3 года назад
Нету коментариев

Еще в 1940 г. американские ученые А. Хертиг и Дж. Рок провели опыты с оплодотворением чело­веческих яйцеклеток. Однако анализ результатов пока­зал, что деление яйцеклетки после оплодотворения проте­кало с заметным отклонением от нормы. В 50-е годы аме­риканский исследователь Л. Шеттлз сообщил, что ему удалось наблюдать развитие оплодотворенной человече­ской яйцеклетки (зиготы) вне организма. Но яйцеклетки совершали лишь 2—4 деления, после чего их развитие прекращалось. Деление человеческих зигот наблюдал и советский ученый Г. Петров, а также коллектив ученых под руководством академика М. Петрова-Маслакова. Но никому из них не удалось трансплантировать зиготы в утробу женщины. Позже в газетах появилось сообщение о том, что профессору Дугласу Бевису из университета в английском городе Лидс удалось оплодотворить яйце­клетки в пробирке. Профессор Д. Бевис провел свыше 30 опытов, из которых 3 закончились успешно, и бездет­ные женщины родили. Но одно дело — сенсация в газе­те, а другое — научное сообщение, документированное и подкрепленное публикацией в научном журнале.

После удачной пересадки животным зигот, оплодо­творенных в организме животного (что, разумеется, не представляет особых трудностей, так как материнский организм был нормальным и здоровым), ученые задались целью выяснить, нельзя ли произвести оплодотворение вне организма, т. е. «в пробирке», с целью оказать по­мощь женщинам, у которых в силу разных причин нару­шена проходимость яйцеводов и которые обречены на бездетность. Такие случаи являются, например, резуль­татом оперативного удаления обеих маточных труб при внематочной беременности. У таких женщин яичники функционируют нормально, в них созревают и выделя­ются яйцеклетки, но оплодотворение произойти не может по той простой причине, что исключается встреча яй­цеклетки со сперматозоидами. Ни один из известных ныне методов лечения не может помочь этим женщинам стать матерями. Тогда специалисты пришли к выводу, что единственный способ помочь таким пациенткам — взять у них зрелую яйцеклетку и, оплодотворив ее вне организ­ма, пересадить в матку. Но эта проблема оказалась до­вольно сложной. Многолетние опыты над животными уже начали давать обнадеживающие результаты. Сравни­тельно легко удалось оплодотворить in vitro яйцеклетки мышей.

Метод выращивания яйцеклеток мышей в культуре сейчас хорошо изучен, и его можно воспроизвести почти в любой современной биологической лаборатории. В Со­ветском Союзе этот метод нашел применение, например, во Всесоюзном институте акушерства и гинекологии 25 и в Ленинградском институте экспериментальной медици­ны, Академии медицинских наук СССР.

Однако если с мышами дело обстоит довольно благо­получно, то яйцеклетки крыс — рода, весьма близкого к мышам,— вне организма по неизвестным причинам не способны к нормальному развитию. Очень трудно до­биться развития вне организма и яйцеклеток других мле­копитающих.

Опытным путем установлено, что оплодотворить яй­цеклетку кролика вне организма возможно только в том случае, если сперматозоиды предварительно активирова­ны их введением в полость матки крольчихи до или во время овуляции, но не после. По-видимому, здесь игра­ют роль какие-то вещества, выделяемые так называемым желтым телом — железой, возникающей и развивающей­ся в яичнике сразу после овуляции. Если яйцеклетка, вы­деленная при овуляции, осталась неоплодотворенной, то через неделю-другую желтое тело дегенерирует, если же оплодотворение осуществилось — оно продолжает разви­ваться и функционировать почти до момента рождения плода. В чем же причины неудач? Очевидно, в том, что нельзя точно воспроизвести те условия, при которых раз­вивается яйцеклетка в материнском организме,— усло­вия, которые, кроме того, имеют свои особенности у каждого вида животных. В яйцеклетке запрограммированы не только процессы ее дальнейшего развития, но и ее тре­бования в отношении условий внешней среды. И если ис­кусственно созданные условия не соответствуют этой программе — развитие яйцеклетки прекращается.

