Sorry, this entry is only available in
Російська
На жаль, цей запис доступний тільки на
Російська.
К сожалению, эта запись доступна только на
Російська.

For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

Ландшафтные исследования опираются на такие прин­ципы, которые очень близки основным требованиям научной организации освоения горных территорий. Что же это за прин­ципы, каково их прикладное значение? Каковы формы и спосо­бы их внедрения в те отрасли хозяйства, которые имеют дело с природными территориальными единствами горных стран? Попытаемся рассмотреть некоторые из этих вопросов.

Первым и основным ландшафтным началом, отражающим одну из самых существенных черт природы земной поверхно­сти — ее прерывность, мозаичность, — является принцип территориальной дифференциации (дискрет­ности) (рис. 11.1). Компоненты, как и явления природы гор, не существуют вне природных территориальных единств. Свой­ства последних определяют наличие или отсутствие тех или иных, связанных с горными землями природных ресурсова контуры ПТК данного вида могут рассматриваться как ареалы этих ресурсов. То же самое можно сказать о природно-географических процессах, в том числе вредных стихийных явлениях, ограничивающих хозяйственные мероприятия в горах. Выявле­ние многих существенных особенностей таких процессов и их территориально дифференцированный прогноз целесообразно осуществлять также на ландшафтной основе. Иными словами, зафиксированное и систематизированное на ландшафтных кар­тах естественное деление (дробление) горных территорий на участки различного характера становится неотъемлемой науч­ной основой дифференцированного подхода к оценке, освоению и охране их природных богатств. Учет дискретных свойств кон­кретных горных территорий создает, таким образом, важные предпосылки оптимизации их освоения. Последнее достигается путем планирования и осуществления всех мероприятий, свя­занных с использованием горных земель, по свойственным им разнокачественным типам природных территориальных единств. Принцип комплексности является следующим из важнейших ландшафтных начал познания и освоения горных территорий. «Комплексное использование подразумевает ком­плексное изучение», что «возможно только при внедрении гео­графического метода» (В. А. Анучин, 1972, с. 372). Причем комплексный подход, как уже отмечалось выше, выражается не в том, что в исследованиях принимают участие представители разных научных специальностей и не сводится только к тому, чтобы получить различные комбинации элементов природной среды путем механического наложения их друг на друга. Этот принцип — одна из самых существенных черт ландшафтного ме­тода — основывается на твердо установленном еще В. В. Доку­чаевым научном факте тесной взаимосвязи и сопряженного развития всех компонентов природы. При этом менее зависимые из них рассматриваются как ведущие факторы, определяющие основные особенности остальных и процессы обособления тер­риториальных единиц (см. гл. 1). Полный комплекс существен­ных свойств таких единиц учитывается и при ландшафтной оценке степени их пригодности для определенного практического использования, что, как известно, редко удается при узкоот­раслевом подходе.

Схема проявления в условиях гор ряда значимых для практики ландшафтных принципов

Схема проявления в условиях гор ряда значимых для практики ландшафтных принципов

Все этапы ландшафтных исследований пронизывает прин­цип подчинения (субординации). Он, естественно, не теряет своего значения и при решении вопросов освоения горных земель.

Этим началом определяются, прежде всего, систематические соотношения, то есть последовательность в ряду основных ка­тегорий территориального природно-географического деления земной поверхности. В процессе ландшафтных исследований при определении основных свойств ПТКпрежде всего учиты­ваются свойства тех из входящих в их состав единиц более низ­кого ранга, которые имеют для них индикационное значение, доминируют по площади и встречаемости. Признаки остальных единиц либо вовсе не принимаются во внимание, либо имеют второстепенное значение (см. гл. 6).

