1 год назад
Нету коментариев

Проблема зарождения жизни интересовала челове­чество с глубокой древности. В сохранившихся летопи­сях народов стран Древнего Востока (Египта, Вавило­нии, Финикии, Индии и др.) неоднократно высказыва­ется мысль о том, что живые существа могут зарож­даться из неживой материи — земли, воды, ила, огня и т. п.

Ученые и философы древности допускали возмож­ность внезапного, случайного образования живого ор­ганизма. В силу исторической преемственности эти первоначальные идеи переходят и к потомкам. Идеи произвольного зарождения придерживались как сти­хийные материалисты, так и идеалисты.

В мифах древних народов были распространены взгляды на происхождение организмов по произволу духов. В свою очередь составители Библии воспользова­лись такого рода мифами древних вавилонян, персов и других народностей. В Библии, например, рассказывается о сотворении богом мира в шесть дней. По прими­тивным библейским представлениям на третий день были на Земле созданы растения (Бытие, гл. 1, ст. 11— 13) (Здесь и далее Библия цитируется по синодальному изда­нию. Спб., 1898). На пятый день «сотворил бог рыб больших и вся­кую душу животных пресмыкающихся, которых произ­вела вода, по роду их, и всякую птицу пернатую по роду ее» (Бытие, гл. 1, ст. 21). На шестой день сказал бог: «…да произведет земля душу живую по роду ее, скотов, и гадов, и зверей земных по роду их». Затем создал «бог человека из праха земного и вдунул в лице его дыхание жизни; и стал человек душею живою» (Бытие, гл. 2, ст. 7).

В Коране, священной книге мусульман, повторяют­ся те же легенды. Аллах наподобие библейского бога определяется как «тот, который сотворил небеса, зем­лю и то, что между ними, в шесть дней, а затем воссел на престол» (XXV, 60 и др.) (Коран цитируется по фрагментам, включенным А. Эмме в его книгу «Наука и религия о возникновении жизни на Земле». (М., 1951)). В одном месте Корана говорится, что «аллах сотворил всех животных из во­ды» (XXIV, 44), что «он тот, кто из воды творит род че­ловеческий» (XXV, 55), а в другом месте утверждает­ся, что аллах «сотворил человека из глины, как гон­чар» (LV, 13) или же что он сотворил человека, из «ко­мочка сгустившейся крови» (XCVI, 2).

Таким образом, в священных книгах христиан и мусульман содержится много нелепых и противоречи­вых утверждений.

В Библии, кроме того, имеются и представления о возможности повторного произвольного образования организмов из неживого материала органического про­исхождения. Так, мифический Самсон ел мед пчел, якобы возникших из внутренностей убитого им ранее льва (Кн. Судей, гл. 14, ст. 8—9).

В Древней Греции существовали две трактовки проблемы возникновения организмов.

Основатель стихийного материализма философ Фалес (ок. 624—547 гг. до н. э.) считал воду началом всех вещей, в том числе и первых организмов. Создан­ная им милетская школа в противоположность рели­гиозным взглядам стремилась объяснить возникнове­ние жизни, исходя из материального первоначала.

Представитель этой школы Анаксимандр (ок. 610— 546 гг. до н. э.) считал, что в воде под влиянием сол­нечного тепла первыми появились рыбообразные орга­низмы, покрытые колючей чешуей. По достижении известного возраста они стали выходить на сушу, а когда чешуя стала лопаться, эти животные изменили образ жизни. Таковы были первые наивные представле­ния стихийных материалистов.

Гераклит Эфесский (ок. 544 — ок. 483 гг. до н. э.), развивая взгляды милетцев, утверждал, что мир — «этот космос, один и тот же для всего существующего, не создал никакой бог и никакой человек, но всегда он был, есть и будет вечно живым огнем, мерами загораю­щимся и мерами потухающим».

