Из всех частей света Антарктида дольше всех была скрыта покровом неизвестности и таинственности. Мысль о существова¬нии в южном полушарии огромного континента зародилась более двух тысячелетий назад. Загадочная земля волновала исследова¬телей своими неуловимыми очертаниями, а торговцев, пиратов и авантюристов всех мастей — несметными богатствами. В поисках этой земли мореплаватели продвигались все дальше и дальше к югу.
На сложном и длинном пути к неизвестной земле были откры¬ты новые страны, нередко принимавшиеся за части Южного континента. Но постепенно выяснялось, что южнее вновь откры¬тых земель простираются огромные океанские просторы. По мере продвижения к югу все труднее и опаснее становился путь исследователей. Огромные океанские волны обрушивались на палубы небольших парусных кораблей; невероятной силы ветры рвали их паруса, заставляя слабых духом отступить на север, в более спокойные и теплые воды, а настойчивых, сильных и сме¬лых, преодолевших эти ревущие и неистовые широты, природа встречала льдами и великой стужей.

Плавания древних полинезийцев
Возможно, что первыми людьми, которые плавали в антарк¬тических водах, были древние полинезийцы — предки современ¬ных маорийцев Новой Зеландии. Новозеландский историк Л. Куартермейн, основываясь на полинезийском фольклоре, пи¬шет: «Примерно в 650 г. н. э., как гласит раротогонская легенда, великий путешественник Хуте-Рангиора проплыл в своем каноэ «Теиви-Атеа» в взбудораженный бурями Южный Ледовитый океан и увидел белые скалы, вершины которых пронизывали не¬беса, возвышавшиеся над замерзшим морем». Вероятно, Хуте-Рангиора видел плавучие айсберги Антарктики.

Представления античных географов
Более двух тысяч лет назад античные географы, опираясь на сравнительно скудные факты, но обладая великой смелостью ума, высказали предположение, что земля — шар. Они даже пы¬тались определить и вычислить его размеры (Эратосфен, Поси-доний). В те времена человечество не имело еще таких средств сообщения, при помощи которых можно было бы обследовать . большие пространства. Поэтому древним географам приходилось прибегать к смелым гипотезам и порой фантастическим домыс¬лам. Эратосфен (III в. до н. э.), Посидоний (конец II — начало I в. до н. э.) и Страбон (60 г. до н. э. — 20 г. н. э.) считали, что суша подразделяется на континенты, омываемые водами единого океана; Аристотель (IV в. до н. э.), Гиппарх (И в. до н. э.) и Птолемей (II в. н. э.) полагали, что Индийский и Атлантический океаны со всех сторон, в том числе и с юга, окружены единым континентом. По воззрениям Птолемея, Азия распространялась бесконечно далеко к северу, а Африка где-то на юге соединялась с юго-восточной частью Азии, так что Индийский океан пред¬ставлял собою замкнутое озеро.
Но все античные географы считали, что значительную часть южного полушария занимает суша. При этом они исходили из разных предположений: сторонники Птолемея — из того, что суша — единый континент, а сторонники Страбона — из того, что в южном полушарии для равновесия должна быть такая же масса суши, как и в северном полушарии.
Затем пришло средневековье, когда живую человеческую мысль сковали церковники и схоласты-мракобесы. Учение о ша¬рообразности земли считалось еретическим. Мир вокруг человека сузился, и всякое стремление вырваться из узкого круга проти¬воестественных представлений жестоко преследовалось. Но по¬ступательное развитие человеческого общества, практическая деятельность людей постепенно раздвигали мрачную завесу не¬знания. Наступила эпоха Возрождения, давшая миру великих мыслителей, художников, писателей, путешественников. Челове¬ческий ум снова обратился к земным вещам, пытаясь связать и объяснить многообразные явления окружающего его мира.

Эпоха Возрождения и открытия в южном полушарии
В эпоху Возрождения люди вспомнили о гениальных идеях ученых древней Греции. Возродилось, в частности, и представле¬ние о существовании обширного Южного континента. На боль¬шинстве географических карт XVI—XVII веков его можно видеть — правда, в самых фантастических очертаниях.
Гигантскими шагами началось развитие торговли и морепла¬вания. Португалия, Испания, Голландия, Англия и Франция посылали корабли в неведомые им страны, богатые, по слухам, золотом и пряностями. Была опровергнута «континентальная теория» Птолемея и возрождена «теория Мирового океана» Эратосфена, Посидония и Страбона.