При составлении ландшафтных карт принцип субординации дает возможность не повторять на более низких ступенях деле­ния те признаки, которые были учтены на определенном уровне классификационной системы. Эти признаки, как известно, яв­ляются общими для всех более мелких единиц, слагающих дан­ный природный комплекс. Этот же принцип используют и при генерализации карт ПТК. При переходе от крупномасштабных карт к картографическому изображению единиц более высокого ранга (например, стрий), контуры их определяются по господ­ствующим, маркирующим единицам меньшего ранга (в нашем примере — по урочищам). Характеристика полученных укруп­ненных участков дается по фациям доминирующих видов, кото­рые определяют, в свою очередь, свойства этих маркирующих единиц (см. рис. 8.1). Подчиненные по площади, встречаемости и значению территориальные единицы и их свойства в процессе генерализации карт могут быть опущены (см. рис. 11.1).

Такое подчинение второстепенного (по территории либо свойствам) главному является исключительно важным условием не только для выявления основных закономерностей ландшафт­ной структуры, но и для разработки оптимального перечня ва­риантов рекомендаций по рациональному использованию гор­ных земель. Поэтому целесообразность применения в процессе прикладных исследований этого ландшафтного принципа не вы­зывает сомнений.

Нельзя не упомянуть здесь о важнейшем принципе ти­пологии, которым руководствуются при объединении конкретных ПТК определенного ранга в обобщенные типологи­ческие категории, обладающие качественным сходством (см. рис. 11.1). Именно этот принцип дает возможность ландшафтоведу детально изучать большие территории, состоящие из огром­ного числа мелких единиц. Поскольку каждый горный (как и равнинный) ландшафт состоит из повторяющихся сочетаний сходных ПТК, вовсе нет надобности изучать каждый комплекс в отдельности. «Вполне достаточно выбрать по одному из каж­дого встречающегося в ландшафте типа природных комплексов и, изучив их достаточно подробно, распространить свои выводы на все остальные единицы этого типа» (Н. А. Солнцев, 1949, с. 68). Понятно, что это является в то же время достаточным научным обоснованием для соответствующего распространения оценок прикладного характера и систем рекомендуемых меро­приятий по освоению различных горных земель.

Принцип сочетания (комбинирования) каче­ственно различных ПТК не является столь характерным для ландшафтных исследований, как упомянутые выше. Обычно усилия исследователей направлены на объединение участков не с различными, а со сходными свойствами, то есть к типологии. Однако в природе уже установлено существование систем про­странственно смежных физико-географических единиц, связан­ных общностью происхождения и получивших название парагенетических ландшафтных комплексов (Ф. Н. Мильков, 1966). Таковыми являются верховые болота с краевой топью, совокуп­ности балок, оврагов и конусов выноса и т. д. Подобные гене­тически тесно связанные единицы встречаются и в горах (например, скалистые обнажения и осыпи, моренные холмы и торфяно-болотные понижения на днищах каров и др.). Еще шире этот принцип раскрывается в «сопряженных элементар­ных ландшафтах», связанных между собой миграцией химиче­ских элементов (А. И. Перельман, 1966).

При освоении горных территорий нельзя не учитывать упо­мянутые естественно обусловленные сочетания. Но, наряду с этим, возможно и чисто прикладное применение принципа комбинирования, например, при выделении экономических райо­нов путем сочетания горных и предгорных ландшафтов, свя­занных хозяйственным единством (например, ландшафты Кар­пат и Предкарпатья). По тому же принципу, путем сочетания крупных морфологических подразделений предгорных, межгорно-котловинных и низко-, средне-, высокогорных ландшафтов, целесообразно формировать туристские районы. В состав такого района может войти, например, один из ландшафтных секторов межгорной котловины, располагающий транспортными комму­никациями, туристской базой и т. д., и прилегающий сектор гор­ного массива, куда направляются трассы пеших туристских маршрутов, где имеются приюты, канатные дороги, сооружения для обзора, где устраиваются туристские стоянки и т. д. (см. рис. 11.1). Интересны возможные комбинации на уровне высот­ных местностей. Так, например, субальпийские луга пенепленизированного высокогорья в ряде карпатских ландшафтов пред­ставляют собой ценные пастбищные угодья. В то же время они удачно дополняются расположенными ниже карами древнеледниково-эрозионного высокогорья. Выровненные днища каров, изо­билующие источниками и ручьями и примыкающие к лесным массивам среднегорья, являются удобным местом строительства летних помещений для скота и других сооружений. Примером сочетания единиц меньшего ранга могут быть смежные средне-горные урочища склонов, занятых лесами, и узкие днища второ­степенных речных долин, вдоль которых осуществляется вывоз­ка этого леса.

