8 років тому
Немає коментарів

Sorry, this entry is only available in
Російська
На жаль, цей запис доступний тільки на
Російська.
К сожалению, эта запись доступна только на
Російська.

Зоологический институт университета, имея в своем составе значительное число высококвалифицированных специалистов, широко развивает полевые зоологические исследования и сбор фаунистических материалов.
Основной наставник экспедиционных исследований Д. Н. Кашкаров неоднократно утверждал, что не только познание животного мира и инвентаризация фауны края, но и целый ряд теоретических проблем могут быть раз­решены только в поле.
Экспедиционная деятельность института была тесно связана с разрешением отдельных хозяйственных проблем края и формированием эколого-фаунистического метода полевых исследований, весьма созвучного с физико-геогра­фическими методами.
Экспедиции 1921 г. Весной Наркомзем Туркестан­ской республики поручает Д. Н. Кашкарову ведение систематических исследований по выявлению видового состава, биологии и вредоносности фауны грызунов края. Грызуны наносили огромный ущерб народному хозяйству, а крайне недостаточная их изученность мешала возмож­ности борьбы с ними. В тот же год Д. Н. Кашкаров и его помощники совершили три экскурсии: две — в предгор­ные и равнинные части Джизакского уезда и одну — в Семиречье. Первый путь пролегал по маршруту: г. Таш­кент — Джизак — Рават — Заамин — хребет Мальгузар — Ям — Обручеве; второй — в Джизакский уезд, который посетили А. П. Коровин, В. П. Курбатов и Л. Лейн. Маршрут их поездки: Джизак — оз. Тузкан — Заамин — Ям — Обручеве О предварительных результатах наблю­дений был составлен доклад Д. Н. Кашкаровым (Отчет о деятельности и протоколы заседаний Биологического отделения Туркестанского научного общества. Труды Турк. гос. ун-та, вып. 5, Ташкент, 1922, стр. 24).
Маршрут третьей экскурсии был более протяженным: Ташкент — Джамбул — Фрунзе — Алма-Ата — Алмаа-тинское озеро — пер. в долину р. Кебина — пос. Новорос­сийский — пер. Куэнды — пос. Рыбачье — Боомское уще­лье — Фрунзе — Джамбул — Ташкент. Во время этой поездки, помимо основной задачи, Д. Н. Кашкаров много внимания уделяет ихтиофауне оз. Иссык-Куль.
Указанные экскурсии, по словам Д. Н. Кашкарова, носили характер предварительных разведок для последую­щих планомерных обследований.
В результате разработки очень немногочисленных в то время литературных сведений, материалов, добытых в этих экскурсиях, а также поступивших на кафедру зоологии позвоночных из музеев Алма-Аты и Ашхабада в 1922 г. появляется в свет работа Д. Н. Кашкарова, по­священная фауне грызунов края (Кашкаров Д. Н. К познанию фауны позвоночных Турке­стана. (Заметки о грызунах Туркестана). Труды Турк. гос. ун-та, вып. 3, Ташкент, 1922).
В опубликованном труде ученый критически пересмот­рел и обобщил имевшиеся к тому времени материалы по фауне грызунов Средней Азии, описал их образ жизни и выявил степень вредоносности для хозяйства.
В июне 1921 г. Д. Н. Кашкаров и М. Г. Попов со студентами посетили долину р. Угам до оз. Бахмалькуль. Зоологические материалы экскурсии были сообщены Д. Н. Кашкаровым на X заседании биологического отде­ления Туркестанского научного общества 24 февраля 1922 г.( Отчет о деятельности и протоколы заседаний Биологического отделения Туркестанского научного общества. Труды Турк. гос. ун-та, вып. 5, Ташкент, 1922). В том же году Н. А. Бобринский изучал фауну до­лины р. Чаткал и собирал коллекции по рептилиям и лету­чим мышам. В долинах рек Пскема и Угама Г. П. Булга­ков собрал множество образцов птиц и рептилий. Н. А. Кейзер в окрестностях г. Чимкента занимался изуче­нием фауны арыков.
Все фаунистические сборы, добытые в этих экскурсиях, сосредоточивались в зоологических кабинетах университе­та и тщательно обрабатывались. В результате накапли­вались новые данные о животном мире различных участ­ков края, впоследствии широко использовавшиеся в науч­ных трудах зоологов университета.
Среди всех экспедиций этого года особое место зани­мает Камышлыбашская гидролого-гидробиологическая экспедиция С. Д. Муравейского. Она была снаряжена по заданию «Турккрайрыбы» в низовье р. Сырдарьи для обследования Камышлыбашской системы озер. Перед уче­ным стояла задача — изучить питание водой этой системы озер, связанных с Сырдарьей, и выявить изменения гид­рологических условий, связанных как с процессом питания озер, так и их режимом. Кроме того, озера были обследо­ваны в гидробиологическом отношении. Предварительные результаты были изложены в двух статьях С. Д. Мура­вейского (Муравейский С. Д. Озеро Камышлы-Баш. Труды Турк. научн. об-ва. Том I, Ташкент, 1923; Муравейский С. Д. И» результатов Камышлыбашской экспедиции 1921 г. (краткое сообще­ние). Вестник ирригации, Ташкент, 1923, № 6).