В 1487 году Бартоломеу Диаш обогнул мыс Доброй Надеж¬ды — южную оконечность Африки. После этого картографы ста¬ли отделять Южный континент от Африки широким проливом. В 1520 году Магеллан проплыл из Атлантического океана в Ти¬хий проливом, названным его именем. К югу он видел гористую землю, на берегах которой по ночам пылали костры, разводимые, по-видимому, местными жителями. Терра дель Фуэго (Земля Огней) — так был назван этот берег. На русских картах укоре¬нилось название Огненная Земля.
Открытие Магеллана вызвало у картографов того времени предположение, Что Огненная Земля и есть часть громадного Южного континента — Terra Australis incognita (Неведомая Юж¬ная Земля). Даже северный берег острова Новая Гвинея, откры¬того испанцами в 1544 году, географы тех лет принимали за вы¬ступ мифического Южного континента.
Через шесть лет после открытия Магеллана, в 1526 году, небольшой корабль испанской экспедиции Лоайсы «Сан-Лемес» под командой капитана Осеса во время шторма в юго-западной части Атлантического океана был отброшен далеко на юг, и, как сообщил в своем донесении Осес, они видели «конец Земли», за которой простиралось открытое море. Вероятно, «Сан-Лемес» на¬ходился к югу от Огненной Земли. На сообщение Осеса в то время мало обратили внимания. Его открытие было подтвержде¬но лишь через 50 лет. В 1578 году корабли английского пирата Френсиса Дрейка прошли Магеллановым проливом из Атланти¬ческого океана в Тихий и обогнули Огненную Землю с запада. К югу от этой земли простирался океан.
Таким образом выяснилось, что и эта земля не континент, простиравшийся до полюса, а лишь группа гористых островов, примыкавших к Южной Америке.
В 1606 году португалец на испанской службе Торрес доказал, что Новая Гвинея, также считавшаяся частью Южного матери¬ка, — всего лишь остров в экваториальной зоне.

Открытие Австралии и Новой Зеландии
В первой половине XVII века голландские моряки открыли со стороны Индийского океана и нанесли на карты западные, юго-западные и частично северные берега огромной земли, наз¬ванной Новой Голландией. Новая Голландия в умах голландских мореходов и картографов представлялась гигантским выступом Южного материка, простирающимся почти от экватора до Юж¬ного полюса.
В 1642 году голландский мореплаватель Абель Тасман обо¬гнул с юга Новую Голландию, доказав, что эта земля омывается океаном и не является частью антарктического континента. Новые открытия вели к новым заблуждениям. Тасман в этом плавании открыл еще одну землю — Новую Зеландию и также посчитал ее за часть Южного антарктического континента.
В 1770 году английский мореплаватель Джемс Кук в ходе своей первой кругосветной экспедиции обогнул Новую Зеландию и тем самым «закрыл» последний выступ Южного континента в умеренной зоне южного полушария.
Название Terra Australis incognita, предназначенное с древних времен для антарктического континента, было в дальнейшем присвоено материку, открытие которого начали голландцы и за¬вершил Кук. Новая Голландия стала называться Австралией.
И все же вера в существование Южного континента упорно продолжала жить, питаясь возрожденной гипотезой древних гре¬ков о равновесии массивов суши северного и южного полушарий. Но границы Южного материка отодвинулись дальше на юг.

Открытие островов французскими мореплавателями
В сведениях о поисках Южного континента было много выду¬манного и порой фантастического. Проверка этих сведений приво¬дила к новым открытиям, а зачастую к еще большей путанице. Так, например, в 1663 году в Париже был опубликован отчет, в котором говорилось, что некий капитан Гонневиль, француз по национальности, отправился в 1503 году в морское путешествие по пути Васко да Гамы в Индию. Через какой-то срок он вернул¬ся во Францию и рассказал, что будто где-то на юге Атлантиче¬ского океана он открыл обширный материк с умеренным клима¬том, населенный кроткими и общительными людьми.
По описанию, Гонневиль прожил на этой земле полгода и вывез оттуда туземного принца. Принц потом женился во Фран¬ции, стал членом семьи Гонневилей. Правнук этого принца опуб¬ликовал отчет о плавании Гонневиля, якобы совершенного 150 лет назад. Указать место, где находится эта земля, Гонневиль не мог, так как корабль на обратном пути был захвачен пиратами и судовые журналы, в которых велись записи пути корабля, ис¬чезли.