Нельзя не учитывать и принцип односторонних связей, или однонаправленности определяющего влияния. Из­вестно, что внутри каждого ПТК взаимодействие компонентов осуществляется путем материального и энергетического обмена. Обмен существует и между морфологическими частями ланд­шафта, которые не изолированы друг от друга, а представляют собой открытые системы. Поэтому в миграции веществ внутри данного природного комплекса участвует и материал, принесен­ный из других участков. В то же время часть вещества этого комплекса переносится в другие. Обмен осуществляется путем стока, оползания, обвала и скатывания по склону, при воздей­ствии поверхностных и грунтовых вод, воздушных масс, живот­ных и т. д.

Для нас, в данном случае, важно наличие хорошо выраженной однонаправленности более мощного влияний. Она проявляется, например, в том, что одним из «элементарных ландшафтов» принадлежит в большей или меньшей степени определяющее значение в геохимическом сопряжении, а другим — подчиненное. Однонаправленно действуют и многие склоновые процессы (обвально-осыпной снос, оползание, оплывание, плоскостной смыв, линейная эрозия, снежно-солифлюкционное оползание, лавинный снос и др.). К односторонним связям можно отнести и распространенное в горах инсоляционное, ветровое либо дождевое затенение одних территориальных единиц другими.

Расположенные выше комплексы оказывают значительное влияние на те участки, которые расположены ниже. То есть, зависимости обычно направлены вниз по склону. Наблюдается и целый ряд обратных воздействий, например, водоемов, пойм, террасовых комплексов и т. д. на «автономные». Однако эти связи по силе воздействия значительно уступают первым. К ним относится циркуляция водяных паров, перенос ветром различ­ных соединений, содержащихся в воздухе, расселение растений и животных и т. д. (А. И. Перельман, 1966).

Таким образом, на фоне всеобщей взаимосвязи между при­родными комплексами хорошо прослеживается односторонность определяющего влияния (см. рис. 11.1). Она не может игнори­роваться при научном подходе к освоению горных территорий. Это, прежде всего, касается смежных территориальных единиц. Так, при оценке подурочища карового днища приходится тща­тельно изучить вздымающиеся над ним подурочища каровых стен. Последние являются источником таких отражающихся на днище явлений, как осыпи, обвалы, снежные лавины и др., опре­деляют во многом его инсоляционный и ветровой режим, ко­личество и качество поступающей сюда воды и растворенных в ней веществ. В то же время учет окружения при оценке скло­нов кара требует изучения связей не столько с его днищем, сколько с расположенными выше участками пенепленизированного высокогорья.

Не менее ярко проявляется односторонность существенных связей между урочищем крутого склона речной долины и при­мыкающей к его подножью террасой. Поверхностный и подзем­ный сток, сели, оползни и т. д. направлены неизменно к послед­ней и тем самым ограничивают возможности ее хозяйственного использования. Иное дело с нижними (пойменными) террасами непосредственно примыкающими к руслу горной реки. Их свой­ства во многом зависят от режима и эрозионной деятельности реки, которая дренирует, подмывает, а периодически и затапли­вает эти террасы.

Нет необходимости увеличивать число примеров. Важно лишь помнить об этой особенности связей между территориаль­ными комплексами при решении вопросов использования гор­ных земель и учитывать ее, чтобы избежать недооценки воз­можных (нередко грозных) явлений.

Знакомясь с перечисленными принципами можно сделать вывод, что они, по сути дела, являются отражением важных особенностей структуры и динамики комплекса природных условий земной поверхности. Знание и учет этих признаков абсолютно необходимы и при разработке научных основ хозяй­ственного освоения горных территорий. Значит, польза от ком­плексного изучения горных ландшафтов, природных свойств, развития и хозяйственной ценности составляющих их больших и малых единиц несомненна. Вопрос в том, что в настоящее время может дать ландшафтное исследование гор народному хозяйству.

