9 місяців тому
Немає коментарів

Sorry, this entry is only available in
Російська
На жаль, цей запис доступний тільки на
Російська.
К сожалению, эта запись доступна только на
Російська.

For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

Нам весьма трудно представить, как наша планета выглядела в самый первый момент своего возникновения. Появляется все больше научных данных с том, что Земля либо образовалась из горячего, постепенно сгущающегося и остывающего газо-пылевого облака, либо же, будучи поначалу твердым космическим телом, прошла через ста­дию сильного разогрева, так что температура ее верхних частей достигла 1000°.

Не будем обсуждать, какая из этих гипотез ближе к истине, время сделает это лучше нас. Нам важно отме­тить другое: в момент своего возникновения Земля (не­зависимо от того, как она образовалась) была недиффе­ренцированной смесью химических элементов, довольно гомогенным образованием, сейчас же она имеет упоря­доченное сферическое строение. Причем интенсивная дифференцированность свойственна, собственно говоря, только земной коре и верхам мантии. Таким образом, дифференциация — это не начальное свойство, а продукт, результат эволюции Земли.

Правда, существуют гипотезы, согласно которым Земля образовалась не целиком как единое космическое тело, а по частям — сначала ядро (из железных метео­ритов), а потом уже мантия (из каменных). То есть, если быть абсолютно точным, то какая-то первоначальная грубая дифференциация могла сопутствовать уже само­му моменту образования планеты, но суть дела не меня­ется и в этом случае: направленность земного вещества к самодифференциации и упорядочению очевидна.

По мнению многих ученых-геологов, на самой ранней стадии своего развития, т. е. приблизительно 4,5 млрд. лет назад, Земля «внешне» была похожа на современную Луну. Затем на ее поверхности постепенно возникает ба­зальтовая кора, гидросфера и атмосфера,— Земля всту­пает в первично-океаническую стадию своего развития.

Позже, примерно 4 млрд. лет тому назад, в результа­те дифференциации вещества возникают первичные гра­нитные «ядра» — фундамент современных континентов, породы которых найдены, например, в Южной Гренлан­дии. Подобно тому как более легкие тела — лед или дере­во — плавают в воде, так и первые пятна-образования коры континентального типа возвышались, по всей ви­димости, над уровнем моря в виде островов и островков и уже тогда должны были в силу этого обстоятельства подвергаться размыву. Так что уже, как говорится, в «незапамятные» времена на поверхности Земли имели место процессы осадкообразования и начинал свою «ра­боту» геологический круговорот веществ.

К середине, и особенно к концу архейской эры (3— 2,5 млрд. лет назад) протоконтиненты объединялись в довольно крупные плиты континентальной коры. Если плиты были относительно устойчивыми частями земной коры, то их окружение сохраняло большую эластич­ность, подвижность. Поскольку в отличие от овальных островков протоконтинентов эти плиты уже были ограничены разломами, постольку подвижные зоны, распо­ложенные между последними, также приобретали ли­нейную форму. Эти линейные подвижные зоны были зародышами современных подвижных зон земной коры — геосинклиналей.

За счет так называемого «замыкания» линейных подвижных зон (затвердения, консолидации пород в ре­зультате процессов складчатости, метаморфизма и гранитизации) до рубежа 1,7—1,4 млрд. лет континен­тальная кора постепенно разрасталась. Иными слова­ми, из подвижных зон образовались как бы рубцы, швы, которые спаивали между собой две соседние плиты кон­тинентальной коры.

В позднем докембрии (1,4—0,8 млрд. лет назад) плиты стали распадаться, между ними заложились но­вые подвижные пояса-геосинклинали, из которых в последующем и возникли мощные горные цепи, многие из которых существуют и поныне.

В палеозое распад континентальных плит сменился их слиянием, стали образовываться гигантские конти­нентальные массивы — северный (Лавразия) и южный (Гондвана). Предполагается, что на короткий период эти огромные континенты даже соединились где-то в районе Западного Средиземноморья, образовав единый континент — Пангею. Это было 300—200 млн. лет тому назад.

Около 200 млн. лет назад земная поверхность всту­пает в континентально-океаническую стадию своего развития, когда возникают молодые океаны — Атлан­тический, Индийский, Арктический.

Наконец, около 50 млн. лет назад началась значи­тельная перестройка расположения срединных хребтов, континенты, океаны, горные системы и равнины приоб­ретали современную конфигурацию (схема развития «лика» Земли дана здесь нами согласно представлениям известного советского тектониста В. Е. Хаина, предпри­нявшего попытку синтезировать все ценное как из фик­систских, так и из мобилистских представлений о геоло­гических процессах нашей планеты).