Известный английский географ Франк Дебенем считает эту историю заслуживающей доверия, указывая при этом, что Гон¬невиль побывал где-то на берегу Южной Америки.
Географы прошлого помещали Землю Гонневиля, или Юж¬ную Индию (как ее называл Гонневиль), к югу от Африки, при¬мерно на 50° южной широты. «Как бы ни был искажен рассказ в изложении этого правнука, — указывает Ф. Дебенем, — и каки¬ми бы мифическими ни были земли Гонневиля, это явилось до¬статочным основанием для того, чтобы французская нация зая¬вила претензии на них».
Основываясь на этом описании, французская Ост-Индская компания снарядила в 1738 году экспедицию Жана Батиста Буве де Лозье на поиски Земли Гонневиля в Южной Атлантике.
1 января 1739 года в 1400 милях к югу от мыса Доброй На¬дежды на 54° южной широты Буве увидел гористую землю, по¬крытую льдом. Стоял густой туман, и мореплавателям казалось, что это мыс обширного континента. Буве назвал увиденную в туг мане землю мысом Сирконсинсьон (Обрезания). Было холодно, сильно штормило, и французы не отважились высадиться на открытый ими мыс. Многие экспедиции впоследствии пытались отыскать эту землю, но ее местоположение было определено не¬верно. Только через 150 лет было установлено, что это одинокий остров в открытом океане. Он носит сейчас название острова Буве.
По мере развития капитализма усиливается грабеж колони¬альных стран. Колонии служили для европейской буржуазии ис¬точником первоначального накопления и приобретали все боль¬шее значение как источники сырья для быстро развивавшейся промышленности. В Англии и Голландии в XVIII веке капита¬листическое производство стало господствующим. Быстрое раз¬витие капитализма происходило и во Франции. Между этими тремя странами шла ожесточенная борьба за колонии. Еще в начале XVIII века были созданы голландская, английская и французская Ост-Индские компании. Эти компании наделялись весьма широкими правами: они могли содержать свои военные и военно-морские силы, объявлять войну или заключать мир, сна¬ряжать экспедиции для открытия новых земель.
Голландия и Англия захватили наиболее богатые колонии в Индийском и Тихом океанах. Нарождающаяся французская буржуазия также стремилась расширить свои колониальные владения. Вот почему французская Ост-Индская компания про¬явила инициативу в снаряжении ряда экспедиций для поисков Южного материка в конце 60 — начале 70-х годов XVIII века. В 1766 году в кругосветное плавание на кораблях «Будёз» и «Этуаль» отправляется капитан Бугенвиль. В числе поставленных перед ним задач были поиски Южного материка в Тихом океане. Эта экспедиция открыла ряд островов в южном полуша¬рии Тихого океана, но материка не обнаружила и вернулась во Францию в 1769 году.
Однако французы не могли мириться с мыслью, что открытие их соотечественника Гонневиля — плод выдумки или какого-то недоразумения. Во время поисков Земли Гонневиля капитан Ма¬рион Дюфрен на двух кораблях «Маскарен» и «Маркиз де Кастри» в 1772 году открыл два острова на юге Индийского океана. Вначале он считал, что это часть великого Южного конти¬нента, и поэтому назвал увиденную в тумане землю Терра д’Эсперанса.
Когда туман рассеялся, Марион Дюфрен убедился, что перед ним лишь небольшие острова. Самому северному из них он дал название Л’Иль-де-ля-Каверн. Высадиться на острова Дюфрену не удалось из-за плохой погоды. Корабли поплыли на восток и подошли к Новой Зеландии. Команда, высадившись на берег, начала грабеж местного населения — маорийцев. Маорийцы ока¬зали сопротивление грабителям, в результате 8 июня 1772 года Марион Дюфрен и 16 человек команды были убиты. Французы жестоко отомстили местным жителям: они убили около сотни маорийцев и сожгли дотла селение Такури.
Командование экспедицией принял на себя лейтенант Крозе, и корабли вернулись на остров Маврикия, служивший для фран¬цузов основной базой в Индийском океане.
