7 years назад
Нету коментариев

Азия охватывает огромную территорию, занимающую около 30% всей площади суши на земном шаре. На азиатской части материка, протянувшегося с севера на юг от Ледовитого до Индийского океана и экватора, представлены почти все ландшафтные зоны Земли — от арктических пустынь до влажных тропических лесов. Соответственно разнообразна и фауна птиц Азии, причем число видов птиц увеличивается по направлению с севера и северо-запада к югу и юго-востоку.

Значительную часть Азии (вместе с Европой) зоогеографы называют Палеарктикой, а территории, расположенные южнее Гималайского хр. и бассейна р. Янцзы, вместе с Зондскими и Филиппинскими островами выделяют в Индо-Малайскую фаунистическую область. И хотя площадь Индо-Малайской области почти в 3 раза меньше азиатской части Палеарктики, авифауна ее во много раз богаче, к тому же значительное число видов птиц из восточной части Палеарктики проводят зимний период в Индо-Малайской области.

Регулярные сезонные миграции северных видов птиц не только усложняют выявление причин сокращения ареала и численности редких и исчезающих видов перелетных птиц Палеарктики, но и требуют согласованных международных действий для их охраны.

Каких-либо специфических факторов сокращения численности и ареалов птиц, присущих только Азии, нет. Здесь действовали те же причины, что и в большинстве других районов земного шара, но в отдельных странах влияние определенных факторов на природу в определенные отрезки времени проявлялось сильнее. Несомненно, что существенное воздействие на фауну птиц отдельных регионов оказывали климатические факторы: циклические усыхания и наполнения озер в степной зоне, многолетние засухи или повторя­ющиеся суровые зимы. Однако в отношении птиц со значительным ареалом эти факторы вызывали лишь временные изменения численности или перераспределение части популяции. Главными же остаются факторы антропогенного происхождения.

Основной причиной изменения состояния популяций различных видов птиц в Азии за последние 250—300 лет является, как и в Европе, хозяйственное освоение территорий. Вначале оно затронуло западные, южные и юго-восточные районы Азии, а позднее и в более сильной степени—северные и восточные. Следует напомнить, что некоторые южные и восточные регионы Азии имеют плотность населения, которая превосходит таковую даже Бельгии и Нидерландов (например, в Южной Корее живут в среднем 380, а в Бангла­деш—588 чел. на 1 км2). Во многих густонаселенных странах значительные площади заняты полями и плантациями, проводятся обширные работы по мелиорации земель, активно используются все природные ресурсы животного и растительного мира суши и моря.

Юг азиатской части России стал интенсивно осваиваться только в XVIII— XIX вв. При этом больший ущерб фауне наносили не массовая добыча некоторых видов и сбор яиц колониальных птиц, а пожары, охватывающие в сухие годы (примерно с интервалами в 15— 20 лет) огромные пространства тайги, южных лесов и степей. Выгорали мас­сивы леса на десятки и даже сотни километров, как это было, например, в 1859 г. в Енисейской тайге. На значительной площади погибали не только кладки и выводки, но и сами птицы. После пожаров изменялся и характер местообитаний птиц. Еще в 70-е годы прошлого столетия практически по всему течению Оби и Иртыша почти не осталось массивов леса, которые когда-либо ранее не горели. Возможно, в этом одна из причин почти полного исчезновения тонкоклювого кроншнепа.

В 50-е годы значительные изменения произошли в степной зоне в связи с освоением целины: было распахано и освоено около 25 млн. га целинных и залежных земель, что оказало существенное влияние на фауну почти всего севера Казахстана. Позднее начались разработки месторождений нефти и газа на севере Западной Сибири и строительство Байкало-Амурской магистрали: к давно освоенным, преимущественно локальным участкам по берегам крупных рек и вдоль старой Транссибирской железной дороги в Сибири прибавились крупные территориально-промышленные комплексы.

Охрана природы и рациональное использование природных ресурсов ныне стали делом государственной важности, что нашло отражение в Конституции СССР и законах об охране вод, атмосферы и др. Закон СССР «Об охране и использовании животного мира», принятый 25 июня 1980 г., установил государственную собственность на весь жи­вотный мир нашей страны, включая и птиц. Этот закон определил правовую основу охраны птиц и их местообитаний, в том числе редких и находящихся под угрозой исчезновения видов. В азиатской части СССР гнездятся 14 видов птиц, которых можно отнести к очень редким и исчезающим, еще 25 видов — к редким и сокращающимся в числе. Всего в Красную книгу СССР внесено 73 вида птиц. Некоторые их популяции охраняются на территории заповедников и заказников.

Центральная Азия почти целиком включает территорию Китая и Монголии. Это преимущественно высокогорные степи и пустыни, включая Тибетское нагорье, где немало эндемичных видов и подвидов птиц. Авифауна горной части Центральной Азии изучена еще недостаточно, но здесь, за исключением отдельных оазисов, озерных котловин и речных долин, влияние человеческой деятельности на птиц проявилось в наименьшей степени. Зато экосистемы восточных и юго-восточных провинций Китая претерпели за последние 30—40 лет коренные изменения. Необходимость экономического развития страны и быстрый рост народонаселения потребовали интенсификации сельского хозяйства, строительства большого числа фабрик и других промышленных предприятий, но при этом не учитывались интересы рационального и долговременного использования природных ресурсов (общеизвестна история борьбы с воробьями в 50-е годы, окончившаяся массовым уничтожением многих видов насекомоядных птиц). Большое число водоемов и водотоков загрязнено бытовыми и промышленными отходами. Значительные массивы лесов полностью уничтожены, озера и болота осушены, огром­ная территория, используемая под сельское хозяйство, подверглась размыванию, эрозии и засолению.

В последние годы правительство и ученые КНР пытаются наладить работу по охране природы, в том числе и птиц; в стране приняты «Законоположения по окружающей среде» и другие законодательные акты, создано 8 заповедников для птиц и более 100 природных заказников, но общая площадь их слишком мала, чтобы сохранить даже отдельные популяции птиц. Между КНР и Японией заключена конвенция об охране перелетных птиц и мест их обитания, Китай стал также членом СИТЕС. Однако возникают противоречия между Министерством лесов, охраняющим редких животных, и Министерством внешней торговли, заключающим контракт на экспорт животных и продукции из них. И пока экономические мотивы преобладают: только в 1979 г. из Китая было экспортировано в ФРГ для изготовления чучел 200 шкурок бородачей (по 600 марок за каждую) и 300—бурых грифов (оба эти вида внесены в Красную книгу СССР). В авифауне Китая более 1100 видов птиц, представителей 21 отряда и 81 семейства. Более 50 видов птиц могут быть отнесены к редким и находящимся под угрозой исчезновения.

Сходные с Восточным Китаем изменения природных экосистем произошли и на Корейском полуострове. Численность многих животных здесь сильно подорвана вследствие беспощадной вырубки лесов на больших площадях во время японской оккупации, уничтожения и изменения местообитаний в период войны 1952—1953 гг., а в последу­ющие годы — интенсификации сельского хозяйства, мелиорации и широкого применения инсектицидов. Из 370 видов птиц, встречающихся на полуострове в разные сезоны года, около 10 являются редкими и исчезающими, но следует учитывать, что среди этих видов многие являются общими для территории СССР, Кореи и Китая. В 1981 г. южно­корейская Ассоциация по охране природы опубликовала книгу «Редкие и исчезающие виды животных и растений», в которую внесено 50 видов и подвидов птиц, из которых лишь 13 являются оседлыми.

Авифауна Японии очень сходна с таковой материка, хотя и имеет некоторые эндемичные подвиды птиц. Особенно эндемизм проявляется на островах архипелага Рюкю, где палеарктические виды живут по соседству с представителями индо-малайской фауны. Большая часть Японии представлена гористым ландшафтом с лесами, покрывающими около 68% всей площади. Однако многие лесные массивы являются искусственными насаждениями на местах первобытных лесов. Более или менее сохранившиеся девственные леса, несмотря на обилие национальных парков и других охраняемых территорий, занимают менее 1/5 площади страны. Многие места обитания птиц быстро деградируют из-за загрязнения их пестицидами и промышленными отходами, а площадь их сокращается под натиском сельского хозяйства, мелиорации и строительства различных предприятий и поселков. Это вполне можно понять: на каждый квадратный километр суши в стране приходится в среднем более 310 чел.

В последнее десятилетие благодаря активности ученых и общественности в Японии принят ряд законодательных актов, направленных на охрану птиц и мест их обитания, регламентирование охоты и ограничение экспорта редких видов животных. Заметим, что после отмены в Японии с 1867 г. ограничений на охоту и еще в начале нашего столетия массовый отстрел и отлов птиц стал причиной резкого сокращения численности многих видов, особенно водоплавающих и болотных. В настоящее время из 505 видов птиц Японии 29 видов и подвидов, находящихся на грани исчезновения, внесены с 1972 г. в список особо охраняемых, а некоторые специальными декретами объявлены «особым памятником природы» или «памятником природы». К «памятникам природы» отнесены еще 14 редких и сокращающихся в численности видов и подвидов птиц, а 32, помимо этого, считаются редкими, хотя специальных мер к их охране не принято (в числе последних стерх, желтоклювая цапля, дрофа и др.).

Юго-западная часть Азии, охватывающая Малоазиатское, Армянское и Иранское нагорья, отличается субтропическим горностепным и пустынным типами климата, лишь на западной окраине Передней Азии сказывается влияние Средиземного моря. По площади эта часть Палеарктики примерно равна площади всей Западной Европы, но ландшафты ее менее разнообразны, и местная фауна этого региона довольно бедная. В то же время Передняя Азия образует сухопутные мосты, соединяющие север Азии с южной частью Восточной Европы, Африкой и Индостаном. Поэтому большое число видов птиц пересекают эту территорию в период миграции или остаются здесь на зимовку, значительно увеличивая список авифауны отдельных стран. Так, в Иране зарегистрировано 458 видов птиц, в Афганистане — 390 и т. д.

Районы, прилегающие к побережьям морей, особенно средиземноморские, а также вокруг пресных озер и по долинам рек, включая Тигр и Евфрат, освоены давно и настолько, что первичных местообитаний птиц здесь почти не сохранилось. В то же время значительные территории горных степей и пустынь остались почти такими же, какими были и 100, и 200 лет назад. Однако, поскольку основные концентрации пернатых приурочены к водоемам и долинам рек, антропогенные факторы и в Передней Азии оказали на птиц существенное влияние. В последние годы серьезную угрозу птицам, связанным с побережьем, наносит загрязнение сточными водами и особенно нефтью Персидского залива. Стоит также напомнить, что в этой части Азии уже несколько лет идут военные действия, а там, где стреляют пушки и гибнут люди, не до охраны природы.

Во многих странах этого региона нет специального законодательства об охране животного мира, поэтому под защитой населения находятся лишь немногие виды птиц, охраняемые традиционно по религиозным мотивам. Многие птицы, особенно охотничье-промысло-вые, интенсивно эксплуатируются, в связи с чем несколько их видов стали редкими или находятся на грани исчезновения. О некоторых этих видах, имеющих ареал в Средиземноморье (горный ибис, южный подвид сапсана, средиземноморский сокол), уже было рассказано в разделе о птицах Европы.

Южная и Юго-Восточная Азия по климатическим условиям, растительности и составу фауны существенно отличается от других областей Азии. Субтропические листопадные и вечнозеленые леса и кустарники в Юго-Восточном Китае, по южным склонам Гималаев и в других горных районах сменяются на западных побережьях Индии и Индокитая, а особенно на Зондских островах и в долинах некоторых рек влажными вечнозелеными тропическими лесами. Местами на восточных прибрежных участках и на возвышенностях растительность представлена тропическими сухими лесами, саваннами и кустарниками. В устьях рек и низменных районах побережий встречаются мангровые леса.

Авифауна данного региона включает более 1800 видов, из которых 10—15% представляют зимующие и пролетные птицы севера Палеарктики. Хотя зоогеографы и выделяют Южную и Юго-Восточную Азию в Индо-Малайскую фаунистическую область, здесь встречаются представители почти всех широко распространенных семейств Старого Света, имеется также много эндемичных родов, но эндемичное семейство лишь одно—Листовковые.

Западную часть этого региона занимает территория Индии. Фауну птиц этой страны начали интенсивно изучать уже во второй половине прошлого века (Т. Джердон, А. Юм и другие орнитологи), но вопросам охраны природы здесь стали уделять внимание преимущественно лишь со второй половины текущего столетия. Вскоре после завоевания Индией независимости было создано (в 1952 г.) Управление по охране природы, подчиненное непосредственно премьер-министру страны. В 1972 г. правительством Индии был принят «Акт по охране природы», который определил основные положения по охоте и охране животных, а также о национальных парках и заповедниках. В приложениях к нему дан перечень видов птиц, добыча и отлов которых полностью запрещены. Этот список периодически пересматривается: в 1972 г. он включал 24, а в 1979 г. более 46 редких, исчезающих и уязвимых видов птиц; в то же время большинство видов птиц используются местным населением в соответствии с национальными традициями.

Для охраны некоторых видов животных и их местообитаний в Индии создано 19 национальных парков и более 200 заказников и заповедников, включающих почти 10% общей площади лесов. Однако значительная часть первичных местообитаний уже изменена и продолжает меняться в результате хозяйственной деятельности.

В небольшой, но самой густонаселенной республике Бангладеш еще сохранилось около 4,7 тыс. км2 первичных влажных тропических лесов и мангров с характерной фауной. Специальным законом 1973 г. большинство редких видов животных также взято под охрану. Страны Индокитая и п-ова Малакки имеют разнообразную фауну птиц. Особенно это относится к территории Вьетнама, где, по подсчетам местного орнитолога Во Кви, встречается около 92% видов и подвидов авифауны Индокитая. На значительных площадях естественные местообитания серьезно нарушены хозяйственной деятельностью, а многие виды птиц являются объектами промысла для местного на­селения. Законодательства, регламентирующего охоту и использование природных ресурсов, либо не существует, либо оно устарело. Лишь в Лаосе в 1975 г. и Малайзии в 1972 г. приняты законы об охране дикой фауны.

В странах Индокитая имеется около 100 различных резерватов, включая национальные парки, однако основная их цель—сохранение отдельных видов крупных млекопитающих. В то же время значительные площади тропических лесов вырубаются. Например, в Таиланде, где 40 лет назад около 60% территории страны покрывали леса, их осталось сейчас менее 20%. Непоправимый ущерб первичной растительности и фауне нанесло применение в 1965— 1969 гг. войсками США в районах юго-востока Индокитая «гербицидов» — пресловутого эйдженд-оранджа. По данным Во Кви, после обработки этим препаратом около 125 тыс. га мангровых зарослей на южном побережье Вьетнама населявшие их до этого птицы исчезли, а мангры не восстановились до сих пор. В массиве влажных тропических лесов в районе А-Люой, подвергшихся неоднократной обработке «гербицидами», из 150 видов птиц теперь живут всего 18.

Уничтожением влажных тропических лесов объясняется и обеднение фауны Малайзии, Индонезии и Филиппин, которые до недавнего времени оставались основными поставщиками древесины твердых тропических пород. Несмотря на значительную сеть национальных парков и других резерватов в этих странах, численность и ареалы многих видов эндемичных животных быстро сокращаются. К тому же огромное количество экзотических видов птиц и других животных, обитающих в странах Юго-Восточной Азии, особенно из Малайзии и Индонезии, добывают и вывозят через Сингапур для продажи в Европу и США. И хотя в Индонезии различными декретами, принятыми с 1931 по 1980 г., более 25% видов птиц местной фауны (390 из 1496) считаются охраняемыми, браконьерство и контрабандная торговля еще продолжаются.

В настоящее время в Азии около 10 видов следует считать вымершими, а 200 видов и подвидов птиц можно отнести к категории редких или находящихся под угрозой исчезновения. Еще столько же эндемичных видов и подвидов имеют ограниченное или пятнистое распространение, но непосредственной угрозы их существованию пока нет.

В горных лесах о. Хайнань и пров. Фуцзянь на юго-востоке Китая живет эндемичная китайская кваква (Gorsachius magnificus). Высокий и массивный клюв отличает ее от всех других квакв. Характерна и окраска головы: коричнево-черная с удлиненными перьями на затылке, а за глазом—широкая белая полоса. Весь верх коричневатого цвета, а низ светлый с продольными бурыми пестринами. Биология этой ночной птицы до сих пор не изучена: за 80 лет никто не находил ее гнезд, да и сведений о встречах китайской, кваквы в последние годы не поступало. Места обитания этой оседлой птицы серьезно пострадали, поэтому не исключено, что популяция вида достигла критического уровня.

