1 год назад
Нету коментариев

Постигшая афинян военная катастрофа отразилась и на их политической жизни. Положение в Афинах оставалось исклю­чительно напряженным, в связи с чем осенью 412 г. там была уч­реждена особая комиссия десяти пробулов, наделенная весьма широкими полномочиями: они получили право предварительно рассматривать все предложения, вносимые в совет и народное собрание.

Катастрофическим положением государства воспользовались враги демократии, которые предприняли попытку государствен­ного переворота с целью низвержения существующего строя.

Против демократии выступили различные социальные группы и прежде всего олигархи. Всех их объединяло одно — ненависть к демократическому строю, они требовали ограничения числа полноправных граждан, введения имущественного ценза, унич­тожения оплаты государственных должностей и передачи управ­ления в руки немногих богатых людей.

Ядро олигархов составляли представители старых родов, ко­торые еще сохранились в греческих полисах. К аристократиче­скому ядру «благородных» примыкали все недовольные демо­кратическим строем, независимо от их происхождения, звания и положения. Среди афинских олигархов наибольшим влиянием пользовался софист Антифонт, первый оратор своего времени, никогда не скрывавший своих антидемократических убеждений. Большую роль играл также олигарх Ферамен, в свое время свя­занный дружбой с Периклом, и другие.

Многие из олигархов были софистами, подтачивавшими су­ществующий строй критикой демократии и проповедью индиви­дуализма.

Организационной ячейкой олигархов являлись товарищест­ва, или гетерии. Гетерии были очень распространенной формой общения в античной Греции. Они представляли собой объеди­нения, целью которых была взаимоподдержка, культовое обще­ние и просто дружеские встречи. В противовес олигархическим гетериям создавались демократические. Гетерии клятвой обязы­вали своих членов защищать олигархический или демократи­ческий строй. Олигархи вербовали своих сторонников путем устной и письменной пропаганды (выступления и памфлеты). Образцом олигархических памфлетов может служить упоми­навшийся ранее трактат неизвестного автора об афинском госу­дарственном строе. Автор этого трактата высмеивает афинские демократические порядки, которые, с точки зрения олигарха, несовместимы ни с чем возвышенным, справедливым и честным. «Во всякой земле лучшие люди являются противниками демокра­тии, потому что они редко допускают бесчинство и низость… Между тем как у простого народа только необразованность, не­дисциплинированность и низость» («Псевдоксенофонтова афинская полития», 1, 5).

Фукидид приводит беседы демократа Афинагора с одним из молодых приверженцев олигархии о лучшей форме правления. Эта беседа раскрывает истинные замыслы и стремления олигар­хов, сочинявших памфлеты против демократии. «А что касается олигархии,— замечает Афинагор,— то она, по моему мнению, предоставляет массе народа участие лишь в опасностях, в выго­дах же она присваивает себе лучшую долю, больше того, она берет все и ничего не уступает другим. Вот к чему стремятся ваши вожди и вы, олигархически настроенная молодежь. Все же я думаю, что в большом городе подобное положение вещей не может удержаться» (Фукидид, VI, 39).

Первый серьезный удар афинской демократии был нанесен государственным переворотом 411 г., осуществленным олигар­хическими гетериями. Сицилийская катастрофа развязала руки всем врагам демоса. В июне 411 г. им удалось протащить через народное собрание новую конституцию. Комиссия пробулов была расширена до 30 человек, образовавших временное олигар­хическое правительство. Одновременно вместо прежнего сове­та пятисот был учрежден совет четырехсот, составленный оли­гархами путем кооптации. Состав народного собрания был ог­раничен пятью тысячами человек; к ним относились наиболее обеспеченные граждане, способные приобрести вооружение гоп­лита. Однако и это народное собрание существовало лишь фор­мально, так как неизвестно ни одного случая его созыва. Кроме того, были отменены раздачи и оплата государственных должно­стей.

Государственное переустройство афинские олигархи приуро­чили к моменту, когда афинский флот, в котором находилось наибольшее число приверженцев демократического строя, был далеко от берегов Аттики и стоял у острова Самоса. Афинские моряки, узнав о перевороте, не захотели признать новые порядки и были охвачены негодованием. В это время Алкивиад, отноше­ния которого со спартанцами успели испортиться, находился на побережье Малой Азии и вел переговоры с сатрапом персид­ского царя Тиссаферном. Существуют основания думать, что Алкивиад знал о готовившемся в Афинах олигархическом пере­вороте и поддерживал тайные сношения с афинскими олигарха­ми. Теперь, узнав о мятежных настроениях в афинском флоте, он снова совершил крутой поворот и вступил в переговоры с афинскими моряками, выдав себя за сторонника демократиче­ского строя. Переговоры закончились тем, что Алкивиад был провозглашен командующим флотом. Свою роль в этом сыграло и то, что Алкивиаду удалось уговорить Тиссаферна дать круп­ные денежные субсидии афинянам. С точки зрения внешней по­литики персов, в субсидировании и афинян и спартанцев ничего противоречивого не было: война между эллинами, ослаблявшая Грецию в целом, конечно, отвечала интересам Персии.

Между тем в Афинах правительство четырехсот начало пере­говоры со Спартой. Олигархи предлагали Спарте прекратить войну при условии сохранения за обеими сторонами того, чем они в то время владели. Но спартанцы не приняли предложен­ных условий, настаивая на полном отказе Афин от владычества на море. Это было серьезным ударом для нового и малоавтори­тетного правительства. Обстановка в Афинах продолжала обо­стряться. Возникали новые тяжелые осложнения. После пораже­ния при Эретрии от Афин отпала Эвбея, дававшая государствен­ной казне Афин больше доходов, чем вся Аттика. Спартанцы с помощью своего обновленного флота овладели Византием и Халкедоном, через которые шло снабжение Афин черноморским хлебом.

Все это привело к тому, что в среде самих сторонников оли­гархического строя начался раскол. Крайние олигархи, вождями которых были Фриних и Антифонт, настаивали на немедленном заключении мира со Спартой на любых условиях, вплоть до ка­питуляции. Более умеренная олигархическая группировка, воз­главленная Фераменом, решительно возражала против этого. Политические конфликты сопровождались убийствами, конфи­скациями имущества, террором. Вскоре Фриних был убит. Оли­гархическая конституция и совет четырехсот, просуществовав около четырех месяцев, были упразднены. Перевес оказался на стороне умеренной группировки Ферамена, к которой на корот­кое время и перешло управление государством. Это было прав­ление пяти тысяч, господство умеренной олигархии, снискавшее похвалу Аристотеля и Фукидида. «В то время Афины, по-види­мому, действительно имели хорошее правление. Была война, и руководство государством принадлежало тем, кто обладал тяже­лым оружием (т. е. состоятельным людям.— Ред.)» (Аристотель, Афинская политая, 33, (2)),— так ха­рактеризует конституцию Ферамена Аристотель.