Культивирование зигот млекопитающих вне организ­ма — сложный процесс. Даже если яйцеклетки оплодо­творены, но не прошли в организме первого деления, они вне его не развиваются. Предполагается, что пер­вое деление зиготы (оплодотворенной яйцеклетки) нахо­дится под контролем выделяемых материнским организ­мом эстрогенных гормонов, стимулирующих процесс удвоения хромосом в ядре зиготы. Подтверждением это­му служит тот факт, что если в яйцеводы, взятые у нор­мальных самок, поместить зиготы, то они начинают де­литься. Но простое прибавление эстрогенов в питательную среду не решает проблемы. Желтое тело, пока оно су­ществует, выделяет гормон — так называемый лютеинизирующий гормон (гормон желтого тела), который обес­печивает нормальное течение беременности, не допуская преждевременных сокращений мускулатуры матки. Кро­ме того, пока оно функционирует, невозможно оплодо­творение новых яйцеклеток, и в этот период сперматозои­ды не активизируются. Этот контроль над оплодотворе­нием имеет глубокий биологический смысл — забереме­невшее животное не должно забеременеть вторично. Но этот механизм создает серьезные затруднения для иссле­дователей, пытающихся оплодотворить яйцеклетку вне организма.

В наши дни многим исследователям удалось осу­ществить пересадку яйцеклеток, оплодотворенных вне организма, в матку самок. Такие яйцеклетки развивались в жизнеспособных животных. В Советском Союзе подоб­ная пересадка у овец удалась Ф. М. Мухамадгалиеву и Р. Б. Абелгинову в 1968 г; в Польше того же результата добился с мышами в 1959 г. А. Тарковский; в США, так­же работая с мышами,— Дж. Биггерс со своими сотруд­никами в 1965 г.; в Японии — с коровами Т. Сугие в 1965 г. Данные об этих опытах опубликованы в научных журналах. В Болгарии успешные опыты по оплодотво­рению вне организма яйцеклетки грызунов (мышей и хо­мяков) проводил старший ассистент кафедры общей био­логии Медицинской академии доктор Илья Ватев.

Но все эти успехи достигнуты в опытах, проведенных на животных. А как обстоит дело с человеком? Мы уже упоминали о ряде ученых, чьи опыты оказались безус­пешными.

Лишь в конце 60-х — начале 70-х годов английскому физиологу доктору Роберту Эдвардсу из Кембриджско­го университета в результате многочисленных экспери­ментов удалось оплодотворить вне организма человече­скую яйцеклетку и довести развитие зародыша до стадии бластоцисты, а в июле 1978 г. в пригородной больнице близ Манчестера родился первый официально признан­ный «ребенок из пробирки», названный Луизой. Это со­бытие принесло мировую славу доктору Роберту Эдвард­су и гинекологу профессору доктору Патрику Стептоу.

Радио, телевидение и газеты немедленно распростра­нили новость, объявив ее самой значительной научной сенсацией года. Английская газета «Дейли мейл» за очень большую сумму купила у родителей право первой сни­мать и писать о «ребенке из пробирки». Французская печать всячески изощрялась, придумывая для младенца самые впечатляющие определения. Так, газета «Ле ма-тен» объявила его «ребенком невозможного», газета «Ле поан» — «ребенком, пришедшим из небытия», «Нувель обсерватер» назвала зачатие матери «таинственным» (или «загадочным»). Средства массовой информации других стран называли новорожденного чудо-ребенком, ребенком века и т. п. Представители католической церк­ви незамедлительно предприняли попытку умалить зна­чение этого достижения, объявив, что это не что другое, как «бегство от человеческой природы».

Что же в действительности так взволновало весь жур­налистский мир?