Картина прошлой и современной геологической ис­тории Земли, которая здесь обрисована, конечно, не ­дает еще полного и всеобъемлющего представления об истории Земли, в ней описывается лишь то, как внут­реннее глубинное развитие планеты проявляется на по­верхности явлений. Но тем не менее огромным достиже­нием науки является уже то, что она на основе изуче­ния современных, непосредственно представленных на поверхности явлений умеет определять (и с каждым годом все отчетливее), что происходило и происходит на глубинах в тысячи километров и во времени, отстоя­щем от нас на миллионы и миллиарды лет.

Но наука не останавливается на достигнутом. Уже не говоря о всей науке, даже отдельному пытливому че­ловеку трудно успокоиться, если, например, на вопрос, как устроены и работают часы, ему тщательно описали бы только порядок и скорость движения часовой, минут­ной и секундной стрелок, не раскрыв сущность самого устройства механизма.

Задача науки, подчеркивал в свое время К. Маркс, состоит в том, чтобы пестроту явлений, внешний круго­ворот событий сводить к тому внутреннему движению, которое ими управляет.

В общих чертах мы уже говорили об этих внутрен­них, существенных в историческом развитии нашей пла­неты процессах. Общая направленность развития Зем­ли состоит в движении от гомогенного физико-химичес­кого состояния к сложнодифференцированному. В полной мере этими процессами расслоения вещества затронуты пока лишь земная кора и верхи мантии. Ос­тальное вещество планеты пребывает еще в довольно гомогенном, т. е. перемешанном, нерасслоенном состоя­нии, и разделено лишь на грубые, огромные концентриче­ские сферы, причем это деление вызвано как изменением химического состава того или иного объема, фрагмента планеты, так и структурным видоизменением составляю­щих его атомов и их соединений.

То самое циклическое круговращение земного ве­щества, о котором мы говорили при описании динамики планеты, в результате многомиллионнолетнего его по­вторения способствовало сравнительно совершенной дифференциации вещества земной коры. Что, например, представляет собой одна из составных частей Земли — атмосфера? По содержанию химических элементов — это смесь азота и кислорода с ничтожной примесью других газов. Что такое гидросфера? Это почти чистый жидкий или твердый минерал Н2О (с 3—3,5 проц. растворенных, рассеянных в нем других химических элементов). Что такое «каменная», литосферная часть на­шей планеты? Это преимущественно кварц-полевошпато­вый агрегат, а с точки зрения химии она состоит преиму­щественно из кислорода и кремния и гораздо меньше — из алюминия и железа.

Таким образом, за истекшие 4—4,5 млрд. лет земное вещество, особенно в самых верхних частях планеты, заняло положение, соответствующее внутреннему энер­гетическому потенциалу, атомному весу и другим свой­ствам каждого составляющего это вещество элемента.

Казалось бы, вулканические извержения, выбрасы­вающие на поверхность огромное количество темной базальтовой лавы, или тектонические движения, опуска­ющие на огромную глубину кварцевый песок, а на по­верхность поднимающие глыбу ультраосновной породы, безнадежно препятствуют процессу дифференциации вещества. Но это не так. Если исключить эти энергич­ные формы движения веществ из жизни нашей планеты, то останется лишь диффузионный способ их перемеши­вания, и скорость протекания дифференциации вещест­ва колоссально замедлится.

Тот, кто видел, как старатель промывает в своем лотке шлихи, знает что встряхивание песка, чередуемое с осторожным смыванием легких частиц водой, лишь способствует расслоению (дифференциации) шлиха на тяжелую и легкую фракции. Так что циклическое кру­жение вещества литосферы и мантии Земли в масштабе миллионов лет не только не препятствует, но и обуслов­ливает его направленное развитие.

Итак, вещество Земли эволюционирует, исторически движется от гомогенного, хаотически перемешанного сос­тояния к сложнодифференцированному, гетерогенному. Диалектичность этого процесса состоит в том, что диф­ференциация есть одновременно и интеграция: ведь в каждом большом или малом слое планеты концентриру­ются физически и химически сходные материальные те­ла (атомы, минералы, горные породы). Как говорили древние греки, подобное тяготеет к подобному. Газ стре­мится в атмосферу, вода — в океан, легкие элементы — к легким, тяжелые — ктяжелым. Поэтому, в частности, при всей ничтожности содержания в земной коре и вооб­ще в Земле многих химических элементов таблицы Мен­делеева возможны локальные их концентрации, которые человек широко использует как месторождения полез­ных ископаемых.