Спустя несколько лет вышла монография об оз. Камышлыбаш (С. Д. Муравейский, 1927).
Экспедиция и экскурсии 1922 г. Н. Н. Кузнецов (Кузнецов-Угамский) в течение весны и лета экскурсировал в горных районах края. При этом была охвачена большая часть гор и долин Юго-Западного Тянь-Шаня, а также г. Ташкент, его окрестности и Голодная степь. Н. Н. Куз­нецова интересовала энтомофауна (главным образом фау­на муравьев), «вертикальная зональность составляющих ее элементов». Следовательно, исследования носили фаунистический и зоогеографический характер (Кузнецов Н. Н. Мирмекологическая фауна Ташкентского уезда. Труды Туркест. научн. об-ва, том I, Ташкент, 1923).
Обширные материалы по фауне муравьев Ташкентско­го уезда показали, что в ее составе преобладают предста­вители средиземноморского происхождения. Н. Н. Кузне­цов обнаружил 21 такую форму, тогда как на долю эле­ментов широко распространенных (11), автохтонных (8) и бореальных (6) приходится чуть более половины общего числа мирмекологической фауны. «Индийских элементов» в пределах уезда встречено всего лишь две формы. Таким образом, новые материалы по фауне муравьев Н. Н. Куз­нецова дополнительно подтвердили оригинальные выводы дореволюционных зоогеографов — исследователей Туркеста­на Н. А. Северцова и В. Ф. Ошанина — о самых тесных географо-генетических отношениях Средней Азии со средизем­номорскими странами.
Н. Н. Кузнецов специальное внимание уделяет высот­ному распределению животных в крае (Кузнецов Н. Н. К вопросу о вертикальном распределении животных форм в Туркестане. Бюл. САГУ, вып. 2, Ташкент, 1923).
На материалах экскурсий 1922 г. появилось еще одна сообщение (Кузнецов Н. Н. Основные этапы в эволюции мирмеколо­гической фауны Туркестана Изв. Турк. отд. Рус. географ, об-ва, тем. 16, Ташкент, 1923), в котором для нас существенны два момента,. а именно: выделение основных «генетических элементов» фауны Средней Азии и выявление основных этапов исто­рического развития фауны муравьев. Ученый приходит к заключению о том, что она «в своих существенных чертах сложилась еще в доледниковое время, во вторую половину третичного периода, изменения же последних времен, с начала четвертичного периода, были относительно невели­ки» (стр. 132).
Из зоологических экскурсий того же года известна поездка П. П. Архангельского по Семиречью. Цель его поездки — изучение энтомофауны территории по маршру­ту: Аулиэ-Ата, Курдай и Алма-Ата, Илийск, Гавриловка (Талды-Курган), Саркан, Лепсинск и обратно через Саркан, Абакумовский перевал, Копал, Гавриловку и Цари­цынский перевал (Экспедиции и экскурсии. Бюл. САГУ, вып. I, Ташкент, 1923, стр. 22). Здесь явно обнаружилось господство бореальных форм. Средиземноморских же форм оказалось значительно меньше, чем в южных областях Средней-Азии. Окончательные результаты экскурсии П. П. Архан­гельского не были опубликованы. Часть материалов о фауне червецов использовала А. Д. Архангельская (Архангельская А. Д. К фауне червецов или щитовок: Coccidae Туркестана. Труды Турк. научн. об-ва, том: Г, Ташкент, 1923).
В июне 1922 г. кабинет зоологии беспозвоночных ор­ганизует обследование гидрофауны прибрежных озер Сырдарьи в ее средней части. Длина маршрута — свыше 900 км. В составе экспедиции были Н. А. Кейзер, М. К. Лаптев, К. И. Моисеева-Кейзер, В. Ф. Гурвич и К. А. Бродский. Они детально изучили восемь озер, распо­ложенных по обоим берегам р. Сырдарьи между Чиназом и Тартугаем. В результате Н. А. Кейзер опубликовал небольшую статью (Кейзер Н. А. К фауне Copepoda u Clodocera реки Сыр-Дарьи и ее прибрежных водоемов. Бюл. САГУ, № 2, Ташкент, 1923), в которой довольно полно характеризует состав планктона исследованных озер; причем автор ре­гистрирует несколько новых видов для Средней Азии рако­образных. Обильные планктонные сборы поступили к С. Д. Муравейскому на обработку материала по коловрат­кам. Эти материалы С. Д. Муравейский широко использо­вал в опубликованной работе (Муравейский С. Д. Материалы по фауне коловраток Туркестана. Коловратки реки Сыр-Дарьи. Бюл. САГУ, вып. 11, Ташкент, 1925).
Летом 1922 г. Средазкомстарис организует экспеди­цию в составе А. Л. Бродского и М. Г. Попова в Талас­ский Алатау. Задача заключалась в отыскании места для национального парка и заповедника. Участники экспеди­ции обследовали горы между реками Джабаглысу и Аксу, т. е. западную оконечность Таласского Алатау. Для со­здания заповедника была намечена долина р. Аксу в ее суженной части; дополнительно были выявлены природ­ные условия этого участка, способствующие сохранению лесов. Кроме того, А. Л. Бродский собрал богатый мате­риал по фауне высокогорных рек Таласского Алатау.
