8 років тому
Немає коментарів

Sorry, this entry is only available in
Російська
На жаль, цей запис доступний тільки на
Російська.
К сожалению, эта запись доступна только на
Російська.

Немногие рыбы могут похвастаться такой широкой известностью, какая выпала на долю одной гигантской белой акулы, убившей нескольких человек в штате Нью-Джерси. Эта акула-одиночка (если только она действительно была одна) блокировала морские курорты, всполошила береговую охрану, подняла на ноги прессу, публику и даже политических деятелей и до такой степени разожгла страсти, что ее деяниям было посвящено специальное заседание кабинета министров почти в полном составе. Акула-людоед стала такой знаменитостью, что на какое-то время ее похождения затмили на первых полосах газет военные события.

Как и многие прославленные звезды, она начала очень скромно: с заметки в четыре абзаца на последней странице газеты «Нью-Йорк таймс» от 2 июля 1916 года. В ней сообщалось, что накануне некий Вэнсант, житель Филадельфии, 25 лет, купаясь в Бич-Хейвене (Нью-Джерси), менее чем в 15 метрах от берега, подвергся нападению акулы.

По показаниям очевидцев, акула всплыла и напала на Вэнсанта сзади. Ему кричали, как только голова акулы показалась на поверхности, но было уже поздно, она кинулась на него и схватила за ногу. Вэнсант стал звать на помощь, но тщетно, акула утащила его вниз. В этом месте по воде сразу же пошли кровавые пузыри, расплываясь в большое пятно.

Александр Отт, чемпион США по плаванию и член олимпийской команды, тут же бросился в воду и успел подхватить Вэнсанта, когда тот вновь показался на поверхности с акулой, мертвой хваткой вцепившейся ему в ногу. Отт бил ее по носу до тех пор, пока она наконец не отступила.

Дальнейшие попытки акулы возобновить атаку окончились неудачей, Отт уже успел вытащить Вэнсанта на берег. В ту же ночь Вэнсант скончался.

Спустя четыре дня акула снова напала на человека. На этот раз уже в 65 километрах севернее Бич-Хейвена и снова на пловца, находившегося в стороне от остальных купающихся.

Это произошло 6 июля. Стоял жаркий день, и пляж в курортном городке Спринг-Лейк был переполнен. Вдруг, к всеобщему ужасу, какой-то человек, заплывший далеко от берега, стал громко звать на помощь. Служащие спасательной станции Уайт и Андерсон, и до того внимательно наблюдавшие за смельчаком, быстро спустили шлюпку и помчались на помощь.

Когда шлюпка подошла вплотную, вода вокруг пловца уже была красной, он крикнул им что-то и тут же потерял сознание. Втащив пострадавшего в лодку, спасатели увидели, что его левая нога была откушена выше колена, а правая — ниже колена. Кровь хлестала из обрубков смертельным потоком.

Пострадавшим оказался Шарль Брудер, иммигрант из Швейцарии, коридорный одного из местных отелей. Брудер и раньше часто заплывал далеко в море. Спасатели сразу же доставили его на берег, но еще в лодке попытались остановить кровь, наложив повязку и жгуты. Кровавые раны Брудера так перепугали курортников, что те кинулись в отели и начали упаковывать чемоданы.

На помощь Брудеру поспешил главный хирург национальной гвардии штата Нью-Джерси, но ничего нельзя было сделать — через несколько минут Брудер скончался.

Так началась величайшая в США паника, вызванная акулой. Она немедленно очистила от отдыхающих пляжи Нью-Джерси, в самый разгар лета, едва не положив конец этому и без того довольно печальному курортному сезону.

Владельцы отелей делали все, лишь бы прекратить панику. Муниципальные власти и мэр Спринг-Лейка на. следующий же день созвали чрезвычайное совещание и объявили, что не пожалеют средств, дабы предупредить любую возможность повторения подобных случаев. В море немедленно начали патрулировать моторные катера, каждый из которых тащил за собой в кильватере часть бараньей туши. На корме катера стоял стрелок, готовый в любой момент выстрелить в акулу, если она погонится за приманкой. Патрульные суда получили приказ крейсировать вдоль берега до конца лета в расчете, что стук моторов отпугнет тех акул, которых к этому времени еще не успеют застрелить.