Любой из рассмотренных нами ранее процессов гео­логического круговорота веществ способствует образова­нию концентраций самых различных химических элемен­тов. Часто такие концентрации создаются в результате совокупной деятельности множества процессов, иногда — всех процессов геологического цикла. Так, при за­стывании магма может разделиться на две несмешиваю­щиеся между собой жидкости. В этом случае после их кристаллизации могут образоваться так называемые ликвационные месторождения. Дифференциация магмы может произойти и другим путем — в результате разли­чия кристаллизационной способности минералов. В конеч­ном итоге либо месторождения возникают на том самом месте, где застывает магма, либо же обогащенный некоторыми компонентами остаточный рудный рас­плав выдавливается по трещинам и оставляет свой по­лезный груз в более или менее удаленных от магмати­ческого очага породах.

Характерными представителями магматических об­разований являются, например, сульфидные медно-нике­левые месторождения в ультраосновных и основных по­родах Норильска в Красноярском крае, Мончетундры и Печенги на Кольском полуострове. К магматическим месторождениям относятся также месторождения хро­митов, титаномагнетитов, платины и многих других мине­ралов.

Большую группу месторождении представляют так называемые гидротермальные месторождения, создаю­щиеся циркулирующими ниже поверхности Земли минерализованными газо-жидкими растворами. Эти растворы либо проникают в пустоты горных пород, либо замещают минералы, образующие данные породы, от­кладывая на их месте уже свои собственные минераль­ные массы, чаще всего в форме различных жил. К гид­ротермальным относятся, например, знаменитые поли­металлические месторождения Алтая.

Месторождения образуются и при метаморфическом, и при осадочном, и при других процессах. Осадочные месторождения марганца, железа, алюминия, месторож­дения различных солей широко используются человеком. Причем следует отметить, что полезным ископаемым может быть не только минерал, но и горная порода. Так, в народном хозяйстве широко используются граниты, диабазы, мрамор, известняки, кварциты, фосфориты, не­фелиновые сиениты и другие горные породы.

При всем различии типов перечисленных здесь и дру­гих месторождений общим для них всех является то, что они представляют собой концентрации того или ино­го вещества, получившиеся в результате «расслоения» его исходной массы в процессе активного приспособле­ния к определенной физико-химической обстановке.

До окончательного образования месторождения по­лезного ископаемого таких этапов разрешения несоот­ветствия вещества и физико-химической среды иногда, как мы уже говорили, бывает не один, а несколько. По­этому определить возраст того или иного месторождения очень затруднительно. Здесь необходим конкретно-исторический подход. Например, грамотный геолог на вопрос о возрасте месторождения нефти потребует уточ­нения: о каком возрасте идет речь — о возрасте образо­вания нефтематеринской породы, о возрасте отделения, обособления частиц нефти и газа при погружении этой породы в зону повышенной температуры и давления или же о возрасте скопления нефти в «ловушке» — где-ни­будь под куполообразным непроницаемым горизонтом глинистой породы? Иногда названные этапы отделяют­ся друг от друга миллионами лет.

По мнению советского геолога Д. В. Рундквиста, месторождения полезных ископаемых — это как бы вер­шина эволюционной линии, своеобразный конечный результат развития определенной порции земного ве­щества.

По-видимому, и возникновение жизни на Земле нуж­но рассматривать не как случайный процесс, а как зако­номерный результат направленной физико-химической дифференциации земного вещества. На поверхности на­шей планеты и вблизи нее — в атмосфере и гидросфере — должны были сначала скопиться своеобразные «месторождения биогенных химических элементов, т. е. до­статочно сконцентрированные количества водорода, кис­лорода, углерода, азота, фосфора, кремния, кальция и некоторых других, прежде чем образовались углеводо­роды, а затем на их основе возникла жизнь.

Размышляя об общих закономерностях происхожде­ния жизни, Ф. Энгельс писал, что «химия подводит к органической жизни, и она продвинулась достаточно далеко вперед, чтобы гарантировать нам, что она одна объяснит нам диалектический переход к организму.

…Но действительный переход только в истории — солнечной системы, земли; реальная предпосылка орга­нической природы» (См.: Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 20, стр. 564.).