Джемс Кук в 1776 году во время своего третьего плавания прошел между островами, открытыми Дюфреном, и южный, са¬мый большой остров назвал Марион, по имени его открывателя, а второй — островом Принс-Эдуард. Вся группа стала называть¬ся островами Принс-Эдуард.
В 1771 году с острова Маврикия на юг отплыли два экспе¬диционных корабля «Фортуна» и «Гросвентр». Возглавил эту экспедицию капитан Ив Жозеф де Кергелен-Тре-Марек.
12 декабря 1771 года на 49° южной широты французские мореплаватели в тумане увидели гористую сушу. Корабли по¬шли вдоль западных берегов, изрезанных многочисленными за¬ливами.
Кергелен послал в один из заливов людей на шлюпках для промера глубин и обследования суши. В это время разразился сильный шторм. Парусные корабли были отнесены от берегов. Кергелен решил, что открытая им земля является частью обшир¬ного континента. Люди, посланные на шлюпках, исчезли. Керге¬лен подумал, что они высадились где-то на берег, и не предпри¬нял каких-либо усилий для их поисков. Он повернул корабли на север к острову Маврикия, оттуда отправился во Францию, что¬бы заявить о своем открытии Южного континента, который на¬звал Южной Францией.
В своем докладе Кергелен заявил, что открытая им земля образует центральную массу антарктического континента, кото¬рая будет новой богатой французской колонией, расположенной на морском пути в Индию и Китай.
Чары, навеянные описанием «страны Гонневиля», желание опередить соперников в открытии новых земель заставили Керге¬лена выдать желаемое за действительное.
В конце 1773 года Кергелен был послан на двух кораблях к открытой им земле для более детального ее обследования. Корабли опять прошли вдоль западных берегов суши. В неко¬торых местах производилась высадка людей на берег. Они пыта¬лись найти брошенных в прошлом плавании людей. Но никаких следов их найти не удалось. Сам Кергелен на берег не сходил ни во время первого, ни во время второго плавания.
Открытая земля оказалась группой бесплодных скалистых островов, почти постоянно окутанных туманом. Даже в разгар лета здесь было холодно, сыро и часто свирепствовали штормы.
После возвращения из второго плавания Кергелен был при¬влечен к ответственности за гибель моряков первой экспедиции и за обман при описании своих открытий во время первого пла¬вания. Но у него нашлись высокие покровители, и дело это было замято. Однако французские исследователи и географы тех лет не могли простить Кергелену обмана.
Как указывает Обер де ла Рю, в описании второго путешест¬вия его участником лейтенантом Паже имя Кергелена не упоми¬нается ни разу, а на «Карте мира», приложенной к описанию, архипелаг обозначен как «Новые южные острова, усмотренные господином де Паже в 1774 году».
Кук, посетив во время своего третьего плавания в декабре 1776 года этот архипелаг, назвал его именем Кергелена.

Плавание Джемса Кука в антарктических водах
В середине XVIII века Англия стала мощной колониальной державой. Семилетняя война (1756—1763) между Англией и Францией закончилась победой англичан. Франция потеряла Канаду, ряд островов в Вест-Индии; в Индии за Францией оста¬лись лишь пять приморских городов.
Теперь Франция видит возможность обзаведения колониями в открытии новых земель. Но Англия ревниво следит за дейст¬виями своих противников. Узнав о посылке французских экспе¬диций под командованием Мариона Дюфрена и Кергелена на поиски Южного материка, англичане решили направить в высо¬кие южные широты свою экспедицию.
В июле 1771 года в Англию из своего первого трехлетнего кругосветного плавания вернулся Джемс Кук. Открытия первой экспедиции произвели в Англии огромное впечатление, и поэтому Куку поручили возглавить новую экспедицию.
Куку после составления отчета было предоставлено лишь ко¬роткое время для отдыха. Английское Адмиралтейство торопи¬лось, чтобы французы не опередили их в открытии Южного ма¬терика, вера в существование которого еще продолжала жить. По инструкции, врученной перед выходом в плавание начальнику экспедиции, надлежало плыть в высоких широтах южного полу¬шария, возможно ближе к Южному полюсу, и приложить все усилия, чтобы открыть новые земли на юге. Инструкция вме¬нила в обязанность в первую очередь искать материк в районе мыса Сирконсинсьон, открытого Буве к югу от Африки.
