6 лет назад
Нету коментариев

Каледонский тектонический этап — первый, для которого мы можем с некоторыми подробностями прослеживать движения земной коры на разных ее участках. Естественно поэтому выяснить, как же протекают эти движения для этапа в целом, подчиняются ли они каким-либо хро­нологическим закономерностям и в чем состоят эти закономерности?

На диаграмме (рис. 59) воспроизведены графически основные колебания и орогенические фазы, которые сиаль испытала в кембро-силуре. Отчетливо выступают три крупные и, несомненно, сложно построенные волны прогибаний, отвечающие трансгрессиям нижне- и среднекембрийской, ордовикской и готландской. Между ними располагаются (так же, вероятно, сложно построенные) волны регрессий — в верхнем кембрии, на границе нижнего и верхнего силура и в конце готландия. Складко-образовательные процессы привязываются минимум к трем промежуткам времени: верхнему кембрию (салаирская фаза), концу ордовика — началу готландия (таконская фаза), концу готландия — началу девона (арденнская и эрийская фазы). Небольшие орогенические подвижки были в отдельных пунктах и в другие моменты времени (например, трюсильская фаза в нижнем ордовике Трондьемской мульды), но это не меняет того положения, что основные и наиболее значительные складкообразовательные движения совершались в указанные немногие орогенические фазы. О том, что каждая из фаз (салаирская, таконская, верхнесилу­рийские) являлась длительным и сложным процессом, а не мгновенным единичным актом, достаточно говорилось выше.

Схема движений земной коры в течение каледонского тектонического этапа

Схема движений земной коры в течение каледонского тектонического этапа

Таким образом, каледонский тектонический этап ясно расчленяется на две неравные половины: в первую, большую часть этапа (кембрий и главная часть ордовика) господствуют отрицательные колебательные движения — прогибания, во вторую, меньшую, наряду с колебательными резко проявляются движения складкообразовательные и параллельно с седиментацией формируются новые складчатые структуры.

В сущности говоря, эта схема динамики каледонского тектонического этапа вполне отвечает той, которую мы вывели ранее, например, для лептитового, ботнического и карельского этапов в докембрийской истории Русской платформы. Но вместе с тем отчетливо выявляется и гораздо большая сложность каледонского этапа. И первая часть этого этапа — погружение, и вторая — складкообразование легко расчленяются на более мелкие элементы: трансгрессии и регрессии, орогенические фазы, отделенные одна от другой промежутками эпейрогенеза. Однако, эти различия, вероятно, лишь кажущиеся. От каледонского этапа до нас дошло гораздо больше каменных документов, и эти документы, благодаря применению палеонтологического метода, мы можем хронологически ориентировать гораздо подробнее, чем для любого отрезка докембрия. Неудивительно поэтому, что и в ходе каледонского этапа, в его движениях, мы распознаем несравненно больше деталей, чем в аналогичных тектонических этапах докембрия. Усложнение динамической схемы каледонского этапа сравнительно с докембрийскими является следствием, а основном, его более полной изученности.

Уже давно исследователей тектонической эволюции земной коры занимал вопрос, существовала ли в движениях геосинклинальных зон и платформ какая-либо координация и какая именно?

Известный французский геолог Э. Ог, основатель учения о платформах и геосинклиналях как основных структурных единицах земной коры, считал, что эти структурные элементы ведут себя в истории Земли, как чаши весов: погружаются платформы — подымаются геосинклинали и наоборот. Поэтому трансгрессиям эпиконтинентальных (наплатформенных) морей соответствуют регрессии морей геосинклинальных, и наоборот. Это положение, выдвинутое еще в 1900 г., быстро получило признание и вошло в учебники под именем «закона Ога».

Наряду с «законом Ога» имеется, однако, и другое, диаметрально противоположное решение той же проблемы, предложенное независимо друг от друга А. Д. Архангельским (1923 г.) и Г. Штилле (1924 г.). Тщательный анализ большого фактического материала, произведенный этими исследователями, показал, что случаи проявления «закона Ога» в прошлом весьма немногочисленны и являются исключением. В качестве же правила наблюдается, что платформы и геосинклинальные зоны вместе погружаются и вместе всплывают.

Не вдаваясь в детальный разбор этого вопроса, во всем, объеме, применительно к каледонскому тектоническому этапу можно, кажется принять, что в нем движения подчиняются правилу Архангельского-Штилле, а не «закону Ога».

Действительно, как это указывалось выше (см. главы VIII—IX), трансгрессии нижнего и среднего кембрия, ордовика и готландия сказываются в геосинклинальных областях и на платформах практически, т. е. в пределах точности геохронологических определений, одновременно, хотя в геосинклиналях они наступают иногда несколько раньше, чем на платформах. Прекрасным примером такого запаздывания погружения платформы является кембрий Северной Америки, где трансгрессия в Аппалачской и Кордильерской геосинклиналях началась в георгийское, а на платформе лишь в акадское время. Такой хронологический диссонанс, также отмеченный А. Д. Архангельским (1934 г.), однако не отменяет самого правила, но только детализует механизм погружений, всегда (или по крайней мере наиболее часто) начинающихся в геосинклиналях и затем распространяющихся на платформы. К сожалению, материал каледонского этапа мало дает для познания этого вопроса, но ниже мы увидим ряд прекрасных тому примеров.