1 год назад
Нету коментариев

В результате вторжения дорийцев все главные центры ми­кенской эпохи приходят в запустение, поселения разрушаются и долгое время остаются лежать в развалинах, население покидает их. Последствия вторжения дорийцев коснулись даже таких районов, куда, по античным преданиям, дорийцы непосредствен­но проникнуть не смогли, например Аттики. Она прекращает прежние оживленные сношения с другими эгейскими центрами и более далекими странами и переживает полосу упадка. При недавних раскопках на территории Афин было установлено, что в погребениях послемикенского времени почти нет вещей ино­земного происхождения. Об упадке ремесленного мастерства и снижении художественного вкуса свидетельствуют дипилонские вазы, найденные в окрестностях Афин. Эти огромные сосуды, сделанные при помощи гончарного круга, украшены поясами росписи в так называемом геометрическом стиле. Стиль этот назван так потому, что для него характерно чередование про­стейших геометрических фигур — ромбов, треугольников, пря­моугольников и т. д. В подобных приемах орнаментировались сосуды и изображались люди; повернутый вершиной вниз тре­угольник означал человеческое тело, приставленные к этому тре­угольнику прямые линии — руки и ноги, схематически нарисо­ванная маленькая круглая голова неизменно была повернута в профиль. Трудно представить себе более разительный конт­раст с полными жизненной экспрессии изображениями критских и микенских художников!

Так же грубы и примитивны были деревянные статуи богоз, известные нам лишь по упоминаниям позднейших античных пи­сателей. Бронзовые изображения такого же типа, датируемые VIII в. до н. э., найдены на острове Крите при раскопках до­рийского храма.

И архитектурные памятники этой эпохи носят отпечаток упадка материальной культуры. Судя по остаткам храмов это­го периода — храма Артемиды Ортии близ Спарты и храма в Терме, в Этолии,— стены их выкладывались из сырцового кир­пича, крыша подпиралась деревянными столбами, и только цоколь делался из поставленных стоймя каменных плит. Также примитивно строились дома. Большая часть помещений соору­жалась из бревен, полом служила плотно утрамбованная земля, дым из очага выходил через отверстие в крыше, поэтому стены были закопчены. Такого рода постройки, конечно, нельзя даже и сравнивать с дворцами микенской эпохи. Но все же полного разрыва между крито-микенским и последующим, так называе­мым гомеровским, периодом античной истории не было: гомеров­ский период унаследовал от микенского многие орудия труда, например плуг, гончарный круг, некоторые типы оружия, па­русный корабль, колесную повозку и др. Не следует также за­бывать, что именно эта эпоха в Греции ознаменовалась перехо­дом от бронзы к железу, что открыло новые перспективы для дальнейшего развития производительных сил греческого об­щества.

Историческая жизнь древней Греции после вторжения до­рийцев (XI—IX вв. до н. э.) нашла отражение в так называе­мом гомеровском эпосе — двух дошедших до нашего времени поэмах — «Илиаде» и «Одиссее». Облеченные в поэтическую форму сказания, составляющие содержание этих поэм, склады­вались на протяжении ряда веков. Некоторые части гомеров­ского эпоса отражают микенскую эпоху. В поэмах, например, запечатлены воспоминания о дворцах микенского времени и бы­те (оружии, утвари и т. д.).

Долгое время все эти сказания хранились в устной тради­ции и передавались из поколения в поколение сказителями-пев­цами (аэдами и рапсодами). Только в середине VI в. до н. э. «Илиада» и «Одиссея», по-видимому, были впервые записаны. Вполне естественно, что за свою долгую жизнь обе поэмы не раз перерабатывались и дополнялись. Но и после первой запи­си при повторных переписках в них продолжали вносить изме­нения и вставлять новые эпизоды.

Обе поэмы вызвали огромный интерес ученых нашего вре­мени. Ведь «Илиада» и «Одиссея» по своим художественным достоинствам могут быть отнесены к шедеврам мировой лите­ратуры; кроме того, на материале этих поэм в науке нашего времени делались попытки решить проблему большого принци­пиального значения о происхождении эпоса вообще. В современ­ной науке, начиная с конца XVIII в., существует даже особый гомеровский вопрос, породивший сотни и тысячи трудов и ис­следований. Исследователи, изучающие этот вопрос, стремились, во-первых, объяснить происхождение обеих поэм, т. е. выяснить, являются ли они результатом индивидуального или коллектив­ного народного творчества, и, во-вторых, выявить и определить те разновременные сюжетные слои, которые легли в их основу.

