8 місяців тому
Немає коментарів

Sorry, this entry is only available in
Російська
На жаль, цей запис доступний тільки на
Російська.
К сожалению, эта запись доступна только на
Російська.

For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

Теперь наш путь лежит к главному объекту наших ра­бот, самой высокогорной части Якутии и всего Северо-Востока — Буордахскому массиву, входящему в систему цепи Черского. К юго-востоку и северо-западу (по на­правлению главных горных хребтов) высоты постепенно уменьшаются. Эта точка перегиба высокогорья является как бы своеобразным мостом на междуречье бассейнов крупных рек Севера — Индигирки и Колымы.

Тропа наша вновь пролегает по заболоченным местам. Особенно тяжело продвигаться по кочковатым болотам низких террас долины реки Момы. Норовишь поставить ногу на кочку (все-таки опора), но она неустойчива, часто теряешь равновесие и проваливаешься в лунки с водой.

Достается и при переправах через водные преграды. Через большие речки переправляемся довольно легко — здесь можно выбрать брод, где дно представляет отме­ли из окатанной гальки. Но вот мелкие притоки — пря­мо настоящие ловушки. Входишь в них без особой пред­осторожности, а они бывают настолько глубокими, что выбираешься вплавь.

К концу дня ноги делаются все менее и менее по­слушными. Наконец встречаем удобную для лагеря пло­щадку. Чтобы отрезать путь к отступлению, мгновенно развьючиваем лошадей. Вблизи оказалось чудесное озе­ро, окруженное молодыми, зелеными лиственницами. Но мы недолго наслаждаемся красотой. Скорее в палатку, в спальный мешок, чтобы хорошо отдохнуть перед сле­дующим маршрутом!

Наутро нам предстояла очередная переправа через Мому. Дождь не прекращался уже несколько дней: то мелкий, моросящий, то вдруг такой крупный, что все вокруг застилает мутная пелена. В Моме настолько при­бавилось воды, что о переправе через нее не могло быть и речи. Сильный поток подмывает берега, мелькают стволы деревьев, на перекатах грохочет булыжник.

Через два дня дождь прекратился. Вода быстро спа­ла, хотя еще и была мутной. Осторожно переправляем­ся через Мому. Это занимает почти полдня. Уложив груз и завьючив лошадей, отправляемся дальше. Вот мы и почти у цели — кажется, совсем рядом Буордахский массив. Но нелегок путь к нему. Его, вероятно, можно сравнить с подступами к крепости — топкие болота, вод­ные преграды, наконец, крутые, нередко обрывистые, склоны массива, и впрямь похожие на гигантские кре­постные стены.

Буордахский массив, исключая его окраинные части, был еще мало исследован. В ясную погоду он поражает своим величием. Гордо устремлены ввысь снежные вер­шины; даже в середине лета не расстаются они со своим белым нарядом. В эту пору, когда активно пробуждает­ся северная растительность, горный массив, опоясанный зеленью леса, особенно красив. Оживляются многочис­ленные горные реки, берущие начало на больших высо­тах горного массива. Освободившись от ледяного панци­ря, они несут свои воды стремительно и неудержимо, сверкая прозрачностью.

Пройдя около 2 км вверх по реке Джапкачан, свора­чиваем в один из крутых распадков с каменистыми и обрывистыми бортами. Здесь хорошо обнажены горные породы, отчетливо видны особенности их залегания. Столбчатая отдельность — характерная черта пород это­го массива. Столбы достигают десятков метров в длину и одного метра в диаметре. Они розные, большей частью ориентированы вертикально или немного наклонены. По форме столбы представляют четырех- и пятигранные призмы.

Поднимаемся по склону гребня, чтобы узнать, чем сложена его вершина. Распадок становится все круче. В вершине его — циркообразная чаша, заполненная сне­гом, с крутизной около 45° и высотой гребня более 2000 м. Взбираться по нему очень трудно, ноги все вре­мя скользят, необходима постоянная осторожность. Выше снежника выделяется маленький крутовисящий ледник. Для каждого шага сначала выдалбливаю небольшие лунки. Затем такая предосторожность мне кажется из­лишней. Действительно, несколько метров преодолеваю благополучно. А чуть позже, не успев сообразить, как это произошло, стал стремительно падать вниз. Придя в сознание, обнаруживаю, что нахожусь на значительном удалении от места столь смелого восхождения, без го­ловного убора, молотка и отобранных образцов. Ощу­пываю себя — руки исцарапаны, ушиблена нога, болит бок. Даю зарок впредь быть осторожным. Но, увы, его хватает лишь до следующего маршрута. Собрав все свое имущество, немного передохнув, снова устремляюсь вверх. На этот раз достигаю вершины гребня благопо­лучно. На вынужденный двойной подъем ушла большая часть дня. На стоянку удалось возвратиться далеко за полночь.