Химия и только одна химия может объяснить диалек­тический переход от неживого к живому. Но химическая форма движения несет в себе лишь возможность перехо­да. Действительностью этот переход становится только как результат истории Солнечной системы и нашей пла­неты, длительной истории дифференциации химического вещества Земли на различные геосферы. Таким образом, химия переходит в биологию через геологию, или иными словами, химическая форма движения переходит в био­логическую не непосредственно, а лишь в результате ее исторического развития, происходящего в форме возник­новения, взаимодействия и преобразования минералов, горных пород, геологических формаций и геосфер.

В результате возникновения на планете жизни ради­кально изменились формы протекания всех земных про­цессов. Живая материя начала властно вмешиваться в геологический круговорот веществ нашей планеты, «под­правляя» и переделывая его сообразно собственным за­кономерностям развития. Образовалась совершенно специфическая, очень активная геосфера, которую уче­ные назвали биосферой.

Читатель может заметить, что при рассмотрении схе­матического разреза Земли мы почему-то не назвали биосферы. И это не случайно. Очень долгое время геоло­гия не замечала этой сферы, потому что она не являет собой обособленной геологической оболочки (за исклю­чением тонкого слоя живого вещества, который геологи до последнего времени не считали предметом своих ис­следований), а есть качественно новое состояние лито,— гидро — и атмосферы, продукт их исторического разви­тия. Поэтому-то она и может быть исследована средст­вами не столько структурного, сколько исторического метода.

Особенно большой вклад в осмысление сущности биосферы внес выдающийся советский ученый В. И. Вер­надский. Он определил биосферу как «особую охвачен­ную жизнью оболочку» Земли, доказал, что без учета роли живого вещества Земли невозможно правильно понять и процессы, на ней происходящие. Каким обра­зом, например, в геологических исследованиях можно обойтись без учета биологической формы движения ма­терии, если, по мнению В. И. Вернадского, «на земной поверхности нет химической силы, более постоянно дей­ствующей, а потому и более могущественной по своим конечным последствиям, чем живые организмы, взятые в целом»?

Кстати говоря, о большой роли живого вещества в геологической жизни планеты говорил еще в самом на­чале XIX века знаменитый французский биолог-эволю­ционист Ж. Б. Ламарк, которого можно назвать родо­начальником учения о биосфере. В своем труде «Гидрогеология» он писал, что «…сложные минеральные вещества всех видов, образующие внешнюю кору земно­го шара и встречающиеся там в виде отдельных скоп­лений, рудных тел, параллельных пластов и т. д. и об­разующие низменности, холмы, долины и горы, являются исключительно продуктами животных и растений, которые существовали на этих участках по­верхности земного шара».

Что же касается самого термина «биосфера», то вве­ден он в науку позже, в 1875 году австрийским геологом Э. Зюссом. Следует сказать, что понимание биосферы Зюссом очень отличалось от современного и не несло в себе достаточно важной содержательной нагрузки, так как в нем отсутствовало главное: идея о влиянии орга­низмов (живого вещества) на поверхность Земли, на ге­ологические процессы. А самое важное как раз и состоит в осознании наукой именно той «великой преобразующей роли живого вещества», которую оно играет в эволюции минерального состава поверхности земной коры, начиная со времени примерно 3,5 млрд. лет тому назад. По мне­нию советского геолога А. В. Сидоренко, главным «фак­тором, определяющим эволюцию минерального состава осадочной оболочки земной коры, позже преобразован­ной в осадочно-метаморфическую, было живое вещество, органическая жизнь на протяжении всей геологической истории Земли».

В настоящее время кажется довольно странным, что геологи долгое время совершенно не обращали внимание на один из самых главных двигателей изучаемой ими системы движений. Объяснить это можно, по-видимому, двумя обстоятельствами. Во-первых, за исключением из­вестняка, каменного угля, некоторых сланцев, другие породы не сохраняют или почти не сохраняют в себе не­посредственных следов воздействия живого вещества. А если даже такие следы и оставляются живыми сущест­вами, то потом они постепенно стираются, уничтожаются под воздействием температуры, давления и других фак­торов. А во-вторых, и это главное — практика человечест­ва в области геологии не была раньше в достаточной мере развитой, для того чтобы сначала практически, а затем и теоретически человек мог как следует осознать значение живого вещества в геологической системе явлений. Для этого необходимо было постепенное развитие и оформле­ние особой сферы человеческой геолого-поисковой дея­тельности — нефтяной геологии, причем именно того ее направления, которое базируется на учении об органи­ческом (осадочно-миграционном) происхождении нефти. Исследования в русле именно этого научного направле­ния, решающая роль в развитии которого принадлежит советским ученым, по-настоящему, практически доказа­ли огромную роль живого вещества в геологических про­цессах.

