4 года назад
Нету коментариев

ПЛАВАНИЕ «Калипсо» продолжается. И я надеюсь, что оно продлится еще не один год. Здесь я ограничил­ся рассказом о наших странствиях в коралловых джунглях Красного моря и Индийского океана. На­деюсь, читатель получил кое-какое представление о странном мире, который пока что доступен немногим избранным. И всей душой мечтаю, чтобы царство, скры­тое в пучине, стало известно будущим поколениям не хуже, чем континенты изучены ныне живущими.

Но для этого прежде всего необходимо, чтобы под­водное царство не погибло. Человек только-только на­чинает по-настоящему узнавать море и уже видит, что оно погибает. Золотистые мадрепоры, прозрачные альционарии, морские веера — все они и многие другие организмы под угрозой. Виноваты побочные продукты нашей цивилизации. Нельзя забывать, что мы ответст­венны перед будущим за сохранность красот и моря, и суши. Рискуя употребить избитое выражение, скажу, что мы морально обязаны перед нашими потомками. Нельзя оставлять им в наследство мертвые рифы и пу­стынный океан.

Обитатели кораллового царства отличны от других животных. Они более уязвимы, их существование бо­лее зыбко, они легче гибнут от прикосновения челове­ка. Они не могут бежать и найти спасение в убежище, недоступном человеку. Рыба-бабочка оседлое существо, она живет и умирает среди кораллов. Строители рифов и атоллов — акропоры, тридакны, спирографы и про­чие — прикрепленные формы, они тоже умирают там, где протекает вся их жизнь.

Не вздумайте сказать, что я излишне пессимистично оцениваю настоящее и будущее. Я знаю, о чем говорю. Тридцать лет мы с моими друзьями изучаем море. На­ми изобретены, построены и пущены в действие приспо­собления, позволившие человеку по-настоящему присту­пить к освоению морской толщи, — от легководолазно­го снаряжения до «ныряющего блюдца», от подводных скутеров до совершенно новой подводной лодки для на­учного исследования.

Таков наш послужной список. Думаю, он дает нам право судить о том, что происходит в море. В Крас­ном море, например, мы работаем под водой уже сем­надцать лет. И, наверно, только мы можем сопоставить состояние кораллов теперь с тем, что было в 1953 году. На многих островах, атоллах, отмелях мы знаем каж­дый риф, каждый морской веер, каждый кустик чер­ного коралла. В последнем плавании мы увидели пло­щади гибнущих кораллов там, где прежде пышно рас­цветала жизнь. А ведь речь идет о каких-то годах. Что же сулит будущее?

И процесс разрушения идет не только в Красном море и Индийском океане. Мне достаточно хорошо зна­комы другие моря земного шара, я знаю, что загрязне­ние дает себя знать повсюду — у берегов Калифорнии, в Карибском море, в Микронезии.

Я снова и снова возвращаюсь к вопросу о деграда­ции кораллов. Это естественно, ведь Красное море и Индийский океан особенно богаты кораллами, а пото­му особенно чувствительны к загрязнению. Если дегра­дация будет продолжаться, придет конец одному из са­мых прекрасных творений природы. И погибнет надеж­да открыть еще неизвестные организмы. Если наши правнуки и впрямь не увидят живого коралла, наш век будет запятнан позором, которого смыть нельзя.

Даже если кораллы не погибнут совсем в скором вре­мени, они постоянно находятся под угрозой. Рифы под­вержены штормам, которые их разламывают, ливни по­нижают соленость морской воды, течения покрывают кораллы илом. Это, так сказать, извечные враги. Но те­перь появились новые. Достаточно танкеру вылить ма­зут в море около рифа, достаточно излиться нефти из скважины — и на большой площади погибнут коралло­вые полипы.

Теоретически проблему просто решить: надо ввести строгие международные запреты и правила. Но дело не столько в законах, сколько в психологии людей. Надо пересмотреть наш взгляд на море. Людям оно представ­ляется безбрежным, бездонным, неисчерпаемым и не­уязвимым. Однако мы убедились, что океан отнюдь не безбрежен и далеко не всесилен против губительных влияний.

Взять рифы, о которых мы говорили, что они кишат жизнью. Ведь на самом деле это четко ограниченные зыбкие оазисы. Зона жизни простирается в основном от поверхности моря до глубины тридцати—сорока метров и охватывает только внешние грани рифа. И здесь есть место лишь ограниченному количеству рыб. Рыб, кото­рые ведут оседлый образ жизни и охота на которых — детская игра. Три подводных охотника шутя могут по­губить такой риф, как Абулат или Маф-Зубер, ибо у нас нет оснований надеяться, что место убитой рыбы займет другая. Вот почему надо бороться не только против загрязнения океана, но и против бессмысленного избиения рыбы. Первый шаг — учреждение морских за­поведников, вроде Кей-Ларго в США или района остро­вов Пор-Крос в Средиземном море.