Представители атомистического материализма древ­ности — Левкипп (ок. 500—440 гг. до н. э.), Демокрит (ок. 460—370 гг. до н. э.), Эпикур (341—270 гг. до н. э.) и Лукреций (ок. 99—55 гг. до н. э.) также предполага­ли возможность естественного, произвольного зарожде­ния организмов из тел неживой природы, без какого бы то ни было влияния божественных сил.

Но в той же Древней Греции зародилось и идеалис­тическое религиозное направление, которое боролось с материализмом. Одним из основных создателей рели­гиозной школы был философ-идеалист Платон (428/427—347 гг. до н. э.). Платон, как позднее и соста­вители канонической Библии, положил в основу своей философии примитивные представления древних на­родов о божественном создании мира и всего живуще­го. Он выдвинул идею о существовании бесконечной и бессмертной космической души — «психеи», частицы которой, вселяясь в природу, оживляют ее и наделяют всеми признаками живых существ.

Идеалистическое учение Платона о бессмертной душе оказало влияние на его ученика естествоиспыта­теля и философа Аристотеля (384—322 гг. до н. э.), колебавшегося между материализмом и идеализмом. По его мнению, неживая материя целесообразно орга­низуется под воздействием нематериального активного начала — формы. А бог есть форма форм. Одновременно Аристотель допускал и произвольное возникновение жизни. Так, он утверждал, что насекомые зарождают­ся из росы, при гниении навоза или от пота и из всяко­го рода грязи. Таким же путем появляются и более вы­сокоорганизованные животные: лягушки, саламандры и др.

В эпоху средневековья церковники охотно взяли из учения Платона и Аристотеля идеалистические взгля­ды на происхождение жизни и возвели их в догму.

«Схоластика и поповщина взяли мертвое у Аристо­теля, а не живое»,— читаем мы ленинский вывод на сей счет в его «Философских тетрадях». К этому выводу В. И. Ленин пришел, проследив развитие фило­софской мысли с древнейших времен. Так, епископ и злейший враг науки Августин (354—430 гг.), соединив христианские догмы с учением древних философов-идеалистов, проповедовал, что, подобно тому, как бог в виде исключения создал вино прямо из воды, бог так­же в виде исключения может заставить рождаться орга­низмы прямо из земли. В произвольном зарождении Августин видел проявление «могущества бога».

В XIII веке большое распространение получила тео­логическая интерпретация аристотелевского учения, данная в «Суммах» богослова Фомы Аквината (1225— 1274 гг.). По его мнению, зарождение может иметь место не только по произволу божьему, но и вследствие козней дьявола, который якобы «творит паразитиче­ских и вредных для человека животных».

В эпоху Возрождения, так же как и во времена сред­невековья, господствовали религиозно-идеалистические представления о произвольном зарождении. В этой свя­зи следует упомянуть очень колоритную фигуру уро­женца Швейцарии Парацельза (1493—1541 гг.). Он даже предложил рецепт изготовления гомункулюса — маленького человечка. Для этого он рекомендовал взять «известную человеческую жидкость» (мочу) и заставить ее гнить сперва семь суток в запечатанной тыкве, а потом в течение сорока недель в лошадином желудке, ежедневно добавляя к гниющей жидкости че­ловеческую кровь. В результате «произойдет настоя­щий живой ребенок, имеющий все члены, как дитя, родившееся от женщины, но только весьма маленького роста». Парацельз утверждал: «Бог не сотворил ни еди­ного тела без духа». По его мнению, во всех телах дей­ствуют духи — археи, и эти-то духи превращают нежи­вое в живое.