Прежде всего, вероятно, должна идти речь о тех существен­ных, устойчивых различиях природной среды, ее экологического потенциала, «с которыми необходимо считаться при любом ее использовании и которые в значительной степени сохраняют свою дифференцирующую роль даже после ее освоения и пре­образования» (А. Г. Исаченко, 1972 б, с. 424). Эти прикладные сведения содержит общенаучная ландшафтная карта, а та или иная интерпретация и группировка отраженных на ней единиц позволяет получить разные типы прикладных ландшафтных карт.

Характер прикладных ландшафтных карт определяется их целевым назначением. Они, как показал опыт советского ландшафтоведения, могут быть ландшафтно-агропроизводственные (А. А. Видина, Ю. Н. Цесельчук, 1961; К. Т. Кильдема, В. П. Лепасепп, А. А. Райк, 1963; К. И. Геренчук, 1965; К. В. Пашканг и др., 1969; М. И. Позднеева, 1970); мелиоративные, в том чис­ле предназначенные для лесомелиорации (И. Н. Гусева, В. А. Николаев, 1967), орошения (С. Н. Шейко, 1970), осуше­ния (Т. В. Звонкова и др., 1971; Г. А. Душенкова, 1972), ком­плекса мелиорации (И. Я. Вишневский, Г. П. Миллер, А. А. Третяк, 1969); инженерно-географические (Е. Г. Шеффер, 1971; В. Б. Нефедова, 1971, 1972); медико-географические (Е.С.Фельд­ман, 1967; И. А. Хлебович, 1967; Б. Б. Прохоров, 1968; В. К.Си­монович, 1968); архитектурно-планировочные (Я. Р. Дорфман, 1961; Г. В. Голицын и др., 1967; Е. Г. Шеффер, 1971 б; А. Ж. Меллума, 1972; К. И. Геренчук, Я. Р. Дорфман, 1972); комплексные ландшафтно-планировочные (А. Г. Исаченко, 1972) и некоторые другие.

Желательно, чтобы масштаб прикладных карт соответство­вал требованиям целевого назначения (например, стадии проек­тирования) и рангу картируемых территориальных единств. При этом складываются вполне определенные соотношения (А. Г. Иса­ченко, 1972 б). Так, ландшафтное обоснование на уровне ре­гиональных (районных) планировок целесообразно строить на основе ландшафтов и таких крупных морфологических состав­ных, как местности на равнинах, а в горах — секторы и высот­ные местности. Прикладные карты в этом случае создаются в средних масштабах, порядка 1 : 200 000 и крупнее. На локаль­ном же уровне, при организации небольших территорий, функ­циональное назначение которых, как правило, уже определено генеральным планом, проекты детальной планировки разраба­тываются на основе изучения средних и мелких морфологиче­ских единиц ландшафтов (в горах — стрий, урочищ, подурочищ, фаций). Для этого необходимо создание крупномасштабных карт, вплоть до масштаба 1 : 2 000. Таким образом, соподчи­ненная система природных территориальных единств дает воз­можность на каждом уровне проектирования в качестве природно-географической основы выбирать единицы наиболее удобного по сложности и размерам ранга.

Наряду с этими общими положениями надо отметить тен­денцию возрастания прикладного значения единиц по мере уменьшения их ранга, то есть возрастания однородности участ­ков. Первенство при этом принадлежит фациям, на важное практическое значение которых, особенно в сельском хозяйстве и лесоводстве, указал Н. А. Солнцев еще в 1949 г. По мнению академика В. Б. Сочавы (1962), фациальные карты могут не­посредственно рассматриваться как карты определенных типов земель. «Можно не сомневаться, — считает В. Б. Сочава (1967, с. 26), — что в будущем при организации производства будут приниматься во внимание даже мелкие природные отличия, ко­торые характеризуют фацию». Мнение исследователей склады­вается в пользу фаций и по отношению к горным территориям. «Основной ландшафтной категорией, имеющей определенное производственное значение, является фация», — пишут исследо­ватели Южного Приэльбрусья Г. М. Игнатьев и К. Г. Тарасов (1964, с. 62). Помимо фаций, по их мнению, «прикладное зна­чение имеют типологические группировки фаций — группы фа­ций и формации». К выводу о целесообразности опираться при составлении прикладных карт на два, сравнительно детальных уровня единиц, пришел и автор (Г. П. Миллер, 1970). На пер­вом из них учитываются подурочища и простые урочища, кон­туры которых объединяют очень близкие по комплексу свойств фации, на втором — стрии — значительные по размерам полосы единиц первого уровня, связанные подобием литологии горных пород фундамента.

