3 года назад
Нету коментариев

Провинция с горно-лесными и отчасти горно-луговыми ландшафтами тянется вдоль южного склона Б. Кавказа от Сурамского хребта на западе до р. Пирсагат на востоке.

В провинцию входят Сурамский хребет, основу которого составляют древние породы Дзирульского массива, затем хребты Юго-Осетии и хребты Карталинский и Кахетинский, в основном средневысотные, возникшие вследствие попереч­ного эрозионного расчленения складчатых меловых флише­вых толщ, отчасти пород палеогена. По границе с высоко­горными провинциями (Западной и Восточной) развиты известняково-мергельные, слоистые и сланцеватые породы верхней юры. Восточнее Кахетинского хребта в пределы провинции входит южный склон Водораздельного хребта Восточного Кавказа с его короткими быстро снижающимися отрогами. Реки, пересекающие эту часть территории, часто имеют селевый режим, т. е. бывают селеносными.

Классический район мощных селей, т. е. разрушитель­ных грязекаменных потоков, — Закатало-Нухинский учас­ток южного склона Б. Кавказа.

Сели здесь зарождаются преимущественно в высокогор­ной пригребневой зоне Водораздельного хребта из продук­тов выветривания коренных горных пород: глинистых слан­цев и песчаников нижней и средней юры, а также флише­вых толщ (с обязательным участием глинистых сланцев) верхней юры и нижнего мела.

Процессы физического выветривания горных пород в высокогорной зоне происходят исключительно интенсивно, вследствие того, что здесь на поверхность часто выходят легко разрушаемые породы, а также и потому, что к выве­триванию термическому здесь присоединяется еще морозное. Эффект инсоляции усиливается южной экспозицией и тем­ным цветом сланцев, а связанные с тектоникой (головы пластов, падающих внутрь склона) геоморфологические особенности (резкость форм, крутизна склонов) и относи­тельная ксерофитность и разреженность растительного покрова горно-луговой зоны способствуют обнаженности горных пород.

При выветривании образуются исключительно подвиж­ные мелкие пластинки, листочки и чешуйки глинистых сланцев, легко скользящие.

Слабая водопроницаемость горных пород обеспечивает энергичный поверхностный сток, который в сочетании с горным рельефом способствует быстрой концентрации в ру­слах водотоков значительных масс продуктов выветривания.

Водосборные цирки в верховьях ущелий загромождают­ся обломочным материалом — от крупных глыб до мелких чешуек и иловатых частиц. Слабый в межень водоток, почти теряющийся в этих накоплениях, не в состоянии тран­спортировать сносимую в него с горных склонов колоссаль­ную массу продуктов разрушения.

При сильных ливнях вся эта масса и снесенные водой со склонов продукты выветривания приходят в движение. Горные ущелья внезапно перегружаются огромным коли­чеством твердого материала, в размерах, совершенно не соответствующих водности потока, хотя и возросшей в ре­зультате ливня. При продолжающемся поступлении воды грязевая масса разжижается, из селя выпадают крупные глыбы, и вниз течет уже обыкновенный, хотя и очень мут­ный поток. Это «расщепление» селя может произойти либо в ущелье, либо уже по выходе из него, когда грязекаменный поток достигает конуса выноса («сквозной» сель). Собствен­но сель обычно продолжается не более трех-четырех часов.

«Селеносные водотоки ведут двойственную жизнь: как селевые потоки — в редкие моменты прохождения селей — и как совершенно обычные водные — в длительные межсе­левые промежутки. Для последних ущелье является зоной переноса материала и эрозии, причем в этой зоне водоток промывает тогда старые уплотненные селевые выносы, вскрывая в обрывах их террас структуру селевой массы» (Л. Н. Леонтьев, 1951, стр. 124).

Сели образуются при первых сильных ливнях, внезапно наступающих после засушливого периода, в Закатало-Ну­хинском районе — в июле—августе.

Поскольку в лесной зоне сели почти не зарождаются, все внимание при прогнозировании и борьбе с этими явле­ниями должно быть направлено в основном на высокогор­ную зону. По данным Л. Н. Леонтьева, естественный процесс развития географической среды ведет в общем к сокращению селевых явлений. Но в угрожаемых участках пастбищной зоны высокогорий неумеренная пастьба спо­собствует разрушению склонов, препятствует продвиже­нию лесной и горно-луговой растительности вверх и естест­венному сокращению селеносности ущелий.

Климат провинции относительно влажный и прохлад­ный, умеренного типа. Благодаря защищенности с севера высокими горами зимы не суровые (средняя температура января —2°, —7°). Годовое количество осадков на западе около 1500 мм, к востоку оно уменьшается до 800 мм, а в самой восточной точке провинции — до 600 мм.

Западная часть провинции, особенно Кахетинский хре­бет (район Гомбори и местность к востоку-юго-востоку от него), сильно страдает от интенсивных градобитий — это один из наиболее поражаемых градом районов Восточной Грузии, которая вообще по их частоте занимает одно из первых мест в СССР (В. М. Гигинейшвили, 1959).

Для провинции характерен восточнозакавказский тип высотной зональности ландшафтов, но в основном она отно­сится к лесной зоне и лишь на востоке, на склоне Водораз­дельного хребта Большого Кавказа, в ее пределы входят горно-луговая зона и расположенная ниже лесной зона аридного редколесья, где в настоящее время господствуют вторичные степные ландшафты.

