4 роки тому
Немає коментарів

Sorry, this entry is only available in
Російська
На жаль, цей запис доступний тільки на
Російська.
К сожалению, эта запись доступна только на
Російська.

For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

Прежде чем перейти к интересующему нас вопросу, по­пытаемся уяснить, как происходят эволюционные изменения. Труды Чарлза Дарвина окончательно привели ученых к при­знанию теории эволюции органического мира. Дарвин не только представил множество неоспоримых фактов существо­вания органической эволюции, как это делали многие эволю­ционисты XVIII и XIX столетий, но и разработал первую убе­дительную теорию самого процесса эволюции. Одновременно с Альфредом Расселом Уоллесом он выдвинул теорию естест­венного отбора (которую часто ошибочно называют «выжи­ванием наиболее приспособленных»). Естественный отбор основан на следующих двух моментах. Во-первых, любой группе организмов свойственна изменчивость. Ее посредни­ками служат гены. Мутация приводит к наследуемым изме­нениям, а это обеспечивает непрекращающееся возникновение новых форм. Во-вторых, в каждом изученном виде растений или животных, даже у наименее плодовитых, таких, как слоны, олуши и человек, число рождающихся организмов значительно больше того числа, которое, казалось бы, необ­ходимо для поддержания численности популяции на постоян­ном уровне. Из-за высокой детской смертности и довольно значительной смертности взрослых этот излишек не выжи­вает, а вместе с ним исчезают и определенные наследствен­ные признаки. Несомненно, эта избирательная смертность, равно как и дифференциальная плодовитость, — одно из про­явлений действия естественного отбора.

Подобное объяснение механизма эволюции не просто до­гадка. В ряде случаев эволюционные изменения наблюдаются самым непосредственным образом. Так, светлые формы не­которых видов бабочек в промышленных районах, где все покрыто сажей, заменились черными, лучше приспособлен­ными к укрытию от врагов, — пример замещения одной раз­новидности другой. Дарвин предполагал, что разновидности — это зарождающиеся виды, и в настоящее время мы располагаем убедительными доказательствами его правоты (существует также мнение, что разновидности представляют лишь потенциальную возможность формирования новых видов, а при отсут­ствии соответствующих условий способствуют поддержанию целостности вида перед лицом разнообразных природных воздействий).

Лучший способ проверки, являются ли две близкородст­венные формы отдельными видами, — скрестить эти разновид­ности и посмотреть, появится ли у них плодовитое потомство. Лошадь и осла, принадлежащих к разным видам, можно скрестить, но результат этого скрещивания — стерильное по­томство, мул. В некоторых случая от скрещиваний между весьма отдаленными разновидностями появляется потомства с пониженной плодовитостью. Непарный шелкопряд (Porthe­tria dlspar) широко распространен в самых разных районах, включая Западную Европу и Японию. И в каждом районе обитает своя особая «раса» шелкопряда. Эти расы можно скрестить, но полученное потомство если и удается разводить, то лишь с большим трудом. Следовательно, географические разновидности Porthetria dispar находятся на пути к образо­ванию самостоятельных видов. Это еще один пример эволю­ционного изменения, проходящего у нас на глазах.

Ясно, что непосредственное наблюдение эволюционных из­менений, за исключением отдельных случаев, невозможно из-за масштабов времени, в течение которого происходят эти изменения. Тем не менее ископаемые остатки, а также по­стоянная изменчивость растительных и животных организмов, дают нам, хотя бы в общих чертах, представление как о на­правлении, так и о причинах эволюции.