Характер прикладных ландшафтных карт определяется так­же спецификой их содержания на разных этапах исследования (А. Г. Исаченко, 1972 б). На первом этапе, путем некоторого ви­доизменения общенаучной ландшафтной карты, созданной в ре­зультате полевой съемки, составляется инвентаризационная карта ПТК. В.легенду добавляются, в случае отсутствия, пока­затели, особенно важные для решения поставленной приклад­ной задачи, вводится некоторая. дополнительная информация (современный растительный покров, горизонтали и т. д.).

На следующем этапе производится оценка ПТК, опреде­ляется их полезность для потребителя.

Оценка должна содержать сведения об объекте и целях оценки, так как от этого зависит характер последней. В понятие оценки в нашем случае должно входить определение пригод­ности ПТК для различных групп населения, отраслей произ­водства, инженерных сооружений и т. п. Такая оценка природных комплексов с точки зрения их пригодности для определенного производственного или технологического (иногда природного) процесса, по мнению, Л. И. Мухиной (1969), может быть на­звана производственной или технологической.

Довольно сложно, обстоит дело с критериями оценок. Ясно пока одно: «Ландшафтовед должен вместе с проектировщиком разработать научно обоснованные критерии оценки, опираясь на глубокое изучение взаимоотношений между природным ком­плексом, с одной стороны, и разными формами человеческой деятельности — с другой» (А. Г. Исаченко, 1972, с. 424). Вы­полнено целый ряд работ по оценке ПТК, опирающейся на оценку их компонентов в условных баллах. Так, для оценки отдельных показателей территориальных единств Л. И. Мухи­ной (1970) приняты (для большинства случаев) пятиступенные шкалы со значениями баллов 0—1—2—3—4; реже применяют­ся трех- (0—2—4) или двухступенные (0—4) шкалы. Они соз­даются путем ранжирования качественных показателей и рас­пределения их в пределах пяти оценочных ступеней. Чтобы получить общую оценку определенного территориального комп­лекса, суммируются оценки отдельных показателей, а сумма пере­водится в общую оценку. Последнее выполняется при помощи обобщающей шкалы со следующими значениями (словесными эквивалентами) баллов: 0 — условия неблагоприятные; 1 — ма­ло благоприятные, 2 — относительно благоприятные, 3 — благо­приятные, 4 — наиболее благоприятные для данного использо­вания. Баллы общей оценки служат основой для объединения природных комплексов на создаваемых оценочных картах.

Необходимо отметить, что оценки в баллах разных террито­рий пока что не могут быть сопоставлены, так как оценочные шкалы имеют только местное значение. С другой стороны, вы­сказываются серьезные претензии к этому способу оценки в свя­зи с тем, «что в результате механического суммирования част­ных балльных оценок общая оценка «степени благоприятности» или «степени сложности» природных условий получается оди­наковой при совершенно различных сочетаниях частных показа­телей» (А. Г. Исаченко, X. Я. Старобинец, 1972, с. 54).

Перспективной следует считать «оценочную классификацию географических комплексов». В отличие от предыдущей, это чис­то качественная оценка по принципу пригодности, благоприят­ности, целесообразности использования. При этом требуется «выявить все фактические сочетания естественных факторов в соответствии с заданными критериями и классифицировать их по существу (то есть по этим факторам), а не по условным баллам» (А. Г. Исаченко, 1972 б, с. 425). Важно подчеркнуть, что группировка природных единств в оценочные категории производится в соответствии с критериями, «отражающими как реакцию «субъекта» на свойства природного комплекса, так и устойчивость последнего по отношению к внешнему (инженер­ному, агротехническому, рекреационному и др.) воздействию» (А. Г. Исаченко, X. Я. Старобинец, 1972, с. 50).

