4 місяці тому
Немає коментарів

Sorry, this entry is only available in
Російська
На жаль, цей запис доступний тільки на
Російська.
К сожалению, эта запись доступна только на
Російська.

For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

Изучение биологии редких видов направлено преж­де всего на выяснение моментов, необходимых для целей охраны: какова численность вида и детали распространения, в чем заключаются «узкие места» биологии, делающие вид особенно уязвимым, како­вы причины, приведшие его в бедственное состоя­ние, и какими путями можно их устранить? И притом непременное условие: животное должно остаться в целости и сохранности. Основу изучения редких жи­вотных в природе составляют поэтому методы при­жизненного исследования. Например, чтобы узнать, чем питаются змеи и вараны, им научились делать безвредное промывание желудка. Для определения числа яиц, которые самка черепахи скрывает под своим панцирем, ее отправляют на рентген.

Замечательные возможности открыл перед иссле­дователями метод биотелеметрии — слежения за животными с помощью укрепленных на них радио­передатчиков. Так наблюдают за полевками, кулика­ми, кондорами, летучими мышами, оленями, мед­ведями, слонами, китами — вопрос только в том, как снабдить животное передатчиком. Одних для этого просто ловят, других, чтобы надеть ошейник с радиометкой, предварительно обездвиживают, в третьих — китов, например, — стреляют радио­меткой из винтовки. Наблюдения длятся месяцами, а то и годами — современные батарейки постоян­но подзаряжаются от солнечного света. Дальность же наблюдений за крупными животными исчисляется километрами. Нередко их ведут с автомашин, само­летов, вертолетов. Вот одна работа, совсем еще не­давно показавшаяся бы чистейшей фантастикой: что­бы проследить путь белого медведя в непроходимых «безжизненных» льдах Арктики, ученые надели на него снабженный радиопередатчиком ошейник и через спутник Земли регистрировали все его стран­ствия. Очень интересные наблюдения с помощью спутника получены недавно за крупными морскими черепахами, о путешествиях которых по просторам Мирового океана раньше было известно совсем мало.

Перемещения животных — вопрос вообще очень важный, но, не пометив животное, тут ничего не узнаешь, а поймать его для этого и тем более снаб­дить радиопередатчиком удается далеко не всегда. В ход тогда идет наблюдательность, развитая до виртуозности. Приходится учиться распознавать жи­вотных буквально в лицо, заводя на каждого свой «паспорт»: жирафов узнают по узору на шее, лебедей — по рисунку клюва, дельфинов — по прихотли­вым деталям окраски, усатых китов — по наростам — «бородавкам» на коже.

За белым медведем...

За белым медведем…

А какие блистательные работы сделаны в послед­нее время исследователями, которые вели свои на­блюдения, живя бок о бок со своими «подопечны­ми»: американец Джордж Шаллер — с гориллами и львами, англичанка Джейн Гудолл — с шимпанзе и гиеновыми собаками, советский исследователь Валентин Пажетнов — с бурыми медведями! Их работы отмечает высочайшее профессиональное ма­стерство, самый бескорыстный энтузиазм и истин­ный героизм.

Наблюдение за африканскими животными с самолета...

Наблюдение за африканскими животными с самолета…

«Он отдал все, что имел, даже свою жизнь, за то, чтобы сохранить диких животных Африки» — на­писано на памятнике, установленном в националь­ном парке Серенгети на могиле Михаэля Гржимека, сына известного зоолога профессора Бернгарда Гржимека. Михаэль Гржимек заканчивал съемки фильма о диких животных Африки, когда в пило­тируемый им маленький самолет врезался летевший навстречу гриф…