В 1922 г. в Таласском Алатау в средней и в восточной его части, а также в долине р. Джабаглысу и в вер­ховьях р. Аксу А. П. Коровин и В. П. Курбатов собрали интересные зоологические коллекции и сведения о фауне Это побудило руководителей Средазкомстариса в 1923 г. снарядить новую экспедицию в эти места для сбора до­полнительного зоологического материала.
Экспедиции 1923 г. В этом году Главным Среднеазиат­ским музеем Средазкомстариса была отправлена группа под руководством Д. Н. Кашкарова. В ее составе были Е. П. и А. П. Коровины, а также любитель-альпинист врач А. Н. Крюков. С 15 августа по 30 сентября они проследовали по маршруту: Ташкент — к. Хумсан — к. Кызылтал — уроч. Чигыртгш — пер. Курумджол — к. Пскем — пер. Турпакбель — дол. Майдантала — пер. Май-дантал — ур. Куркуреу — пер. Тогушак — дол. Джабаг­лысу — верховья Аксу — ущелье Каинды — пос. Ново-Николаевка — сел. Егорьевка — сел. Дорофеевка — к. Хум­сан — Ташкент.
В большой совместной работе Д. Н. Кашкаров и А. П. Коровин (Кашкаров Д. Н. и Коровин А. Экскурсия в Таласский Алатау, снаряженная Главным Среднеазиатским музеем летом 1923 года, и фауна млекопитающих Западного Тянь-Шаня. Изв. Средаз­комстариса, вып. I, Ташкент, 1926) подробно изложили ход экспедиции и опи­сали природу исследованных по маршруту местностей. В специальной зоологической части приводится список позво­ночных животных, собранных и отмеченных во время экс­педиции.
С географической точки зрения особенный интерес представляют выводы статьи, в которых фауна млекопита­ющих характеризуется по высотным зонам. Кроме того, делаются ценные зоогеографические обобщения. В част­ности, авторы пишут, что «… по своим млекопитающим, Западный Тянь-Шань своеобразен и должен быть отделен как от Восточного Тянь-Шаня (довольно резко), так (в меньшей степени) и от Памира, и от южных частей Гор­ного Туркестана. О Копет-Даге и говорить не приходится. Там свой, особый иранский мир животных» (стр. 239). Характерно, что своеобразие Западного Тянь-Шаня моти­вируется не только составом флоры млекопитающих, а прежде всего своеобразием совокупности жизненных условий.
Интересные выводы делают исследователи, касаясь проблемы современного расселения животных, но на этом остановимся несколько позже.
Из экскурсий, предпринятых сотрудниками Зоологиче­ского института в 1923 г., можно указать следующие.
Г. П. Булгаков и М. К. Лаптев по заданию «Туркрыбы» посетили восточное побережье Каспийского моря и в течение двух месяцев (май—июнь) обследовали Красноводский рыболовный район и залив Гасанкули. Результаты экскурсии легли в основу статей Г. П. Булгакова (Булгаков Г. П. Некоторые результаты ихтиологической экскурсии, предпринятой летом 1923 года на юго-восточное побе­режье Каспийского моря (Автореферат). Бюл. САГУ, вып. 4, Таш­кент, 1924; Булгаков Г. П. К познанию каспийских сельдей. Описание нового вида рода Caspialosa. Бюл. САГУ, вып. 13, Таш­кент, 1926. Булгаков Г. П. Результаты ихтиологической экскурсии, совершенной летом 1923 г. на юго-восточное побережье Каспийского моря. Бюл. САГУ, вып. 14, Ташкент, 1926).
Н. Н. Кузнецов в апреле 1923 г. с А. И. Лисовой выезжают в Туркмению и исследуют прилегающие к Среднеазиатской ж. д. районы между станциями Репетек и Геок-Тепе. Были предприняты небольшие заезды в предгорья Копет-Дага в районах Багира и Геок-Тепе.
На основе анализа географо-генетических элементов мирмекологической фауны исследованной части Туркмении Н. Н. Кузнецов пришел к выводу о преобладающем зна­чении здесь средиземноморских форм (60—65%) (Кузнецов Н. Н. Мирмекологические исследования Турк­менской области весной 1923 года. Бюл. САГУ, вып. 6, Ташкент, 1924). Причи­ну автор видит в общности экологических условий этих территорий и в экологической пластичности представите­лей средиземноморской фаунистической области.
Совершив небольшой экскурс в историю экологических условий Средней Азии, Н. Н. Кузнецов утверждает, что влияние ледниковой эпохи на состав и расселение фауны не было так велико, как считали прежде некоторые иссле­дователи.
Все эти интересные выводы были подтверждены и до­полнительно мотивированы в результате обработки мате­риалов четырех экскурсий, совершенных им при участии В. Б. Тризна летом того же года в пределах быв. Сырдарьинской области. В первой экскурсии обследовалась средняя часть бассейна р. Арыс (район Келтемашата), во второй — район Кзыл-Орды, в третьей — хр. Каратау и прилегающие к нему равнины (Подробный маршрут третьей фаунистической экскурсии Н. Н. Кузнецова в Сырдарьинскую область приведен в третьем выпуске «Бюллетеней» САГУ). Объектом четвертой экскурсии явился район станций Джилга и Сары-агач.
