостепной областях Европейской части СССР, уже осуществляемом в настоящее время.

Основанный на долголетнем и разнообразном изучении при­родных условий этой территории, план полагает в основу учение Докучаева — Костычева — Вильямса и предусматривает насажде­ние лесных полос, создание искусственных водоёмов и внедрение травопольной системы земледелия.

Влияние человека на окружающую его природу имело место, конечно, с самых отдалённых времён, но особенно усилилось за последнее время. Это влияние может быть бессознательным и созна­тельным. Когда первобытный человек собирал в большом коли­честве в лесу, в поле, на лугу те или другие полезные ему расте­ния, то он этим самым изменял соотношения обилия различных видов; когда он выжигал или стравливал степи, то растительный покров претерпевал большие изменения и т. д. — всё это примеры бессознательного влияния. Бессознательное влияние человека могло приводить к положительным для человека результатам, но часто влекло за собой отрицательные изменения растительно­сти. С другой стороны, бессознательный отбор, производимый первобытным человеком, привёл, по Дарвину, к формированию ряда культурных растений. Что касается сознательного влияния человека на растения, то оно в большинстве случаев приводит к положительным результатам, так как искусственный отбор является средством к улучшению тех или иных видов и к созданию новых культурных растений. В результате сознательного влияния мы можем улучшить также растительные сочетания и конструи­ровать новые.

Влияние человека в данное время на растительный покров так разносторонне и глубоко, что, пожалуй, с трудом можно найти место на земной поверхности с совершенно неизменённой растительностью. Многие типы растительности являются полукультурными или даже возникшими всецело в результате деятельности человека. Так, наши северные суходольные луга возникли на месте уничтоженных лесов, заливные луга в поймах рек занимают места вырубленных пойменных лесов, наши обширные березняки и осинники — результат многократных порубок первобытных лесов и т. д.

Не меньшие изменения произошли в первоначальной флоре, которая, с одной стороны, обогащается новыми видами, прежде в данной флоре не содержавшимися, а с другой — лишается неко­торых видов. Так, например, какой-нибудь степной район может совершенно лишиться большого количества степных видов вслед­ствие распашки в этом районе степей; в ближайших окрестностях городов замечается постепенное исчезновение более редких видов; если некоторые виды ещё не исчезли, то обилие их (число экземпля­ров) резко падает. Поднимается вопрос об охране редких и интересных растений, что у нас составляет задачу Всероссийского общества охраны природы.

Синантропные растения. Обогащение флоры человеком может быть сознательным и бессознательным. До недавнего времени имело место главным образом последнее. Целый ряд видов расте­ний, помимо воли человека, сопровождал его при его расселении, следуя за ним. Сюда относятся сорные растения, иначе называе­мые синантропными (т. е. связанными с человеком, от греческих слов «син» — вместе, «антропос» — человек.) Среди сорных ра­стений можно различать несколько групп: археофиты — сорняки, существовавшие ещё в доисторические времена, неофиты — сор­няки более нового времени, для которых можно указать иногда даже год их появления. Как археофиты, так и неофиты являются растениями пришлыми, отсутствующими в местной флоре, однако среди сорных растений имеется группа апофитов — это местные растения, но легко переходящие на культурные и другие место­обитания, создаваемые человеком.

Из числа археофитов назовём ряд растений, известных для поселений человека каменного века: куколь (Agrostemma Githago), белая марь (Chenopodium album), дымянка (Fumaria officinalis), ярутка (Thlaspiarvense), лопух (Arctium Lappa), посевной васи­лёк (Centaurea cyanus), лебеда (Atriplex hastata), посевной костёр (Bromus secalinus) и многие другие.

Из неофитов, занесённых в Европу, можно указать следующие: водяная чума (Elodea canadensis) — появилась в 1836 г. (из Север­ной Америки), мелколепестник (Erigeron canadensis) — появился в  XVIII  столетии  (из  Северной Америки),  энотера  (Oenothera biennis) — в начале XVII столетия, мимулус (Mimulus luteus) — в 1850 г., недотрога мелкоцветная (Impatiens parviflora) — в сере­дине прошлого столетия и др.

К числу апофитов можно отнести немало растений местной флоры, легко становящихся сорняками. После распашки степей ряд степных видов начинает произрастать в посевах, в огородах, на насыпях, у дорог и т. п. Так, в посевах встречаются нередко в гораздо большем обилии, чем на целинных степях, такие степ­ные виды: резак (Falcaria vulgaris), льнянка (Linaria Biebersteinii), чина клубненосная (Lathyrus tuberosus), будяк (Carduus hamulosus), шалфей (Salvia nemorosa) и др.; у дорог очень обычны: василёк (Centaurea diffusa), австрийская и полевая полыни (Artemisia austriaca и A. campestris), люцерна жёлтая (Medicago falcata), типчак (Festuca sulcata) и др.

К группе апофитов относится ряд видов, из которых одни более, а другие менее легко переходят на культурные местооби­тания и являются сорными то в большей, то в меньшей степени. Эта группа постепенными переходами связана с пришлыми сор­ными растениями.