Как указывает Кук в своем отчете, инструкцией предписыва¬лось, что «Новооткрытые земли надлежало обследовать самым детальным образом, имея в виду потребности навигационной практики и торговли и значение подобного рода исследований для науки. Если бы эти земли оказались обитаемыми, я должен был определить численность туземного населения, собрать сведе¬ния о характере, нравах и обычаях жителей и вступить с ними в дружественные отношения».
Для плавания Кук и английское Адмиралтейство выбрали два небольших корабля водоизмещением 462 и 336 тонн. Первый был назван «Резолюшн», им командовал сам начальник экспеди¬ции, а второй — «Адвенчер», командиром которого был назначен Тобайас Фюрно. Каждый корабль имел на борту запас продо¬вольствия на два с половиной года.
Кук пишет в отчете: «На борт было погружено добавочное теплое обмундирование для выдачи экипажу, когда это будет необходимо. Короче говоря, у нас не было недостатка ни в чем, что могло способствовать успеху предприятия или обеспечить удобство и сохранить здоровье его участникам».
13 июля 1772 года «Резолюшн» и «Адвенчер» вышли из Плимута и направились через Атлантический океан на юг. При заходе в порт Кейптаун, у мыса Доброй Надежды, 30 октября, Кук узнал от губернатора об открытии Кергеленом земли на юге Индийского океана и о том, что корабли французской экспедиции Мариона Дюфрена заходили в марте этого года в Кейптаун и пошли отсюда на юг в поисках новых земель.
22 ноября 1772 года Кук направил корабли к мысу, виденно¬му Буве. На широте 50° 40′ к югу от мыса Доброй Надежды 10 декабря английские мореплаватели встретили первый айсберг (Кук называл айсберги «ледяными островами»), а 14 декабря на 54°30′ южной широты — поля морских льдов. Корабли прошли значительно южнее того места, на котором Буве увидел мыс Сир¬консинсьон, но в районе, указанном Буве, никакой земли англи¬чане не нашли. Кук решил, что Буве принял за землю огромный ледяной остров.
17 января 1773 года корабли впервые в истории мореплава¬ния пересекли Южный полярный круг на восточной долготе 39°35′, достигнув широты 66°36’30». На юге и юго-востоке до горизонта простирались плавучие льды и айсберги. Отсюда Кук направил корабли к северо-востоку с тем, чтобы обследовать берега земли, открытой недавно Кергеленом. Но и здесь Кук убедился, что обширной земли нет. Корабли прошли южнее ме¬ста, где французы обнаружили землю.
«…я спустился несколько к югу, — отметил в дневнике Кук 6 февраля 1773 года, — будучи уверен, что если земля и нахо¬дится неподалеку от нас, то она никак не может иметь значитель¬ные размеры…»
Вскоре корабли в тумане разлучились и встретились только через три месяца в Новой Зеландии.
«Резолюшн» спустился еще дальше на юг и пошел на восток примерно вдоль 60-й параллели до меридиана Тасмании, откуда направился к берегам Новой Зеландии.
Это плавание убедило Кука, что если на юге и была земля, то она должна находиться на значительном расстоянии от пути его судна.
Капитан Фюрно на «Адвенчере» прошел более северными широтами сначала к берегам Тасмании, а затем к Новой Зелан¬дии и также не обнаружил никаких земель.
Зиму южного полушария экспедиция Кука провела на Новой Зеландии и в плавании на острова Таити. В Тихом океане ко¬рабли во время шторма снова разлучились и встретиться уже больше не смогли. После возвращения к Новой Зеландии Кук спешил отправиться на обследование южных широт Тихого океа¬на и не дождался, когда к назначенному месту придет «Адвен¬чер».
Фюрно, узнав по записке, оставленной в условленном месте, о том, что Кук, не дождавшись его, ушел в плавание и не указал каких-либо новых пунктов встречи, направил свой корабль через Тихий океан прямо к мысу Горн, а затем через Атлантический океан — к мысу Доброй Надежды и уже 14 июля 1774 года, на год раньше Кука, вернулся в Англию.
В существовании обширного континента в южной части Тихо¬го океана Кук сомневался еще до этого плавания. В описании путешествия от Новой Зеландии к островам Таити в начале августа 1773 года он пишет: «…я должен отметить, что во время первого и нынешнего путешествия я пересек этот океан у 40° ю. ш. и еще далее и не встретил ни малейших признаков южного материка. Напротив, все говорило в пользу того, что между ме¬ридианами Новой Зеландии и Америки такого материка нет».