Мать — 30-летняя Лесли Браун —страдала бесплоди­ем в связи с закупоркой маточных труб. В течение несколь­ких дней в ее организм вводили гонадотропные гормоны, стимулирующие созревание яйцеклеток, а также гормо­ны, способствующие начальной беременности. 10 ноября 1977 г. при общем наркозе врачи разрезали брюшную мускулатуру и ввели лапароскоп, с помощью которого осмотрели яичник. Используя специально сконструиро­ванный зонд, врачи извлекли из яичника зрелые яйце­клетки, поместили их в подготовленную для этой цели питательную среду, в которой находились секрет из яичника и сперматозоиды отца — Джона Брауна. В «про­бирке» были обеспечены условия, близкие к тем, при ко­торых происходит оплодотворение в человеческом орга­низме. Через 18 ч. профессор Стептоу и доктор Эдварде смогли наблюдать начало первого деления оплодотворен­ной яйцеклетки. Второе деление началось через 36 ч, а третье — через 51 ч. Образовался зародыш из 8 клеток. При последующих делениях зародыш превратился в морулу, а после 4-го дня достиг стадии бластулы. Клетки зародыша уже нельзя было пересчитать. На 5-й день за­родыш был перенесен в матку матери (в естественных условиях вышеописанный процесс развития зародыша происходит в яйцеводах; зародыш становится способным закрепиться в стенке матки также на 5-й день). Одно­временно с этим матери дополнительно вводили новые порции гормонов, после чего и была осуществлена транс­плантация зародыша. Несмотря на полученные до этого момента вполне обнадеживающие результаты, врачи опа­сались, что организм Лесли может отторгнуть «инород­ное тело» (даже у здоровых женщин при естественной беременности из-за какой-то аномалии наблюдается от­торжение до 50% зигот). Но врачи преодолели и этот биологический барьер. С помощью специального безбо­лезненного и безвредного аппарата (эхографа) они не­прерывно следили за происходящими процессами, за формой и размерами зародыша, проводили исследования околоплодной жидкости и хромосомного набора (для про­верки физических и умственных качеств будущего чело­века). И наконец, в июле 1978 г. они прибегли к кесареву сечению, и родилась вполне нормальная Луиза весом 2600 г. Теперь «ребенок века» радуется доброму здо­ровью и пользуется всемирной славой. Более того, почти через 4 года после рождения Луизы у нее появилась сес­тра, названная Натали (тоже «ребенок из пробирки»). На сей раз роды были преждевременными, но естественны­ми. Ребенок появился на свет в больнице Бристоля (Анг­лия).

Сейчас уже во многих странах получены «дети из пробирок» (только в Англии к концу 1983 г. родилось 57 таких младенцев, но они есть и во Франции, США, Австралии, ФРГ, Индии, Чехословакии и др.). «Ребе­нок из пробирки» перестал быть сенсацией в современ­ном медицинском мире, а вот «близнецы из пробирки» впервые появились в Мельбурне (Австралия). Счастлив­цами оказались в начале 1984 г. супруги Мейс, у которых не было детей более 10 лет. Близнецы — брат и сестра (Стивен и Аманда) — родились при помощи кесарева се­чения.

Естественно, что эти уникальные случаи рождения «детей из пробирки» вызвали продолжительное обсуж­дение и споры по многим морально-этическим и юриди­ческим проблемам, возникающим в связи с самим фактом оплодотворения женщин вне организма: имеют ли право врачи выращивать зародыши человека вне организма и распоряжаться теми из них, которые не возвращаются матери (например, при глубоком замораживании для продолжительного хранения); имеют ли право врачи предварительно определять пол (подбирая бластоциты), что может привести к нарушению естественного соотно­шения приблизительно 1 : 1 между двумя полами; не опа­сен ли этот метод оплодотворения вне организма, при котором можно моделировать людей по желательным для родителей показателям (талантливые, красивые, сильные и пр.); как определять отцовство, когда муж­ские половые клетки взяты не у главы семьи и др.