Среди живого вещества планеты имеется одно совер­шенно особенное, обладающее только ему присущими специфическими законами развития. Это — человечество. Роль его в жизни нашей планеты постоянно возрастает.

Еще Ч. Лайеля беспокоила проблема человека как геологической силы. Однако по-настоящему значение, роль и перспективы человечества как могучего двигателя геологического круговорота веществ осознал лишь В. И. Вернадский. Излагая свои идеи, В. И. Вернадский пользуется термином «ноосфера» (от греческого слова «ноос» или «нус», что означает разум). Ноосферу, счита­ет В. И. Вернадский, нельзя представлять в виде какого-то независимого во времени и пространстве от других сфер Земли образования: «С появлением на нашей пла­нете одаренного разумом живого существа планета пере­ходит в новую стадию своей истории. Биосфера перехо­дит в ноосферу».

Ноосфера с точки зрения геологических наук — это результат эволюции исторически предшествующей геоло­гической сферы — биосферы. Ноосфера, являвшаяся на первом этапе своего возникновения частью биосферы (притом вначале ничтожной частью) в перспективе спо­собна объять ее всю своим влиянием, «растворить» в себе и мало того — выйти за ее границы, с одной стороны — в глубь планеты, а с другой — за пределы Земли в кос­мос.

Вещество нашей планеты, таким образом, не просто каким-то образом перемешивается, образует острова континентальной коры, которые то соединяются, то лопа­ются и разъезжаются в стороны, но за этой механической видимостью движения скрывается его глубинная направ­ленность. Иными словами, земное вещество не просто движется, но движется в определенном направлении — развивается.

В чем проявляется это развитие? Если определить его в нескольких словах, — в направленной дифференциации вещества Земли, в движении от гомогенности к гетероген­ности. Дополняя и углубляя это утверждение, надо ска­зать, что результатом такого рода дифференциации явля­ется образование четкой иерархии структур вещества Земли: минерал — горная порода — геологическая фор­мация — геосфера. В конечном итоге дифференциация, выступая одновременно как интеграция и концентрация однородного вещества, создает возможность эволюции геосфер — от так называемых «косных», или добиологи­ческих,— к биосфере, которая затем переходит в ноо­сферу.

Человечество — это не только качественно новый гео­логический фактор, но и качественно новое состояние ге­ологии. Человек диктует, навязывает медлительным гео­логическим процессам свои масштабы времени и ско­рость. Геологическая система явлений, все более и более вовлекаясь в человеческую сферу деятельности, вступает в качественно новый этап своей истории. Человечество берет на себя роль главного фактора направленной диф­ференциации химического субстрата геосфер.

Пока правда, этот процесс во многом стихиен и на поверку зачастую оборачивается загрязнением и истощением гидро—, атмо—, лито— и биосферы. Диалекти­ка его заключается в том, что, добравшись до сущности земных процессов как одного из объектов своей деятель­ности, субъект (человечество) начинает видеть свое соб­ственное несовершенство1. Поскольку обмен веществ, про­исходящий между человеком и природой, не имеет непосредственного характера, а опосредуется его общест­венными отношениями, поскольку единственно возмож­ный путь овладения человеком сущностными силами ге­ологии лежит Через изменение им своих существенных, а именно — общественных отношений, через замену капи­талистических отношений — коммунистическими. Поэто­му становление ноосферы само собой не произойдет, оно осуществляется только посредством строительства ком­мунизма на нашей планете.

Первым на тесную связь ноосферы и коммунизма об­ратил внимание В. И. Вернадский.

В. И. Ленин говорил, что каждый истинный ученый обязательно придет к выводу о неизбежности коммуниз­ма, но каждый придет к этому по-своему, через обобще­ние научного материала своей науки. Яркий в этом отно­шении пример являет собой творчество В. И. Вернадско­го. Вывод его научных работ категоричен: становление ноосферы как естественноисторический процесс идет в унисон с социальным развитием человечества от индиви­дуалистического устройства к коллективистскому. Мало того, развитие ноосферы, собственно говоря, тождествен­но развитию человечества, и создание ноосферы как еди­ной, целостной, согласованной во всей своей гармонич­ной системе движений оболочки нашей планеты возмож­но только через утверждение коммунистического строя.