Обширные материалы Н. Н. Кузнецова, собранные во время неоднократных экскурсий в различные уголки края, позже были им широко использованы в работе, посвящен­ной географическим отношениям фауны муравьев Кавказа с таковыми Средней Азии (Кузнецов-Угамский Н. Н. Географические отношения мирмекологической фауны Кавказа. Бюл. САГУ, вып. 12, Ташкент, 1926).
В связи с малярийной проблемой в крае с весны 1923 г. А. Л. Бродский при участии студентов обследует очаги малярии в Голодной степи и в окрестностях г. Ташкента. Результаты исследования изложены А. Л. Бродским (1923) в его работе «К биологии рода Anopheles» (Бродский А. Л. К биологии рода Anopheles (исследования на рисовых полях). Бюл. САГУ, вып. I, Ташкент, 1923).
Необ­ходимо подчеркнуть, что научные выводы его по данной проблеме в свое время представляли прямой практический интерес в борьбе с ликвидацией очагов малярии.
Экспедиции и экскурсии 1924 г. Летом Н. Н. Кузне­цов предпринимает длительную (с середины июля до на­чала сентября) экскурсию в Центральный Тянь-Шань для выяснения некоторых зоогеографических проблем, выдви­нутых в прежние годы в Центральном и Западном Тур­кестане. Маршрут экскурсии Н. Н. Кузнецова приведен в 8 выпуске Бюллетеня САГУ, а в печати появилась не­большая его заметка, содержащая интересные данные о движении береговой линии озера.
В том же году в Центральный Тянь-Шань вышла гид­робиологическая экспедиция в составе А. Л. Бродского (руководитель), Н. А. Кейзера и К. А. Бродского. Почти три месяца участники ее обследовали три крупных высо­когорных озера (Чатыркёль, Иссык-Куль и Сонкёль) и попутно собрали гидробиологический материал по рекам.
Экспедицией были произведены измерения глубин, уровня воды, высоты берегов, температуры воды на раз­ной глубине перечисленных озер, определялась прозрач­ность воды, велись метеорологические наблюдения и т. д. Значительное внимание уделено изучению микрофауны грунтов озер, главным образом Иссык-Куля, где была от­мечена сравнительная бедность макрофауны.
В целом работы экспедиции носили эколого-фаунистический характер.
Материалы экспедиции по морфологии и гидроло­гии озера Иссык-Куль были частично опубликованы Н. А. Кейзером (Кейзер Н. А. Материалы для истории, морфологии и гид­рологии оз. Иссык-Куль. Труды САГУ, сер. ХII-а, вып. I, Таш­кент, 1928).
Экспедиции 1925 г. В этом году значительно расши­ряется экспедиционная деятельность зоологов университе­та. Так, по предложению Главного Среднеазиатского му­зея Средазкомстариса кафедра зоологии позвоночных снаряжает экспедицию на оз. Иссык-Куль, где она изучает его рыбные ресурсы. Члены экспедиции (руководитель Г. П. Булгаков) довольно подробно изучают ихтиофауну Иссык-Куля, особенное внимание уделяя распределению в озере промысловых рыб и сбору материала по их систе­матике, биологии, а также по темпу роста (О работах кафедры зоологии позвоночных летом 1925 года. Бюл. САГУ, вып. 11, Ташкент, 1925).
Экспедиция М. К. Лаптева посетила Южный Туркме­нистан — районы Сумбара и Кушки. В ней участвовала 3. Горбачева. Был проведен сбор фаунистического и флори­стического материала для Главного Среднеазиатского му­зея, при этом обнаружены новые формы животных, напри­мер рыбы из Сумбара и т. д.
По научным результатам этого года особо выделяется Сарычелекская комплексная экспедиция, которая не толь­ко собрала богатый материал для Главного Среднеазиат­ского музея, но и разрешила вопрос о пригодности района оз. Сарычелек для устройства заповедника.
В экспедиции принимали участие И. В. Янковский, Д. Н. Кашкаров, И. И. Бездека, Н. В. Андросов, Н. А. Бобринский, С. М. Алексеева и студенты В. Кутьева, Б. А. Кузнецов, И. И. Колесников, С. В. Яковлева и А. И. Янковская.
В течение двух месяцев производится разносторон­нее обследование оз. Сарычелек и его окрестностей. Д. Н. Кашкаровым составляется обстоятельный очерк природы и животного мира (Кашкаров Д. Н. Результаты экспедиции Главного Средне­азиатского музея в район Сары-Чилек. Часть I. Физиография, Животный мир. Изв. Средазкомстариса, вып. II, Ташкент, 1927).
В работе комплексная характеристика основных ланд­шафтов отличается удивительной четкостью и широким охватом наиболее существенных черт слагающих ланд­шафты природных компонентов.
Ученым детально характеризуется растительность и животный мир по «зонам жизни», «местообитаниям» и «ассоциациям». Специальное внимание уделяется им со­ставу фауны района и распределению различных генети­ческих элементов, что видно из таблиц (см. стр. 107).
На основе анализа генетического состава фауны позво­ночных района, а также последовательности, в которой сложилась эта фауна, ученый приходит к выводу о пре­обладающем значении центральноазиатского элемента.