Ваза с геометрическим орнаментом

Ваза с геометрическим орнаментом

Хотя античные писатели вполне определенно называют имя творца «Илиады» и «Одиссеи» и несколько греческих городов спорили из-за чести считаться его родиной, Гомер должен быть отнесен к числу персонажей легендарных. О том, когда и где он жил, ничего достоверно неизвестно. Данные его биографии, приводимые древними писателями, не заслуживают никакого доверия. Античная традиция приписывала Гомеру, помимо «Илиады» и «Одиссеи», еще ряд частично дошедших до нашего времени произведений, но уже в античную эпоху стали возни­кать сомнения в подлинности его авторства. Греческие уче­ные критиковали автора поэм за встречающиеся в его произ­ведениях явные противоречия. Особенно суровым крити­ком Гомера был учитель рито­рики Зоил (IV в. до н. э.). Его даже прозвали «бичом Гоме­ра» (гомеромастиксом). Одна­ко подавляющее большинство ученых античного времени не поддерживало этой критики. Вот почему имя «Зоил» стало впоследствии нарицательным, и в наше время так называют придирчивых и несправедли­вых критиков. В широких сло­ях народа не возникало ника­ких сомнений в реальном су­ществовании Гомера и в пер­воначальной целостности поэм, на которых в античное время воспитывались поколения за поколениями. Впервые сомне­ния зародились лишь в XVII в., но строго научная постановка гомеровского вопроса относится уже к самому концу XVIII в., к 1795 г. В этом году вышло в свет посвященное Гомеру иссле­дование под названием «Введение к Гомеру» немецкого ученого Фридриха-Августа Вольфа. Отметив ряд явных противоречий в содержании поэм, Вольф пришел к выводу, что «Илиада» и «Одиссея» не единые поэмы, написанные в одно и то же время, а собрание отдельных впоследствии соединенных вместе песен. Мнение Вольфа встретило, однако, сильную оппозицию со сто­роны так называемых унитариев. Придавая первостепенное зна­чение единству художественного замысла и стиля, они продол­жали защищать «единого» Гомера; противоречия же, встреча­ющиеся в тексте поэм, эти ученые объясняли искажениями, вкравшимися в текст в позднейшее время.

Ваза геометрического стиля

Ваза геометрического стиля

В дальнейшем появляется и третье решение гомеровского вопроса — теория первоначального ядра. Сторонники этой тео­рии считали, что в основе «Илиады» и «Одиссеи» лежит некое первоначальное сюжетное ядро, на которое с течением времени наслаивались различные дополнения и параллельные редакции, привносимые поэтами более поздних веков. Существование в тексте поэм разновременных вставок и дополнений не вызывает сомнений, поэтому теория первоначального ядра на первый взгляд представлялась многим весьма убедительной. Разочаро­вание наступило тогда, когда обнаружился полный разнобой в определении начального ядра и позднейших добавлений. Хотя различные варианты теории первоначального ядра, господст­вовавшие во второй половине XIX в., продолжают существовать и в XX в., теория эта зашла в тупик.

Гомер. Мраморный бюст эллинистической эпохи

Гомер. Мраморный бюст эллинистической эпохи

В последнее время довольно широкое распространение полу­чила точка зрения, построенная одновременно на критическом пересмотре теории унитариев и теории ядра. Согласно этой точ­ке зрения, каждая из поэм имеет своего автора, который в ос­нову своего произведения положил материал народных сказа­ний, но художественно обработал его. При переработке в поэмы, несомненно, было введено много новых эпизодов, а по­вторяющиеся или не поддающиеся согласованию частично изъя­ты; полностью устранить противоречия и повторения авторам, однако, не удалось. После этого текст поэм уже существенно не изменялся, хотя и вводились небольшие интерполяции (вставки).

Многие ученые считают также, что «Одиссея» — произведение не однородного с «Илиадой» эпического жанра. «Одиссея», как поэма скорее авантюрно-сказочная, чем героическая, по-видимо­му, имела и свой особый круг первоисточников, притом несколь­ко более позднего времени.

Таким образом, изложенные теории происхождения гомеров­ского эпоса пытаются дать ответ сразу на два вопроса: почему обе поэмы характеризуются единством художественного замыс­ла и его воплощения и в то же время почему в них встречают­ся повторения и противоречия. Впрочем, далеко не всем эти от­веты представляются достаточно убедительными. В буржуазной науке существуют и другие объяснения происхождения эпоса, в большинстве случаев модернизирующие старую аргументацию как унитариев, так и сторонников теории ядра.

В советской науке проблема происхождения эпоса также считается пока еще недостаточно выясненной.

Еще до дешифровки микенского письма некоторые ученые обратили внимание на то, что памятники микенской эпохи, как правило, встречаются в местах, упоминаемых у Гомера. В ходе многолетних раскопок памятников микенской эпохи было об­наружено немало вещей, очень похожих на те, которые описы­ваются у Гомера. Таким образом, связь между микенской эпо­хой и гомеровским эпосом представляется несомненной. Однако тут необходима существенная оговорка. В 1950 г. в Англии вышла книга Э. Лоример «Гомер и памятники», специально по­священная сопоставлению гомеровского эпоса с археологическим материалом. Пользуясь новейшими данными археологии и прежним материалом, автор доказывает, что эпоха бронзы от­ражена в гомеровских поэмах значительно слабее, чем предпо­лагали ранее. Памятники материальной культуры, упоминаемые в эпосе, чаще всего совпадают с археологическим материалом самого конца II и начала I тысячелетия до н. э. Следовательно, хотя в поэмах и запечатлены живые воспоминания о микенской эпохе, они прежде всего отражают не микенский, а более позд­ний период, XI—IX вв. до н. э.