Патрулирование было организовано и в другом курортном местечке — Эсбери-Парк, в 8 километрах севернее Спринг-Лейка. Кроме того, курортные власти принялись спешно огораживать наиболее посещаемые пляжи крепкой стальной сеткой, укрепленной на сваях, которые вбивались в песчаное дно.

Однако не все пришли в восторг от принятых мер. Нашлись .и скептики. Так, например, рыбаки подняли ограждение на смех, заявляя, что «крупные акулы никогда не суются к самому берегу». Некий «знаток» даже категорически утверждал, будто Брудер пал жертвой вовсе не акулы, а гигантского тунца: «поскольку его ноги изжеваны и оторваны, каждому ясно, что рыба их кромсала, а не откусила сразу, чисто и ровно, как делает акула».

Другой рыбак выдвигал возможные причины участившихся нападений, одна другой фантастичнее. Так, он объяснял наплыв акул к берегам Нью-Джерси увеличением количества ставных рыболовных ловушек, которых в последнее время развелось слишком много. Особенно же пагубна, по его словам, привычка рыбаков потрошить улов тут же у садка, а внутренности выбрасывать в воду.

Через четыре дня после гибели Брудера и через восемь дней после первого нападения (на Вэнсанта) проволочные ограждения на курортах Эсбери-Парк и Спринг-Лейк были готовы. «Перекрывшее все прежние рекорды число купающихся» плескалось в огороженном пространстве. По ту сторону баррикад, беспрерывно тарахтя моторами, сновали быстроходные катера с вооруженной охраной, палившей из ружей по любой тени, мелькнувшей в воде. Правда, на берег не выбросило ни одной мертвой акулы. Однако отдыхающие на остальных «незащищенных» пляжах стали высказывать определенное нежелание лезть в воду.

Смерть Брудера приковала к акулам внимание всего восточного побережья США. Предприимчивые репортеры пытались интервьюировать офицеров и матросов каждого вошедшего в порт судна, газеты были полны историями о «невиданном голодном походе акул на север». Капитан «Атлантика» сообщил о «величайшем из когда-либо виденных им или его командой косяке акул у мыса Гаттераса, среди которых многие были непомерной величины». С рыболовного бота, как нарочно ничего не поймавшего в тот день, у берегов Эсбери-Парк были замечены четыре огромные акулы. Рыбаки не могли понять в чем дело: то ли отсутствие рыбы объясняется наплывом акул, то ли, наоборот, акулы валят к берегу в поисках исчезнувшей рыбы? Лейтенант Колахэн из полицейского управления. Байонны, прогуливаясь по пирсу в районе своего участка, увидел огромную акулу. Он тотчас же выпустил в нее пять пуль из своего револьвера, но акула спокойно уплыла, не обратив на них ровно никакого внимания.

Фредерик Лукас, директор Американского музея естественной истории и крупнейший специалист по акулам, вообще отрицал какую-либо опасность. Он утверждал, что «у пловца гораздо больше шансов погибнуть от молнии, чем от акулы. И кроме того, абсурдна даже сама идея — акула, отхватывающая человеку ногу! Абсурдна хотя бы уже по той причине, что акулы не располагают достаточно мощными челюстями». (Буквально через несколько дней почтенному доктору Лукасу пришлось публично отказаться от своих слов.) Но вот в среду 12 июля — снова акула! (Или акулы, так как трудно сказать, сколько их участвовало в серии нападений, происшедших на значительном расстоянии.)

На этот раз несчастье случилось в 40 километрах к северу от Спринг-Лейка в реке Матаван-Крик, в нескольких километрах от бухты Раритан, во время прилива. Хотя у местных жителей были основания поостеречься (акулы недавно уже заходили в Раритан), они пренебрегли опасностью и продолжали купаться как ни в чем не бывало. Результатом подобной беспечности явились две смерти и одно тяжелое ранение.