Далее Д. Н. Кашкаров утверждает, что главная масса современных форм фауны района Сарычелек принадлежит Западному Тянь-Шаню. Хотя в районе значительно пре­обладают формы, характерные только для Западного Тянь-Шаня, но вместе с тем имеются виды, свойственные Восточному Тянь-Шаню. Зоологическая часть труда Д. Н. Кашкарова заканчивается систематическим списком фауны района оз. Сарычелек и детальным освещением их биологических особенностей.
В целом как по методике исследований, так и значе­нию научно-практических результатов указанная экспеди­ция явилась одним из поворотных пунктов в развитии советского периода комплексных зооэкологических работ в крае.
Д. Н. Кашкаров останавливается также на возможно­сти и желательности устройства в этом районе заповед­ника:
«1. Объявить безусловным заповедником само озера Сары-Чилек с прилегающим южным берегом до протока.
2. Объявить заповедником Таманьяк-сай и Кичик-Карагатун-сай, как образцы многопородного смешанное леса.
3. Устроить в Арките курорт для отдыхающих.
4. Весь район объявить национальным парком, запре­тив в нем всякие вырубки, но не мешая кочевому населе­нию выезжать на джайляу» (стр. 107).

T_3
Кафедра совместно с Узбекской энтомологической станцией изучала биологию видов воробья как вредителя сельского хозяйства и разрабатывала меры борьбы с ним. Работы эти проводились в быв. Ташкентском, Наманганском и Пишпекском уездах студентами Е. А. Заруба, Л. П. Фосс, К. И. Русиновой и 3. Л. Сатаевой под руко­водством Д. Н. Кашкарова. Результаты исследований по данной теме были опубликованы в двух статьях (Кашкаров Д. Н. совместно с Фосс Л. П., Русиновой К. И., Сатаевой 3. Л. И Заруба Е. А. Наблюдения над био­логией воробья и над приносимым им вредом, произведенные летом 1925 г. по поручению Узбекской Энтомологической станции. Бюл. САГУ, вып. 13, Ташкент, 1936; РусиноваК. И. Питание во­робьев по анализу содержимого желудков. Бюл. САГУ. вып. 13, Ташкент, 1936, там же).
В том же году В. Кагановский был командирован на южные берега Аральского моря, где собрал большой ма­териал по ихтиологии Аральского моря.
Кафедра зоологии беспозвоночных и гидробиологии продолжает изучение оз. Иссык-Куль. Группа студентов во главе с А. Л. Бродским и Н. А. Кейзером проводит гид­рологические и гидробиологические обследования озера. Материалы экскурсии легли в основу интересной работы Н. А. Кейзера (Кейзер Н. А. Материалы для истории, морфологии и гид­рологии оз. Иссык-Куль. Труды САГУ, сер. ХII-а, География. Вып. 1, Ташкент, 1928).
Позже в печати появились еще две статьи: первая — по биологии и систематике Ostracoda (Бронштейн 3. С. Ostracoda оз. Иссык-Куль. По материа­лам экспедиции Среднеазиатского гос. университета 1925 года Тру­ды САГУ, сер. VIII-а, вып. 7, Ташкент, 1929), вторая — по фау­не простейших оз. Иссык-Куля (Гурвич В. Ф. Материалы к познанию Protozoa оз. Иссык-Куль. Труды САГУ, сер. VIH-a, вып. 8, Ташкент, 1929).
Осенью 1925 г. А. Л. Бродский по поручению Средазкомстариса организует экспедицию в Кунгей-Алатау и Заилийский Алатау. Основной задачей было общее естественноисторическое обследование отдельных районов, как-то: р. Иссык с ее озером, северный и южный склоны Заилийского Алатау в бассейне р. Дженишке, северный склон Кунгей-Алатау по р. Чилику. Были предположения орга­низовать в этих местах заповедники.
В качестве места, удобного для заповедника, А. Л. Бродский называет ущелье р. Дженишке и его окре­стности, где удачно сочетается буйная травянистая расти­тельность по обоим берегам реки с густыми еловыми и лист­венными лесами, разнообразным и довольно оригинальным животным населением на склонах гор. Всего было намече­но три заповедника: Иссык, Дженишке и Шаты.
В качестве препаратора в группе принимал участие К. А. Бродский, впоследствии много лет занимавшийся монографическим изучением фауны беспозвоночных гор­ных рек края. В частности, на материалах экспедиции 1925 г. им выполняется сводная работа по детальной характеристике фауны беспозвоночных р. Иссык (Бродский К. А. Материалы к познанию фауны беспозво­ночных горных потоков Средней Азии. Река Иссык. Труды САГУ, сер. VIII-a, вып. 15, Ташкент, 1935).