Родиной гомеровских поэм, как о том свидетельствуют осо­бенности их языка, было ионийское побережье Малой Азии. Сюжет «Илиады» и «Одиссеи» почерпнут из так называемого троянского цикла мифов. В мифах повествуется о том, как сын троянского царя Приама Парис (второе его имя Александр) по велению Зевса должен был вручить одной из трех богинь — Ге­ре, Афродите или Афине — золотое яблоко с надписью «пре­краснейшей». Чтобы побудить Париса решить спор в ее пользу, каждая из богинь не скупилась на обещания: Гера обещала Парису власть и богатство; Афина — мудрость и славу; Афро­дита — самую красивую женщину в мире. Парис подарил ябло­ко Афродите, и она помогла ему похитить у спартанского царя Менелая его жену Елену. Похищение Елены и послужило по­водом к троянской войне. Разгневанный Менелай и его брат, микенский царь Агамемнон, призвав на помощь греческие племена, совершили поход на Трою (или Илион). Под предво­дительством Агамемнона греки девять лет осаждали Трою и только на десятый год им удалось хитростью взять и разрушить ее.

«Илиада», т. е. поэма об Илионе, повествует лишь об одном из эпизодов десятого года этой войны. Главный герой «Илиа­ды» — Ахилл, сын фессалийского царя Пелея и морской богини Фетиды. В сюжете «Илиады» центральным эпизодом является ссора Ахилла с предводителем всех греческих отрядов Агамем­ноном. Ахилл, оскорбленный Агамемноном, отказывается от дальнейшего участия в военных действиях, и греки терпят од­но поражение за другим. В битвах греков и троянцев принимают участие даже боги: одни — на стороне троянцев, другие — гре­ков. В конце концов Ахилл после гибели своего друга Патрок­ла, павшего в единоборстве со старшим сыном троянского царя Гектором, решает примириться с Агамемноном и снова выступа­ет против троянцев. Жажда мести оказывается сильнее чув­ства обиды. Убив Гектора, Ахилл привязывает его тело к своей колеснице и объезжает вокруг стен Трои. Только после усилен­ных просьб и богатого выкупа Ахилл соглашается вернуть тро­янцам тело Гектора. Поэма заканчивается описанием торжест­венного погребения Гектора.

Еще в античное время текст «Илиады» был разделен алек­сандрийскими учеными-филологами на 24 песни по числу букв греческого алфавита.

Вторая гомеровская поэма — «Одиссея» также включает 24 песни. В ней рассказывается о странствиях и приключениях одного из участников троянского похода, хитроумного Одиссей, царя Итаки. Главные герои «Илиады» в той или иной связи упоминаются и в «Одиссее». Обе поэмы неразрывно связаны друг с другом, хотя «Одиссея» и не представляет собой прямого про­должения «Илиады»: ряд событий, падающих на период между погребением Гектора и разрушением Трои, в ней опущен.

Сюжет «Одиссеи» сложнее, чем «Илиады», и излагается в нескольких планах. Поэтический рассказ начинается с описа­ния горестей Одиссея, томящегося на острове Огигии по прихо­ти влюбленной в него нимфы Калипсо. Потом уже из уст са­мого Одиссея слушатели поэмы узнают о предшествующих со­бытиях, о его злоключениях и скитаниях. С этой основной нитью изложения переплетаются другие: рассказ о событиях на остро­ве Итаке во время двадцатилетнего отсутствия Одиссея, по­вествование о путешествии его сына Телемаха к уцелевшим участникам троянского похода и т. д. В конце поэмы главный герой возвращается на родину и снова начинает править остро­вом Итакой.

Значение «Илиады» и «Одиссеи» как источников по истории периода, ориентировочно определяемого XI—IX веками и услов­но называемого в науке «гомеровским», исключительно велико. В поэмах ярко запечатлены различные стороны исторической жизни того общества, которое их создало, и воспоминания о далеких событиях, происходивших в реальной исторической действительности.

Как мы уже знаем, Троя несомненно существовала. Изуче­ние материалов раскопок Трои позволило в общих чертах вос­создать ее историю. В конце третьего тысячелетия до новой эры город был сильно разрушен и горел. Любопытно, что по времени это совпало с появлением в Малой Азии племен, соз­давших Хеттскую державу. На протяжении второго тысячелетия и первой половины первого город, по-видимому, четыре раза превращался в руины и снова восстанавливался. В одном случае это было вызвано землетрясением, в других — военными втор­жениями. Стены Трои этого периода, судя по сохранившимся остаткам, достигали 12 метров толщины. Торговые связи троян­цев распространялись на весь Эгейский бассейн, они торговали даже с такими отдаленными районами, как Молдавия. В это время соседом Трои была уже мощная Хеттская держава. На рубеже XIII и XIIвв. до н. э. Троя снова была разрушена и сожжена, после чего она уже не могла возродиться и превра­тилась в небольшой бедный поселок.

Вероятно, эти запечатлевшиеся в археологическом материале события последнего периода жизни Трои и нашли отражение в гомеровском эпосе.