Из других цапель следует упомянуть желтоклювую цаплю (Egretta eulophotes), по величине и внешнему виду очень похожую на малую белую цаплю, но имеющую более короткую «косичку» на затылке, желтый (в гнездовой период) клюв и голубоватую кожу уздечки. Как и многие другие белые цапли, этот вид пострадал из-за красивых удлиненных перьев надхвостья— «эгреток», высоко ценимых в конце прошлого и начале нашего столетия. В настоящее время желтоклювые цапли достоверно гнездятся в зарослях по долинам рек и в приморье пров. Гуандун, включая о. Хайнань, и в Гонконге. Возможно, отдельные пары еще гнездятся местами вдоль побережья Желтого моря; весной встречали этих цапель на приморских равнинах и рисовых полях и на юге Приморья в СССР. В период осенних миграций и зимой желтоклювые цапли отмечены в Корее, Японии, Малайзии, на некоторых островах Индонезии и даже на Филиппинах. В СССР, Южной Корее и в Гонконге добыча этого вида полностью запрещена.

К редчайшим птицам мира, находящимся на грани вымирания, относится японский, или красноногий, ибис (Nippon ia nippon). Хотя этот вид внесен в Красную книгу СССР, его гнездование в последние годы на территории нашей страны весьма сомнительно. По опросным сведениям, И. Н. Нейфельдт и Г. Е. Росляков предполагали, что несколько красноногих ибисов еще в 1971 —1976 гг. обитали в Нижнем Приамурье, но в прошлом их гнездовья находили преимущественно в Южном Приморье. Последний раз здесь видели ибисов в 1962—1963 гг. и, возможно, в апреле 1977 г. В Корее, где по крайней мере уже с 30-х годов нашего столетия красноногие ибисы не гнездились, но бывали в период пролета и зимой, Дж. Арчибальд сообщал о встречах четырех птиц в декабре 1974 г. и двух— зимой 1977/78 г. Возможно, эти особи были из числа последних, гнездивших­ся в нашей стране.

Внешность красноногого ибиса малопривлекательна. Эта белая птица значительно крупнее каравайки, но с относительно короткими ногами, которые в полете почти не выдаются за обрез хвоста, как это бывает у многих других голенастых птиц. Ноги и голая кожа на «лице» у ибиса красные, клюв черный с красным кончиком. Примечательна смена окраски оперения у взрослых птиц. Большую часть года они имеют чисто-белый цвет с розовым оттенком на крыльях и удлиненных перьях затылка.

В феврале — марте у размножающихся птиц окраска становится пепельно-серой из-за втирания ими в оперение головой и клювом темного пигмента, а осенью, после линьки, птицы опять становятся белыми. В прошлом в Японии белых ибисов считали местными, оседлыми, а серых — прилетающими из Китая (А. Давид в 1872 г. выделил се­рых птиц даже в самостоятельный вид — Ibis sinensis).

Молодые ибисы имеют грязно-белую окраску, но уже на второй год становятся белыми, похожими на взрослых, а на третий половозрелые птицы в гнездовой период превращаются в пепельно-серых.

Еще в прошлом веке красноногие ибисы были довольно обычными на северо-востоке и востоке Китая, от верховий Хуанхэ до бассейна р. Сунгари и оз. Ханка и на юг до низовий Янцзы. В южных частях этого ареала они жили оседло, а из северных районов улетали на зиму к югу: их встречали даже на о-вах Тайвань и Хайнань. В этот же период довольно много ибисов жили оседло в Японии, главным образом в средней части о. Хонсю (префектуры Ниигато, Тояма и др.). Гнездились птицы преимущественно отдельными парами на высоких старых деревьях, а кормились в долинах рек и влажных низменных участках, в том числе и на рисовых полях,— поедали лягушек и других земноводных, мелких рыб, улиток, пресноводных крабов и насекомых; в местах кормежки держались иногда группами по 20 — 30 особей. Боязнь за судьбу урожая риса на полях, где кормились ибисы, по мнению У. Тиеде, могла стать причиной уничтожения крестьянами этих птиц и их гнезд в конце прошлого века. И хотя в 1893 г. было объявлено о запрете охоты на «токи» (так в Японии издавна называли красноногого” ибиса), числен-, ность его продолжала сокращаться столь стремительно, что в 20-х годах японскую популяцию даже считали вымершей. После обнаружения около 50 птиц в лесах п-ова Ното и на о. Садо в 1934 г. началась кампания по спасению красноногого ибиса: он был объявлен национальным памятником природы. Однако леса продолжали вырубать, места гнездования прорезали дороги, на рисовых полях стали применять ядохимикаты. Участь этого вида в Японии была предрешена: в середине 60-х годов на о. Садо осталось всего 10— 11 ибисов.

В Китае колонии красноногих ибисов были известны в лесах южных склонов хр. Циньлин (на юге пров. Шэньси) по крайней мере до 1958 г., пока здесь не вырубили старые деревья. Позднее в этих же районах встречали ибисов, и одну молодую птицу даже привезли в зоопарк. Учитывая, что в Японии на о. Садо последние оставшиеся 8 красноногих ибисов с 1974 г. не вырастили ни одного птенца, а опыты по разведению их в специальном питомнике окончились неудачей (5 из шести пойманных птиц погибли), по рекомендации и поддержке СИПО и МБИВ с 1978 г. начались поиски этих ибисов в Китае. За 3 года было обследовано 9 провинций, в которых прежде встречались красноногие ибисы, и 22 мая 1981 г. были обнаружены 2 их гнезда и еще 7 птиц у южных подножий хр. Циньлин. Гнезда располагались на старых дубах на высоте более 10 м от земли. Одно из них (с четырьмя яйцами) погибло, а во втором пара кормила трех птенцов. В 1982 г. здесь же после 28 дней насиживания вылупились 3 птенца, 2 из которых через 40 дней покинули гнездо.

Единственная известная сейчас в мире колония красноногих ибисов в Китае состоит всего из 17 птиц. Два птенца из этой колонии в 1981 г. были взяты и содержатся в Пекинском зоопарке, где уже был один ибис, пойманный ранее. Оставшиеся на о. Садо 6 птиц были отловлены зимой 1980/81 г. и помещены в питомник с надеждой, что от них будет получено потомство в неволе, что поможет сохранить красноногого ибиса как «особый памятник природы» Японии. Однако к 1984 г. 3 птицы погибли.

В Приамурье, Приморье и Северо-Восточном Китае гнездится дальневосточный белый аист (Ciconia boyciana), которого многие специалисты считают лишь подвидом обыкновенного белого аиста (Ciconia ciconia boyciana), распространенного почти по всей Европе, Северо-Западной Африке, Передней и Средней Азии. Внешне дальневосточный отличается от белого темным клювом (у белого он красный). В прошлом дальневосточный аист гнездился в Корее и Японии, но в последние годы встречался там только в период зимовки, хотя основные места его зимовки— юго-восток Китая (преимущественно долина р. Янцзы); небольшие группы и отдельных птиц встречали в Гонконге и на о. Тайвань.

Гнездятся дальневосточные аисты обычно на старых засыхающих деревьях на высоте до 20—25 м от земли. В отличие от белого аиста поселений человека они избегают, но отмечены случаи гнездования на триангуляционных вышках. Во второй половине апреля самка откладывает 2—3, реже 4 белых яйца, а к концу мая из них вылупляются птенцы, которых родители кормят в гнезде еще около 2 мес. Обычно в сентябре птицы, объединившись в стаи, покидают бассейн Среднего Амура, а в конце сентября—октябре отлетают и из Приморья.

Хотя общая численность дальневосточных аистов только в СССР сейчас составляет около 400—500 пар, а более 100 птиц обнаружено в северовосточной части пров. Хейлунцзян в Китае, этот вид включен в Красную книгу как находящийся под угрозой исчезновения и в Приложение 1 СИ-ТЕС. Внесен он и в Красную книгу СССР, а также в аналогичные издания Японии и Южной Кореи. Интенсивное освоение гнездовой территории дальневосточного аиста, пожары, вырубка старых деревьев и отстрел самих птиц привели к концу 60-х годов к серьезному сокращению численности и ареала вида. Однако принятые в 70-х годах меры охраны, включая создание нескольких заповедников и заказников, принесли желаемые результаты— численность аиста стала увеличиваться.

Сейчас более 30 дальневосточных аистов содержится в различных зоопарках мира. В 1971 г. в одном из зоопарков Японии в Тоёоке впервые было получено потомство от аистов. Разведением в неволе этих птиц с целью интродукции их в природу для создания гнездящихся популяций в Японии и Корее, планирует заняться орнитопарк Вальсроде (ФРГ), получивший для этого в 1981 г. 11 дальневосточных аистов из СССР.

На болотах, низменных берегах рек и озер и даже на рисовых полях Индокитая и п-ова Малакка можно было встретить белоплечего черного ибиса (Pseudibis davisoni). Некоторые авторы считают его подвидом индийского черного ибиса. Внешне эта птица напоминает нашу каравайку, но несколько крупнее ее и с красными ногами. Задняя сторона головы и верх светлые, а на черных глянцевитых крыльях белые плечевые перья, особенно хорошо заметные в полете. Крупные чашевидные гнезда белоплечий ибис строит высоко на деревьях, обычно недалеко от воды. В кладке 2—4 светло-зеленых яйца, иногда с буроватыми пятнами и пестринами.

Несмотря на сравнительно обширный ареал, белоплечий ибис повсюду стал редким, хотя в начале нашего века местами был довольно обычным. В последние годы его видели только во Вьетнаме и, возможно, на о. Калимантан. Одна из причин сокращения численности этого вида и некоторых других птиц этого региона—изменение ме­стообитаний под влиянием хозяйственной деятельности, а на территории Кампучии и Вьетнама—результат длительной войны и применения эйдженд-оранджа. Не последнюю роль играла и охота, хотя этот ибис — осторожная птица. В настоящее время охота на эту птицу формально запрещена только в Таиланде.

Гнездящийся сейчас только в долине р. Меконг на юге Вьетнама гигантский ибис (Thaumatibis gigantea) еще более редок, чем белоплечий. Это очень крупная, темная, серо-коричневая птица с коричневатой головой, на которой вверху и сзади хорошо видны черные полосы. Крылья сверху серые, но первостепенные маховые черные, что особенно хорошо видно в полете. Длинный и изогнутый клюв темный, а ноги красные. Раньше гигантский ибис встречался местами на востоке Таиланда, юге Лаоса и на значительной территории южных районов Кампучии и Вьетнама, но за последние 40—50 лет из многих районов исчез.

Основные места обитания гигантского ибиса—заболоченная низменность с лесами в долине р. Меконг и между рекой и оз. Тонлесап, которая частично освоена под рисовые поля. Наибольший урон популяции, несомненно, нанесла война, затронувшая основной ареал гигантского ибиса. Теперь этот вид находится на грани исчезновения: его чис­ленность, видимо, не превышает нескольких десятков особей. Формально охота на гигантского ибиса в Кампучии и Таиланде запрещена, но, как и всякая другая крупная дичь, эта осторожная птица была всегда желанной добычей для охотников Индокитая, а искоренить браконьерство среди местных жителей почти невозможно.

В неволе ни белоплечего, ни гигантского ибисов не содержат.

В Индокитае, на п-ове Малакка и на островах Индонезии встречался малайский аист-клювач (Mycteria cinerea). Его ареал на карте представлен отдельными пятнами гнездовых участков, большинство из которых уже не существует: сказались изменения местообитаний в результате хозяйственной деятельности.

Этот довольно крупный большеголовый аист с длинным, толстым, округлым сверху и несколько изогнутым к вершине желтоватым с белым кончиком клювом гнездится колониями по берегам озер, в устьях рек и близ илистых побережий моря, предпочитая мангровые заросли. В брачный период клюв у него становится ярко-желтого цвета, серые ноги — темно-красными, а лицевые участки кожи—ярко-красными. Молодые птицы, которых у пары бывает обычно не больше двух, в отличие от многих других аистов резко отличаются от взрослых: голова и шея у них бурые, верхняя часть (кроме белых поясницы и надвхостья) — серовато-бурые, а не белые, как у взрослых.

Интенсивное разрушение местообитаний, как и преследование самих птиц, привело к тому, что малайский аист-клювач попал в Красную книгу. Учеты с самолета в 1983 г. позволили обнаружить на западе Малайзии (шт. Перак) 110 птиц, преимущественно в двух колониях. Сведения о встречах этих аистов поступают из некоторых районов Вос­точной Суматры, с северо-запада Явы и о. Сулавеси: в нескольких колониях здесь гнездятся около 400 особей. В Малайзии и Индокитае этот вид охраняется законом, но еще более важно сохранить места его обитания, особенно мангровые заросли.

Местами на о, Калимантан, на юго-востоке Суматры,, а также на юге п-ова Малакка (долина р. Паханг) встречается малайский шерстистошейный аист

(Ciconia episcopus stormi), которого некоторые специалисты рассматривают в качестве самостоятельного вида—С. stormi, отделяя его от близких сородичей, гнездящихся от Африки до Юго-Восточной Азии. Этот крупный красноногий аист имеет чаще всего черное глянцевитое оперение, низ живота и подхвостье — белые. Шея покрыта белыми рассученными перьями, хотя у малайского аиста передняя часть шеи черная. Характерны для малайского аиста и красные лицевые участки кожи, особенно яркие в гнездовой сезон, а также красный клюв (у других подвидов он темный).

Как и другие шерстистошейные аисты, малайский устраивает гнезда на дереве высоко над землей в виде крупной платформы из сучьев с выстилкой из травы. Селиться он предпочитает недалеко от воды, чаще в долине реки. В кладке 3—4 белых яйца; птенцы появляются после месяца насиживания яиц самцом и самкой.

Численность малайского шерстисто-шейного аиста никогда не была высокой (в этом он сходен с нашим черным аистом), но небольшой ареал и деградация местообитаний привели к сокращению его популяции. Он включен в Красную книгу. Формально добыча этих птиц в Индонезии запрещена.

Из гусеобразных Азии 2 вида— хохлатая пеганка и розовоголовая утка включены в список птиц, вымерших в середине нашего столетия.

Хохлатая пеганка (Tadorna cristata) впервые была описана как вид японским орнитологом Н. Куродой лишь в 1917 г., хотя в неволе этих птиц в Японии содержали по крайней мере с XVIII в.; сохранилось несколько рисунков хохлатых пеганок, выполненных в XVIII—XIX вв. В музеях мира имеется всего 3 чучела этой красивой и крупной, величиной почти с огаря, утки— одного самца и двух самок: последняя из них была убита в декабре 1916 г. на юге Кореи близ г. Пусана, а первая—в начале апреля 1877 г. датским моряком куплена у охотника во Владивостоке. Все сведения, относящиеся к этому виду, свидетельствуют, что он был редким уже в прошлом веке, и, если бы ни сообщение В. И. Лабзюка и Ю. Н. Назарова о встрече ими 16 мая 1964 г. на юге Приморья (у о-вов Римского-Корсакова) группы из одного самца и двух самок, которых они определили как хохлатых пеганок, этот реликтовый вид можно было бы действительно считать вымершим и не вносить в Красную книгу СССР. Дело в том, что авифауна Дальнего Востока и Приморья уже со второй половины XIX в. была хорошо изучена, но никто из специалистов за 100 лет так и не видел здесь этих уток. В Японию их привозили из Кореи и, возможно, из Китая. Но все известные встречи хохлатых пеганок в Корее относятся к зимнему или ранневесеннему периодам, еще одна пара была поймана в октябре 1822 г. в Японии близ г. Хакодате ‘ (у южной оконечности о. Хоккайдо). Таким образом, места гнездования этого вида могут находиться и севернее Владивостока.

Гнездилась ли хохлатая пеганка в дуплах деревьев, расщелинах скал и норах, как близкие к ней австралийская и новозеландская пеганки, или, принимая во внимание резко выраженный половой диморфизм, устраивала гнезда на земле (самка имеет маскирующую окраску), как гаги и многие утки, никто не знает: гнезд и выводков не находили. Добыча хохлатых пеганок в СССР и в Корее запрещена, однако спасти этот вид от вымирания можно, по-видимому, только отловив для питомника птиц на гнездовье или на зимовке (пары у них сохраняются и зимой), но для этого их сначала нужно найти в природе. Инициативу в осуществлении «Проекта поиска и спасения» хохлатой пеганки проявил Е. Новак: после анализа всех материалов об этом виде по его просьбе художником Б. Фаустом была подготовлена листовка-открытка с цветным изображением этих птиц, 300 тыс. экз. которой с соответствующими обращениями на русском, корейском и китайском языках зимой 1982/83 г. были распространены среди населения в местах возможного гнездования и зимовки хохлатой пеганки. Каковы будут результаты этой работы — покажет время.