Большинство пришлых сорных растений поселяется на куль­турных почвах или на местах, лишённых первоначальной расти­тельности (у поселений, при дорогах, на искусственных обнажениях и др.). Те виды, которые приурочены к посевам, назы­ваются сегеталъными (от латинского слова «сегеталис» — пашен­ный), а произрастающие на мусорных местах, у жилья — рудералъными (от латинского слова «рудералис» — мусорный, сор­ный). К числу первых нужно отнести: посевной василёк, куколь, посевной костёр, тысячеголовник (Vaccaria parviflora) и др., к числу вторых — лопух (Arctium lappa), белену (Hyoscyamus niger), виды будяка (Carduus), ряд крестоцветных (особенно Sisymbrium Loeselii) и др. Некоторые виды растут почти исклю­чительно вдоль дорог, как, например, спорыш (Polygonum aviculare), на юге также якорцы (Tribulus terrestris) и др.

Способы заноса пришлых растений могут быть очень разно­образны: семена заносятся при посредстве транспорта (железные дороги, судоходство и др.), вместе с товарами, с зерновым и семен­ным материалом и т. д. Войны и связанные с ними передвижения людей и транспорта имеют исключительное значение в этом отно­шении.

Пришлые растения, связанные почти всегда с человеком, редко переходят в дикую природу. Здесь они, встречаясь с местными дикорастущими растениями, быстро погибают. Лишь в редких случаях они входят в состав местных сообществ и даже вытес­няют туземные виды; так, например, указанная выше водяная чума почти повсеместно встречается в речках и ручьях в Европе. Энотера встречается по песчаным берегам рек и вообще по песчаным местам, производя впечатление дикорастущего ра­стения.

Большинство пришлых растений поселяется на местах с раз­реженной растительностью, на насыпях и др.; в случае зарастания этих местообитаний сплошным растительным покровом пришлые растения быстро исчезают, вытесняемые   местными   растениями.

Подобно пришлым, и культивируемые человеком растения переходят в дикую природу лишь в виде исключения. Так, в зна­менитом саду Разумовского под Москвой культивировалось в начале XIX столетия не менее 8000 видов, однако они не перешли в дикую природу, если не считать одного недавно найденного близ Горенок американского растения (Sisyrinchium angustifolium); в Никитском ботаническом саду, близ Ялты, за всё время его суще­ствования культивировалось не менее 10 000 видов, из которых одичало не более 1% видов (Станков); в ботаническом саду Деми­дова, существовавшем в конце XVIII столетия в Москве на месте современного Нескучного сада, насчитывалось, не считая дикора­стущих, около 2000 видов, из которых сейчас встречаются лишь недотрога (Impatiens parviflora) и коноплевидная крапива (Urtica cannabina). Московский ботанический сад за всё время своего существования (более 200 лет) совершенно не обогатил местную флору, если не считать недотроги мелкоцветной.

Лишь в очень редких случаях растения из ботанических садов проникают в местную природу; так, недотрога мелкоцветная местами встречается в большом обилии и, например, в Нескучном саду, в Москве, иногда развивается сплошь, вытесняя все другие растения; по берегам рек в западной части Европейской террито­рии СССР местами даёт заросли аир (Acorus calamus), культивиро­вавшийся как лекарственное растение. Однако примеров подобного рода очень мало.

Сознательное обогащение флоры человеком. Что касается сознательного обогащения флоры, то здесь вопрос идёт о внедре­нии в естественные группировки растений, полезных в том или ином отношении. Уже давно луговодами применяется приём под­сева ряда злаков и других растений в травостои естественных лугов с целью повышения их качества. То же имеет место в лесо­водстве — подсадка соответствующих древесных пород и закультивирование полей и открытых площадей. В последнее время делаются попытки внедрения (интродукции) новых древесных пород, отсутствовавших в местной флоре, главным образом даль­невосточных или североамериканских.

Однако роль человека не заканчивается только обогащением данной флоры и внедрением отсутствующих в ней видов расте­ний. Человек идёт дальше, создавая новые сорта и виды и делая попытки создать новые растительные сочетания. Происхождение новых видов может иметь место как результат бессознательной или же сознательной деятельности человека. Многие культурные растения возникли в результате бессознательного отбора; укажем также на то, что новые виды могут возникать помимо воли чело­века, только лишь как следствие его хозяйственной деятельности. Сюда относятся интересные новые виды сорных растений, тесно связанные с определёнными культурами и  выработавшиеся в по­следних; так, в посевах ржи выработались особые виды, в посевах льна — другие, в иных условиях совершенно не встречающиеся. В посевах льна выработался даже ряд видов, названных видовым названием «linicola», т. е. произрастающие во льне: рыжик льня­ной (Camelina linicola), плевел льняной (Lolium linicola), горец льняной (Polygonum linicola) и др. Плоды (или семена) всех этих видов по размеру сходны с семенами льна, при обработке не отде­ляются от последних и переходят таким образом в посевной ма­териал. Это — результат длительного естественного отбора, шед­шей под косвенным воздействием человека. В посевах ржи встре­чаем особый подвид погремка (Alectrolophus major var. apterus), который  отличается  от  других  подвидов,  растущих  на  лугах; данный   подвид   называется   apterus,   т.  е.   лишённый   крыла, так как у него семя не имеет широкой крылатой оторочки, как у подвида в естественных сообществах. У этого последнего семена развеваются ветром (крылатое семя), что было бы нецелесообразно для семян сорного подвида,  примешивающихся к зёрнам ржи. Имеется и ещё ряд растений, выработавшихся в условиях различ­ных культур.

