Sorry, this entry is only available in
Російська
На жаль, цей запис доступний тільки на
Російська.
К сожалению, эта запись доступна только на
Російська.

For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

Международный геофизический год официально начался 1 июля 1957 года. Но задолго до этого в Антарктиде были созда­ны береговые и внутриконтинентальные станции, на которых производились многие научные наблюдения, предусмотренные программой МГГ.

Четыре станции Советского Союза
Советский Союз к этому времени развернул стационарные наблюдения на четырех станциях: Мирный, Пионерская, Оазис, Восток-1. На станции Пионерской с момента ее организации велись метеорологические и актинометрические наблюдения, а также некоторые наблюдения за снежным покровом.
Перед началом МГГ на Пионерской было решено организо­вать наблюдения над магнитным полем земли. Суровой зимой группа магнитологов, доставленная из Мирного самолетом, и состав станции Пионерской во главе с С. А. Павловым вырыли длинный подснежный коридор от основного помещения станции. Плотный снег пришлось выпиливать пилой, рубить топором, а потом через лаз в крыше вытаскивать снежные кирпичи наружу. В конце коридора были сооружены два немагнитных домика; в одном была установлена автоматическая ионосферная станция, в другом — приборы для абсолютных определений составляю­щих геомагнитного поля.
Перед началом МГГ значительно была расширена станция Оазис. Кроме дополнительных жилых помещений здесь были построены сейсмический, аэрологический, магнитный павильоны, лаборатория земных токов, установлена камера для съемки по­лярных сияний и оборудована фотолаборатория.
Весьма обширным был комплекс наблюдений в Мирном как в области аэрометеорологии, так и по геофизике. Уже с 1 фев­раля 1957 года аэрометеорологи перешли с двухразового на четырехразовое температурно-ветровое зондирование атмо­сферы.
Для облегчения и надежности выпуска радиозондов в зимние месяцы, когда непрерывно дует штормовой ветер, была по­строена специальная вышка с балконом наверху, высотой над поверхностью 11 метров.
Ежедневно в Мирном составлялась синоптическая карта юж­ного полушария. Сбор радиосводок осуществлялся радиоцентром Мирного.
В период МГГ Литл-Америка являлась международным центром погоды в Антарктиде, для которого сводки погоды дол­жен был собирать радиоцентр в Мак-Мёрдо. Между Мак-Мёрдо и Литл-Америкой американцы установили радиотелетайпную связь. Однако связь радиоцентра Мак-Мёрдо со станциями, на­ходящимися в Восточной Антарктиде, была неудовлетворитель­ной. Радиоцентр Мирного регулярно принимал сводки погоды со многих станций Восточной Антарктиды (Моусон, Кергелен, Дюмон-Дюрвиль, Снова и другие) и через свою мощную пере­дающую станцию трижды в сутки передавал их в Мак-Мёрдо. Кроме того, из Мирного в Мак-Мёрдо, а затем и в Литл-Америку передавались основные данные погоды, принимаемые из Южной Америки, Новой Зеландии и Австралии.
В Мирном составлялись ежедневные прогнозы погоды для внутриконтинентальных поездов и самолетов. Для анализа и прогноза погоды использовались все возможные сведения о по­годе, в том числе данные по высотному зондированию.

Станции других стран
Обширный комплекс наблюдений в период МГГ производил­ся на австралийской станции Моусон, где осталось на зимовку 22 научных работника под руководством К. Мазера. В начале 1957 года австралийцы создали еще одну небольшую станцию в оазисе Вестфолл, которая была названа именем капитана Дей­виса. На станции Дейвис в 1957 году осталось на зимовку пять человек.
Станция МГГ была также создана норвежскими учеными в самой западной части Земли Королевы Мод.
Аргентина организовала наблюдения по программе МГГ нэ берегу моря Уэдделла на станции Генерал Бельграно, а также в районе Земли Грейама на станциях Сан-Мартин и Эсперанса.
Чилийская республика имела к началу МГГ шесть станций на западном берегу Земли Грейама и прилегающих островах. Персонал этих станций также работал в соответствии с програм­мой МГГ.
Южно-Африканский Союз, участвуя в работах по антаркти­ческой программе, продолжал наблюдения лишь на станции ост­рова Марион. Ранее южноафриканцы объявили, что они в период МГГ создадут станцию на острове Буве. К этому острову еще в начале 1956 года для подыскания мест высадки и создания стан­ции ходил южно-африканский военный корабль. Но участники экспедиции пришли к заключению, что высадка на этот остров затруднена, а создание станции опасно, так как ураганные ветры смогут сдуть любое строение.
Из 12 стран, участниц антарктических исследований, Бельгия была единственной страной, которая не успела к началу МГГ создать запланированную антарктическую станцию. Эта станция вошла в строй в начале 1958 года.