В противоположность хохлатой пеганке розовоголовая утка (Rhodonessa caryophyllacea) была еще во второй половине прошлого века довольно обычным видом в некоторых районах заболоченных джунглей вдоль притоков Ганга в Индии. Ареал этой крупной, с крякву, темно-коричневой утки, отличающейся от других розовым цветом го­ловы и задней стороны шеи, занимал почти всю территорию бассейна Ганга. Встречали ее и южнее — в штате Орисса, и на востоке — в приграничных районах Бирмы. С конца апреля—мая пары приступали к размножению, устраивая в зарослях травы гнездо. В полной кладке было 5—10 кремово-белых яиц. Зимой можно было встретить группы в десяток и более особей.

Из-за оригинальной окраски розово-головых уток в большом количестве отлавливали для зоопарков. В орнитологическом парке Ж. Делакруа в г. Клере (Франция) утки жили много лет, но не размножались, а последние птицы погибли в 40-х годах. Уже в 20-х годах обнаружили, что розовоголовых уток в природе осталось очень мало: последняя для коллекции была добыта в шт. Бихар в 1935 г. С 1944 г. вид попал в список вымерших, но несколько этих птиц встретили в 1947— 1948 гг., а в феврале 1960 г. видели селезня розовоголовой утки в стае других уток на водохранилище недалеко от г. Шимла.

Причины сокращения численности розовоголовых уток до сих пор точно не выяснены. Несомненно, определенное значение имели рост народонаселения в местах обитания этой утки и пресс охоты. Несмотря на полный запрет добычи этого вида в Индии, охотники могут не отличить его от обычного красноносого нырка. Поэтому в 1950 — 1960 гг. Бомбейское общество естествоиспытателей выпустило специальные листовки с изображением красноносого нырка и охраняемой розовоголовой утки, которая включена в Приложение 1 СИТЕС. Остается лишь надеяться, что где-либо в глухих болотах и протоках Ганга, возможно, еще живут отдельные пары розовоголовых уток.

В сходных местообитаниях— болотах, старицах и протоках — в девственных джунглях Бангладеша, Восточной Индии, Бирмы, Индокитая, Малайзии и даже островов Суматра и Ява обитала белокрылая малайская утка (Cairina scutulata). Несмотря на столь обширный ареал, этот вид включен в Приложение 1 СИТЕС, внесен в Красную книгу и в некоторых странах Юго-Восточной Азии формально находится под охраной закона. Эта крупная, величиной с пекинскую утку, с черноватым оперением птица, беловатыми с многочисленными черными крапинками головой и шеей, хорошо отличается от всех других темных уток и казарок чисто-белыми кроющими крыла, отделенными темной полосой от светлого синеватого «зеркальца» на второстепенных маховых. Живут белокрылые утки обычно отдельными парами в лесу, но ночью их можно встретить на открытых участках реки и рисовых полях. Гнезда они устраивают в дуплах деревьев, а иногда в крупных гнездах других птиц и даже в густых зарослях травы. В полной кладке 7—10 яиц, которые самка насиживает около 30 дней. В северных районах ареала гнездовой период приходится на апрель — июль, а в южных (на о. Суматра) — на январь — февраль.

Сокращение численности белокрылых малайских уток—целиком и полностью вина людей: уничтожение и изменение первобытных влажных тропических лесов и охота уже к середине 60-х годов превратили почти сплошной ареал этого вида в кружево отдельных сохранившихся местообитаний. С 1968 г. МФОП осуществлял специальный проект по спасению белокрылой утки в Ассаме — северной части ее ареала, предусматривающий изучение состояния популяции птиц в природе, отлов молодых птиц, разведение этих уток в неволе и последующий выпуск в сохранившиеся или восстановленные охраняемые местообитания.

Выяснилось, что на северо-востоке Ассама гнездится около 15 пар белокрылых уток, в 1971 г. две группы птиц видели в Бангладеше. Небольшое количество этих уток еще живут в охраняемых участках леса в Бирме, возможно, сохранились в некоторых районах Индокитая, в частности в лесах предгорий северной части Чыонгшон у границы Лаоса и Вьетнама. В лучшем положении популяция белокрылых уток в центральных и южных прибрежных районах, где часть местообитаний находится на территории национальных парков и заповедников, включая о. Сиберут.

В 1969 и 1970 гг. в соответствии с проектом МФОП в питомник водоплавающих птиц в Слимбридж (Великобритания) были доставлены несколько самцов и самок белокрылых уток, из которых 3 пары вскоре начали размножаться. В 1971 г. был получен первый приплод, в 1974 г. выращены 30 утят, а к 1976 г. уже около 70 уток содержали в зоопарках Европы, США и Азии (большинство этих птиц были получены из Слимбриджа).

Из птиц, обитающих на севере Азии, внимания заслуживает состояние популяции краснозобой казарки (Branta ruficollis) — эндемика тундр Западной Сибири. Эта своеобразно и ярко окрашенная птица; самец отличается от самки только приподнятым угловатым лбом. До сих пор не умолкают пересуды о происхождении, прошлом местообитании и гнездовом ареале этих птиц. Однако краснозобые казарки прекрасно вписываются в летнюю пестроту яров и островов тундровых рек, и по крайней мере за последние 100 лет их гнездование не отмечали южнее лесотундры. По-прежнему птицы размножаются и линяют на полуостровах Ямал, Гыдан и Таймыр. Общая их численность к началу 80-х годов достигала 27—30 тыс. особей, однако в размножении ежегодно участвуют всего 3—3,5 тыс. пар. Основная часть популяции казарок населяет п-ов Таймыр, где с начала 70-х годов отмечено увеличение численности, восстановление и даже расширение ареала казарок к востоку. Часть их местообитаний здесь охраняется на тер­ритории Таймырского заповедника. На Ямале и Гыдане обитает всего около ‘Д общего количества птиц; в связи с освоением этих районов численность казарок здесь, вероятнее всего, будет снижаться, хотя добыча их в СССР повсеместно запрещена.

После смены в 1968 г. краснозобыми казарками мест основных зимовок (вместо юга Прикаспия птицы стали зимовать преимущественно на западе Причерноморья и на некоторых водоемах Балканского п-ова) ухудшилось положение с их охраной в этот период года. Так, лишь с 1980 г. была запрещена охота на этих казарок в Болгарии. Участились случаи залета краснозобых казарок в другие страны юга Европы, и, хотя этот вид включен в Приложение 2 СИТЕС, встреча столь экзотической птицы бывает слишком соблазнительной для некоторых охотников. Небольшая часть популяции казарок стала улетать на зиму в Китай, где охрана этого вида также пока не налажена.

Сейчас трудно предполагать, вернутся ли краснозобые казарки вновь в охраняемые места зимовки в Восточном Закавказье, но пока сюда и в Северный Иран прилетают всего несколько десятков птиц. В Ирак, в междуречье Тигра и Евфрата, где сохранились места зимовки гусей, в прошлом иногда прилетали и стаи казарок, но в январе 1979 г. их здесь не видели.

Некоторые специалисты, основываясь на изображении краснозобых казарок на египетских фресках, считали низовья Нила в качестве места зимовки этих птиц в древности. Действительно, на фреске в Меидуме четвертой династии (около 2720 г. до новой эры) изображены среди цветущего разнотравья 2 серых гуся, 2 белолобых гуся и 2 «краснозобые казарки». Последние взяты в кавычки именно потому, что по сравнению с точно (во всех деталях) нарисованными двумя видами гусей казарки имеют настолько значительные отличия от птиц, которых мы знаем сейчас, что их можно принять за близкий, но уже давно вымерший вид. Возможно, эти, существовавшие 4,5 тыс. лет назад, птицы и являются ключом к разгадке происхождения и современного ареала реликтовой краснозобой казарки, которую многие выделяют в отдельный, монотипический род Rufibrenta. В нашем столетии известны лишь исключительно редкие залеты краснозобых казарок на север африканского материка.

Мраморный, или узконосый, чирок (Anas angustirostris) в равной степени относится к птицам Северной Африки, Европы и Азии: изолированный участок его ареала сохранился в Испании, а основная часть охватывает север Африки, Переднюю и Среднюю Азию, север Пакистана и Индии. Уже в начале 50-х годов численность мраморного чирка заметно сократилась по всему ареалу. На севере Прикаспия этот вид исчез к середине 50-х годов; в небольшом количестве эти чирки гнездятся в долинах Сырдарьи, Амударьи и близ пресных озер западной части Туркмении, а также в Ак-Гёльском заповеднике в Азербайджане (около 50 особей). Южнее птицы эти гнездятся в долинах рек с тугайной растительностью на юго-западе Ирана, включая резерваты Диз и Керхе. В Пакистане и Индии теперь известны только единичные встречи мраморных чирков, а максимальная их численность зимой в Турции в 70-е годы не превышала 1,5—2 тыс. особей. Примерно столько же птиц бывает на зимовке в Африке, хотя не исключено, что часть их в отдельные зимы просто перемещается из Малой Азии в Африку. В Испании в 70-е годы оставалось менее 100 пар, некоторые из них гнездятся в резервате Кото-Доньяна. В СССР добыча мраморного чирка полностью запрещена. Основной причиной сокращения ареала и численности этого вида, вероятнее всего, было изменение местообитаний.

Чешуйчатый крохаль (Mergus squamatus), гнездящийся в дуплах старых лиственных деревьев в долинах горных рек, имеет мозаичный ареал на Дальнем Востоке СССР и северо-востоке Китая. В общих чертах ареал этого вида охватывает среднюю часть бассейна Амура от Малого Хингана на западе до Сихо-тэ-Алиня на востоке. Часть крохалей остаются зимовать на незамерзающих реках Приморья, но большинство птиц через Восточный Китай и Корею улетают на зиму в центральные и юго-восточные районы Китая. Общая численность этого вида неизвестна, хотя местами (юг Буреинского хр., восточные склоны Сихотэ-Алиня) он довольно обычен, однако в связи с освоением местообитаний чешуйчатого крохаля и вырубкой старых деревьев популяция явно сокращается. Добыча этих птиц в СССР и Корее запрещена, часть гнездовий находится на территории Сихотэ-Алинского и Лазовского заповедников.

Среди дневных хищных птиц Азии видов, которые следует считать исчезающими или очень редкими, почти нет, за исключением филиппинского орла. Большинство соколообразных достаточно широко распространены в этой части света, и, хотя численность многих, особенно крупных, видов снижается, серьезных опасений их судьба не вызывает. Сапсан (Falco peregrinus), населяющий в Азии преимущественно территорию нашей страны, внесен в Красную книгу СССР и Приложение 1 СИТЕС; в некоторых районах Севера в последние годы даже отмечается рост его численности. Пустынный сокол (F. pelegrinoides), хотя и очень редок в пределах СССР, имеет достаточно обширный ареал от севера Африки до Индии и тоже находится под охраной.

Особый интерес представляет подвид или меланистическая форма белоплече-го, или тихоокеанского, орлана, впервые добытая в Корее и описанная в 1887 г. в качестве особого вида — Haliaeetus niger. Через год идентичную птицу и тоже из Кореи Л. Тачановский описал под названием H.branickii. В феврале 1902 г. взрослый самец такого орлана был добыт А. Янковским в Южном Приморье близ Владивостока, поэтому Л. С. Степанян включил его как вид (под вопросом!) в состав фауны СССР, назвав «черным орланом», но с оговоркой, что систематический статус этой формы не выяснен. В последней сводке Р. Говарда и А. Мура черный орлан приведен в качестве корейского подвида белоплечего орлана—Haliaeetus pelagicus niger.

У черного орлана, имеющего более темную, черноватую окраску тела, нет белого цвета на крыльях и оперении ног, но хвост у взрослых птиц такой же белый, как у белоплечего орлана. К тому же в гнездовой период черные орланы встречались только в Корее, где за 50 лет их было добыто около 20. В последние годы никаких сведений о черных орланах не поступало, поэтому Ф. Вейк считает, что он, возможно, вымер. Обыкновенный белоплечий орлан (H.p.pelagicus) гнездится в прибрежных районах Дальнего Востока СССР от Камчатки до низовьев Амура, а зимой некоторые птицы откочевывают к югу до Кореи и Японии. Общая численность этих орланов пока достаточно высока (примерно 2 тыс. гнездящихся и около 5 тыс. неразмножа-ющихся особей), но тем не менее вид этот внесен в Красную книгу СССР, а в Японии и Корее охраняется как «памят­ник природы». Около 40 пар этих птиц гнездятся на Камчатке на территории Кроноцкого заповедника.

Только в лесах Филиппинских о-вов живет уникальная хищная птица— филиппинский орел. Величиной он с беркута, с очень высоким, но узким черным клювом, желтоватыми лапами, бурый сверху и кремового цвета снизу; на охристой с темными пестринами голове имеется хохол из удлиненных перьев. Несмотря на столь значитель­ные размеры, впервые пару этих птиц натуралист Дж. Уайтхед, работавший на Филиппинах, увидел на о. Самар только в 1896 г. и добыл самца. Английский орнитолог В. Огилви-Грант назвал его Pithecophaga jefferyi—«обезьяноед Джеффера», так как, по рассказам местных жителей, эта птица питается якобы макаками и другими обезьянами. Названия «орел-обезьяноед» и «гарпия-обезьяноед» укрепились во многих языках и немало способствовали уничтожению этих птиц. Позднее выяснилось, что основная добыча их — шерстокрылы (древесные млекопитающие, способные к планирующему полету), а также летучие мыши, пальмовые белки, различные птицы и пресмыкающиеся. Чтобы снять незаслуженное обвинение и ослабить преследование этих эндемичных орлов, правительство Филиппин в 1978 г. постановило упразднить наименование «обезьяноед» и называть их впредь филиппинскими орлами.

В настоящее время филиппинский орел встречается только на трех-четырех из 7100 островов архипелага. На о. Самар последнюю птицу видели в 1933 г., но на расположенном рядом о. Лейте еще в 1970 г. жили 8—10 орлов. Самая большая популяция сохранилась на о. Минданао: в 1910 г. здесь обитало около 1200 птиц, но уже к 1968—1970 гг. осталось менее 100. Только энергичные меры охраны, включая широкую пропаганду и запрет экспорта живых птиц и их шкурок, позволили стабилизировать, а затем и увеличить численность филиппинских орлов. К началу 80-х годов популяция их насчитывала уже 300—500 особей, из которых 200—400 живут на о. Минданао. Такие колебания в оценке численности филиппинских орлов связаны с их скрытным образом жизни и мозаичным распространением: они живут в массивах вечнозеленых тропических лесов от низменностей до высоты 1500 м над ур. м.

Гнезда филиппинские орлы строят в кронах деревьев на высоте 30—45 м от земли, гнездятся через год, откладывая в конце сентября — начале декабря единственное яйцо, которое самка и самец насиживают около 60 дней; птенец покидает гнездо через 3,5 — 4,5 мес, а самостоятельно начинает охотиться лишь в возрасте 10 мес. Хотя половоз­релыми филиппинские орлы становятся на третий-четвертый год и могут жить (в неволе) до 40 лет, в целом репродуктивные способности этого вида низкие, а требования к местообитаниям высокие. Помимо истребления самих птиц, на состоянии популяции сказались уничтожение и изменение местообитаний: на о. Минданао площадь девственных лесов за 50—60 лет сократилась наполовину.

С 1973 г. были предприняты попытки разводить филиппинских орлов в зоопарках США и на опытной станции в районе Торил на о. Минданао, но пока они закончились безуспешно. Около 18 орлов сейчас содержат в неволе на Филиппинах, и специалисты надеются получить от них потомство. Официально добыча и отлов на Филиппинах и экспорт этих птиц (вид включен в Приложение 1 СИТЕС) запрещены законом, но браконьерство и контрабандный вывоз пока прекратить не удается, трудно также остановить вырубку лесов и наладить охрану гнездовых участков. Однако в национальном парке Маунт-Апо (о. Минданао) несколько пар филиппинских орлов находятся в безопасности.

Среди курообразных птиц имеется небольшое семейство сорных, или большеноговых кур, все 12 видов которого являются эндемиками Индо-Малайской и Австралийской фаунистических областей. Эти птицы не строят гнезд и не насиживают кладки, а используют для инкубации тепло, получаемое от солнца, вулканической деятельности либо от гниения собранной в кучу и прикрытой песком растительности.