Среди авторов работ, на которых основывается Красная книга СССР, есть имя Анатолия Юдакова. Он также отдал свою жизнь за то, чтобы сохранить диких животных, обитателей нашей дальневосточ­ной тайги, и прежде всего жемчужины ее — уссурий­ского тигра. Не один год своей жизни провел он на тигриных тропах, изучая жизнь огромных кошек и имея при этом главную цель — найти способ сохранить их в природе в условиях бурного наступ­ления человека на дальневосточную тайгу. Нет, погубил его не тигр, за которым шел он в тот день по скованной морозом тайге, а отжившее свое дерево, внезапно обрушившееся на тропу…

Наша наука делается не только в поле, на олень­их и тигриных тропах или где-нибудь в тростнико­вых зарослях, где прячут свои гнезда осторожные птицы. Вторая наша лаборатория — зоопарки и пи­томники, потому что многие ценнейшие сведения о жизни редких животных удается получить только при содержании их в условиях неволи. Одно при этом органично дополняется другим.

И при всем том научные исследования — лишь часть дела, не менее важна практика, и тут тоже возможны разные пути.

Первый напрашивается сам собой: запретить какое бы то ни было дальнейшее истребление бед­ствующих животных. С этого, как правило, и начи­нают. В соответствии с Законом СССР об охране и использовании животного мира, принятым 25 июня 1980 г., в СССР установлен полный запрет на добы­вание редких и исчезающих видов животных.

В правилах охоты союзных республик, краев и областей нашей страны обязательно приводится пе­речень видов, занесенных в Красную книгу СССР и находящихся под охраной закона. Определяется и размер штрафа, предъявляемого в случае его на­рушения. Правда, хотя размеры штрафов сейчас и увеличены, они остаются несоизмеримо малыми в сравнении с тем действительным ущербом, который наносит браконьер, истребляя последних представителей какого-нибудь вида, — его и в рублях-то выразить невозможно.

Но если даже удастся полностью искоренить браконьерство, проблему вымирающих видов в со­временном мире это уже не решит. Сколько раз, рассказывая о судьбе того или иного животного, мы говорили: исчезает в результате разрушения сре­ды обитания. Сохранение этой среды — одна из актуальнейших задач нашего времени!

Статья 23 Закона СССР об охране и использо­вании животного мира так и называется: «Охрана среды обитания, условий размножения и путей миг­раций животных». Ее дополняет и следующая статья 24 «Предотвращение гибели животных при осуществлении производственных процессов и экс­плуатации транспортных средств». Чем бы ни был занят человек: распахивает ли он целину, осушает болото, проводит газопровод, строит линию электро­передачи или добывает полезные ископаемые, он обязан заботиться о том, как отразится его деятель­ность на судьбе животных, больших и малых. Это непросто и непривычно, но таково веление време­ни, приобретшее уже и силу Закона.

Самое надежное, казалось бы, сохранить среду обитания животных и их самих на заповедных землях. В настоящее время на территории нашей страны насчитывается более 130 заповедников на об­щей площади 11 млн. га. Они расположены в раз­личных природных зонах — от арктических льдов и тундр на севере до гор и жарких пустынь на юге. Значение их огромно, в особенности для сохранения редких видов млекопитающих. Практически только в заповедниках удалось сберечь таких зверей, как амурский тигр, туркменский кулан, бухарский олень, горал, и таких птиц, как турач и кавказский тетерев. Но эти птицы оседлы и почти не выходят за пределы заповедников, а как быть с теми, которые, гнездясь в заповеднике, летят на зимовки за тысячи километров и даже в другие страны? И таких большинство. Тут в дополнение к заповед­никам необходимы и другие меры: создание заказ­ников в местах остановок птиц на пролете, где за­прещена охота, охрана зимовок. А если они нахо­дятся за пределами нашей страны, может помочь только международная охрана. И тут тоже есть достижения: с некоторыми странами — США, Япо­нией — Советский Союз заключил специальные со­глашения об охране перелетных птиц.

В заповеднике на острове Врангеля...