Первую попытку опровергнуть представление о про­извольном зарождении ныне существующих организ­мов и доказать утверждение английского ученого Виль­яма Гарвея (1651 г.) о том, что «все живое из яйца», сделал итальянский естествоиспытатель и врач Франче­ско Реди в 1668 г. Ф.Реди пришел к выводу: боль­шинство насекомых и червей самопроизвольно не за­рождается. Он сформулировал положение, что ныне «все живое от живого». Но будучи не свободен от рели­гиозных предрассудков, Реди, проявляя явную непо­следовательность, утверждал, во-первых, что в прош­лом по приказанию «творца» земля произвела первые растительные и животные организмы и, во-вторых, что некоторые организмы все же возникают самопроиз­вольно. К числу самозарождающихся он относил пло­довых «червей» (личинки насекомых) и внутренних паразитов животных. По его мнению, они возникают в «живых пластических соках своих хозяев». В ту мрач­ную пору даже это наивное, но новое предположение Реди вызвало бурю негодования среди церковников и философов-идеалистов. В ответ идеалист Валлисниери (1661—1690 гг.) писал, что даже паразиты не могут произвольно зарождаться, так как они сотворены одно­временно с Адамом, а к Еве попали с его ребром. До грехопадения они якобы выполняли роль санитаров и гигиенистов, очищая тело человека от отбросов, а после первородного греха были превращены богом во вреди­телей и с тех пор из поколения в поколение передаются человеку вместе с его половыми клетками.

Такого взгляда придерживалось большинство сто­ронников произвольного зарождения. Например, после­дователь Парацельза фламандец Ван-Гельмонт, религи­озно мыслящий философ (1577—1644 гг.) считал, что произвольное зарождение живого из неживого постоян­но происходит под влиянием духов — археев. Эти духи посредством ферментов влияют на землю и превращают ее в кристаллы, минералы, а также в «семена» рас­тений и низших животных. В земле с момента сотво­рения мира якобы существуют «семена» высших жи­вотных и человека. Археи же могут превращать их также и в организмы.

Пытаясь «опытным» путем доказать правоту своих взглядов, Ван-Гельмонт предложил следующий рецепт искусственного изготовления мышей: «Насыпьте в гор­шок зерна, положите туда костей и грязных тряпок, и поставьте в теплое место и две недели не заглядывайте туда, затем, по истечении этого срока, там обнаружат­ся либо живые мыши, либо «следы» от их пребыва­ния». По мнению Ван-Гельмонта, это архей, содержа­щийся в тряпках и костях, подействовала на зерно и «превратил» его в мышей.

С изобретением микроскопов расширилась сфера не­посредственного наблюдения. С помощью микроскопа ученым удалось обнаружить огромный мир микро­организмов.

В 1677 г. голландский натуралист А. Левенгук при помощи изготовленного им микроскопа, который уве­личивал более чем в 160 раз, открыл одноклеточные организмы, бактерии, а также сперматозоиды в семен­ной жидкости животных и человека. После этого от­крытия, начиная с XVIII века спор вокруг проблемы произвольного зарождения в основном сводился к вы­яснению того, могут ли самозарождаться микроорга­низмы.

Идею произвольного зарождения микроорганизмов поддерживали многие ученые XVIII и первой половины XIX века. Появился даже ряд специальных исследова­ний в подтверждение этого взгляда. Так, французский естествоиспытатель Пуше на 700 страницах своей кни­ги приводил опытные и теоретические доводы в пользу возможности произвольного зарождения микроскопи­ческих существ.

По утверждению Пуше, в настое из трав микроор­ганизмы погибают через сутки после приготовления от­вара. Через сутки из продуктов распада микроорганиз­мов начинают зарождаться новые организмы. Вначале они образуются в виде комочков, состоящих из зерен. На третий день эти комочки превращаются в округлые яички. Из яичек на пятый день образуются зародыши, которые, двигаясь, как бы стараются выбраться нару­жу. На шестой день заканчивается развитие этих су­ществ. Уплощенные, грушевидной формы организмы покрываются ворсинками и достигают длины от 0,42 до 0,56 миллиметра. Эти существа называются инфузо­риями.