Капитан Томас Коттрелл, штурман дальнего плавания в отставке, поднял тревогу еще с утра. Переходя мост в нескольких сотнях метров от города, он случайно взглянул вниз и увидел под собой в солоноватой воде громадную акулу, плывшую вверх по течению к пляжу, где обычно полно купающихся. Сильно встревоженный — ведь еще не улегся шум, поднятый вокруг двух недавних нападений в Нью-Джерси,— он с криком побежал в город, предупреждая жителей об опасности. Над ним только посмеялись. Акула в Матаван-Крике, в этом ручье? Чепуха! Акулы никогда не заходят «в такие лужи! «И потом мы ведь чуть ли не в 20 километрах от открытого океана…»

Посмеиваясь над Коттреллом, как они смеялись над аналогичными предупреждениями в прошлое воскресенье, когда все обошлось благополучно, многие горожане спокойно отправились купаться к старой пароходной пристани на другом берегу реки. Среди них был и 10-летний Лестер Стиллуэлл.

Хороший пловец, и, раньше нередко заплывавший дальше других (подобно многим другим жертвам акул), мальчик нырнул с пристани и спокойно поплыл, оставив далеко за собой всех своих сверстников. Внезапно он вскрикнул и тут же скрылся под водой. У него иногда бывали судороги, и товарищи подумали, что то же случилось и в этот раз. Выскочив на берег, они бросились к ближайшим домам с криком, что ноги Лестера свели судороги и он тонет.

Тем временем мальчик вновь показался на поверхности. Он кричал от нестерпимой боли и неистово размахивал руками, при этом его кружило по воде, будто затягивало в водоворот. Минуту спустя он исчез.

Первым на помощь бросился 24-летний Стэнли Фишер. Когда он бежал к причалу, его окликнул Мэй Андерсон, школьный учитель. «Помните, капитан Коттрелл предупреждал, что в реку утром зашла акула? Может быть, это она?!»

«Какие здесь акулы! — воскликнул Фишер.— А впрочем, все равно, надо спасать мальчика».

Он обогнал людей, бежавших к пристани, промчался мимо обезумевших от горя родителей Лестера, натянул плавки и прыгнул в воду.

Он нырнул раз, другой — безрезультатно, но, в третий раз, крикнул, что нашел мальчика. Он вытащил его на поверхность и поплыл с ним к противоположному берегу — туда было ближе.

Едва Фишер достиг мелкого места и встал на ноги, как вдруг с криком всплеснул руками в воздухе и выпустил Лестера. Тело мальчика скользнуло в воду, а вслед за ним скрылся и Фишер. Толпа в ужасе замерла.

Тем временем подоспела моторная лодка. Фишер поднялся на ноги и, корчась от боли, потащился к берегу, где упал, потеряв сознание. Тело мальчика оставалось под водой.

Несколько времени Фишер оставался недвижим, потом, наконец, пришел в себя. Еще не оправившись, от испуга и боли, он рассказал, что акула схватила его как раз в тот момент, когда он уже коснулся ногами дна, это было на глубине около метра. Он чувствовал, как она рвет его ногу. Впоследствии очевидцы утверждали, что с правой ноги у него было начисто ободрано все мясо, от бедра и почти до колена, «как будто взяли и оскоблили ногу острым ножом».

Фишера на машине доставили до железнодорожной станции и отправили поездом в соседний госпиталь, но он скончался до операции.

Тем временем Матаван, обычно тихий городок, население которого составляло всего 2000 человек, был сильно взбудоражен. Жители накупили динамитных шашек и собирались взорвать их под водой в надежде на то, что тело Лестера всплывет. Но еще до того как прогремел первый взрыв, к берегу подошла моторная лодка с третьей жертвой. Это был 12-летний Джон Данн, тоже чуть было не поплатившийся жизнью.

Джон приехал из Нью-Йорка навестить свою тетку в соседний городок Клиффвуд и в компании с другими ребятишками отправился купаться на Матаван-Крик, чуть выше клиффвудского кирпичного завода, примерно в километре вниз по течению от места трагической гибели Лестера Стиллуэлла. Там мальчики впервые услышали о том, что произошло. Перепуганные, они мигом бросились наутек и один за другим взобрались по старой лестнице на пирс. Джон Данн оказался последним.