В заповеднике на острове Врангеля…

Только за последние 5 лет площадь наших запо­ведников возросла более чем на миллион гектаров. Открыт один из крупнейших у нас заповедников на острове Врангеля (800 тыс. га), где взяты под охрану лежбища моржей и самый большой у нас «родиль­ный дом» белых медведей. И все же общая пло­щадь заповедников, составляющая менее 0,5% от всей территории страны, явно недостаточна, и в бли­жайшие годы планируется дальнейшее ее расшире­ние. Очень важно, чтобы все виды животных, занесенные на страницы Красной книги, имели убе­жища на заповедных территориях. Но чем интенсив­нее хозяйство, тем труднее выкроить земли под запо­ведники. А ведь для многих животных, особенно совершающих большие переходы, как те же тигры, нужны обширные заповедные территории — сотни тысяч и даже миллионы гектаров. В густонасе­ленных районах это абсолютно нереально.

Запрет промысла и создание заповедников — ме­ры, вне всякого сомнения, радикальные. Но сейчас, а особенно в будущем, они одни не решают проб­лемы. Теперь уже не вызывает сомнения, что многие виды не удастся сохранить без создания размно­жающихся в вольерах или в полувольерных усло­виях групп животных, без создания так называе­мых генетических банков. Главная их задача — предотвратить полное исчезновение вида, сохранить генетический материал. А когда животные достаточ­но размножатся, их вновь можно вернуть туда, где они прежде водились, или в новые подходящие места. Еще 15—20 лет назад это казалось невоз­можным, так как считалось, что животные, выра­щенные в неволе человеком, уже не смогут вер­нуться к вольной жизни. Однако работы Джой Адамсон со львами и гепардами доказали ошибоч­ность такого мнения. К настоящему времени разра­ботана серия тактических приемов, позволяющих возвращать в природу практически всех животных. И целый ряд видов сохранился только потому, что их своевременно начали разводить в неволе.

Прекрасный тому пример — олень Давида. К на­чалу нашего столетия этот олень, когда-то много­численный на равнинах Китая, был у себя на ро­дине полностью истреблен. К счастью, 16 оленей уцелели в европейских зоопарках. Все они усилия­ми энтузиастов были собраны в одном месте и дали начало племенному стаду, размножившемуся к 50-м гг. до 400 голов. В 1964 г. четыре оленя совер­шили путешествие из Лондонского зоопарка обрат­но на родину, где вид отсутствовал половину сто­летия.

А вот история восстановления зубра. Централь­ный зубровый питомник в Советском Союзе был создан в 1948 г. в 100 км от Москвы, в Приокско-Террасном заповеднике. Работа в нем началась с два­дцати чистокровных зубров, привезенных из Польши, а уже в 1961 г. началось расселение их в места прежнего обитания. Позднее были открыты еще 2 зубровых питомника. Только из центрального пи­томника было вывезено в различные районы страны около 200 зверей. Общее число зубров в СССР прибли­жается в настоящее время к тысяче, что составляет половину мирового поголовья, а в 1927 г. во всем мире их оставалось всего 48 зверей! Зубр в Крас­ной книге СССР переведен в категорию восстанов­ленных видов.

Роль питомников огромна и в будущем, бес­спорно, возрастет еще больше. Ведь только благода­ря разведению в вольерных условиях помимо упоми­навшихся уже оленя Давида и зубра были спасе­ны от вымирания лошадь Пржевальского, белый орикс, гавайская казарка, лайсанский чирок и мно­гие другие виды. И если бы какой-нибудь прозор­ливый человек своевременно научился разводить дронта, странствующего голубя и бескрылую гагар­ку, они не перешли бы в разряд музейных экспо­натов.

Конечно, животные в вольере неравнозначны вольным животным, но это та отправная точка, от которой начинается спасение и восстановление угасающего вида. Именно поэтому созданию питом­ников уделяется так много внимания во всем мире. Не остается в стороне от этого важного дела и Советский Союз. В нашей стране уже созданы питомники для разведения джейрана и горала, за­кавказского горного барана и бородатого козла, дрофы и джека, турача и хищных птиц, редких журавлей.