Большеног-малео (Macrocephalon maleo) является эндемиком :о. Сулавеси. Эта черно-бурая с розовой грудью птица, величиной и обликом похожая на крупную курицу, но с более мощными ногами, живет во влажных тропических лесах преимущественно в северной и юго-восточной частях острова. Общая численность малео на о. Сулавеси пока еще достаточно высока (по-видимому, несколько тысяч особей), однако интенсивная и многолетняя эксплуатация их кладок местными жителями, а также отлов и добыча птиц привели к необходимости принять меры к их охране.

Большую часть года малео проводят в джунглях, но в наиболее сухой период (август—январь) собираются в определенных участках леса поблизости от побережья для откладки яиц. Периодически, с интервалом в несколько дней, птицы ходят из леса на участки сухого пляжа, покрытого темным песком, и выкапывают ямку глубиной 40—70 см, в которую самка откладывает одно, но очень крупное, массой до 240 г, с тонкой скорлупой яйцо и, засыпав его песком, возвращается в лес. Поскольку нужные для инкубации яиц места часто расположены в нескольких километрах от леса, а самка за сезон размножения откладывает 10—30 яиц, птицам приходится за этот сравнительно короткий период прошагать туда и обратно десятки и даже сотни километров.

Мест, подходящих для откладки яиц, на острове немного, их используют обычно несколько десятков и даже сотен птиц одновременно — образуются своеобразные колонии птиц. Местные жители хорошо знают эти ограниченные песчаные участки и в период размножения приезжают туда для сбора яиц, выкапывая их сотнями. Здесь же «трудятся» и местные хищники, включая варанов, собак и свиней. В хорошо прогреваемом солнцем песке зародыш в яйце развивается медленно (около 70 дней), зато птенец вылупляется оперенным, самостоятельным.

Формально добыча большеногов-малео была запрещена в Индонезии Указом об охране природы и животного мира, изданном в 1932 г. Однако традиционный сбор яиц жителями многих поселений продолжался еще много лет, хотя два места размножения птиц на севере о. Сулавеси и были взяты под охрану в заповедниках Пануа и Тангко-ко-Батуангус. Это привело наряду с ухудшением экологических условий некоторых участков — «инкубаторов» и мест концентрации птиц в период размножения к сокращению численности большеногое на о. Сулавеси. Лишь с 1970 г. стал действовать более строгий закон, и вид был включен в Приложение 1 СИТЕС.

Из отряда курообразных семейство фазановых наиболее богато представлено в Юго-Восточной Азии. Многие из видов фазановых интересны как объекты охоты и как экзотические птицы для содержания в зоопарках. В результате нерегулируемой охоты и отлова, а также ухудшения местообитаний, более 30 видов фазановых Азии стали редкими или находятся на грани исчезновения, а один вид, вероятнее всего, уже вымер. К этому числу можно добавить еще значительное количество эндемичных подвидов и даже некоторых широко распространенных видов (например, обыкновенного перепела), популяции которых неуклонно сокращаются.

Из 5 видов уларов —эндемичных птиц гор Азии—3 вида (алтайский, тибетский и каспийский) внесены в Красную книгу СССР и находятся на территории нашей страны под охраной закона, причем 2 последних включены в Приложение 1 СИТЕС.

Опасения вызывает судьба иранского подвида каспийского улара (Tetraogallus caspius semenowtianschanskii). Еще 10 лет назад его распространение было ограничено отдельными участками гор на северо-западе Загроса, причем 3 из них находились на территории заказников Бисотун, Ошторанкух и Танге-Саяд. События последних лет, несом­ненно, отразились на состоянии популяции этого подвида и вполне возможно, что он находится сейчас под угрозой исчезновения.

На остепненных склонах Наг-Тибба (примерно в 200 км северо-восточнее Дели), заросших высокой травой и кустарниками, более 100 лет назад встречались небольшими стайками, по 5—6 особей, фазаньи перепела (Ophrysia superciliosa). Величиной этот перепел чуть крупнее обыкновенного перепела, а самцы этого вида имеют коричневато-серую с черными продольными пестри-нами окраску верха и низа, коричневатые хвост и крылья;, черное с белыми пятнами подхвостье; на черной голове четко выделяются белые лоб, бровь, полоска у глаза и пестрины каймы, ограничивающие черное горло от серого низа. Окраска самок рыжевато-коричневая с черными пестринами и более светлым низом, но голова сероватая с маленьким белым пятном у глаз. Ноги и клюв у обоих полов красные.

Образ жизни этого эндемичного вида не изучен: птиц встречали на высотах 1500—2000 м над ур. м. всего в нескольких местах, где за период 1865— 1868 гг. было добыто для коллекции около 10 особей. Последний раз двух фазаньих перепелов видели в 1876 г. в районе Найни-тала. Полагают, что вид этот вымер, так как поиски фазаньих перепелов в этом довольно обжитом районе в последующие годы оказались безуспешными. Видимых причин для исчезновения фазаньего перепела нет, и не исключена возможность, что эти маленькие и скрытные птицы еще сохранились в каком-нибудь участке своего явно реликтового ареала.

Из 5 видов трагопанов, крупных и оригинальных птиц горных лесов Южной Азии, к редким или исчезающим по вине человека можно отнести по крайней мере 3 вида. Ярко раскрашенные самцы трагопанов, как и многих других фазановых Азии, привлекали внимание и владельцев зоопарков, и охотников. Для самцов характерны почти голые, покрытые только волосовидными перышками горло и лицевые части, но в брачный период над горлом заметны мясистые лопасти-бородки и короткие «рожки» за глазами. Самки мельче самцов и имеют темную, коричневато-серую окраску с множеством белых или рыжеватых пятен.

Самую западную часть ареала птиц этого рода занимает черноголовый трагопан (Tragopan melanocephalus). Когда-то он населял Гималаи от Пакистана и почти до границ с Непалом. Самец черноголового трагопана имеет черную шапочку с небольшим хохлом из удлиненных с красными кончиками перьев; шея и кожа на щеках ярко-красные, а общая окраска оперения темная с белыми пятнами и пестринами. Летом эти птицы обитают преимущественно в хвойных и дубовых лесах, а также в зарослях кустарников (рододендрона) и бамбука на высоте 2400—3600 м над ур. м., а зимой спускаются почти на 1000 м ниже. Держатся они парами или поодиночке, очень редко их можно увидеть группами и даже в компании с другими горными фазанами. Питаются трагопаны почками, листьями и семенами растений, ягодами и насекомыми. В июне чаще всего на земле, в густых зарослях, но иногда и на дереве на высоте до 3 м от земли самка устраивает из веток и травы гнездо и откладывает 3—6 коричневатых с неясными бурыми пестринами яиц. Птенцы вылупляются примерно через 28 дней.

Уничтожение местообитаний и добыча самих птиц привели к тому, что черноголовый трагопан сохранился только в отдельных небольших участках прежнего ареала. В последнее десятилетие этих птиц видели в отрогах хр. Пир-Панджал на севере Индии и на северо-востоке Пакистана. Небольшие участки местообитаний находятся на территории двух лесных резерватов в долине р. Неелам. В 1977 г. в этих районах Пакистана обитали 6—8 птиц на 10 км2, а в шт. Хамачал-Прадеш (Индия) общую численность этих птиц в 1981 г. оценивали в 1,5—6 тыс. особей. Черноголовый трагопан включен в Приложение I СИТЕС и формально находится в Индии и Пакистане под охраной. Однако продолжающееся сокращение местообитаний и браконьерство требуют создания резерва этих птиц в неволе. В конце прошлого столетия в некоторых зоопарках они размножа­лись, но в 1978 г., по сведениям Ф. Вайра, в питомниках были всего две птицы, причем одна самка давала гибридное потомство с трагопаном Темминка.

Трагопан Блита (Tragopan blythii) в прошлом был распространен на востоке Индии (штаты Нагаленд, Манипур) и северо-западе Бирмы. Севернее р. Брахмапутры, в горах юго-восточной части Тибета встречается более темный и с более узкой красной полосой на груди трагопан, которого выделили в отдельный подвид — Т. b. molesworthi. Он настолько редок, что в 1969 г. в музеях было всего 3 этих птицы. Номинативный подвид (Т. b. blythii) населяет густые влажные леса в горах на высоте 1800—3500 м над ур. м., но в зимний период откочевывает ниже, до 1500 м. Самцы трагопана Блита хорошо отличаются от самцов других трагопанов оранжево-красной грудью; вся остальная нижняя сторона—серовато-коричневая со светлыми пятнами, кожа на «лице» и на горле желтого цвета, шея и бока головы оранжево-красные с черной полосой на темени и по бокам головы. Гнезда эти птицы устраивают на деревьях в 7—8 м от земли, а в кладке не более четырех яиц. Биология этого вида изучена недостаточно, но, по-видимому, сходна с таковой черноголового трагопана.

В результате отстрела и отлова, а также осветления горных лесов популяция трагопана Блита в Индии сократилась катастрофически, и сейчас добыча его запрещена. В Бирме традиционной охоты на трагопанов нет, и хотя местами они еще довольно обычны, но такие участки оказались изолированными друг от друга, а общая численность птиц, видимо, не превышает 1000 особей. В европейских зоопарках трагопаны Блита были и даже размножались в конце прошлого века, но в конце 70-х годов около дюжины этих птиц сохранилось только в зоопарках Азии.

Китайский трагопан (Tragopan caboti) имеет светлый, охристого цвета низ, отграниченный черной полосой от желто-оранжевого горла и «лица»; по бокам шеи и на затылке красное оперение окаймлено черным. В настоящее время этот вид сохранился только в отдельных изолированных горных массивах на юго-востоке Китая. Эндемичные траго-паны, обнаруженные в горах северо-востока Гуанси-Чжуанского автономного района в 1979 г., были описаны Ц. Чэнем как особый подвид Т. с. gu-angxiensia. Гнезда китайские трагопаны устраивают на деревьях довольно высоко от земли. В полной кладке 3—6 яиц, которые самка насиживает 28 дней.

Места обитания этих птиц (леса на высоте 700—1600 м над ур. м.) серьезно пострадали от вырубки, к этому добавились неконтролируемая охота и отлов птиц, в результате чего обычный в прошлом вид оказался на грани исчезновения. С 1961 г. по инициативе Ф. Вайра в питомнике Фазаньего треста была подобрана группа китайских тра­гопанов, которые вскоре начали размножаться. В конце 70-х годов несколько пар трагопанов были переданы из питомника для разведения в США и Бельгии. Таким образом, хотя и медленно, но резерв для реинтродукции китайских трагопанов накапливается.

Формально этот трагопан в Китае находится теперь под охраной, но ликвидировать браконьерство трудно, а Гонконг для контрабандистов остается перевалочным пунктом. Несмотря на то что китайский трагопан, как и трагопан Блита, включен с 1973 г. в Приложение I СИТЕС, в Гонконг из Китая продолжают поступать эти редкие птицы.

В горах южной части Центральной Азии обитают моналы, или лофофо-ры — крупные, несколько больше улаpa, птицы, самцы которых имеют яркую блестящую раскраску, а самки тусклое, коричневатое с мелкими пестринами оперение. Из трех видов этого рода китайский монал находится под угрозой исчезновения, а остальные нуждаются в специальных мерах охраны. Все они включены в Приложение I СИТЕС.

Наибольший ареал имеет гималайский монал (Lophophorus impejanus): он населяет хвойные и смешанные леса, заросли рододендрона и скалистые склоны Гималаев и южной части Тибета от Восточного Афганистана до Бутана на высоте 2600—5000 м над ур. м., хотя в Тибете обычно не встречается выше 4000 м. Зимой часть птиц спускается ниже, в пояс лесов. Самец гималайского монала отличается от самцов других видов моналов рыжим хвостом и довольно длинным зеленым с белыми кончиками перьев хохлом. Летом птиц чаще можно увидеть утром или вечером, когда они выходят кормиться из зарослей на более открытые склоны гор. Держатся они обычно группами, часто рядом с одним самцом кормятся 2—3 самки.

Гнездовой сезон в зависимости от района приходится на апрель — июнь. Гнездо в виде небольшой ямки со скудной выстилкой из сухой травы или листьев обычно располагается на склоне у куста, уступа скалы или в расщелине между камнями. В кладке от 3 до 6 яиц грязно-белого или рыжеватого цвета с коричневыми пестринами и пят­нами. Самцов у гнезд в период насиживания и при выводке никто не видел.

В прошлом гималайский монал во многих районах был обычной птицей, но изменение местообитаний и охота существенно сократили численность этого вида. В августе 1977 г. в соответствующих местах в Пакистане на 10 км2 держались 4 особи, теперь плотность стала, несомненно, меньшей. В Индии гималайский монал более обычен (в шт. Химачал-Прадеш, вероятно, несколько тысяч птиц) и охраняется законом.

Область распространения монала Склетера (Lophophorus sclateri) частично захватывает восточную часть ареала гималайского монала на севере Индии, а также горы на севере Бирмы и западе провинции Юньнань в Китае. Самцы этого вида отличаются от самцов гималайского монала белой поясницей и коричневой полосой поперек белого хвоста; зеленого цвета хохол из курчавых перьев более короткий. Птиц из восточной популяции считают особым подвидом (L. s. orientalis), но, по мнению Г. Дэвисона, здесь имеет место, по-видимому, клинальная изменчивость некоторых признаков с запада на восток, а в западной части ареала возможна и гибридизация этих птиц с гималайским моналом.

В большинстве районов обитания монал Склетера—очень редкий вид. В некоторых горах Бирмы он, возможно, сохранился лучше, однако его местообитания— горные леса с густым подлеском из рододендронов на высоте 2200—3000 м над ур. м.— ухудшаются, а на самих птиц местами продолжается охота. Биология монала Склетера не изучена, но, вероятнее всего, сходна с таковой гималайского монала. По крайней мере единственное гнездо с пятью яйцами, найденное в горах западной части Юньнани, было расположено на земле.

В наиболее угрожаемом положении находится китайский монал (Lophophorus Ihuysii), населяющий хребты на юго-востоке пров. Цинхай и северо-западе пров. Сычуань. В прошлом его ареал был значительно большим и простирался на север почти до оз. Кукунор. Это самый крупный из моналов, самцы которого имеют белую поясницу и темный зеленоватый хвост. Живет он в высокогорных хвойных лесах, криволесье и на скальных участках альпийских лугов до 5000 м над ур. м., зимой, как и другие виды моналов, спускается ниже — почти до 2700 м.

Достоверных сведений о находках гнезд китайского монала нет, да и встречи этого вида в последние годы чрезвычайно редки. Основное значение в сокращении популяции китайского монала, редкого уже в конце прошлого века, имела охота, а в последние десятилетия серьезно пострадали и места его обитания. Формально этот вид включен в число охраняемых.

В зоопарках моналов Склетера и китайских сейчас, вероятнее всего, нет, но гималайских моналов содержат в некоторых питомниках Азии, Европы и Северной Америки.

В Гималаях от северо-западных районов Пакистана до центральных районов Непала был широко распространен единственный представитель своего рода гималайский хохлатый фазан (Cat-re us wallichi). Численность этих птиц никогда не была высокой, а из-за уничтожения мест обитания, охоты и других факторов вид стал исчезающим. В Па­кистане последняя достоверная встреча этого фазана относится к 1977 г., серьезно сократилась численность птиц на севере Индии и в Непале, всего же в мире сейчас их насчитывается не более 5000.

Величиной и обликом этот фазан напоминает обыкновенного, но имеет многочисленные темные поперечные пестрины на беловатом фоне, только поясница, подхвостье и низ живота рыжеватые; голая кожа вокруг глаз красная, а на голове пучок тонких перьев образует хохол. Самка несколько мельче самца и с более коричневым низом. Живут эти птицы в дубовых и смешанных лесах, зарослях кустарников и высокой травы на склонах холмов и гор на высоте 1200—3500 м над ур. м. Гнездятся они, как и другие виды фазанов, на земле с конца апреля до начала июня. В полной кладке 9—14 яиц, насиживание продолжается около 26 дней, с выводком ходят оба родителя. Моногамия сохраняется у этих птиц и в зоопарках, и в питомниках, где сейчас содержатся более 800 гималайских хохлатых фазанов. В неволе фазанов этого вида содержат уже более 100 лет, и они неплохо размножаются, причем половозрелыми молодые птицы становятся уже на следующий год.

Гималайский хохлатый фазан включен в Приложение I СИТЕС, внесен в списки охраняемых законом видов в Индии и Пакистане. В связи с исчезновением этого вида в природе были начаты работы по реинтродукции его в охраняемые места прежнего обитания. Так, в 1971 и 1973 гг. 24 пары хохлатых фазанов выпустили в Индии в лесной резерват близ г. Шимла (шт. Химачал-Прадеш). В Пакистане был построен вольер с инкубатором, в который из фазаньего питомника (из Великобритании) в 1978—1979 гг. было привезено 453 яйца, а в 1983 г.—около 300. Примерно из половины этих яиц удалось вырастить птенцов, часть которых были выпущены в природу.