Полученные таким образом классификационные подразделе­ния объединяются в несколько бонитировочных групп. Для от­ражения последних на оценочной карте используются контуры природных комплексов и их антропогенных модификаций, взя­тые из созданной на предыдущем этапе инвентаризационной карты. Причем, природные единицы одного ранга в легенде оценочной карты могут оказаться на разных уровнях деления или, наоборот, на одной ступени классификации выделов оце­ночной карты могут встретиться ПТК хотя и близких, но разных рангов. «Иногда, — отмечает в связи с этим В. С. Преображен­ский (1966, с. 72), — одна из единиц более высокого генетиче­ского ранга может целиком попасть в категорию территорий, непригодных для определенного рода хозяйственной деятель­ности, и тогда в ее делении на единицы более низкого ранга нет необходимости». Вполне возможен и обратный вариант.

Комплексная оценка природных территориальных единиц может быть выполнена, по нашему опыту, также путем построе­ния бонитировочных графиков. Степень пригодности ландшафтных комплексов всех видов для самых различных актуальных и перспективных видов использования определяется по сочетанию природных факторов и показателей динамики, на­шедших отражение в координационной легенде-графике (см. рис. 8.2) и других материалах ландшафтных исследований. Установленные сочетания естественных факторов сопоставляют­ся с заданными практикой критериями (параметрами) оценок. Одновременно с этим реализуется целый ряд ландшафтных принципов, способствующих объективных оценок, в том числе принципы подчинения, типологии, сочетания, односторонних свя­зей (см. выше).

Оценка пригодности земель для каждого вида использова­ния дается в процентах и рассматривается в сравнительном плане (по единицам каждого вида и по всем вариантам исполь­зования) при помощи графиков (рис. 11.2, 11.3). Близкие со­четания цен в процентах, для удобства дальнейшего использо­вания, объединяются в группы — бонитировочные классы прак­тической пригодности природных территориальных комплексов:

Sh_018

С целью получения оценочной карты, контуры ПТК (типо­логические выделы ландшафтной карты), вошедшие в один класс бонитета по данному виду использования, объединяются аналогичной штриховкой либо одним цветом (рис. 11.4). Для этого целесообразно использовать рекомендованный А. Г. Иса­ченко «принцип светофора», по которому зеленым цветом окрашивают наиболее пригодные для использования группы участков, далее применяют желтые и оранжевые тона, а для непригодных участков — красные.

Оценка пригодности ПТК участка пенепленизированного альпийско-субальпийского высокогорья Карпат для некоторых перспективных видов использования

Оценка пригодности ПТК участка пенепленизированного альпийско-субальпийского высокогорья Карпат для некоторых перспективных видов использования

Оценка пригодности ПТК участка древнеледниково-эрозионного субальпийского высокогорья Карпат для некоторых перспективных видов использования

Оценка пригодности ПТК участка древнеледниково-эрозионного субальпийского высокогорья Карпат для некоторых перспективных видов использования

Серия ландшафтно-оценочных карт туристского назначения

Серия ландшафтно-оценочных карт туристского назначения

Бонитировочные графики позволяют также осуществить це­лый ряд сравнений. Легко сопоставимы, например, все вариан­ты и степени (бонитеты) пригодности выделов одного вида. В то же время удобно сравниваются участки разных видов одной территории по отдельным либо всем возможным вариан­там использования. Эти особенности бонитировочных графиков позволяют значительно снизить возможные ошибки в оценке и последующем использовании земель. При помощи таких гра­фиков можно, вероятно, сравнивать оценки пригодности полных наборов единиц разных территорий по всем или отдельным ва­риантам использования. Это может способствовать созданию сводных оценочных карт крупных регионов.