На склоне Водораздельного хребта лес поднимается до 1850 м на западе и 2300 м на востоке. В том же направле­нии, с запада на восток, идет остепнение горно-луговой растительности и увеличивается распространение разре­женных скально-осыпных группировок как в альпийском, так и в субальпийском поясе.

035

Под широколиственными, преимущественно буковыми лесами развиты горно-лесные бурые почвы. Леса здесь беднее по числу видов растений в сравнении с колхидскими и с лесами среднегорного пояса предыдущей провинций. К востоку наблюдается постепенное исчезновение колхид­ских растений. В Юго-Осетии еще распространены вечно­зеленые кустарники — лавровишня, падуб, иглица, иногда встречается понтийский рододендрон, есть лианы. Вечно­зеленые подлесок и лианы развиваются только в отдельных местах нижнего пояса лесной зоны, наиболее подходящих по условиям обитания.

Намечаются три главных пояса горных лесов: нижний с преобладанием дубовых (из Quercus ibericaи дубово-грабо­вых лесов, средний с господством буковых и вторичных гра­бовых лесов1 и верхний из клена Траутфеттера (в западной части провинции), восточного дуба (Quercusmacranthera — на востоке) и березового криволесья. Местами, где лучше увлажнение, и в нижнем поясе господствует бук. Сплошь да рядом нижняя полоса леса нарушена и заменена грабин­никовыми лесами (из Carpinus orientalisи шибляком из держидерева.

На востоке провинции замечается появление элементов гирканской (талышской) флоры. Появляются клен величе­ственный (Acer velutinum), дуб каштанолистный, найден вечнозеленый гирканский кустарник даная (Danae racemosa), есть плющ (Hedera pastuchowii). В горных ущельях встре­чаются небольшие разрозненные рощи грецкого ореха (Jug­lans regia). Ореховые рощи среди лесов Кавказа считают одичавшими остатками древней культуры, но Л. И. При­липко (1954, стр. 205) допускает и существование фрагмен­тов ореховых лесов естественного происхождения. По бор­там некоторых долин, разрезающих южный склон Водо­раздельного хребта, можно увидеть участки каштановых лесов. В ущелье р. Белоканчай есть небольшая рощица сосны (Pinus hamata), по своему происхождению связан­ная с сосняками Дагестана.

Горные леса наибольшей мощности и сомкнутости наблю­даются в среднем поясе лесной зоны, в пределах высот от 1000 до 1700 м. Эти леса весьма производительны, имеют большое эксплуатационное и водоохранное значение. Осо­бенно замечательны чистые высокоствольные буковые леса с деревьями, похожими на исполинские стройные колонны, подпирающие густой зеленый полог. В них почти нет под­леска и слабо развит травянистый покров. 200—300-летние деревья бука достигают 35—40 м высоты при диаметре ствола 100—150 см. Запасы древесины этих мощных буковых лесов свыше 700 м3/га (Л. И. Прилипко, 1954, стр. 27, 38—39).

Лесные ресурсы провинции особенно важны, так как рядом располагаются обширные степные и полупустынные пространства Куринской провинции. Исключительно ве­лика противоэрозионная, т. е. почвозащитная роль лесов, а также снегозащитная и водоохранная. Поэтому лесохо­зяйственные мероприятия должны предусматривать сох­ранение и улучшение этих горных лесов, установление строгого режима рубок и рационального ведения лесного хозяйства.

Проводившиеся прежде сплошные рубки бука приводили в лучшем случае к смене бука менее ценными породами (граб, осина и др.), а в худшем — к полному исчезновению леса, например в Исмаиллинском районе. В настоящее время наиболее приемлемыми считаются выборочные и группово-выборочные рубки бука, с оставлением полноты леса не ниже 0,5—0,6, так как они лучше всего обеспечи­вают естественное возобновление леса и сохранение его защитных свойств (Л. И. Прилипко, 1954, стр. 85—86).

Не следует забывать, что интенсивная пастьба скота на вырубках и лесных полянах нарушает восстановление бу­кового и дубового леса. Поэтому необходимы неотложные мероприятия по урегулированию выпаса.

Из-за пастьбы скота и порубок очень затруднено есте­ственное возобновление лесов из восточного дуба верхнего лесного пояса, прилегающего к летним высокогорным паст­бищам. В результате верхняя граница леса во многих мес­тах снижена. Здесь желательно не только урегулировать выпас, но и наладить посев желудей.

Естественному возобновлению дубовых лесов мешают вредители, которые портят или поедают желуди. Требуется разработка эффективных способов борьбы с грызунами и насекомыми — вредителями желудей. Желуди грузинского дуба в большом количестве уничтожают дикие кабаны.

Что касается издавна практикующейся и до сего време­ни не урегулированной пастьбы скота в горных лесах, то надо заметить, что лесные пастбищные угодья малоценны в кормовом отношении, а вред лесу пастьба скота приносит большой. Очень вредно также обрубать ветви на деревьях и скармливать их скоту. Кормовая проблема должна ре­шаться путем создания искусственных пастбищ и посевов ценных кормовых культур на полях.