6 лет назад
Нету коментариев

Сами градовы камни подсказали ответ о своем происхождении. Как-то случилось, что ни один из ученых, занимавшихся этим вопросом, не обратил внимания на то, что среди градовых камней есть пятиугольники.
Пятигранники? Их нет в неживой природе!
Значит, разгадку градовых камней надо искать в мире живых существ, точнее, среди живших в древности организмов — среди палеонтологических остатков.
Из многочисленных представителей мира живых (или некогда живших) существ выделяются обширные группы, обладающие пятилучевой симметрией.
Скорее к палеонтологическим справочникам!
В первом же из них мы натолкнулись на копии градовых камней. Так вот где я видел камни, похожие на градовы!
Особенно интересными оказались представители групп иглокожих и морских губок, живших около четырехсот миллионов лет назад, в ордовикском и силурийском периодах. У многих из них оказались на поверхности и фигуры креста и другие, похожие на крест, знаки.
Так вот, оказывается, какой нужно было выбрать след! Таинственные знаки на градовых камнях расшифровываются в палеонтологических справочниках!
Чтобы подтвердить свои определения (я не палеонтолог), я стал показывать градовы камни специалистам, всю свою жизнь посвятившим изучению ископаемых органических остатков, исследованию окаменелостей.
На нашей кафедре работает ассистент Анна Гавриловна Чернявская. Она много лет вела практикум по палеонтологии. Я показал ей градовы камни. Она окинула их внимательным взором и спросила: «Это из силура? Я видела в силурийских отложениях такие окаменелости». И после внимательного просмотра образцов добавила: «Надо, конечно, детально изучить, но мне кажется, что здесь есть либо морские губки, либо иглокожие». По этим органическим остаткам и развился гетит.
Так вот почему минералоги не могли определить градовы камни! Они ясно видели, что здесь было замещение одного вещества другим. Однако на вопрос о том, что замещалось, они не могли дать четкого ответа.
А. Г. Чернявская вместе с доцентом О. Н. Щегловой-Бородиной провела предварительные определения градовых камней. Оказалось, что все эти окаменелости принадлежали к ныне вымершей группе рецептакулитов. Одни ученые считают их губками, другие — водорослями.
Но нужно их еще детально изучить. На это придется потратить много дополнительного времени. Сейчас ясно лишь одно: таинственный туман, сто пятьдесят лет окутывавший историю с градовыми камнями, рассеялся окончательно. Они оказались окаменелостями. Это «следы невиданных зверей». Надо отбросить все гипотезы, высказанные по их поводу, в том числе и религиозную. Как всегда бывает, при столкновении с наукой религия неизбежно терпит поражение. Старой легенде о «божьем гневе» пришел конец.
Стал восстанавливаться и облик существа. Оказывается, все пластинки и многогранники, украшенные диковинными узорами, составлялись в единое целое. Очень грубо можно сравнить такое их объединение с початком кукурузы, в котором каждое зернышко не скреплено с другим. Зернышки верхней части початка резко отличаются от зернышек средней и особенно нижней его частей. В основании початка они имеют форму многогранников. Составные части початка легко разъединяются.
Ордовикский рецептакулит имел, конечно, другую форму, но принцип его сложения был таким же, как и у початка. Вот почему каждая из составляющих его частей встречается сейчас отдельно от других. Это были только части скелета, а скрепляющая их биологическая масса не сохранилась.
Казалось, можно было бы на всем сказанном поставить точку. Разгадана тайна каменных знаков, и на этом можно успокоиться. Так ли? Ведь еще не решен вопрос: как попали в район деревни Арметово ордовикские окаменелости?
Если посмотреть на геологическую карту южной части Предуралья, то можно увидеть, что деревня Арметово располагается в поле развития пермских отложений, возраст которых около двухсот миллионов лет. Как же попали в пермские отложения более древние ордовикские ископаемые организмы?
Что же, снова возрождать гипотезу градового происхождения иглокожих, то есть признать, что их неведомо откуда принес ветер? Или возможны иные причины их появления в районе деревни Арметово?
В последние годы во многих пунктах Урала вскрываются подобные несоответствия. То среди отложений, которые издавна считались древними, находят молодые окаменелости, то среди молодых осадков встречаются остатки древних организмов. Видимо, многие геологи и сейчас не умеют определять возраст горных пород. Найдут какую-либо окаменелость и не задумываются: а как она попала в эти осадки?
Разгадка всех этих неясных вопросов намечена в наши дни коллективным трудом многих исследователей, но первой из них высказала новые идеи доктор геолого-минералогических наук Н. П.Малахова.
Она доказала, что многие организмы никогда не жили на Урале, а принесены сюда либо реками, либо ледниками много миллионов лет спустя после их смерти. По таким окаменелостям нельзя определять возраст горных пород.
Не представляет исключения и арметовская находка. Она лишь новый штрих в общем комплексе фактов, на которых сейчас закладывается фундамент новой уральской геологии. На основе этих фактов открываются поистине увлекательные перспективы. На огромных пространствах, там, где раньше неверно показывались древние отложения, восстанавливаются более молодые пермские осадки. Под ними могут залегать слои, содержащие нефть и уголь. И не исключена возможность, что такие крупные промышленные центры, как Тагил, Свердловск, Магнитогорск, располагаются вблизи крупных скоплений нефти и угля, которых так не хватает уральской промышленности.
Точки возрастных несовпадений типа арметовских лишний раз показывают нам, что период исследования Урала старыми методами пора закончить. Сейчас ясно, что надо бурить глубокие скважины и изучать тот подземный Урал, который еще не затронут исследованиями. И кто знает, какие сокровища он нам откроет!
Так, спустившись с неба на землю, мы приходим к проблемам, решение которых намечает новые пути исследования Уральских гор. Камешки, когда-то вызывавшие страх у суеверных жителей старой деревни, может быть, помогут направить поиски новых богатств земных недр. Тогда они по праву займут место в музее уже не как загадка природы, но как еще одно свидетельство бессилия религии и могущества человека.