001

002

003

004

И мы должны учить людей уважению к морским организмам — учить примером, словом, привлекая все средства массовой информации. Это не так-то сложно, и всякий, кто любит море, возлагает большие надежды на такие вещи. Реакция публики на наши фильмы в США, в Европе показала, что миллионы людей с ог­ромным интересом относят­ся к обитателям моря, осо­бенно к наиболее крупным. Может быть, играет роль и то, что в этих существах для нас — символ утраченной нами воли. А может быть, сказывается неосознанная тяга к морю, из которого все мы в конечном счете вышли, стремление восста­новить исконные связи с природой. Сегодня человек располагает всем необходимым, чтобы прийти в море и жить в нем. Будем надеяться, что это будет не пустое, безжизненное море…

Два десятилетия мы с моими друзьями на «Калип­со» почти не расстаемся с морем. Нам пришлось ре­шать немало проблем как в области зоопсихологии, так и в области техники — конструируя подводное сна­ряжение. Другими словами, мы не просто кочевали по океану. У нас было время и были возможности, чтобы выявить тенденцию, чреватую конечной гибелью мор­ской фауны. А гибель океана — это гибель планеты Земля. Растительные организмы океана производят не­малую часть кислорода, которым мы дышим. В отрав­ленном море не будет флоры. Не будет флоры — не бу­дет кислорода, необходимого для наземной жизни.

Правда, безнадежной ситуацию нельзя назвать. У нас еще есть шанс. Человек может прекратить загряз­нение и сохранить жизнь в океане. Только нельзя ог­раничиваться констатацией фактов. Надо действовать. Мобилизовать все ресурсы, всю энергию и организовать крестовый поход во спасение человечества.

До сих пор море для человека было охотничьим уго­дьем. Рыбаки с их сетями и гарпунами, вооруженные современным арсеналом радаров и прочей’ электрони­ки, опустошают, истощают ресурсы моря.

Двадцать тысяч лет назад наши предки занялись разведением наземных животных; теперь пришла пора разводить морскую фауну. Наше будущее — в океане. Человек должен научиться беречь водные бассейны, ухаживать за ними и за их обитателями.

Несколько лет назад бы­ло в моде говорить о морях как о «фермах будущего», причем подразумевалось не­что вроде продовольствен­ного склада для перенасе­ленных континентов. Мечта, притом осуществимая. Но только в том случае, если разумно, планомерно распо­ряжаться богатствами океана, его фауной. А пока что нелепо ждать спасения от среды, которую мы изо всех сил губим.

Не впервые — и надо думать, не в последний раз — человек совершает глупости. Некогда Африка считалась неисчерпаемым источником богатства. На самом деле безрассудная эксплуатация природных ресурсов истоща­ет континент так же эффективно, как и море. Разница лишь в том, что к океану человек подходит еще более хищнически. На суше мы, пусть неуклюже, пытаемся приручать и разводить животных, совершенствовать сель­скохозяйственные культуры. В море — ничего похоже­го. Тут вся наша техника направлена на одно: убивать возможно больше и эффективнее, убивать всюду и вез­де, любыми средствами. Мы стараемся окружить рыбо­ловство ореолом «спортивности» и благородства, пото­му что речь идет о занятии, корни которого уходят в предысторию человечества. Между тем в наше время оно стало архаизмом, вредной нелепостью. Современ­ная техника превращает рыболовство не в спорт, а в систематическое истребление, грозящее опустошить моря.

Человек может брать от моря, не боясь нарушить экологический баланс, очень мало. Как только минимум превышается, возникают катастрофические последствия. Сберечь разнообразие и богатство морской фауны мож­но, только соблюдая законы биологии. А чтобы их соб­людать, надо знать. Всякая попытка произвольно по­сягать на жизнь океана чревата цепной реакцией, ведь «живое море» хотя и рай, но очень зыбкий. В этом раю есть место и для человека. И для акул. Но места не­много, оно не идет ни в какое сравнение с опустоше­нием в среде морской фауны, творимым человеком.

Разумеется, можно увеличить размер дани, которую можно безболезненно брать с океана. Но для этого нужны подходящие средства. Мы обязаны разработать продуманную программу приручения и одомашнивания. Другого пути просто нет. Иначе придется оставить вся­кую надежду прокормить земной шар тем, что может дать подводное царство планеты.

Наконец, современному человеку пора отделаться от чрезмерно романтического взгляда на море. Хватит ду­мать о нем, как о «таинственной стихии». Тайны кон­чились, остались проблемы, требующие разрешения. Мы вступаем в новую эру исследования и изучения. Нам надо научиться использовать биологические и мине­ральные ресурсы океана, научиться направлять его энергию. Одновременно мы должны научиться уважать неприкосновенность и равновесие мира, столь нераз­рывно связанного с нашим. Глядишь, и поймем, что мо­ре — продолжение нашего мира, часть нашей Вселен­ной, владения, которые мы обязаны охранять, если хо­тим выжить.