Полезную информацию дает графическое сравнение совре­менного использования (констатация) и потенциальной пригод­ности территориальных единиц определенного или всех видов (рис. 11.5). На графике вырисовываются как «недоборы», так и «переборы» по тем или иным вариантам использования и их размеры, выявление которых необходимо для создания опти­мальных планов освоения территории. Это, по сути дела, шаг к оценке перспектив использования с элементами прогноза и вы­текающими отсюда рекомендациями.

Анализ хозяйственных возможностей подурочищ определенного вида

Анализ хозяйственных возможностей подурочищ определенного вида

Прогноз изменений ПТК представляет собой тре­тий этап прикладных ландшафтных исследований. При этом создается прогнозная карта, в основе которой (как и оценочной карты) находятся природные территориальные единства. На некоторых аспектах прогнозирования динамических проявлений в территориальных комплексах мы останавливались в предыду­щей главе. Поэтому здесь только отметим, что без прогноза невозможно надлежащим образом обосновать рекомендации по использованию, реконструкции и охране природы горных зе­мель.

Разработка рекомендаций и их картографическое оформление — четвертый, итоговый этап прикладных ландшафт­ных исследований. Осуществление этого процесса возможно, как видно из выше изложенного, только после фундаменталь­ных работ по выявлению и исследованию объективно суще­ствующей мозаики природных территориальных единств, их целенаправленной оценки-бонтировки, а также возможного в на­стоящее время прогнозирования присущих этим единствам ди­намических проявлений, позволяющего предвидеть некоторые существенные черты их дальнейшего развития.

Составляемые на данном этапе исследований ландшафтно-рекомендательные карты могут иметь различное назначение. Важно лишь отметить, что круг вопросов, охватываемых реко­мендациями, идущими от ландшафтоведения, касается, в боль­шей или меньшей степени, использования, мелиорации и охраны природных территориальных единиц. Так, например, на реко­мендательной карте рекреационного назначения показывают предлагаемые мероприятия по повышению рекреационного по­тенциала урочищ, целесообразное размещение баз отдыха, ту­ристских стоянок, пляжей и т. д. На карте рекомендаций по ликвидации последствий вредных стихийных процессов и их пре­дотвращению в условиях межгорной котловины (И. Я. Вишнев­ский, Г. П. Миллер, А. А. Третяк, 1969) внимание сосредоточено на лесомелиорации, инженерно-технических и противоэрозионных мероприятиях (рис. 11.6).

Фрагменты картосхем распространения вредных стихийных процессов

Фрагменты картосхем распространения вредных стихийных процессов

В качестве завершающего звена прикладных ландшафтных исследований для целей комплексной территориальной плани­ровки составляется карта комплексной организации территории. Разработавший научные основы карты этого типа А. Г. Иса­ченко (1972 б) отмечает, что она становится синтезом рекомен­даций, предложенных по отношению к различным видам функ­ционального использования территориальных единиц. В ней должны быть отражены оптимальные соотношения между участ­ками различного назначения, учтены многие критерии, в том числе перспективные планы развития народного хозяйства и экономическая эффективность освоения определенной тер­ритории.

В итоге всего сказанного можно предположить, что исполь­зование результатов ландшафтных исследований при решении многих прикладных задач сулит немалую пользу народному хозяйству, особенно в связи с неизбежным в ближайшие годы бурным ростом темпов освоения огромных горных районов стра­ны. Ведь не секрет, что горы остаются пока среди наименее освоенных регионов. Однако богатство, разнообразие, а зача­стую и девственность их природы все больше привлекают вни­мание исследователей. А за познанием следует использование.

В связи с этим особенно важное значение приобретают принятые ЦК КПСС и Советским правительством меры по дальнейшему улучшению охраны природы и рациональному использованию природных ресурсов. Надлежащее выполнение поставленных при этом задач, направленных на оптимальное освоение горных земель, возможно только при соблюдении науч­ных принципов, опирающихся на знание особенностей структуры и закономерностей развития природных территориальных ком­плексов. Всемерно содействовать этому в значительной степени призваны и ландшафтные исследования горных территорий.