Экспедиции и экскурсии 1926 г. В начале лета Д. Н. Кашкаров со студентами Н. П. Соколовым и Н. Ф. Угрюмовым выезжает в район озер Бийликоль, Ашиколь и Акколь для изучения фауны района на фоне экологической обстановки этой своеобразной территории. Был собран обильный зоологический материал, главным образом по млекопитающим, рептилиям и рыбам, сделаны многочис­ленные фотоснимки, отражающие облик основных ланд­шафтов района, произведено гидрологическое обследова­ние озер. В результате появился интересный экологический труд Д. Н. Кашкарова (Кашкаров Д. Н. Экологический очерк района озер: Бийли-куль, Ак-Куль и Ащи-Куль Аулиэатинского уезда. Труды САГУ, сер. VIII-а, вып. 2, Ташкент, 1928), в котором, в частности, он писал: «… что район озера Бийли-Куля, начиная от Беркары (Каратау) и до Аши-Куля является вовсе не «степью», а скорее пустыней. Пустыня здесь является в виде каме­нистой (щебенчатой) с пустынными горками, опесчаненной серо-полынной, засоленно-серо-полынной, и в виде солончаков. Причиной создания здесь пустыни является быть может недостаточное (ниже 250 мм) количество осадков, иссушающие ветры и засоленность почвы. А так­же, конечно, резкие колебания количества осадков в раз­личные годы — один из важнейших факторов создания пустыни» (стр. 17).
В 20-х годах биогеографы и даже многие географы еще считали, что преобладающая часть Центрального и Юж­ного Казахстана, в том числе бассейн р. Ассы (Бийликольский район) представляет собою полупустыню, т. е. «пустынную степь». Отсюда вытекает значение вывода Д. Н. Кашкарова.
На основе комплекса экологических условий и характе­ра растительного и животного мира в пределах Бийликольского района Д. Н. Кашкаровым выделяются биоком­плексы («ассоциации»—по Д. К.) полынной пустыни, каменистой пустыни, лугов, солончаков, а также ассоциа­ции, связанные с водой и с человеком.
Д. Н. Кашкаров утверждает, что, обладая типичными чертами пустынь, Бийликольский район относится к так называемой «Верхнеаральской зоне жизни», довольно отличной от песчаных приаральских пустынь, причисляе­мых к «Нижнеаральской зоне жизни». Ученый подчерки­вает заметное тяготение их к фауне южнорусских и запад­носибирских степей, конечно, при преобладающем значении местных представителей животных.
Д. Н. Кашкаров считает район Бийликоля вполне при­годным для орошаемого земледелия и ценным в отноше­нии своих рыбных богатств и охотничье-промысловых ре­сурсов.
Нам кажется, что для Средней Азии имеется не так много региональных работ (даже специалистов физико-географов), написанных в 20-х годах нашего столетия, в которых так ярко намечается столь широкий и целеустрем­ленный подход к объекту исследования и затрагиваются столь разнообразные вопросы комплексно-географического характера.
В том же году Д. Н. Кашкаров предпринимает поездку в район Арсланбоба, где, закончив его предварительное обследование, он через Кенкольский перевал направляется в долину р. Нарына до Кетменьтюбе, а оттуда через пер. Кумбель спускается в район оз. Сарычелек и через г. Наманган возвращается в Ташкент.
В 1926 г. кафедра позвоночных продолжала исследо­вания биологии воробья и приносимого им вреда для сельскохозяйственных культур.
В 1926 г. кафедра зоологии беспозвоночных и гидро­биологии работает над разрешением двух важных проб­лем:
первая заключалась в детальном обследовании и выяснении роли организмов, участвующих как в наруше­нии целостности, так и в цементации берегов и дна оро­сительных систем. Решение ее вызывалось требованиями бережного расходования вод ирригационной сети. Поле­вые исследования велись в Голодной степи студентами под общим руководством А. Л. Бродского. Однако резуль­таты этих работ нам неизвестны;
вторая проблема — изучение почвенных организмов, главным образом фауны простейших. Собранные образцы протофауны из Каракумов и окрестностей г. Туркестана обрабатывались А. Л. Бродским и А. И. Янковской. Поч­венную фауну приташкентских районов изучали К. В. Бе­ляева и Е. К. Кирьянова.
3. А. Пажитнова ведет исследование микрофауны ри­совых полей в окрестностях Ташкента (за речкой Кг-расу) (Пажитнова 3. М. Материалы к изучению микрофауны рисовых полей и биологии личинки Anopheles на рисовых полях. Труды САГУ, сер. VIII-а, вып. 18, Ташкент, 1929).
Летом 1926 г. А. Л. и К. А. Бродские совершают поездку в Заилийский и Кунгей Алатау с целью сбора материала по гидрофауне водоемов (Бродский А. Л. и Бродский К. A. Deuterophlebia в торах Средней Азии. Бюл. САГУ, вып. 13, Ташкент, 1926). Н. А. Кейзер в бас­сейне р. Талас собирает большой материал по гидрофауне озер.
Экспедиции и экскурсии 1927 г. Д. Н. Кашкаров, А. Л. Бродский и студенты В. П. Курбатов и К. А. Бродский выезжают с Центрально-Каракумской экспедицией, о чем будет изложено в IV главе нашей рабо­ты. Вернувшись из Каракумов, Д. Н. Кашкаров совершает двухнедельную поездку в Чимган с целью общего естественноисторического изучения этого района как предпола­гаемого курорта (Работа кафедры зоологии позвоночных САГУ летом 1927 г. Бюл. САГУ, вып. 17, Ташкент, 1928).