Из трех видов ушастых фазанов, которых так называли из-за торчащих вверх удлиненных белых ушных перьев (эти «ушки» хорошо развиты только у двух более северных видов — синего и бурого), в наиболее угрожаемом положении находится бурый, или маньчжурский ушастый, фазан (Crossoptilon mantchuricum). Этот крупный коричне­ватого цвета фазан с широким белым, а в задней части бурым хвостом населяет низкорослые леса и кустарниковые заросли с полянами и ручьями в скалистых горах в районе остатков Великой Китайской стены западнее и севернее Пекина. В прошлом он еще встречался от юго-востока Внутренней Монголии до центральных районов пров. Шаньси. Эти районы давно освоены, и бурый ушастый фазан стал исключительно редким видом; формально он охраняется в Китае.

Пары у этих птиц формируются в начале апреля. Вскоре самки, которые имеют сходную с самцами окраску, откладывают в гнездо, мелкую ямку под скалой или деревом, 4—10 и более яиц и насиживают их в течение 26— 27 дней. С выводком держатся оба родителя, молодые птицы становятся половозрелыми уже на второй год. В Европу в 1864 г. были привезены из Китая самец и 2 самки бурого ушастого фазана, которые вскоре начали успешно размножаться в неволе. Потомство от этих птиц к началу 80-х годов нашего века во всех зоопарках мира превышало 1000 особей, но из-за близкородственного скрещивания во многих питомниках проявляется инбридинг: многие яйца оказываются неоплодотворенными, и наблюдается значительная гибель птенцов. Для освежения крови в 1976 г. две пары фазанов из числа пойманных в природе были переданы Пекинским зоопарком в питомник Фазаньего треста. Возможно, что сейчас в неволе этих птиц больше, чем в природе, но тем не менее этот резерв позволит при необходимости интродуцировать бурых ушастых фазанов в подходящие места.

Значительную часть Восточного Тибета и гор северной части Бирмы, запада пров. Сычуань и северо-запада Юньнаня населяет тибетский ушастый фазан (Crossoptilon crossoptilon), отличающийся от других видов этого рода более узким и темным хвостом. В разных местах этого ареала обитают столь различные по окраске птицы, что их можно принять за отдельные виды, но гибридизация и наличие переходных форм в природе доказывают, что это все-таки подвиды одного вида. Наиболее темной, сине-серой окраской груди и верха отличается самый западный подвид (С. с. harmani). Восточнее и севернее распространены птицы со светло-серой грудью (С. с. dolani). У остальных подвидов грудь белая, но разного цвета крылья: темно-серые (у С. с. crossoptilon), бледно-серые (у С. с. lichiangense) и чисто-белые (у С. с. drouyni).

Гнездятся тибетские ушастые фазаны высоко в горах у верхней границы лесов и в поясе рододендронов, арчев-ников и субальпийских лугов. Найденные в мае — начале июня гнезда были расположены на земле и содержали кладки от 4 до 10 яиц. Продолжительность инкубации яиц в неволе 24— 26 дней.

Общая численность этих фазанов неизвестна, но, несомненно, что уже за последние 30—40 лет в некоторых районах она снизилась и продолжает снижаться, особенно это относится к западному подвиду (С. с. harmani). Местные жители разводят тибетских фазанов как декоративных домашних птиц. Еще больше их содержат в различных зоопарках мира. Тибетский и бурый фазаны включены в Приложение I СИ-ТЕС, а в Индии добыча тибетского запрещена законом.

В густых лесах и зарослях бамбука в горах Юго-Восточного Китая (от юга пров. Чжэцзян через, Цзянси и Фуцзянь до северной части пров. Гуандун) обитает фазан Эллиота (Syrmaticus ellioti) — типичный представитель небольшого рода фазанов (всего 5 видов) юга Восточной Азии. Популяция этого вида пострадала из-за длительной и бесконтрольной охоты, в значительной степени были уничтожены или стали непригодными для его жизни в результате хозяйственного освоения многие участки в пределах прежнего ареала. Фактически сохранившиеся места обитания оказались изолированными и удаленными друг от друга.

Самцы фазана Эллиота, величиной и формой похожие на обыкновенных фазанов, отличаются от них коричневыми зобом, спиной и крыльями, отделенными от темной головы широким беловатым ошейником. На крыльях две четкие белые с черным каймы, живот белый с темными пестринами по бокам, а длинный, около 40 см, белый хвост имеет с десяток коричневых, окаймленных спереди черным поперечных полос. Самки имеют более короткий хвост и типичную для других видов каштановую окраску с многочисленными черными крапинками. Гнездятся эти птицы на земле, но кладки (6—8 яиц) известны только из питомников, в которых сейчас содержатся около 1500 особей. До 1961 г. фазанов Эллиота, отловленных в природе, довольно регулярно привозили в зоопарки и питомники, включая специальный питомник Фазаньего треста в Великобритании, но последний самец был получен через Гонконг в 1975 г. Этот вид, как и два других близких вида (фазаны микадо и Юма), включен в Приложение I СИ-ТЕС, объявлен охраняемым в Китае, однако необходима также строгая охрана еще сохранившихся его местообитаний. Возможно, небольшое количество фазанов Эллиота живут на территории лесного резервата Уишань.

Фазан-микадо (Syrmaticus mikado), самцы которого имеют темное, от синего до черного с пурпурным отливом, оперение, две белых перевязи на крыльях и такого же цвета поперечные полосы на хвосте, является эндемиком о. Тайвань. Здесь он живет в лесах по крутым склонам гор на высоте 2000— 3300 м над ур. м. В последние годы птицы начали осваивать вторичные леса, кустарниковые заросли и даже участки плантаций, занявших места прежних лесов. Сезон размножения — с конца февраля до мая. В небольшую ямку со скудной выстилкой самка откладывает 5—10 яиц. В 60-х годах полагали, что численность этого вида сократилась до нескольких сотен пар, хотя в 1966— 1967 гг. один тайваньский торговец продал за год 150 пар фазанов-микадо, явно из числа отловленных в природе. К середине 70-х годов после трехлетнего запрета охоты на местных птиц на Тайване обитало несколько тысяч этих фазанов.

Аналогичная ситуация сложилась в отношении другого эндемичного вида — тайваньского фазана (Lophura swinhoii). Самки этого фазана, как и других видов рода Lophura, имеют невзрачную коричневатую с темными пестринами раскраску, зато самцы многих привлекают яркой окраской — сочетанием синего, черного, зеленого, белого и красного. Характерными для этого вида являются белый верх хвоста, спины и такого же цвета небольшой хохол. Живет тайваньский фазан в лесах по склонам гор острова, и многолетнее уничтожение лесов, как и самих птиц, несомненно, сказалось на его численности: уже в конце 50-х годов его считали столь редким, что он был внесен в первое издание Красной книги, начались работы по реинтродукции птиц на Тайване.

Весной 1967 г. из европейских и американских питомников 15 пар тайваньских фазанов были привезены на остров и некоторые выпущены в охраняемый участок леса близ Хситу, а остальные переданы специалистам Тайбэйского университета для разведения в неволе и дальнейшего пополнения дикой популяции. Можно представить себе изумление и гнев члена Группы по фазанам СИПО Ш. Севернигхауса, который в июле 1967 г., обследовав 27 лавок тайваньских торговцев дичью, среди 2000 чучел различных птиц обнару­жил довольно много чучел… тайваньского фазана. Помимо этого вида, были чучела и живые птицы некоторых других редких и эндемичных птиц острова, которых охотно раскупали многочисленные туристы.

Массовая добыча на Тайване многих видов птиц имеет для местных жителей спортивное и промысловое значение: много птиц, включая воробьиных, добывают для питания, на сувениры, чучела и на экспорт. При отлове и транспортировке живых птиц часто не соблюдаются элементарные требования, и многие из них погибают. Сыграли ли свою роль временное ограничение охоты и запрет экспорта птиц (тайваньский фазан включен в Приложение 1 СИ-ТЕС) или этот вид приспособился жить в измененных местообитаниях, но сейчас на острове, полагают, обитает несколько тысяч фазанов. Поскольку они хорошо размножаются в неволе (до

12 птенцов на пару ежегодно), за 100 лет разведения их в различных зоопарках и питомниках мира теперь имеется более 1500 особей этого вида.

В тропических лесах с густым кустарниковым подлеском по холмам до высоты 900 м над ур. м. у восточных склонов хр. Чыонгшон в центральной части Вьетнама обитает фазан Эдвардса (Lophura edwardsi). Кроме участков красной кожи вокруг глаз и короткого белого хохолка, все остальное оперение у самцов этого вида пурпурно-синего цвета с металлическим блеском. Самки имеют однотонную каштаново-коричневую окраску со светлыми пестринами на нижней части тела.

Этот фазан — эндемик, встречали его только в отдельных участках девственных лесов на территории современных провинций Биньчитхьен и Куангнам-Дананг между реками Бенхай и Бунг. Биология его в природе совершенно не изучена, но в 1923—1924 гг. из 20 пойманных во Вьетнаме птиц часть была привезена в питомник Ж. Делакруа во Францию, где некоторые из них уже на следующий год начали размножаться. Сейчас в неволе содержатся около 600 фазанов Эдвардса — потомков птиц, пойманных 60 лет назад. Хотя в кладке бывает по 4—7 яиц, многие из них оказываются неоплодотворенными— следствие инбридинга. С 1975 г. Международным объединением зоопарков ведется Племенная книга фазана Эдвардса.

В числе присланных во Францию фазанов Эдвардса пара самцов имела черный хохол вместо белого. В 1924 г. они были описаны как новый вид — императорский фазан (Lophura imperialis). Позже выяснилось, что этот редкий и эндемичный вид фазана встречается в густых лесах и зарослях кустарников в известковых горах хр. Чыонгшон вдоль границы Вьетнама и Лаоса примерно на север от перевала Кхешань. Детали распределения, численность и биология императорского фазана неизвестны, но очевидно, что попу­ляция этого вида в природе, как и популяция фазана Эдвардса, очень мала. Помимо охоты и расчистки лесов, колоссальный ущерб этим видам птиц нанесло интенсивное опрыскивание во время войны во Вьетнаме районов их обитания дефолиантами и другими химикатами. Хотя фазаны Эдвардса и императорский включены в Приложение I СИТЕС, это не является препятствием для их экспорта в специальные питомники, вопрос лишь в том, удастся ли теперь найти птиц в природе.

От двух пар императорских фазанов, привезенных в Европу в 20-х годах, в 1976 г. в питомниках еще жили 27 птиц, но невозможность получить «для освежения крови» новых птиц из природы может привести к исчезновению и этих особей.

Примерно в таком же положении, как рассмотренные выше два вида фазанов, оказалась индокитайская популяция глазчатого аргуса (Rheinartia ocellata). Самцы этого вида имеют довольно невзрачную коричневатую окраску с белыми, желтоватыми и черными пятнами, но обладают невероятно длинным, до 170 см, хвостом и периодически рас­крывают его широким веером, как павлины. От большого аргуса этот вид отличается удлиненным хохлом на голове и розоватым цветом кожи «лица». Ареал глазчатого аргуса состоит из двух частей: на востоке Индокитая живет R. о. ocellata (с белой бровью), а на северо-востоке в лесах Малайзии— R. о. nigrescens (более темный и с охристого цвета бровью). Столь значительный разрыв ареала и морфологические различия у этой оседлой птицы свидетельствуют о реликтовости современного ее распространения и длительной изоляции. Поэтому Р. Говард и А. Мур считают индокитайского и малайского глазчатых аргусов отдельными видами.

Индокитайский глазчатый аргус встречался в нескольких местах во влажных тропических лесах с густым подлеском и зарослями кустарников центральной части Вьетнама и южных районов Лаоса от низменности до высоты 1500 м над ур. м. Леса в этих районах в значительной степени расчищены или вырублены, а эйдженд-оранджем в конце 60-х годов была уничтожена значительная часть местообитаний этого вида. За последние 60 лет, кроме находки в 1978 г. рулевого пера самца и остатков шкурки самки у местного охотника в лесах северной части плато Тайнгуен советским орнитологом Л. С. Степаняном и его вьетнамскими коллегами-орнитологами (экспедиция здесь работала в 1978—

1980 гг.), никаких других достоверных сведений о встречах индокитайского глазчатого аргуса нет. Вымерли эти птицы и в питомниках, где с 1924 г. они регулярно размножались.

Места обитания малайского глазчатого аргуса также пострадали в последние десятилетия, но вид этот еще сохранился в некоторых лесах штатов Калантан и Паханг в Малайзии, в том числе в национальном парке Таман-Негара. На западе и юге п-ова Малакка глазчатый аргус не встречается, а сообщение Г. Дэвисона о находке этого фазана на о. Суматра явно ошибочно.

Заканчивая очерк о фазановых птицах Азии, следует упомянуть о некоторых видах рода Arborophila—кустарниковых, или древесных, куропаток, распространенных в Южной и Юго-Восточной Азии. Эти очень короткохвостые птицы величиной с серую куропатку имеют удлиненные когти и пеструю раскраску головы. Иногда их можно увидеть сидящими на деревьях, откуда и возникло их латинское наименование и название в старой отечественной литературе — «древесная куропатка». На самом деле птицы живут осед­ло в кустарниковом подлеске преимущественно горных лесов, гнездятся на земле в кустарниках, откладывая 3 — 6 глянцевитых яиц желтовато-белого цвета. Самцы и самки у большинства видов кустарниковых куропаток имеют довольно сходную окраску. Все виды этого рода куропаток издавна являются объектами охоты.

Кустарниковая куропатка Боултона (Arborophila rufipectus) была описана 50 лет назад по единственному экземпляру, добытому в Китае, в южной части пров. Сычуань, в лесу на склонах гор у долины р. Дадухэ. В последней сводке по птицам Китая Ц. Чэня примерно в этом же районе указано еще одно место встречи этой куропатки, но до сих пор никаких других сведений больше о ней не поступало. От широко распространенной обыкновенной кустарниковой куропатки эта птица отличается коричневатым оперением груди, белым лбом и рыжевато-оранжевыми с черными пестринами шапочкой и затылком.

Современное распространение ошейниковой кустарниковой куропатки (Arborophila gingica) напоминает ареал китайского трагопана: отдельные горные массивы юго-восточных провинций Китая. Первичные массивы лесов здесь давно расчищены или уничтожены, поэтому подходящие для обитания этих птиц места превратились в изолирован­ные и удаленные друг от друга островки. Примечательно, что после описания этого вида в 1789 г. Дж. Гмелиным, через 100 лет, по мере поступления в коллекции экземпляров из разных мест, он был еще дважды описан другими специалистами как новый вид. Для ошейниковой кустарниковой куропатки характерна трехцветная (черно-бело-коричневая) полоса на шее, отделяющая желтоватые горло и бока головы от серой груди. Биология этого вида не изучена.

Два вида кустарниковых куропаток эндемичны для горных лесов островов Тайвань и Хайнань. Тайваньская кустарниковая куропатка (Arborophila crudigularis) отличается светлым с черным крапом ошейником между белыми подбородком и щеками и темно-сизой грудью. Состояние популяции и биология этого вида неизвестны. Хайнаньская кустарниковая куропатка (Arborophila ardens) несколько мельче других птиц этого рода и отличается красно-оранжевым пятном на зобе, черными полосами на верхней стороне тела, белой бровью и кроющими уха на черной с оливково-бурой шапочкой голове. Большая часть местообитаний этого вида в горных районах острова уже давно уничтожена, и, по данным X. Мориока, в музеях мира имеется всего 5 особей (4 самца и самка), добытых в 1891 — 1934 гг. Никаких сведений о биологии хайнаньской кустарниковой куропатки нет.

Из 15 видов журавлей – фауны мира 9 видов живут в Азии, и большинство из них по разным причинам могут быть отнесены к сокращающимся в числе, редким или исчезающим.