Защитником идеи существования Южного континента был влиятельный в Англии противник Кука — географ и моряк Александр Дальримпль, который претендовал на роль начальника экспедиции в Тихий океан еще в 1768 году и которого поддер¬живало Королевское общество.
В 1770 году Дальримпль опубликовал труд, в котором умо¬зрительные соображения о существовании огромного Южного континента пытался подкрепить произвольно подобранными фак¬тами из разных путешествий. Следуя древним географам, Даль¬римпль исходил из положения, что соотношение между сушей и водой в северном и южном полушариях должно быть одинако¬вым. Но так как между экватором и 50° южной широты площадь суши в несколько раз меньше площади океана, то значит южнее 50° должен находиться гигантский континент, уравновешиваю¬щий континенты северного полушария. Поэтому все участки суши южнее 40°, о которых упоминали когда-либо мореплаватели, Дальримпль считал выступами этого Южного континента. В ча¬стности, он утверждал, что в Тихом океане северная граница этого континента южнее 40° широты простирается на 100° по долготе. Дальримпль считал, что население этого континента со¬ставляет более 50 миллионов человек.
Кук отрицательно относился к точке зрения Дальримпля, но опровергнуть ее можно было только практически. Вот почему еще до отплытия из Новой Зеландии Кук записал в своем днев¬нике: «Но вопрос о южном материке настолько важен, что я не считаю возможным разрешить его на основании предположений и догадок. Необходимы факты. И для того, чтобы эти факты уста¬новить, я должен будущим летом проникнуть как можно дальше на юг».
В начале декабря 1773 года Кук на «Резолюшн» поплыл на юго-восток; в районе полярного круга судно встретило плавучий морской лед и, лавируя вблизи кромки льдов, иногда заходя во льды, прошло в восточном направлении до 135° западной дол¬готы. Моряки сильно страдали от холода и частых туманов. Признаков земли не было. Кук решил повернуть корабль на север, чтобы обследовать центральные районы южной части Ти¬хого океана. Корабль поднялся до 50° южной широты. В этих широтах экспедицией были открыты западное течение и запад¬ная циркуляция ветра. В середине января 1774 года Кук снова повернул корабль на юг и 30 января достиг рекордной южной широты — 71°10′ на западной долготе 106°54′. Сплошной плаву¬чий лед преградил путь к югу.
Далее английские мореплаватели повернули корабль на се¬вер, прошли к острову Пасхи, а затем, в районе Южного тро¬пика, — на запад, обследуя по пути многочисленные острова, и в октябре вернулись в Новую Зеландию.
В ноябре «Резолюшн» в последний раз покинул берега Новой Зеландии и направился прямо к Огненной Земле. На всем пути никакой суши обнаружено не было. На этом обследование южной части Тихого океана было закончено. Оставалось проверить еще южные широты западной части Атлантического океана. Здесь английские мореплаватели открыли остров Южная Георгия, э затем Землю Сандвича.
6 февраля 1775 года Кук записал в своем дневнике весьма примечательные мысли о возможности существования Антарк¬тического континента:
«Однако большая часть южного материка (если предполо¬жить, что он существует) должна лежать в пределах полярной области выше южного полярного круга, а там море так густо усеяно льдами, что доступ к земле становится невозможным. Риск, связанный с плаванием в этих необследованных и покры¬тых льдами морях в поисках южного материка настолько велик, что я смело могу сказать, что ни один человек никогда не ре¬шится проникнуть на юг дальше, чем это удалось мне. Земли, что могут находиться на юге, никогда не будут исследованы. Густые туманы, снежные бури, сильная стужа и другие опасные для плавания препятствия неизбежны в этих водах. И эти труд¬ности еще более возрастают, вследствие ужасающего вида страны. Эта страна обречена природой на вечный холод: она лишена теплых солнечных лучей и погребена под мощным слоем никогда не тающего льда и снега. Гавани, которые могут быть на этих берегах, недоступны для кораблей из-за заполняющего их льда и смерзшегося снега; а если в одну из них и войдет корабль, он рискует остаться там навсегда или вмерзнуть в ле¬дяной остров. Ледяные острова и плавающие льды у берегов, огромные ледяные глыбы, низвергающиеся со скал в бухты, яро¬стные снежные бури, сопровождаемые сильными морозами, мо¬гут оказаться одинаково роковыми для кораблей.