В конце лета Д. Н. Кашкаров совместно с Р. Н. Мекленбурцевым вторично посещает район Арсланбоба, где по поручению Средазкомстариса определяет границы предполагаемого в этом месте заповедника. Материалы, собранные в районе Арсланбоба в течение 1926 и 1927 гг., легли в основу интересного научного труда Д. Н. Кашкарова (Кашкаров Д. Н. Экологический очерк фауны позвоночных Арсланбоба, Северная Фергана. Сб. Вопросы экологии и биоцено­логии, вып. 1, Ленинград, 1934), увидевшего свет только в 1934 г. В нем характе­ристика состава фауны дается на общем фоне четырех «зон жизни» района, выделенных автором. Описывается около 100 видов птиц, 20 видов млекопитающих и др. Исследователь делает заключение, что район Арсланбоба по комплексу природных особенностей удовлетворяет ин­тересы науки, хозяйства и здравоохранения.
Д. Н. Кашкаров подтверждает огромную роль запо­ведников в комплексном изучении и оценке природных ландшафтов в их натуральном виде. Кстати, им затраги­ваются цели и задачи не только комплексных зооэкологи-ческих, но и ландшафтных исследований. По этому поводу Д. Н. Кашкаров пишет: «Мы возвращаемся в настоящее время к изучению естественных комплексов в природе, к синтетическим приемам изучения, отходя все больше от методов аналитических. Интерес к чистой морфологии ослабевает, повышен интерес к живому, к ландшафту, изу­чению связи его элементов. Этот поворот диктуется ин­тересами и теоретической науки и потребностями практи­ческой жизни».
На кафедре зоологии беспозвоночных и гидробиологии 3. А. Пажитнова продолжает наблюдения по выяснению биологии и изыскание мер борьбы с личинкой Anopheles в различных водоемах г. Ташкента и его окрестностях.
Член кафедры В. Ф. Гурвич исследует фауну прос­тейших Иссык-Куля в т. н. «монастырском» затоне, рас­положенном в восточной части северного берега озера (Гурвич В. Ф. Материалы к познанию Protozoa озера Ис­сык-Куль. Труды САГУ, сер. VIII-а, вып. 8, Ташкент, 1929).
Экспедиции и экскурсии 1928 г. Летом кафедра зоо­логии беспозвоночных и гидробиологии под общим руко­водством А. Л. Бродского производит детальное гидро­логическое и гидробиологическое обследование р. Иссык от ее начала до нижнего течения у к. Иссык, а также двух озер — Большой и Малый Иссык. Основная база работ — ущелье р. Иссык в 55 км от г. Алма-Аты.
В составе экспедиции были А. Л. Бродский, В. Ф. Гур­вич, А. И. Янковская и К. А. Бродский, студенты Мо­сковского университета Б. А. Цветкова, Д. П. Сидорова и др.
Помимо основной задачи, участники экспедиции зани­мались анализом фауны ущелья и выяснением границы предполагаемого Иссыкского заповедника (Кафедра зоологии беспозвоночных за 1920—1933 гг. Бюд. САГУ, вып. 19, Ташкент, 1934).
3. А. Пажитнова и Б. И. Приходько принимают уча­стие в обследовании микро- и макрофауны рисового района под Самаркандом (Пажитнова 3. А. Материалы к изучению микрофауны рисовых полей и биологии личинки Anopheles на рисовых полях. II. Микрофауна типового рисового поля Самаркандского оазиса. Труды САГУ, сер. VIII-а, вып. 18, Ташкент, 1935), проводимом Узбекистанским тропиче­ским институтом летом того же года.
В 1928 г. кафедра продолжает изучение фауны целин­ных и культурных почв и их сопоставление. Е. С. Кирья­нова выполняет описание макрофауны почв (Кирьянова Е. С. К вопросу о вертикальном и горизон­тальном распределении фауны беспозвоночных в почвах окрестностей Ташкента. Труды Зоол. ин-та АН СССР, т. 3, М. —Л., 1936).
Для обзора экспедиционной деятельности кафедры зоологии позвоночных за 1928 г. необходимыми сведения­ми мы не располагаем.
Экспедиции и экскурсии 1929 г. В конце мая — начале июня Д. Н. Кашкаров и Е. П. Коровин организуют палео-зоолого-ботаническую экспедицию в низовья р. Сарысу и оз. Телекуль, расположенных в юго-западной части Бетпак-Далы. Поездка была предпринята под влиянием казах­ской песни «о кладбище богатырей», расположенном в ука­занном районе. Экспедицией обнаружены и привезены кости третичных млекопитающих — индикотерия и моропуса.
В январе 1929 г. в район Арсланбоба выехал Р. Н. Мекленбурцев для изучения состояния природы в це­лом и фауны млекопитающих, в частности в зимнее время. Его материалы вошли в труд Д. Н. Кашкарова, посвящен­ный зооэкологии Арсланбобского района.
В 1928—1929 гг. в г. Ташкенте и его окрестностях, главным образом на Каракамыше, ведет круглогодичное изучение фауны птиц 3. Л. Сатаева (Сатаева 3. Л. Смена сезонных аспектов авифауны по Таш­кенту и его окрестностям. Труды САГУ, сер. VIII-а, вып. 29, Таш­кент, 1937).