В равнинных, заболоченных тундрах и на северной окраине лесотундры Якутии живет белый журавль, или стерх (Grus leucogeranus). Небольшая его популяция еще обитает в Западной Сибири— в болотных массивах низовий Оби. В середине прошлого века в Западной Сибири белые журавли были довольно обычны; их встречали в степях и лесостепи, нередко парами, но больше в

период пролета (например, в низовьях Волги видели стаю до 300 птиц!), а через 100 лет в этих же районах наблюдали лишь единичных особей. Зимовки западносибирской популяции прежде были расположены в озерных котловинах и на заболоченных участках от Ирана до севера Индии. Концентрация зимующих журавлей в определенных местах и особое внимание к этим птицам орнитологов позволили проследить катастрофическое падение их численности: в 1964 г. на зимовке было учтено около 200 птиц, через 4 года — около 100, зимой 1977/78 г.— примерно 70, в 1981/82 г. — 53 и зимой 1983/84 г.—всего 37 особей в Индии и 7 в Иране. Несмотря на принятые меры охраны (район гнездования находится в Куноватском заказнике), будущее обской популяции журавлей трагично: молодых птиц среди зимующих в Индии, в заповеднике Бхаратпур, в последние годы всего 5—7%.

В тундрах Якутии, по данным авиаобследований, обитают около 250 белых журавлей и примерно половина из них гнездятся. На зиму популяция улетает в Восточный Китай, преимущественно в среднюю и нижнюю часть долины Янцзы. В 1980 г. здесь были обнаружены две стаи стерхов общей численностью 150 особей, а в 1983 г.— 230 журавлей. Однако зимой 1983/84 г. в окрестностях оз. Поянху (пров. Цзян-си) с самолета зарегистрировали 840 этих птиц, а зимой 1984/85 г. здесь же, по сообщению Дж. Арчибальда, обнаружили 1350 стерхов, среди которых 119 (11,2%) были молодыми! Столь резкие различия между данными учетов в период гнездования в нашей стране и на местах зимовки свидетельствуют не о быстром росте популяции этого вида, а лишь о том, что места обитания стерха в Восточной Сибири, помимо тундр, охватывают заболоченные территории лесотундры и даже тайги. Причем значительное число птиц в популяции гнездятся далеко не каждый год.

В СССР белые журавли, как и другие виды журавлей, охраняются законом. В местах их зимовки часть оз. Поянху объявлена резерватом. Однако даже при численности популяции 1000 особей необходимы меры по ее сохранению и восстановлению. Поэтому в настоящее время проводятся работы по осуществлению многолетней международной программы — Операции «Стерх»: разведение птиц в неволе и последующая их интродукция в природу. В 1981 г. в трех питомниках (Окском государственном заповеднике в СССР, Барабу в США и Вальсроде в ФРГ) находились 26 стерхов, из них 14 — в нашей стране. В июне 1981 г. в Барабу вывелся первый птенец белого журавля из яйца, отложенного в неволе, в 1982 г. там же родились еще 3 птенца.

В заболоченных лиственничных редколесьях средней и южной тайги Восточной Сибири, а также на верховых болотах Приамурья живет черный журавль (Grus monacha). Ареал его, казалось бы, довольно обширный, но на самом деле состоит из отдельных пятен гнездовых участков и мест обитания неразмножающихся птиц. Наиболее изучена биология черного журавля, обитающего в самом южном районе гнездования в СССР—в бассейне р. Бикин у границы Приморского и Хабаровского краев. В период 1969— 1980 гг. здесь регулярно держались летом около 50 пар журавлей, из которых 15—20 размножались: в конце апреля появлялись кладки, а с середины августа и в сентябре семьи и группы журавлей покидали этот район. Однако бассейн Бикина лишь одно из немногих мест гнездования черных журавлей в нашей стране, так как на зимовку в Японию в отдельные годы прилетают более 4 тыс. этих птиц. В небольшом количестве они зимуют на юге Корейского п-ова и в Восточном Китае.

В последнее десятилетие наблюдается неуклонный рост численности журавлей, зимующих в Японии, на равнине в окрестностях г. Идзуми в южной части о. Кюсю. По данным С. Нисиды, в начале 70-х годов Здесь на полях с посевами ржи, пшеницы, рапса и риса и на местах подкормки держались 2000 черных журавлей, в 1975—1978 гг. около 3000, а зимой 1979/80 г. их численность достигла 3880 особей. Зимой 1980/81 г., по данным Дж. Арчибальда, здесь собрались 4200 черных журавлей, т. е. численность достигла уровня, который отмечался в конце 30-х годов. С 1921 г. этот район объявлен памятником природы, здесь регулярно проводится подкормка птиц, но чрезмерная концентрация в последние» годы журавлей стала наносить ощутимые убытки фермерам, что может изменить отношение местных жителей к этим птицам. Однако столь значительная концентра­ция почти всей мировой популяции журавлей на ограниченной территории чревата опасностью при возникновении среди птиц какого-нибудь заболевания, которое может привести к резкому сокращению их численности. Поэтому Дж. Арчибальд считает необходимым прекратить подкормку журавлей, зимующих в Арасаки на равнине Идзуми.

В этом же районе Японии в последние годы собираются на зиму около 1000 даурских журавлей (Grus vipio), хотя в начале 70-х годов их здесь было в 3 раза меньше. Другие места зимовки этих птиц расположены в Корее и на юго-востоке Китая. Судя по учетам даурских журавлей в местах зимовки, общая их численность за последнее десятилетие возросла и в настоящее время достигает 3000 особей. Однако из них на территории СССР живут едва ли более 100—150 птиц, а размножаются всего 20—30 пар.

Гнездятся даурские журавли на открытых заболоченных лугах, перемежающихся участками лиственных лесов по долинам рек и озерным понижениям степной и лесостепной зон юга Забайкалья и в отдельных местах от северовосточных районов Монголии и Среднего Приамурья до Приханкайской равнины. Несколько пар гнездятся в Хинган-ском заповеднике и его Архаринском филиале. Сейчас популяция даурских журавлей несколько увеличивается, однако явление это, по-видимому, временное, и в ближайшие годы в связи с освоением и мелиорацией сохранившихся местообитаний можно вновь ожидать сокращения численности этих красивейших птиц.

Японский журавль (Grus japonensis) представлен в Азии двумя популяциями: материковой, совершающей регулярные миграции, и оседлой на о. Хоккайдо в Японии. На территории СССР японский журавль гнездится в отдельных местах бассейна среднего течения Амура (Амурская область и Хабаровский край), в долине р. Уссури и При­ханкайской низменности в Приморье. На северо-востоке Китая птицы сохранились преимущественно в долинах рек Нэньцзян, Сунгари и Наолихэ. На зиму эти журавли отлетают на Корейский п-ов и в Китай (в провинции Ляонин и Цзянси) и даже на о. Тайвань. Общая численность журавлей материковой популяции превышает, по-видимому, 800 особей, но гнездятся из них менее половины. В последние годы количество японских журавлей несколько увеличилось, однако уровень продуктивности их популяции оставляет желать лучшего: сказываются ухудшение местообитаний и рост фактора беспокойства. В СССР гнездовья этих журавлей охраняются в Хинганском заповеднике и его Архаринском филиале, в некоторых заказниках, а в Китае — в резервате Цицикари-Чжалун.

В Японии, на о. Хоккайдо, изолированная оседлая популяция живет уже много веков. Вероятно, максимальная численность птиц здесь была в XVI—XVIII вв. После отмены в 1867— 1868 гг. ограничений на охоту журавли за сравнительно короткий период были выбиты и вытеснены из местообитаний, которые подверглись интенсивному хо­зяйственному освоению. Лишь в труднодоступных и непригодных для рисоводства болотах Кусиро на востоке о. Хоккайдо в 1923 г. было обнаружено около 20 птиц. Несмотря на принятые меры (запрет добычи и охрану болот Кусиро), численность журавлей стала заметно возрастать только с 50-х годов после организации с 1952 г. их регулярной зимней подкормки. В начале 60-х годов на острове жили уже около 130—160 журавлей, а сейчас их там 220—250. Помимо болот Кусиро, небольшие поселения этих птиц появились в других местах восточной части, острова — в Токати и Немуро. В последнее десятилетие японские журавли встречаются и на некоторых ближайших к Японии Южных Курильских о-вах, а на о. Кунашир они теперь, несомненно, гнездятся.

В Красную книгу внесен также черношейный журавль (Grus nigricollis) — единственный вид, гнездящийся в высокогорье. Основные места его обитания— заболоченные участки в долинах рек и озерных котловинах, берега озер и островки в горах юго-западной части Китая на высоте от 3500 до 5000 м над ур. м. По данным Ю. Ма и других китайских орнитологов, область обитания этого вида охватывает провинции Цинхай, Сычуань и юг Тибетского автономного района. В 1984 г. около 15 этих журавлей найдены гнездящимися на юго-востоке штатов Джамму и Кашмир в Индии.

На зиму черношейные журавли откочевывают по долинам рек к югу и юго-востоку и встречаются в Китае на юго-западе провинции Сычуань, на западе Гуйчжоу, в Юньнане, а также на северо-востоке Индии, Бирмы и севере Вьетнама. Общая численность черно-шейных журавлей неизвестна, но встречали стаи кочующих птиц по 300—400 и даже (в Цайдаме) 600 особей. Можно предполагать, что по мере хозяйственного освоения высокогорных районов популяция этого эндемичного для Внутренней Азии вида будет сокращаться.

В общих чертах биология всех перечисленных выше видов журавлей сходна: гнезда птицы устраивают на земле, в кладке, как правило, по 2 яйца, насиживание продолжается около 30 дней, пары постоянны, самка с самцом вместе воспитывают птенцов, а семейные группы сохраняются почти до весны. В большинстве стран Азии эти виды журавлей, кстати, хорошо отличимые друг от друга, находятся под охраной, а экспорт их контролируется: все они включены в Приложение 1 СИТЕС.

Помимо питомников в Окском заповеднике, а также в Барабу и Вальсроде, много журавлей содержат в различных зоопарках мира. Даурский и японский журавли уже давно размножаются в неволе, от черных журавлей потомство удалось получить лишь 3 раза. Несколько черношейных журавлей были только в зоопарках Пекина и Шанхая, но специальных работ по разведению их в неволе не проводилось.

Среди пастушковых мира, столь «богатых» на островах, особенно Океании, вымершими, исчезающими или редкими видами, в Азии заслуживает внимания только один островной вид — окинавский пастушок (Rallus okinawae). О том, что в лесах северной части о. Окинава живет какой-то необычный пастушок, специалисты узнали от местных охотников в 1978—1980 гг. и даже получили экземпляр молодой птицы, похожей на филиппинского пастушка. Но японские орнитологи не могли представить возможность суще­ствования нового вида на столь хорошо изученном и населенном острове. Действительность превзошла все предположения: 28 июня и 4 июля 1981 г. экспедицией Орнитологического института Ямасины на о. Окинава в лесу на высоте 460 м над ур. м. близ с. Куниками были пойманы 2 оригинальных пастушка. Эти птицы крупнее нашего обыкновенного пастушка, с мощными красными ногами и клювом, но короткими, округлыми крыльями (почти утратили способность летать). Сверху пастушки оливково-коричневые, а снизу — черные с рябью из узких белых поперечных полос; бока головы и горло также черные с двумя белыми пятнами за глазом. Птицы были описаны, сфотог­рафированы, окольцованы и выпущены обратно в лес.

Открытие нового вида в Японии стало сенсацией: снимки окинавского пастушка поместили в газетах и журналах, показывали по телевидению. Этот вид сразу же вошел в список охраняемых птиц Японии, поскольку оказалось, что его ареал ограничен прибрежной полосой (до 4 км) густых зарослей во влажных местах вечнозеленого широколи­ственного леса в возвышенной северной части острова. Большую часть времени окинавские пастушки проводят в зарослях и лишь вечером выходят на открытые места—болота и сырые луга. Воспроизведение криков этих пастушков с помощью магнитофона позволило установить по «ответным сигналам», что общая численность их не превышает 150 особей.

Из дрофиных в Красную книгу СССР внесены обыкновенная дрофа (Otis tarda) и стрепет (Otis tetrax). Эти виды находятся под охраной на территории нашей страны и некоторых стран Европы. Общая численность этих птиц в мире пока достаточно высока,.-7 однако неуклонно сокращается в результате изменения их основных местообитаний хо­зяйственной деятельностью.

Снижается численность и индийской дрофы (Choriotis nigriceps). Самцы этого вида огромные, до 1 м высотой, сверху песчаного цвета с мелкими темными пестринами, снизу белые, шея и голова тоже белые, на голове у них черная шапочка, а поперек груди черная полоса. Самки значительно меньше размером и без черной окраски на голове и груди. Живут индийские дрофы большей частью оседло, совершая лишь местные перекочевки. Во внегнездовой период держатся небольшими группами, но в период размножения самки (а их у одного самца бывает до 3—5) гнездятся поодиночке далеко друг от друга. В кладке, как правило, единственное яйцо. Молодые дрофы начинают размножаться в возрасте старше четырех лет. Таким образом, репродуктивные возможности этого вида довольно низкие.

Еще в прошлом веке индийские дрофы гнездились в Индостане на открытых травянистых равнинах и в полупустынях с редкими кустарниками и во многих подходящих местах обитания были обычны. К 30-м годам нашего столетия ареал индийской дрофы несколько сократился, но позднее, особенно после 1947 г., во многих районах этот вид исчез, и распространение его стало мозаичным. Основная причина этого — мелиорация и сплошная распашка больших территорий, распространение автомашин и охотничьего оружия и даже рост цен на мясо. В конце 50-х годов, по подсчетам Р. С. Дхармакумарсинхджи, в Индии оставалось не более 1260 дроф, преимущественно в штатах Раджастхан (около 500 особей) и Мадхья-Прадеш (около 400), и еще примерно по 100 птиц обитали в Гуджарате и Махараштре. Индийская дрофа включена в Приложение 1 СИТЕС и формально в Индии находится под охраной.

Индийский двухполосый бегунок (Rhi-noptilus bitorquatus) — один из многочисленных видов куликов Азии—долгое время находился в списке вымерших. Последняя встреча этого вида была зарегистрирована в 1900 г.! Величиной и внешним обликом он напоминает обыкновенного бегунка, гнездящегося в некоторых районах Туркмении, но име­ет характерную коричневую с белыми каймами сверху и снизу «ленту», пересекающую зоб, и рыжеватое пятно на горле.” Открыт для науки он был в 1848 г., и уже в те времена встречался только на юге Индии (бассейны рек Годавари и Пеннару), на отдельных каменистых участках с группами деревьев и кустарников. Видимых причин исчезновения двухполосого бегунка нет, а близкий к нему вид (трехполосый бегунок) довольно обычен в Африке. Специальные поиски, издание открыток с цветным изображением птицы и обращение к населению с просьбой сообщить о встречах этого кулика были безрезультатны в течение 10 лет. Но 17 января 1986 г. в зарослях кустарников в районе пос. Кадапа (бассейн р. Пеннару) был наконец встречен первый и пока единственный двухполосый бегунок. Предстоит трудная работа по выявлению распространения этого вида и разработке мер его сохранения.

На пути к исчезновению находится сейчас тонкоклювый кроншнеп (Numenius tenuirostris). Этот вид в общем похож на большого и среднего кроншнепов, но взрослые особи имеют крупные сердцевидные (а не продольные) пестрины на задней части груди и боках тела. Молодые птицы этих видов в природе почти неотличимы, лишь клюв у тонкоклювого кроншнепа несколько короче, чем у большого, и очень тонкий. Уже 60 лет нет никаких сведений о находках гнезд тонкоклювого кроншнепа в нашей стране. Когда-то он, видимо, населял заболоченные низины в зоне лесостепи от Урала до долины Оби. Первые гнезда с кладками (4 яйца) были найдены в Омской обл. близ г. Тара в 1914 г. на обширном торфяном болоте с узкими гривами, поросшими тальником и низкорослыми березами, а последние (разреженная колония из 14 пар) — там же в 20-х годах. Изредка поступают сведения о встречах отдельных птиц в некоторых районах юга таежной зоны Западной Сибири, но чаще тонкоклювых кроншнепов наблюдают в период весеннего или осеннего пролета от Барабинских степей и оз. Алакуль до северных районов Причерноморья. Правда, 28 мая 1976 г. на южном берегу оз. Малые Чаны была, убита самка этого вида, которая, по-видимому, была с выводком.

Зимуют тонкоклювые кроншнепы преимущественно на африканском побережье Средиземного моря от Алжира до Марокко. За последние 20 лет лишь в январе 1975 г. на северо-западе Марокко было встречено скопление этих птиц—123 особи. Преимущественно одиночных тонкоклювых кроншнепов в этот же период зимой встречали в разных странах Западной Европы, включая Нидерланды, а в январе 1971 г.— даже на Канарских о-вах. Самая крупная стая (48 птиц) на осеннем пролете была отмечена Ю. В. Кости­ным 22 ноября 1975 г. в Крыму на берегу моря у с. Портовое.