После такого объяснения, — продолжает Кук, — читатель уже не будет ожидать моего продвижения далее на юг. И это вызвано не недостатком решимости, а совершенно иными причи- нами. Было бы безрассудно с моей стороны рисковать всеми результатами экспедиции ради открытия и обследования берега, который, будучи открытым и обследованным, все равно не принес бы пользы ни мореплаванию, ни географии, ни другим отрас¬лям науки».
Далее Кук направил корабль к исходному району своего путешествия в антарктических водах, к мысу Сирконсинсьон, но только подошел к нему с другой стороны. И на этот раз никаких признаков земли обнаружить не удалось.
Закончив свое плавание вокруг кольца южных вод, Кук записал:
«Я обошел океан южного полушария на высоких широтах и совершил это таким образом, что неоспоримо отверг возмож¬ность существования материка, который если и может быть обнаружен, то лишь близ полюса, в местах, недоступных для плавания».
В марте 1775 года Кук на «Резолюшн» прибыл в Кейптаун, а 30 июля 1775 года в Англию, проплавав три года и 18 дней.
Кук доказал, что в умеренных широтах южного полушария сплошным кольцом простирается океан, но он не отрицал воз¬можности существования материка вблизи Южного полюса. Кук об этом говорит весьма определенно:
«Я не стану отрицать, что близ полюса может находиться континент или значительная земля. Напротив, я убежден, что такая земля там есть, и возможно, что мы видели часть ее. Ве¬ликие холода, огромное число ледяных островов и плавающих льдов, все это доказывает, что земля на юге должна быть».
Джемс Кук «закрыл» континент в умеренных южных широ¬тах — континент с пышной растительностью, богатый полезны¬ми ископаемыми, населенный людьми, которых можно грабить и эксплуатировать, континент, похожий на Индию или на Аме¬рику, континент, сулящий несметные богатства торговым ком¬паниям.
А континент вблизи Южного полюса, о существовании ко¬торого подозревал Кук, не интересовал торговые компании, ибо он не мог принести никаких доходов. Джемс Кук — выдающий¬ся мореплаватель, но, будучи сыном своей страны и своего вре¬мени, он не видел практического интереса в открытии этого кон¬тинента. Об этом свидетельствуют слова Кука, приведенные им в отчете:
«Это земли, обреченные природой на вечную стужу, лишен¬ные теплоты солнечных лучей; у меня нет слов для описания их ужасного и дикого вида. Таковы земли, которые мы открыли, но каковы же должны быть страны, расположенные еще дальше к югу. Я с полным основанием предполагаю, что мы видели луч¬шие из них, самые северные и теплые. Если кто-либо обнаружит решимость и упорство, чтобы разрешить этот вопрос, и проник¬нет дальше меня на юг, я не буду завидовать славе его открытий. Но должен сказать, что миру его открытия принесут немного пользы».
Высказывания Кука о возможности существования континен¬та не были приняты во внимание учеными-географами в первую очередь в самой Англии. После плавания Кука они стали утвер¬ждать, что в Антарктике отсутствуют какие-либо земли. Опреде¬ленную роль в установлении такого взгляда сыграли ученые-натуралисты, плававшие в составе экспедиции Кука, — Иоганн Рейнгольд Форстер и его сын Георг Форстер. Они утверждали, что южнее 60° южной широты обширной земли быть не может.
«Многие ученые люди издавна думали, — писал Иоганн Фор¬стер, — что в южном полушарии существует большая матерая земля, предполагая оную необходимо нужною для сохранения земного шара в равновесии… но плавание наше вокруг земного шара неоспоримо доказало, что по ту сторону 60 градусов широты в южном полушарии нет земли, кроме обретенных нами Юж¬ной Георгии и Сандвичевой земли…»
Мнение о том, что Южного материка нет, разделяли и другие ученые экспедиции Кука, в частности астроном Уолс, чья книга «Описание астрономических инструментов, употребленных во второе путешествие капитана Кука» была опубликована на рус¬ском языке в 1799 году. Подобная точка зрения казалась, по-видимому, более веской, чем предположения Кука, и многие гео¬графы после его плавания стали изображать на картах и глобусах в южном полушарии сплошной океан, от умеренных широт до Южного полюса. Одна крайность сменила другую.