Он совсем было вылез из воды, оставалось только вытащить левую ногу, когда его схватила акула. Она вонзила зубы чуть выше колена, с тыльной стороны, выхватив большой кусок мяса. Но Джон сумел вырваться; он колотил акулу правой ногой, подняв целую бурю. Это заставило акулу отступить, и Джон впоследствии утверждал, что акулы трусы: «та, которая меня схватила, сразу отстала, когда я ей дал разок».

Джона тут же доставили на кирпичный завод, где ему сделали перевязку, а затем отправили в госпиталь. Мальчик наотрез отказался назвать свое имя и сообщить домашний адрес, опасаясь напугать родителей. По его словам, акула была почти 3 метра в длину, голубая со спины, с белым брюхом. Как показали обмеры ран на ноге несчастного Стэнли Фишера, акула, смертельно ранившая его, была именно такой величины, с шириной челюстей около 35 сантиметров. Таким образом, удалось установить, что во всех трех нападениях была повинна одна и та же акула.

Трагические события послужили сенсационным материалом для газет. На следующий день «Нью-Йорк тайме» опубликовала сообщение о них на первой полосе. Акула затмила наступление британских войск на Западном фронте, конгресс, посвященный борьбе с полиомиелитом, и даже выгрузку красителей с гигантской немецкой подводной лодки «Дейчланд», которая как раз в те дни прорвала английскую блокаду.

Слухи о том, что в реке Матаван обнаружены «по меньшей мере четыре акулы», привлекли на ее берега толпы охотников, вооруженных карабинами, дробовиками, гарпунами и просто баграми. В воздухе не смолкали крики, чередуясь с громовыми раскатами динамитных взрывов. Новое развлечение (да еще под флагом служения обществу!) —охота на акул — скоро вытеснило на всем побережье Нью-Джерси самый популярный дотоле вид спорта — плавание.

Акул видели и в Гудзоне; сообщения о встречах с чудовищами лицом к лицу поступали со всех сторон от Лонг-Айленда до Флориды. Шкипер шхуны, возвратившейся в Нью-Йорк с Багамских островов, сообщил о «косяках акул», якобы обогнавших шхуну в пути. Многие рыбаки утверждали, что голодные акулы, по-видимому, валом валят к берегам, так как больше не могут прокормиться отбросами с пароходов, как это было до войны. Другие настаивали на том, что акулы «раскусили» вкус человеческого мяса, пи- . таясь жертвами с судов, торпедированных германскими подводными лодками.

И хотя кое-кто обвинял в нападениях на человека касаток или морских черепах, доктор Лукас — «крупнейший специалист по акулам» — теперь все приписывал акулам. В одном из интервью он признал ошибочность своего заявления о том, что акулы не способны откусить человеку ногу.

Однако он продолжал утверждать (и в этом отношении был совершенно прав), что у купальщиков на северо-востоке США все-таки куда больше шансов быть убитыми молнией, чем акулой!

Наконец в дело вмешались политические деятели. Они отправились к губернатору штата Нью-Джерси с требованием организовать патрулирование побережья, подорвать динамитом участки морского дна, могущие служить лежбищем для акул, и огородить все приморские курорты. Губернатор показал себя человеком здравого смысла. Он ответил, что береговая полоса слишком длинна, а стоимость ограждений слишком высока. Тогда политики, пресса и публика устремились в Вашингтон, подняв такой шум, что президент Вудро Вильсон вынужден был отложить в сторону все важные дела, забыть на время нелегкие обязанности по сохранению нейтралитета Америки в мировой войне и посвятить очередное заседание кабинета главным образом акулам.

На этом заседании государственный казначей Макаду заявил, что береговой охране прежде всего надлежит убедиться, в самом ли деле небывалое количество акул угрожает купающимся? Он обещал послать в Матаван катер, а также «принять все меры для изгнания акул от берегов или их уничтожения». Но в заключение Макаду заметил, что лично он не видит, каким образом береговая охрана может справиться с акулами-людоедами.

Тогда политические деятели штата Нью-Джерси предприняли более решительные шаги. В тот день, когда состоялось пресловутое заседание кабинета, член палаты представителей от Атлантик-Сити Бэхарач, который понес огромные убытки из-за разразившейся паники, внес резолюцию об ассигновании пяти тысяч долларов «на борьбу с акулами-людоедами».