Кафедра зоологии беспозвоночных и гидробиологии развертывает исследования по тем же проблемам, что и в предыдущем году. Продолжалось обследование р. Ис­сык как объекта монографического описания горного быстротекущего потока в гидрологическом и гидробиоло­гическом отношениях. Кроме того, с целью изучения кор­неножек горных потоков в живом состоянии А. Л. Брод­ский совершает поездку в Северную Фергану, где посе­щает долины рек Пашаата, Итакар, Афлатун и район оз. Сарычелека и Кылакуля.
Экспедиции и экскурсии 1930—1931 гг. С июня по октябрь 1930 г. Р. Н. Мекленбурцев по заданиям Средне-азиатского института защиты растений и Узбекистанского тропического института ведет исследование в Зарафшан-ской долине с целью изучения экологии и биологии гры­зунов. Им были обследованы главным образом окрест­ности Бухары и Самарканда. Р. Н. Мекленбурцевым выявлено 14 видов грызунов, собран материал по заражен­ности грызунов экто- и эндопаразитами, отмечены формы грызунов, наносящих вред сельскому хозяйству (Мекленбурцев Р. Н. К экологии и распространению не­которых грызунов равнинной части Зарафшанской долины. Труды САГУ, сер. VIII-а, вып. 17, Ташкент, 1935).
Осенью того же года И. И. Колесников по просьбе треста «Каучуконос» дважды посещает плантации тау-сагыза в Южном Казахстане, где выявляет фауну грызунов и определяет значение каждого вида для посевов этой культуры (Колесников И. И. Материалы к изучению значения неко­торых грызунов для новых каучуконосных культур. Труды по защи­те растений, 4 серия; позвоночные, вып. 2, Л., 1932).
Летом 1930 г. В. А. Селевин по заданию Казахской станции защиты растений в юго-восточных районах Ка­захстана изучает состав птиц и экономическое значение последних для сельского хозяйства (Селевин В. А. Заметки по орнитофауне Восточного Казах­стана. Бюл. САГУ, вып. 21, Ташкент, 1935; Селевин В. А. Неко­торые данные к выяснению сельскохозяйственного значения хищных птиц Юго-Восточного Казахстана. Бюл. САГУ, вып. 19, Ташкент, 1934).
М. К. Лаптев по заданию Туркменского охотсоюза производит качественный учет орнитофауны Туркмении в районе разъезда Исганд Среднеазиатской ж. д. с целью выделения этого района под охото-промысловый заказник (Лаптев М. К. Позвоночные животные Туркмении и их использование. Изв. Туркмен., межведомствен. комитета по охране природы и развитию природн. богатств, Ашхабад, 1935, № 2).
В 1931—1932 гг. И. И. Колесниковым изучается пластинчатозубая крыса Средней Азии. Им исследуется боль­шинство долин рек Узбекистана (Колесников И. И. Пластинчатозубая, или земляная, кры­са в Средней Азии, Бюл. САГУ, вып. 23, Ташкент, 1945; Колес­ников И. И. К биологии и экономическому значению пластинчатозубой крысы (Nesokia indica). Изв. АН УзССР, Ташкент, № 5, 1947).
Летом 1930 г. полевые исследования кафедры зоологии беспозвоночных приобрели стационарный характер. Работы ведутся в хлопковом совхозе «Пахтаарал». А в 1931 г. ста­вятся опыты по почвенной фаунистике в семи хлопководче­ских совхозах Самаркандского оазиса и Ферганской доли­ны. Краткие сведения об этих работах приводятся в 19 вы­пуске Бюллетеня САГУ.
Как видно, широкое развитие отраслевых экспедиций характерно именно для первого периода научно-исследова­тельской деятельности университета. Организация и осу­ществление множества отраслевых экспедиций (больше 250) ознаменовали качественно новый этап в развитии территориальных географических исследований Средней Азии.
Огромное значение результатов отраслевых экспедиций университета в углублении и расширении географических представлений не требует развернутой мотивировки. Они прежде всего способствовали накоплению обильного научно-географического материала по отдельным компонентам природной среды. Особенно большой фактический мате­риал был собран по почвенному покрову, растительному и животному миру. Результаты экспедиций легли в основу ряда крупных научно-теоретических идей и представлений о генезисе, географии, экологии и хозяйственного исполь­зования этих компонентов географической среды.
Следует специально подчеркнуть, что во многих экс­педициях маршрутное пересечение территории сочетается с крупномасштабными площадными исследованиями со­временного типа. Это особенно касается работ Института почвоведения и геоботаники. Большая детальность и крупномасштабность отраслевых экспедиций—одна из основных положительных черт научно-исследовательской деятельно­сти университета, придавших его работам большую убе­дительность и научную остроту.
Характерно, что сотрудники университета при прове­дении отраслевых экспедиций придерживались единой методологической установки. Она состояла в том, что все компоненты природы рассматривались в непрерывном раз­витии и взаимодействии. Эта установка наиболее ярко отразилась как в единой методике почвенно-ботанических исследований, так и в зооэкологических работах.
Почвы, растительность и животный мир рассматрива­лись не только как взаимосвязанные компоненты единого природного комплекса, но и как чуткий индикатор измене­ния природной обстановки. Это придавало географическую целенаправленность экспедиционным исследованиям уни­верситета.
Не менее важно практическое значение результатов отраслевых экспедиций университета. Ибо они были осу­ществлены, главным образом, в целях удовлетворения основных запросов развития народного хозяйства края.