Косвенным путём человек способствовал появлению новых видов или форм растений своими ежегодными покосами; так, на лугах появились ранние и поздние формы, т. е. цветущие и плодо­носящие до покоса и после покоса (сезонный диморфизм — см. ниже, стр. 270).

Однако несравненно большее значение имеет сознательная деятельность человека в формировании новых видов, полезных в том или ином отношении. Здесь мы имеем в виду культурные растения, которые известны лишь в культуре и в дикой природе отсутствуют.

Человек и создание новых растений. Исключительно важным вопросом является вопрос о переделке природы ра­стений. Вопрос этот во всю ширь поставлен только в СССР. Правда, ещё до революции Мичурин проводил свои ра­боты по перестройке природы растений, но в то время работы Мичурина почти игнорировались. Мичурин был замеча­тельным экспериментатором, новатором в данном направлении; он разработал новые методы и успешно их применял. Прямым последователем Мичурина является акад. Лысенко. Мичурин производил свои исследования над деревянистыми плодоягодными растениями, Лысенко же свои работы ведёт над травянистыми ра­стениями полевых культур (пшеница, рожь, картофель и др.). Замечательны работы Лысенко над превращением озимых сортов в яровые, исходя из учения о стадийности в развитии растений; это — подлинная переделка природы этих растений. Было выяс­нено, что озимые и яровые сорта представляют по свойству озимости один непрерывный ряд, причём для них различны лишь условия в первой стадии развития — в стадии яровизации (раз­личия в температуре и продолжительности действия низких тем­ператур). Изменение этих условий влечёт за собой и изменение свойств озимости. Не менее интересны работы, связанные с выро­ждением картофеля на юге. На юге урожай картофеля был очень низким, клубни получались мелкие, и вообще картофель подвер­гался различным болезням вырождения. Лысенко выяснил, опять-таки исходя из учения о стадийности, что время образования и роста клубней картофеля очень неблагоприятно, так как в это время почва бывает суха и температура (как почвы, так и воз­духа) слишком высока. В результате клубни получаются очень мелкими. Для получения более хороших урожаев ранних сортов необходимо перенести развитие картофеля в менее жаркий и более влажный период (хотя бы на полмесяца раньше), а для ускорения развития нужна предпосевная специальная обработка клубней. Эта обработка состоит в том, что клубни проращивают при тем­пературе 2—15° в течение 10—15 дней, а затем выдерживают при той   же  температуре  на   свету  25—30  дней.

Что касается вырождения поздних сортов картофеля на юге, то это связано с тем, что его посадка производится в слишком жаркое время, и температурные условия для клубнеобразования неблагоприятны; поэтому необходима более поздняя посадка, чтобы клубнеобразование пришлось на время с более низкими температурами после спадения летней жары. Таким образом, каждая стадия развития будет проходить при наиболее благо­приятных условиях. Это яркий пример управления развитием растения, для чего необходимо глубокое знание экологии растения.

Очень интересны и важны работы Кизюрина по продвижению плодовых деревьев в Сибирь и в северные районы нашей страны. Основная мысль здесь та, что только припочвенная зона в 25— 30 см высотой является наиболее благоприятной для выращива­ния в суровых климатических условиях нежных плодовых пород; выше 30 см при суровых зимах имеет место отмирание стволов и ветвей.

Следовательно, плодовые деревья должны быть не выше ука­занной зоны и иметь стелющуюся форму. Получается особый тип сада — бахчёво-стелющийся (плоды иногда непосредственно лежат на земле), причём главный приём — пригибание дерева и ветвей к земле. Подобный тип сада даёт возможность продвижения на север плодовых пород на 7—8° широты сравнительно с прежними северными границами, т. е. на 700—800 км.

Последний пример показывает, какое значение имеет соот­ветствующее воспитание растения. Индивидуальный подход к ра­стению с учётом всех его потребностей является основой стаха­новского движения в растениеводстве. Мы знаем, какие успехи достигнуты при этом на свекловичных нолях и на многочислен­ных других культурах.

Мичуринское учение о направленном изменении наследствен­ной природы организма путём его воспитания и предоставления ему определённых внешних условий в разные стадии его развития открывает широчайшие перспективы в деле создания раститель­ных форм, необходимых для удовлетворения потребностей чело­века.