Большой амударьинский лжелопатонос...

Большой амударьинский лжелопатонос…

Большая роль в деле разведения редких видов отводится и современному зоопарку. Такой зоопарк ничего общего не имеет со зверинцем, в тесных клетках которого томятся звери и птицы. Насколько возможно, в современном зоопарке воспроизводится обстановка, максимально приближающаяся к при­родной. Решетки в нем заменяются рвами и отвес­ными скалами, которые отделяют животных от по­сетителей. Проектируются и такие зоопарки, где жи­вотные обитают «на воле», тогда как люди путешест­вуют по нему в «клетках» на колесах или в вагон­чиках воздушной дороги. В зоопарках мира, а их бо­лее 800, содержатся и дают потомство сотни видов из занесенных в Красную книгу, и не только звери и птицы, но и рыбы, земноводные и пресмыкаю­щиеся. Численность некоторых из них в неволе даже выше, чем в природе. Амурские тигры, к примеру, живут в 90 зоопарках мира, и от них каждый год рождается около 300 тигрят, тогда как на воле уце­лело едва ли более 400—500 этих зверей. В работе по разведению редких видов участвуют и зоопарки Советского Союза, особенно успешна работа Мос­ковского зоопарка.

Самые новейшие достижения науки и техники используются сейчас при разведении редких видов. Разрабатываются особые рецепты кормов, применя­ются специальные инкубаторы, система искусствен­ного климата, различные стимулирующие гормоны, в широкую практику вошло искусственное осемене­ние. Как и в современном животноводстве, в питом­никах и зоопарках ведутся племенные книги на тигров, леопардов, гиен, зубров, стерхов, горилл и многих других. Для предотвращения близкород­ственного скрещивания животных между зоопарками и питомниками производится обмен производителями или замороженным при низких температурах семе­нем. Пытаются использовать и еще один успешно применяемый в животноводстве прием: трансплан­тацию эмбрионов. К нему прибегают в тех случаях, когда от одной женской особи хотят иметь как мож­но больше потомства. При этом от нее получают живые яйцеклетки, оплодотворяют их в искусствен­ных условиях и начавшие развиваться эмбрионы подсаживают приемным матерям. Недавно появи­лось сообщение: путем трансплантации в домаш­нюю корову эмбриона редчайшего дикого быка гаура удалось получить вполне здорового гау­ренка…

Этот опыт позволяет надеяться на возможность выживания вида в условиях совершенно, казалось бы, безнадежных: когда уцелела даже не пара животных, а одна-единственная особь. И в этом слу­чае с помощью достижений генетики и эмбриоло­гии от нее можно в принципе получить потомство. Более того, теоретически не все потеряно даже и тогда, когда животное погибло, но удалось собрать и тот­час заморозить его семя или яйцеклетки. Недаром при МСОПе работает сейчас специальная группа, зани­мающаяся проблемой консервации генома исчезаю­щих видов путем глубокого замораживания, кото­рой руководит советский ученый профессор Б. Н. Веп-ринцев.

Но тогда, может быть, есть надежда увидеть когда-нибудь живого мамонта — ведь хорошо сохра­нившиеся их трупы до сих пор находятся в вечной мерзлоте? Но на этот вопрос наука уверенно дает — увы! — отрицательный ответ. Дело в том, что в клет­ках мамонтов, к настоящему времени детальнейшим образом изученных, безнадежно разрушен тот аппа­рат, который является носителем наследственности. Так что живого мамонта человеку все-таки не дано увидеть. И главное, о чем надо помнить: совре­менная наука, действительно, способна творить чу­деса, даже и в деле спасения от вымирания, каза­лось бы, обреченных видов. Но надежнее все-таки не доводить их до этого…