Между тем в Матаване, где произошла трагедия, воздух продолжали сотрясать выстрелы и взрывы динамитных шашек. Берега заполонили охотники. Нескончаемый поток людей напоминал времена золотой лихорадки. Но ни одной акулы так и не удалось поймать, ни одну не остановили проволочные сети, протянутые поперек реки в трех пунктах. Правда, одна из сетей оказалась порванной, как если бы сквозь нее проскочила очень крупная рыба.

Тело Лестера Стиллуэлла всплыло как раз в тот день, когда состоялось заседание кабинета министров; его обнаружили в сотне метров вверх по течению от того места, где он исчез под водой. На трупе зияло семь ран: четыре на туловище, две на левой ноге и одна на правой. Джон Данн, гость из Нью-Йорка, которого акула схватила на ступеньке трапа, после операции выздоровел, хотя ногу ему пришлось ампутировать.

Доктор Лукас заявил представителям печати: «Трудно что-либо сказать по поводу внезапного нашествия этих рыб. Очевидно, 1916 год — год акул, точно так же, как бывают годы бабочек и годы гусениц».

Акулы-людоеды словно эхо откликнулись на это заявление. Тревожные сообщения пришли из Чесапикского залива и с Лонг-Айленда; на юге, у Палм-Бича, в штате Алабама, прибило к берегу истерзанный акулами труп моряка. В тот знаменательный день—14 июля, — когда происходило совещание у президента, Дж. Шлейссер, набивщик чучел, поймал белую акулу длиной 2,5 метра у Южного Амбоя, также расположенного в штате Нью-Джерси. Шлейссер начал лов в устье реки Матаван и уже отошел от него приблизительно километров на 10, как вдруг акула-людоед попалась ему на крючок.

Когда после отчаянного, хотя и недолгого сопротивления акулу вытащили на берег и стали потрошить, то обнаружили в ней две человеческие кости. Одна кость была длиной в 27 сантиметров, другая — обгрызанный кусок несколько меньшего размера. Впоследствии врачи опознали первую как большеберцовую кость мальчика. Они согласились с доктором Лукасом и другими специалистами, что, судя по всему, пойманная хищница была именно той акулой, которая убила Лестера Стиллуэлла и Стенли Фишера и напала на Джона Данна.

На ее ли черной совести лежат нападения на Брудера и Вэнсанта, совершенные дальше к югу, — этого никто и никогда не узнает. Ведь вдоль побережья Нью-Джерси в течение двух недель после первого несчастного случая были выловлены по крайней мере одна тигровая и несколько белых акул.

17 июля маленького мальчугана, по неопытности намотавшего лесу на запястье, крупная рыбина буквально сорвала с пристани, где он рыбачил, и утащила на дно. Это случилось в городе Элизабет (Нью-Джерси). Чаша терпения людей переполнилась, для одного штата это уже было слишком! В тот же день мэры десятка прибрежных курортов опубликовали совместное заявление, протестуя против газетных сообщений, которые «заставляют публику верить, будто бы взморье Нью-Джерси кишит акулами-людоедами, тогда как в этот сезон их здесь ничуть не больше, чем в любое другое лето… Курортному бизнесу, — добавляли они, — совершенно безосновательно (!) нанесен ущерб, вызванный „акульей” паникой».

Но все-таки последнее слово во всей этой истории осталось за газетой «Нью-Йорк тайме». В редакционной статье от 19 июля, озаглавленной «И акулы вправе рассчитывать на справедливость», газета отстаивала естественное право акул убивать, «чтобы быть сытыми». Ее авторы явно имели в виду первую мировую войну, и решительно осудили распространенное мнение, будто акулы коварны и заслуживают мучительной смерти. «У акул, — резюмировала газета, — куда больше права убивать нас, чем у нас убивать их…»

В заключение следует сказать, что до конца летнего сезона ни одна акула так и не воспользовалась этой привилегией; более того, в Нью-Джерси с тех пор вообще никто больше не пострадал от акул. Таким образом, лето 1916 года является выдающимся в анналах нападений акул не только в этом штате, но и в США в целом.