В. И. Вернадский правомерно в связи с этим был со­вершенно убежден в том, что тот, кто пытается остано­вить прогресс человечества, препятствует его направлен­ному движению к коммунизму, обречен на позорную неудачу, поскольку он выступает не только против общественных законов развития, но и против естествен­ных законов эволюции планеты как материальной сис­темы.

В заключение остается лишь подчеркнуть те главные выводы, к которым может и должен прийти вниматель­ный читатель брошюры.

Совершенствуя исторически свое общественно-прак­тическое отношение к природе, человек все полнее позна­ёт закономерности строения и развития нашей планеты. С каждым годом в «биографии» Земли остается все мень­ше и меньше тайн и «белых пятен». Осваивая и познавая окружающий его мир, человек избавлялся от мистичес­кого страха перед непонятными до того явлениями приро­ды. Ныне даже в представлении малообразованных людей недра Земли перестали быть обителью грозных ду­хов и демонов преисподни. А ведь исторически совсем недавно такого рода воззрения прочно коренились не только в обыденном массовом сознании, но и в воображе­нии ряда ученых. И сегодня мы просто не вправе забы­вать, какого большого труда и мужества стоило челове­честву овладение передовым, реалистическим образом мышления, важную роль в процессе становления которо­го сыграли достижения и геологической науки.

В процессе познания тайн природы из сознания лю­дей исчезает не только мистицизм и суеверия, но и скеп­тицизм, неверие в творческие силы человеческой практи­ки и науки. Один из основоположников позитивизма, французский философ О. Конт в первой половине XIX ве­ка писал о наличии в действительности якобы принципи­ально непознаваемых человеком явлений, в качестве при­мера говоря о невозможности узнать что-либо о химиче­ском составе звезд. Сегодня всем хорошо известно, что спектральный анализ уже в том же XIX веке предоста­вил науке эту казалось быневероятную прежде возможность и тем самым, что самое важное, засвидетельство­вал, что невозможность побывать на звездах не тождест­венна невозможности их познания. Этот существенный вывод правомерен и по отношению к недрам Земли. Со­вершенствование методов научного исследования уже в наше время позволило геологам и геофизикам строить весьма достоверные научные модели нашей планеты как в пространственном, так и во временном, историческом аспектах ее существования.

Данные геологической науки убедительно доказали, что Земля — это не кусок безжизненного камня, некогда созданного богом для обитания человека, а находящая­ся в вечном движении, и главное — саморазвивающаяся система.

В ходе развития геологии опровергнута связь между геологическими процессами и человеческим поведением, деятельностью человека в том виде, в каком эта связь трактовалась религией. Извержения вулканов, землетря­сения и прочие стихийные бедствия не есть проявлении божьего гнева, а это ни что иное, как закономерные и ес­тественные проявления процессов развития нашей плане­ты, не зависящих как от хороших, так и от плохих пос­тупков людей. Однако сказанное вовсе не означает, что такой связи нет вообще. В мифологических, фантастичес­ких и религиозных представлениях людей издавна интуи­тивно отражался действительный факт тесной и нераз­рывной связи человека с природой, воплощались взгля­ды об очеловечивающем природу характере человеческой деятельности и т. д. В историческом аспекте эта связь выражается уже хотя бы в том, что все живое, в том чис­ле и человечество, произошло в результате длительной эволюции земного вещества. В эпоху современной науч­но-технической революции связь геологической и соци­альной систем по-новому все больше и больше проявляет свой усложняющийся диалектический характер.

Настало время, когда не в фантазии верующих, а в реальной действительности поведение людей по отноше­нию к природе определяет их благополучие и более того — вообще сам факт существования человека в окру­жающей его среде обитания. В наши дни «грехи» челове­ка перед природой (истощение запасов полезных ископа­емых, загрязнение воздуха и воды и т. д.) неумолимо оборачиваются наказанием, причем — это самонаказа­ние, поскольку в нем не принимают участие ни бог, ни таинственные силы природы, а сам человек пожинает плоды дел своих.

Человеку предстоит еще во многом разобраться, что­бы глубже понять механизм действия природных сил, в том числе определяющих геологический круговорот ве­ществ нашей планеты, понять, с тем, чтобы все больше развивать свои сущностные силы на основе гармонично­го взаимодействия с природой. Осуществление же этой грандиозной задачи, как было показано в данной работе, возможно лишь в определенных общественных услови­ях — при социализме и коммунизме, ориентирующих всю практическую и научную деятельность человека на его благо.