Шли дни. Мы уже сделали много маршрутов и не­сколько освоились с грозным высокогорным массивом. Наблюдения показали, что сложен он в основном суб­вулканическими породами.

Что же собой представляют субвулканические породы?

Примерно 135 млн. лет назад, в юрский период, из глубин Земли гигантские силы подняли огненно-жидкий магматический расплав. Однако этих сил не хватило, чтобы выбросить расплав на дневную поверхность, как это происходит при извержении вулканов. Громадная энергия была растрачена на пути продвижения магма­тического расплава через толщи земной коры и вблизи поверхности. Подняв и раздвинув слои осадочных и вул­каногенных пород, расплав заполнил огромную камеру, где он медленно остывал.

В течение многих миллионов лет вода, тепло, мороз и ветер неутомимо разрушали окружающие массив бо­лее податливые осадочные породы и тем самым как бы отпрепарировали его. Вначале была размыта кровля оса­дочных пород, которая когда-то преградила путь огнен­но-жидкому расплаву на поверхность, затем массив был изборожден в разных направлениях глубокими ущелья­ми речных долин, которые вскрывают породы разных уровней, однако не достигая его корней. Эти разные по глубине врезы, словно страницы толстой книги, одна за другой повествуют нам о длительной и сложной исто­рии возникновения Буордахского субвулканического мас­сива.

Свойства пород таких массивов нередко близки к вул­каническим. В то же время по происхождению они ана­логичны и глубинным интрузивным породам, примером которых являются граниты в ущелье порожной части Индигирки. Таким образом, субвулканические горные породы можно рассматривать как примеры промежуточ­ных образований между собственно вулканическими (излившимися, или эффузивными) и глубинными (инт­рузивными).

Субвулканические массивы возникают главным обра­зом в местах, где ясно выражены глубинные разломы, или, как еще говорят, ослабленные зоны. На ослабленность земной коры в пределах данных зон указывают резко контрастные формы рельефа, возникшие благода­ря противоположно направленному движению отдельных блоков. Часто здесь случаются землетрясения. С таки­ми зонами нередко совмещены цепочки древних или со­временных вулканов. Это свидетельствует, что разломы проникают в глубь Земли на уровень нахождения маг­матических расплавов.

В ослабленных зонах, помимо основных (продоль­ных) разломов, имеются и поперечные, хотя не столь протяженные. Подобная система разломов ограничивает множество обособленных участков, или блоков, земной коры и способствует проникновению расплавов на уров­ни, близкие к поверхности Земли. Застывшие на этих глубинах магматические расплавы и образуют субвулка­нические тела. В некоторых случаях огненно-жидкие рас­плавы так близко подходят к поверхности, что перекры­вающие их осадочные породы не выдерживают напора. Тогда небольшая часть расплава, прорвавшаяся на по­верхность, образует короткие потоки, покровы или купо­ла эффузивных пород.

Субвулканические массивы возникают иногда в ре­зультате отслоения и опускания блоков земной коры на глубине. Опустившиеся блоки создают громадные поло­сти, которые тут же заполняются вязким расплавом. При этом возможен частичный выход расплава на по­верхность.

Субвулканические массивы в местах обнажений дают возможность геологам установить, как изменяются поро­ды в пространстве, т. е. проследить вертикальный раз­рез магматического тела, Не менее интересны они и в отношении рудоносности. В таких массивах находятся золото, серебро, олово, цинк, свинец, медь, ртуть, мо­либден и некоторые другие полезные ископаемые. К суб­вулканическим породам приурочены месторождения ме­таллов и в таких районах, как Карпаты, Кавказ, Сред­няя Азия, Урал, Забайкалье, Приморье.

Профессор И. Я. Некрасов, много лет проработавший на Северо-Востоке и изучавший субвулканические по­роды в бассейне Индигирки, обнаружил, что некоторые их разновидности в одной тонне содержат до 180 голо­ва. Это значительно больше, чем в породах глубинных, какими являются граниты.

Вот почему исследование Буордахского субвулканиче­ского массива для нас было делом первостепенной важ­ности.