Конечно, никакая инфузория не может возникнуть, как совершенно справедливо отмечал Ф. Энгельс, «из небольшого количества вонючей воды в 24 часа». Не­состоятельность опытов Пуше в 1859 г. выявил его соотечественник Луи Пастер. Он доказал, что если до­статочно хорошо прокипятить сенной настой или любой мясной бульон и хранить эти жидкости в строго стерильных условиях, то микробы не заведутся. Проки­пяченные Пастером мясные бульоны в запаянных кол­бах стояли сколько угодно долго и не портились. Как явствовало из опытов Пастера, Пуше просто не убивал в настое споры, из которых впоследствии и развива­лись простейшие организмы.

Однако реакционно мыслящие ученые и богословы и опыты Пастера пытались использовать в своих инте­ресах. Одни данные этих опытов приводили в доказа­тельство того, что жизнь создана вследствие единого акта «творения», другие — для того, чтобы отстоять представление о вечности жизни, о ее занесении на Землю с других планет.

Остановимся кратко на гипотезах вечности жизни во Вселенной.

Мысли о том, что жизнь на Землю была занесена из мирового пространства, высказывали еще древнегре­ческие философы-материалисты, например Анаксагор (ок. 500—428 гг. до н. э.).

В науке XIX века имело хождение мнение о том, что Вселенная заселена семенами (зародышами), или панспермиями. Особое распространение теории панспер­мий получили во второй половине XIX века. Выводы Л. Пастера о том, что и бактерии, которые считались наипростейшими представителями жизни, не возни­кают непосредственно из неживых веществ, были под­хвачены многими учеными, чтобы доказать, что живые существа могут возникнуть только от себе подобных и, стало быть, живое вечно существует во Вселенной и лишь переносится с одной планеты на другую.

В 1884 г. физик Гельмгольц высказал мысль, будто жизнь на Землю занесена вместе с метеоритами. Швед­ский ученый С. Аррениус в начале XX в. выступил против этой гипотезы, предложив свою, по которой вы­ходило, что простейшие живые формы могли быть за­брошены на Землю силой давления световых волн.

Идеи о возможности существования жизни и на других планетах в это время не были столь уж новы­ми: такое предположение высказывал еще польский астроном Николай Коперник (1473—1543 гг.). Однако если жизнь существует на других планетах, то вполне закономерен вопрос: могут ли живые организмы пе­ребрасываться с планеты на планету? Но на этот во­прос наука отвечает отрицательно.

В межпланетных и межзвездных пространствах нет никаких условий для жизни: ни воды, ни пищи, ни тепла. Температура близка к абсолютному нулю, то есть к —273°.

Но эти условия сами по себе еще не являются пре­пятствием для перенесения различных микроорганиз­мов с планеты на планету под действием световых лу­чей или вместе с космической пылью. В брошюре «Сущ­ность жизни и ее проявления» мы уже говорили, что просто устроенные живые организмы, находясь в сос­тоянии анабиоза, могут длительное время выдерживать охлаждение, близкое к абсолютному нулю, или очень высокую температуру и другие неблагоприятные для жизни условия. Дело, однако, в том, что межпланетное пространство пронизывается огромным количеством коротковолновых космических лучей, которые убивают живые организмы, даже в состоянии анабиоза и при сверхнизких температурах. Вот эти-то лучи и послужи­ли бы непреодолимым препятствием для перенесения «зародышей» жизни с планеты на планету путем «све­товых волн», на космической пыли или на поверхности малых метеоритов.

Но, может быть, перенос живых организмов с пла­неты на планету возможен, если бы они оказались внутри метеоритов? Нет. И вот почему. Большинство метеоров, или небесных камней, входя в атмосферу, нагреваются до нескольких сот градусов и сгорают. Тщательные исследования тех метеоритов, которые не успели сгореть и упали на Землю, показали, что они не содержат в своем составе никаких следов жизни.

Таким образом, к началу XX столетия проблема происхождения жизни оставалась неразрешенной. В этом вопросе господствовали не научные, а религи­озные взгляды.