Первая зима МГГ
Тяжела жизнь людей в бесконечную антарктическую зиму. На побережье почти непрерывно дуют штормовые ветры, бушуют пурги. Нередки и ураганы, особенно в середине зимы — в июле и августе.
В Мирном, Оазисе, Моусоне, Дюмон-Дюрвиле ветер иногда достигает гигантской скорости — более 55 метров в секунду (свы­ше 200 километров в час).
На созданных внутри континента станциях температура ино­гда падала до невиданных доселе пределов. 12 мая 1957 года аме­риканские зимовщики на Южном полюсе зафиксировали минус 73,3°, а 18 октября минус 74,4°. Советские исследователи на стан­ции Восток-1 9 мая 1957 года отметили минус 70,1°, а 13 июля минус 73,2°.
Советские летчики в Мирном всю зиму не прекращали поле­тов. Ежемесячно выполнялась ледовая авиаразведка моря Дей­виса; самолеты летали на север от Мирного до чистой воды, ко­торая в конце зимы находится севернее 60-й параллели. Само­леты в мае, июне, июле и августе, используя каждый день с затишьем, доставляли группы гляциологов на остров Дригаль-ского, на шельфовые ледники.
Часто совершались полеты с посадкой на Пионерскую, в Оа­зис. Неоднократно самолеты летали на Восток-I, куда на пара­шютах сбрасывали оборудование и продовольствие. Метеорологи вели детальное изучение состояния атмосферы над морем и кон­тинентом. По радиозондам, регулярно выпускаемым на станции Восток-I, и на основе высотного зондирования, производимого на самолетах, была установлена интересная особенность. Наиболее низкие температуры в глубине Антарктиды наблюдаются у самой поверхности ледникового купола, а с высотой температу­ра возрастает, причем весьма существенно. Так, в районе стан­ции Восток-I при температуре воздуха у поверхности ледника минус 70° на высоте 300 метров температура была всего лишь минус 40°. Это обстоятельство и позволяло летать в глубинные районы Антарктиды даже зимой. Но посадка была опасной. При 70° мороза резиновые детали становятся хрупкими, как стек­ло, даже металлические части при этом теряют прочность, замер­зает масло и жидкость в тормозных системах шасси.
Но вот в июне со станции Восток-I поступили тревожные вести: два человека опасно больны и их нужно вывезти в Мир­ный. В районе станции Восток-I стояла глубокая полярная ночь.
27 июня 1957 года летчик Миньков и его экипаж вылетели на Восток-I. С большим волнением следил весь состав Второй совет­ской экспедиции за этим ответственным и опасным полетом. Все кончилось благополучно — больные с Востока-I были до­ставлены в Мирный.
В Мак-Мёрдо зимой полеты осуществлял вертолет. 12 июля 1957 года, когда он возвращался на базу, пилот из-за обмерзания ветрового стекла потерял ориентировку, вертолет врезался в лед и загорелся. Во время катастрофы погиб старший бортмеханик Нельсон Коул, пять человек были ранены.
Первый в Литл-Америке длительный полет самолета зимой был совершен 26 августа 1957 года. Пролетев вдоль восточной части барьера Росса, летчики, к своему удивлению, увидели, что море, насколько хватал глаз, было свободно от льдов. Лишь в глубине заливов барьера был виден припай.
Трудной была зимовка на станции Берд. Тракторный поезд из Литл-Америки привез сюда мало продовольствия. Предпола­галось доставить его в дальнейшем самолетами, однако помешала плохая погода. Жилых помещений было также недостаточно, лю­ди спали в тех же строениях, где работали приборы. Лишь весной сюда доставили продовольствие, и затем были построены новые здания.
На станции Амундсен-Скотт начали проходку наклонного снежного шурфа, который служил для гляциологических исследо­ваний. Снежные кирпичи при проходке шурфа поступали в люк снеготаялки, установленной у входа в шурф.
На станции Элсуэрт в первой половине зимы было предпри­нято несколько разведывательных полетов на расстояние до 300 километров от берега. Затем пургами самолеты замело, и к весне их с трудом откопали из-под десятиметрового слоя снега.
На станции Уилкс велись стационарные наблюдения; кроме того, американские гляциологи изучали погоду и лед на выносной станции (пункт Два), расположенной в 87 километрах от берега, на склоне ледникового купола.
Австралийские исследователи выполнили длительную серию наблюдений на временной выносной метеорологической станции на леднике Тейлор, в 100 километрах от основной базы, где про­водились стационарные наблюдения.
На станции Дейвис зимой сильных ветров не было. Объяс­няется это, видимо, тем, что станция расположена вне зоны влия­ния стоковых ветров.
На французской внутриконтинентальной станции Шарко зимовало три человека. Самая низкая температура, минус 62°, наблюдалась в июле. Связь с основной береговой базой Дюмон-Дюрвиль зимой осуществлялась только по радио. В начале июня 1957 года шесть человек совершили поход к югу от основной базы. В 13 километрах от берега они определили толщину льда в 675 метров при высоте над уровнем моря 500 метров. Следова­тельно, коренные породы находятся в этом месте на 175 метров ниже уровня моря.
Необходимо отметить, что в первую зиму Международного геофизического года между исследователями разных стран в Антарктиде установились хорошие, дружеские взаимоотношения, развивавшиеся и укреплявшиеся в последующие годы. Специа­листы разных стран, работавшие в Антарктиде, обменивались по радио научными результатами, советовались, как лучше по­ставить наблюдения, а если представлялась к тому возможность, то встречались лично. Стало уже традицией, что австралийское экспедиционное судно, следуя на свои станции Дейвис и Моусон для смены персонала, заходило в Мирный. В сентябре 1957 года из Моусона на небольшом одномоторном самолете прилетали в Мирный пилот Клеменс, начальник зимовки Мазер и гравимет­рист Гудспид. На ледоколе «Бертон Айленд» приходили в Мир­ный и американцы. Суровая природа и горячее желание ученых всех стран изучить эту природу вызывали чувства взаимного уважения и доверия.