Видный советский ученый академик Л. Петров-Маслаков по поводу многих спорных вопросов высказал сле­дующую точку зрения: «Хотя научная целесообразность и практическая польза подобных исследований не под­лежит никакому сомнению, моральные стороны пробле­мы вызвали (если судить по западной печати) чересчур шумные и острые споры. Это естественно и можно по­нять: такие исследования вторгаются не только в сокро­венные глубины физиологических процессов, но и в одну из самых сложных и самых интимных сфер человеческо­го существования. По нашему мнению, следует широко информировать общественность о характере и возмож­ных последствиях исследований подобного рода, чтобы можно было выработать правильное отношение к ним. Однако, когда все это подменяется сенсационной шуми­хой вместо серьезного рассмотрения возникающих во­просов, тогда внимание сосредоточивается на мнимых проблемах. Например, создается впечатление, что в ино­странной прессе, по существу, обсуждается только один вопрос — морально или неморально допускать, чтобы женщина рожала, если оплодотворение осуществляется искусственно, т. е. «в пробирке». А разве в этом суть проблемы? Да разве есть что-нибудь более естественное и более моральное, чем стремление женщины иметь ре­бенка? Добавим к этому, что речь идет о женщине, ко­торая не может родить иначе, чем только после «пере­садки зародыша», и этот процесс не принесет вреда здо­ровью матери и ее ребенка — это мы уже теперь можем утверждать! Почему же мы должны считать такое реше­ние проблемы безнравственным?»

В научном мире продолжаются споры о будущем это­го метода, который независимо от пессимистического раз­дувания морально-этических проблем осчастливил много бездетных брачных пар во всем мире. Во всяком случае, сильное желание продолжить свой род (иметь собствен­ного, а не усыновленного ребенка) — не что иное, как про­явление одного из основных инстинктов у человека. Этот биологически обоснованный, наследственно запрограм­мированный инстинкт присущ всем живым организмам в мире животных и растений.

Но в сущности, каковы же будущие перспективы у этого нашумевшего и вызывающего столько споров уни­кального метода, совершившего революцию в биологии?

Несмотря на многочисленные проблемы, ученые стре­мятся предоставить возможность иметь собственных де­тей все большему числу семей, которые по той или иной причине не могут создать их естественным путем. Во мно­гих научно-исследовательских лабораториях уже достиг­нуты хорошие результаты по продолжительному хране­нию оплодотворенных зигот путем замораживания и пе­ревода их в анабиотическое состояние. Ученые считают, что в будущем следовало бы брать у каждой бездетной женщины по нескольку яйцеклеток, оплодотворять их вне организма сперматозоидами ее супруга (или другого мужчины), а затем переводить их в замороженное ана­биотическое состояние на неопределенное время. В нуж­ный момент можно будет взять зиготу, разморозить ее и пересадить в утробу матери. Это поможет при однократ­ной манипуляции получить запасные зиготы, которые вдруг понадобятся при неудачной пересадке или при же­лании родителей иметь второго и третьего ребенка (как в случае с Луизой и Натали).

Недавно появилось сообщение, что именно такой опыт осуществлен австралийскими специалистами из лечебного учреждения в Мельбурне. У бездетной женщины из­влекли две яйцеклетки, которые были оплодотворены в пробирке. Затем одну зиготу пересадили женщине, а вто­рую оставили в анабиотическом замороженном состоянии в качестве запасной на случай, если первая не привела бы к желаемой беременности или родители захотели бы иметь второго ребенка. Более того, в будущем австралий­ские ученые предусматривают возможность выращивать запасной зародыш в специальной среде до 16—17-го дня, когда уже оформляется гемопоэтическая (кроветворная) ткань, которую можно будет использовать для лечения уже родившегося ребенка, если вдруг у него обнаружат­ся признаки опасного заболевания крови (например, лей­кемии и др.).

Техника глубокого замораживания клеток, тканей и целых органов уже хорошо отработана криобиологами, накоплен значительный опыт успешной криоконсервации зародышей животных с последующим их разморажива­нием и пересадкой, поэтому можно надеяться на то, что этот уникальный метод перевода зародышей человека в замороженное анабиотическое состояние на неопределен­ный срок исключительно перспективен и в ближайшем будущем станет обычным в медицинской практике.

Ясно, что способ получения «детей из пробирки» име­ет большое будущее. По мнению видного советского уче­ного академика Л. Персиянинова, «это новый, в высшей степени гуманный метод лечения», который поможет миллионам женщин во всем мире преодолеть бесплодие, и тем самым станут счастливыми многие бездетные семьи.