Суммируя разрозненные данные о встречах птиц в разных местах с осени до весны, можно предположить, что общая численность популяции тонкоклювого кроншнепа (вместе с неполовозрелыми птицами) сейчас не превышает 300 особей. Добыча этих птиц в СССР полностью запрещена, вид включен и в Приложение 2 СИТЕС.

Еще один редкий кулик—охотский улит (Tringa guttifer). Живет он на Сахалине и, возможно, в некоторых местах побережья Охотского моря на Дальнем Востоке нашей страны, в том числе на западном побережье Камчатки. Внешне этот кулик очень похож на широко распространенного и многочисленного большого улита, от которого отличается чисто-белым (а не пестрым) исподом крыла и небольшими перепонками между передними пальцами, а летом — крупными черными пятнами на груди и мелодичным голосом. Небольшое поселение охотских улитов впервые было найдено в 1936 г. на юге Сахалина у побережья зал. Анива—здесь были пойманы пуховые птенцы. Впервые же гнезда с кладками удалось обнаружить лишь в 1976 г. В. А. Нечаеву на севере Сахалина. Здесь, у заливов Чайво и Даги, две группы птиц (10 и 4 пары) образовали своеобразные разреженные колонии. Основные места обитания охотского улита летом — низменные побережья заливов и лагун, граничащие с редкостойным заболоченным лиственничным лесом. В конце мая — начале июня кулики начинают строить из тонких прутиков и прядей лишайников гнезда в развилках ствола или ветвей лиственниц. Осмотренные В. А. Нечаевым 5 гнезд располагались под прикрытием ветки или кроны дерева на высоте 2—4,5 м от земли. К середине июня у птиц были полные кладки — 4 яйца, а в конце июня появились птенцы, которых взрослые вскоре увели к побережью. В насиживании яиц и воспитании птенцов участвуют оба родителя. Кормятся охотские улиты преимущественно мелкой рыбой и различными беспозвоночными, которых ловят на мелководье и на илистых отмелях.

Во второй половине августа птицы начинают покидать район гнездования, в середине сентября появляются в Японии и Корее, а зиму проводят на песчаных и грязевых отмелях морских побережий Южной Азии от Бангладеша до Китая, но преимущественно на западе п-ова Малакка. Столь обширная территория зимовок по сравнению с ограниченным районом гнездования и низкой численностью популяции свидетельствует о реликтовости современного ареала охотского улита. Этот редкий вид, вся популяция которого едва ли превышает 400—500 особей, полностью охраняется в СССР, Японии, Южной Корее и включен в Приложение 1 СИТЕС.

Чернобрюхий чибис (Vanellus macropterus) разными авторами был описан под тремя различными названиями (tricolor, macroptera, cucullata), и его относили к разным родам (Xiphidiopterus, Rogibyx, Lobipluvia), пока У. Бок не убедил специалистов, что место этого вида в роде Vanellus, к которому принадлежит широко распространенный у нас обыкновенный чибис. Путаница с названиями происходила оттого, что единичных особей чернобрюхого чибиса добывали в разные годы то на Яве, то на Суматре, то на Тиморе. Вероятнее всего, родина этого чибиса— о. Ява, где его изредка встречали на лугах и полях близ пресных водоемов и в долинах рек. Находка на Тиморе относится к негнездовому периоду; на Суматре, где, якобы, было найдено гнездо чибиса и где он был добыт в середине прошлого века, с тех пор никто эту птицу не видел.

Биология чернобрюхого чибиса не изучена, нет сведений и о его численности: нескольких особей добыли в прошлом веке и наблюдали в первой половине нашего столетия (последняя встреча относится к 1940 г.). Несомненно, что чернобрюхий чибис принадлежит к очень редким видам куликов: его прошлые места обитания уже давно освоены, и не исключена возможность полного исчезновения его как вида.

Большинство чайковых Азии представлено многочисленными или обычными видами. Некоторые эндемичные виды (розовая чайка, черноголовый хохотун, буроголовая чайка, алеутская, или камчатская, крачка и др.) имеют достаточно стабильные популяции. О двух видах чаек следует рассказать подробнее.

Реликтовая чайка (Larus relictus), вероятнее всего, является реликтом третичного периода, когда существовало огромное эпиконтинентальное море Тетис. Это море давно исчезло, а птицы, некогда населявшие его побережья и острова, «получили в наследство» причудливые и разорванные ареалы.

Впервые реликтовую чайку добыли весной 1929 г. на р. Эдзин-Гол в Южной Гоби. Единственная шкурка этой птицы пролежала в коллекции 40 лет, вызывая недоумение специалистов—не то гибрид, не то морфа. Лишь в 1968— 1969 гг., когда казахские орнитологи на оз. Алаколь обнаружили целую колонию в 25—30 пар таких же чаек, стало ясно, что это особый вид чайки, да к тому же редкий, если не исчезающий. Впоследствии чучела реликтовых чаек обнаружили в коллекциях, собранных в районе Торейских озер на юго-востоке Читинской обл. Таким образом обнаружилось второе место гнездования этого вида, расположенное почти в 2,5 тыс. км от казахстанского. Алаколь—крупное и глубоководное соленое озеро с постоянными островами, а Торейские озера представлены системой мелководных, периодически пересыхающих озер в солончаковой котловине. Тем не менее реликтовые чайки, живущие столь далеко друг от друга и в относительно разных местообитаниях, практически неотличимы друг от друга.

Для реликтовой чайки в брачном наряде характерны темнеющая от клюва к шее (от светло-кофейной к черной) окраска головы, широкие белые полукольца у глаз и темные концы крыльев. Гнездятся эти чайки плотными колониями, располагая гнезда примерно в 40 см друг от друга. Часто птицы поселяются рядом или даже в центре колонии чеграв или чайконосых крачек. В мае реликтовые чайки откладывают 1—4 яйца, которые обе птицы пары насиживают 24 — 26 дней. Пуховые птенцы имеют чисто-белую окраску и около трех недель держатся на суше табунками. Кормят птенцов родители отрыжкой преимущественно из различных насекомых. Колонию на оз. Алаколь птицы покидают рано, уже в августе. Места их зимовок пока не установлены, но одна из окольцованных чаек 30 сентября была убита на озере в пров. Куангнинь на севере Вьетнама. В период пролета реликтовых чаек встречали в Восточной Монголии. На западе Монголии молодую птицу наблюдали 14 августа 1974 г. на разливах родника в предгорьях Гобийского Алтая, а 15 июля 1979 г. у озерка в горах Мунх-Хайрхан была отмечена пара взрослых чаек.

Многолетние наблюдения Э. М. Ауэзова на оз. Алаколь показали значительные колебания численности гнездящихся пар—от 20—40 (1968—1969, 1971 и 1974 гг.) до 800—1200 (1976—1977 гг.); в 1973 г. реликтовых чаек здесь не было. Несомненно, что в отдельные годы происходит перераспределение гнездящихся птиц, вероятнее всего, на озера в северо-западную часть Китая, либо, как предполагает Э. М. Ауэзов, на острова оз. Балхаш.

Места гнездования реликтовых чаек на оз. Алаколь с 1971 г. объявлены государственным заказником, охраняются колонии и на Торейских озерах. Этот вид включен в Приложение 1 СИТЕС, а добыча его в СССР полностью запрещена.

Чайка Саундерса, или, как ее называли раньше, китайская малая чайка (La-rus saundersi), была открыта более 100 лет назад, но до сих пор о ней мы почти ничего не знаем. Эта мелкая птица с черной головой, серым верхом с темно-бурыми пятнами на концах первостепенных маховых и красными ногами отличается от обычной озерной чайки не только величиной, но и коротким, уплощенным с боков черным клювом.

Предположение о гнездовании чайки Саундерса на севере Китая и востоке Монголии не оправдалось: Ц. Чэнь указывает только на встречи отдельных птиц в период пролета в северовосточных и восточных районах Китая и на регулярные зимовки чаек в юго-восточных районах Китая в эстуариях рек, у побережья от устья Янцзы до о. Хайнань и на Тайване. На территории СССР известны встречи одиночных птиц 18 апреля 1882 г. и 16 мая 1970 г. в Приморском крае и на Сахалине.

Осенью и зимой изредка наблюдали этих чаек в Японии и в Южной Корее, включая о. Чеджудо. О. Остин приводит сведения о добыче еще до второй мировой войны в середине мая трех птиц на северо-востоке Кореи. Лишь Вон Хонгко сообщает о гнездовании чаек Саундерса в июне 1949 г. на островах у юго-западного и северного побережья Восточно-Корейского зал., где эти «редкие птицы», якобы, еще в начале 50-х годов были «взяты под охрану и запрещены сбор и продажа их яиц». Вполне возможно, что колонии чаек Саундерса могут существовать на островах и в северных заливах Желтого моря, так как в период пролета этих птиц видели у западного побережья Кореи, но несомненно, что этот вид весьма редкий и заслуживает полной охраны.

В восточной части Китая, на Шаньдунском п-ове, возможно, еще гнездится китайская хохлатая крачка (Thalasseus bernsteini). Она внесена в Красную книгу под названием Sterna zimmermanni, но Г. Мее на основании анализа коллекционных материалов настаивает на применении первого названия, данного птице этого же вида, описанной Г. Шлегелем на 30 лет раньше, чем А. Рейхенов описал S. zimmermanni. Таковы правила приоритета в применении зоологической номенклатуры, поэтому в последних сводках по птицам мира китайская хохлатая крачка приведена под первым из латинских наименований. Эта крачка похожа на пестроно-сую крачку, обычную у нас в некоторых местах побережья Черного и Каспийского морей: черная шапочка на голове с удлиненными сзади перьями, образующими небольшой хохол, черные ноги, но красноватый с черным кончиком клюв и темные внешние опахала первостепенных маховых; зимой черное оперение на лбу заменяется белым.

Никаких данных по биологии китайской хохлатой крачки нет, да и последняя партия птиц, добытых у побережья и на островах близ Циндао, поступила в коллекции в 1937 г. В период пролета китайских хохлатых крачек встречали на юго-востоке Китая близ Фучжоу и Кантона, а зимой—у побережий Сиамского залива, на севере о. Калимантан, Филиппин и даже о. Хальмахера (Молуккские о-ва). Гнездовой ареал этой крачки имеет явно реликтовый характер. Сохранить этот вид удастся, если будут обнаружены и взяты под охрану места его гнездования.

Из голубеобразных Азии один вид — серебристоспинный голубь (Columba jouyi), по-видимому, уже истреблен охотниками. Этот большой, крупнее вяхиря, голубь с очень темным с зеленоватым и пурпурным отливом оперением и яркой, серебристого цвета поперечной полосой на спине, жил в лесах некоторых островов архипелага Рюкю и на о-вах Бородино. Последнюю птицу на о. Окинава добыли в 1904 г., а на о-вах Бородино — в 1936 г.

Такой же может оказаться судьба и некоторых других островных видов и подвидов голубей. Например, крупный, почти черного цвета с металлическим блеском, от пурпурного на голове до зеленоватого на шее, груди и спине, японский голубь (Columba janthina) населяет леса от юга о. Хонсю до архипелага Рюкю, а также на юге архипелага Нампо в Тихом океане. Гнездо его с единственным яйцом можно найти в нише дерева, скалы либо в развилке ветвей. Номинативный подвид уже считается редким в Японии, хотя специальных мер для его охраны пока не принято. Южный подвид (С. j. stejnegeri), гнездящийся лишь на островах Исигаки, Ириомоте и Йонагуни (на юге архипелага Рюкю), находится под угрозой исчезновения и с 1972 г. взят под защиту законом. Третий подвид С. j. nitens с красноватым оттенком оперения головы сохранился только на нескольких островках в группах Огасавара (Бонин) и Кадзан (Волкано) в Океании. Он объявлен памятником природы Японии.

Еще один крупный и оригинальный голубь, распространенный от п-ова Ма-лакка до островов в юго-западной части Океании, издавна привлекает внимание охотников — это никобарский голубь (Caloenas nicobarica). Общая его окраска черновато-зеленая с пурпурно-медным блеском, а короткий хвост белый. Примечательная особенность этих птиц—длинные, заостренные перья на шее, как у некоторых петухов, и нарост у основания черного надклювья. Гнездятся никобарские голуби на деревьях, иногда крупными колониями, откладывая на небрежно построенную из прутиков платформу единственное яйцо. Местами еще можно наблюдать сотенные стаи этих голубей, хотя в прошлом они были тысячными. На о-вах Палау (в группе Каролинских о-вов) живет особый подвид Никобарского голубя— С. п. pelewensis. Он мельче своего азиатского сородича и отличается темно-синей окраской. Результаты охоты уже сказались на этой изолированной популяции: палауанский подвид никобарско-го голубя оказался под угрозой исчез­новения. Он внесен в Красную книгу, а вид—в Приложение 1 СИТЕС.

Среди кукушкообразных Азии привлекает внимание крупная и длиннохвостая краснолицая кукушка (Phaenicophaeus pyrrhocephalus)—эндемик о. Шри-Ланка. Черные с металлическим отливом верх и зоб, белые грудь и живот, красные пятна по бокам головы и большой зеленоватый клюв— отличительные его признаки. Живут эти птицы в густых вечнозеленых лесах до высоты 1700 м над ур. м. в центральных и юго-восточных районах острова, а раньше поселения этих кукушек находили даже в сравнительно сухих лесах плоскогорья и по холмам. Гнезда краснолицые кукушки строят из ветвей, травы и корешков в чаще кустарников, а сезон размножения приходится в основном на январь и апрель — май, хотя иногда гнездятся, по-видимому, и в августе — сентябре. Возможно, что сроки гнездования связаны с периодами обилия ягод — основного корма этих птиц. В полной кладке 2—3 белых яйца. Остальные детали биологии размножения неизвестны: эти кукушки были редкими еще 30—40 лет назад, а теперь относятся к одним из редчайших птиц острова.

На юго-западе Индии, в шт. Керала, где предполагалась ранее возможность гнездования краснолицых кукушек, теперь они не встречаются, а их местообитания на о. Шри-Ланка во многих районах либо уничтожены, либо сильно изменены хозяйственной деятельностью. Специальные меры охраны этого вида пока не разработаны, но один из сохранившихся участков местообитаний, возможно, находится на территории созданного в 1980 г. национального парка Лахугала.

Из совообразных Азии в Красную книгу СССР внесен восточный рыбный филин (Ketupa blakistoni), который живет оседло в лесах бассейна Нижнего Амура, в Приморье, на северо-востоке Китая, севере Кореи и на островах Сахалин, Южные Курильские и Хоккайдо. В пределах такого довольно обширного ареала выделяют 2—4 подвида, из них наиболее редок островной К. b. blakistoni. В Японии этот подвид с 1971 г. объявлен памятником природы и находится под охраной, но вырубка лесов (на о. Хоккайдо рыбный филин гнездится в дуплах старых деревьев, преимущественно дуба монгольского) сократила популяцию настолько, что теперь рыбный филин сохранился только в восточной части острова: в 1976 г. здесь было обнаружено всего 29 особей. Вероятно, общая его численность на Хоккайдо, Кунашире, Итурупе и Сахалине (некоторые специалисты счи­тают сахалинского филина особым подвидом— К. b. karafutonis) не превышает 400—500 особей.

В конце прошлого столетия в джунглях средней части Индии было добыто 5 индийских сычей (Athene blewitti), похожих на многочисленных и широко распространенных в Индостане браминских сычей, но почти без белых пятен на верхней стороне и более крупных. Из этих 5 особей 3 были убиты Дж. Дэвидсоном у подножия гор Сатпура в 1879—1881 гг., где он встречал этих птиц несколько раз. В последующие годы индийских сычей никто больше не видел, и этот вид в 1966 г. был включен МСОП в список вымерших птиц. Позднее в коллекциях обнаружили еще одного индийского сыча, добытого в октябре 1914 г. в долине р. Тапти, а в 1968 г. этот вид был сфотографирован в природе. По-видимому, индийский сыч еще существует где-либо в лесах вдоль гор Сатпура и междуречья Брахмани и Маханади, но он исключительно редок. Уничтожение его местообитаний может привести к полному исчезновению вида.

Специальные и тщательные поиски индийского сыча в феврале 1975 г. в шт. Ориса и в апреле 1976 г. в шт. Махараштра оказались безрезультатными. Формально в Индии этот вид находится под охраной закона и, кроме того, включен в Приложение 1 СИТЕС.

Систематика совок-сплюшек, населяющих север Африки, Европу и юг

Палеарктики, до сих пор вызывает разногласия у специалистов. Одни выделяют в пределах этого ареала 3-4 самостоятельных вида с несколькими подвидами, другие объединяют всех этих совок в один вид — Otus scops с множеством подвидов.

В Красную книгу внесена как подвид, находящийся под угрозой исчезновения, ботельтобагская элегантная совка (Otus elegans botelensis), обитающая на маленьком островке в 30 км юго-восточнее Тайваня. Впервые этот эндемик был описал Н. Куродой в 1928 г. и отнесен к восточной совке (Otus sunia botelensis). В сводке по совам 3. Эк и X. Буссе, а позднее в списке птиц мира Р. Говард и А. Мур поместили ботель-тобагскую совку в качестве подвида обыкновенной совки-сплюшки (Otus scops botelensis). Остров Ланьсюй (ныне его название о. Ботель Тобаго), где обитает эта совка, имеет площадь менее 80 км2 и регулярно подвергается нашествию туристов с Тайваня. Леса по склонам и ущельям серьезно пострадали, к тому же на остров был завезен злак императа цилиндрическая, подавляющий возобновление леса, поэтому популяция этой совки очень мала и продолжает сокращаться. Формально с 1974 г. ботельтобагская совка находится под охраной.

Только на о. Минданао и еще двух островах — Сиаргао и Динагат (Филиппины) живет крупная, до 35 см длиной, филиппинская совка (Mimizuku gurneyi) — единственный представитель эндемичного рода. Интенсивное уничтожение дождевых тропических лесов вызывает опасение за судьбу филиппинской совки. Она была внесена в первое издание Красной книги, а позднее включена в Приложение 1 СИТЕС. Общая численность этого вида неизвестна, однако в некоторых районах еще сохранились подходящие местообита­ния, в которых совка, вероятно, не столь редка. В частности, это относится к лесам вокруг горы Хилонгхолонг на северо-востоке о. Минданао и у горы Катанглад в пров. Букиднон. Под охраной закона филиппинская совка находится с 1964 г.

Из обширного и разнородного отряда ракшеобразных в Красную книгу внесены подвид широкорота (Eurystomus orientalis irisi), гнездящийся только в южной части о. Шри-Ланка, и шлемоносная птица-носорог (Rhinoplax vigil), населяющая леса Индокитая, включая п-ов Малакка, а также Суматру и Калимантан. Шриланкайская раса широкорота (один из 11 подвидов широкорота живет и в нашей стране, на юге Дальнего Востока) была редкой издавна: территория обитания птиц ограничена несколькими участками первичных лесов. Иное положение со шлемоносной птицей-носорогом: многочисленный в прошлом вид сейчас становится все более редким из-за сведения лесов и охоты. Сокращается численность и других видов птиц-носорогов, обитающих в Юго-Восточной Азии. Шлемоносная птица-носорог и гомрей включены в Приложение 1 СИТЕС, а наркондамская птица-носорог и некоторые подвиды двурогого, огненного и малайского калао — в Приложение 2.

Из дятлообразных птиц Азии в Красную книгу СССР внесен чешуйчатый дятел (Picus squamatus), ареал которого простирается от восточных районов Ирана до Центральных Гималаев. Из двух подвидов этого дятла номинативный гнездится в горных лесах до высоты 2500—3000 м над ур. м., а равнинный (P. s. flavirostris) населял лиственные леса преимущественно по долинам рек, включая тугаи по р. Мургаб на юго-востоке Туркмении. К середине 60-х годов чешуйчатый дятел на территории СССР, вероятнее всего, вымер из-за вырубки старых деревьев, в дуплах которых он гнездился, выпаса скота в тугаях, отстрела птиц для коллекций и из-за строительства водохранилищ. В результате ухудшения местообитаний и уничтожения островных лесов теперь этот подвид, видимо, исчез и в северовосточной части Ирана. На западе Афганистана в 1947—1949 гг. чешуйчатые дятлы были обнаружены в тополевой роще у р. Герирут близ г. Герата, а одна птица была добыта недалеко от Обе на южном склоне хребта (на высоте 2300 м над ур. м., где в дупле старого абрикосового дерева, вероятно, было ее гнездо). В 1972—1975 гг. многие районы Афганистана посетил Ф. Реб, но чешуйчатого дятла не видел. Этот подвид дятла включен в Приложение 2 СИТЕС.

Белобрюхий черный дятел (Dryocopus javensis), похожий на нашу желну, но с белым оперением живота и у самцов с красным продолговатым пятном на щеках, распространен от запада Индии до юго-запада Китая, Малайзии, некоторых островов Индонезии и Филиппин, а также на Корейском п-ове. Из 16 подвидов белобрюхого черного дятла корейский подвид (D. j. richardsi) представляет особый интерес как удаленностью его явно реликтовой популяции от основного ареала вида, так и катастрофическим ее сокращением. Основные места обитания корейского белобрюхого черного дятла—девственные смешанные леса с обилием старых и полумертвых деревьев. Большая часть таких лесов была уничтожена еще в первой половине нашего столетия. В 1920 г. последний экземпляр этого дятла был убит на островах Цусима, до этого здесь около 15 птиц были добыты для коллекций—теперь они хранятся в музеях, а вид из списка фауны Японии может быть вычеркнут. В Южной Корее несколько пар белобрюхих черных дятлов, возможно, еще сохранились на одном или двух участках леса близ демаркационной линии, а в центральных районах полуострова, на территории КНДР, во всей популяции этого дятла в 1969 г. насчитывалось чуть больше 40 пар.

Гнездятся корейские белобрюхие черные дятлы в конце апреля — мае в дуплах деревьев, обычно не далее 500 м от ручья или речки. В полной кладке 3—4 яйца, которую самец и самка насиживают 14 сут, а затем около месяца выкармливают птенцов. Каждый год пара дятлов использует новые дупла, поэтому охрана только деревьев, в которых птицы уже гнездились, не дает нужного результата. Необходимо сохранять все старые деревья и соответствующие участки леса. В КНДР места гнездования этого дятла охраняются в резервате Хвангай и ряде более мелких заказников; в Южной Корее возможные места обитания находятся на территории национального парка Сораксан и лесного резервата Кавангнеунг. Корейский белобрюхий дятел включен в Приложение 1 СИТЕС, и добыча его запрещена законом.

Уничтожение лесов, вырубка старых деревьев и замена в лесных насаждениях одних пород деревьев другими сказались на популяциях и других видов дятлов, населяющих острова. В число особо охраняемых видов птиц Японии с 1972 г. внесен окинавский дятел (Sapheopipo noguchii). Величиной он с зеленого дятла, но окрашен в темно-красный и коричневый цвета, а на внешних маховых перьях имеются черноватые пестрины и несколько белых пятнышек. Этот эндемичный вид населяет широколиственные вечнозеленые леса в северной части о-ва Окинавы. Общее число окинавских дятлов в 1976 г. не превышало 100—200, хотя ранее считали, что их сохранилось еще меньше. Гнездятся они с февраля по июнь, выдалбливая дупла в усыхающих деревьях. Посадки на местах лесоразработок кедра, а не лиственных деревьев способствуют сокращению площади пригодных местообитаний этого вида.

Памятником природы в Японии объявлен подвид белоспинного дятла (Dendrocopos leucotos owstoni), населяющий о. Осима, или Амамиосима, в архипелаге Рюкю. Распространены птицы этого подвида спорадично в лесах от Европы до Японии, но осталось их менее 500.

Среди огромного разнообразия воробьиных птиц Азии 2 вида и несколько подвидов вымерли; около 30 видов можно пока отнести к числу редких и исчезающих, хотя несомненно, что их значительно больше, особенно среди островных видов и подвидов. На фоне исчезновения сравнительно крупных и заметных птиц других отрядов мелкие воробьинообразные меньше привлекали внимания, о современном состоянии популяций многих из них просто нет сведений. Эксплуатация запасов этих птиц в Азии ведется в грандиозных масштабах и не поддается учету. Достаточно сказать, что только из Индии в 1970—1980 гг. было вывезено в другие страны около 14,8 млн. птиц, большинство которых—воробьиные.

Питты— короткохвостые птицы с относительно длинными ногами имеют столь характерный облик, что птиц из других семейств, но похожих на питт, иногда называют «питтовидными». Живут питты во влажных тропических лесах, манграх и бамбуковых зарослях. Овальные или шарообразные гнезда с боковым входом строят на земле или на деревьях на высоте до 10 м. В кладке 4—6 беловатых с редкими пятнами яиц. Питаются различными беспозвоночными, ягодами и зелеными частями растений. Численность некоторых видов питт существенно сократилась в результате уничтожения и изменения местообитаний.

В Красную книгу внесена питта Гер-ни (Pitta gurneyi) — с черной головой, блестяще-синими затылком, кроющими крыла и хвостом, желтыми горлом и грудью, черным животом (самки окрашены более тускло). Этот вид населяет низинные первичные леса северо-запада п-ова Малакка и некоторых островов от юга Таиланда до пров. Танинтайи (Тенассерим) в южной части Бирмы. Еще в прошлом столетии в некоторых местах, например в Танинтайи, в апреле—мае питта Герни была довольно многочисленной, теперь же в результате вырубки и расчистки лесов она стала очень редкой. Есть лишь надежда, что этот вид сохранится в национальных парках и других резерватах.

Восточнее, в густых девственных лесах Лаоса, Кампучии и Вьетнама,живет оседло питта Эллиота (Pitta ellioti). Общая окраска верха ее зеленая, но с голубизной на крыльях, а низа—с чередующимися желтыми и черными полосами, зоб синевато-зеленый, в центре живота большое синее пятно, широкая черная уздечка отделяет зеленую ша­почку от белого подбородка. Эти заметные птицы стали столь редкими, что за последние 20—30 лет никто из коллекционеров их не видел, а советско-вьетнамской экспедиции, работавшей на юге Вьетнама в 1978—1980 гг., удалось встретить в январе 1980 г. только одну птицу.

Белоглазая речная ласточка (Pseudochelidon sirintarae) впервые встретилась орнитологам лишь в январе 1968 г. в Таиланде, в районе водохранилища Борапхет (восточнее г. Накхонсаван). Среди группы отловленных для кольцевания деревенских ласточек обнаружили этот новый вид. Оказалось, что местные профессиональные птицеловы знают эту ласточку—она изредка им попадается вместе с другими птицами. В том же году 9 таких ласточек были приобретены на рынках Таиланда, а в последующие годы — еще несколько этих птиц. Лишь в феврале 1977 г. Б. Кинг и С. Канваних впервые и единственный раз увидели белоглазых ласточек в природе над р. Нан: несколько птиц вечером летали низко над водой.

Белоглазая речная ласточка, величиной с городскую ласточку, имеет черное оперение, белые полоску на пояснице и кольцо вокруг глаз, желтоватый клюв и длинные, почти на 9 см длиннее хвоста, два тонких стержня средних рулевых. Казалось бы, что при столь характерных признаках можно было легко установить ареал этого вида, но пока никто не знает, в каких районах Азии птицы гнездятся. В провинции Накхонсаван в Таиланде их встречают только зимой, с ноября по февраль, а единственный близкий вид живет по берегам р. Заир в Экваториальной Африке. Белоглазая речная ласточка включена в Приложение 2 СИТЕС и формально охраняется в Таиланде.

Из разнообразных и многочисленных славковых в Красную книгу внесен номинативный подвид пестроспинной камышовки (Megalurus pryeri pryeri), сохранившийся теперь в Японии только на трех участках в северной части о. Хонсю (в префектурах Акита и Аомори). Еще в 30-х годах эта светлобровая птица с коричневым с черными пестринами верхом и беловатым низом гнездилась намного южнее: в зарослях тростников вдоль рек и прибрежных болотах в префектурах Мияги, Сидзуока и вокруг зал. Суруга. В последние годы на юго-востоке о. Хонсю эту камышовку встречают только зимой. Осушение болот и уничтожение зарослей тростника сократили популяцию птиц до нескольких сотен особей. С 1972 г. этот подвид включен в список особо охраняемых птиц Японии.

Аналогичный, видимо, процесс происходит и с китайским подвидом пестроспинной камышовки (М. p. sinensis), ареал которого ограничен бассейном р. Далинхэ и долинами еще двух-трех речушек, впадающих в Ляодунский зал. на западе пров. Ляонин. В этих же давно освоенных районах Китая живет эндемичная китайская пестроголовая камы­шовка (Acrocephalus sorghophilus). Биология ее не изучена, но, вероятнее всего, сходна с таковой других видов камышовок. Пестроспинная камышовка отлетает на зиму в нижнюю часть долины р. Янцзы, а китайская пестроголовая— на Филиппины.

Среди дроздовых Азии редким видом следует считать рыжеголовую зарянку (Erithacus ruficeps). В июле 1905 г. три этих птицы были добыты в Китае во влажном девственном лесу высоко на склонах горы Тайбайшань (хр. Циньлинь), на юго-западе пров. Шаньси. С тех пор значительные площади лесов здесь были вырублены, разрежены, очищены от валежника, и рыжеголовую зарянку в Китае больше никто не встречал.

Самцы этого вида имеют характерную окраску: спина темно-сизая, большая шапочка оранжево-рыжая, горло белое, окаймленное черной полосой, проходящей от клюва ниже глаз, через щеки и зоб, верх груди и бока серые, а низ — белый, хвост, как и у обыкновенной зарянки,—с рыжими основаниями внешних рулевых. Самка имеет общую буроватую окраску и похожа на самку синего соловья, который живет в нашей стране от Алтая до Дальнего Востока, но бока головы и шеи у зарянки более темные, а на горле чешуйчатый рисунок.

Никаких сведений о биологии рыжеголовой зарянки нет. Очевидно, это перелетный вид, так как одна птица этого вида была поймана 15 марта 1963 г. в горах Малайзии, примерно в 30 км восточнее г. Ипох, на высоте почти 2000 м над ур. м.

Только архипелаг Рюкю населяет эндемичная черногорлая зарянка (Erithacus komadori). Темно-оранжевый верх от головы до хвоста, белое брюшко, черные горло и зоб—характерные признаки самцов этого оседлого вида. У самок верх более тусклый, а зоб и грудь с серыми пестринами. С 1972 г. этот вид включен в список особо охраняемых птиц Японии. Основные местообитания черногорлых зарянок— влажные вечнозеленые широколиственные леса с густым подлеском, преимущественно близ ручьев и родников. Сейчас на многих островах леса либо уничтожены, либо расчищены, что привело к сокращению популяции данного вида.

Различают три подвида черногорлых зарянок: наиболее многочисленный из них (около 1 тыс. особей) номинативный подвид—Е. k. komadori, от других отличается черным лбом и черными пестринами на груди. Он объявлен памятником природы Японии и населяет северные острова архипелага Рюкю: Танегасима, Яку, Осима (Амамиосима) и Токуносима. На о. Окинава живет другой подвид — Е. k. namiyei. Черная полоска на лбу у этих птиц выражена слабо, пестрины на груди отсутствуют. В 1974 г. полагали, что окинавских черногорлых зарянок сохранилось не более 200, но, видимо, численность их несколько большая. Птицы самого южного подвида черногорлой зарянки (Е. k. subrufa) имеют буровато-черный цвет лба, горла и зоба. Сохранились они на некоторых островах Яэяма (Ис-игаки, Ириомоте и Ионагуни). Подвид внесен в Красную книгу. Около 10 лет назад общую численность зарянок этого подвида оценивали примерно в 500 особей, но с тех пор их популяция, вероятнее всего, сократилась, хотя часть местообитаний находится на территории национального парка Ириомоте.

Заслуживают внимания и некоторые эндемичные виды тимелиевых. Только на. юге Вьетнама в джунглях с густым подлеском живут ошейниковая (Garrulax yersini) и черношапочная (G. milleti) тимелии. Эти птицы величиной с крупного дрозда предпочитают держаться в зарослях кустарников или в кронах деревьев (невысоко над землей) во влажных, лесах на высоте до 2000 м над ур. м. Ошейниковая тимелия имеет черную окраску головы и горла и серебристые кроющие уха, серый верх, оливково-коричневые низ и крылья, широкое ярко-желтое кольцо вокруг шеи от зоба до верха спины. Места обитания этого вида (леса на плато Лангбиан) серьезно пострадали, особенно во время войны во Вьетнаме, и за последние годы нет никаких сведений о встречах ошейнико-вых тимелий. То же произошло с местообитаниями черношапочной. тимелий: в 1978—1980 гг. советско-вьетнамской экспедиции в первичных лесах плато Тайнгуен удалось увидеть эту тимелию лишь один раз. Биология этих видов до сих пор не изучена. Не исключено, что тимелий могут оказаться на грани исчезновения. Примером этому может служить судьба достаточно широко распространенного вида мелких тимелий — кустарницы Джердо-на (Moupinia altirostris). Номинативный подвид этой кустарницы, описанной Т. Джердоном в 1862 г., населял заболоченную равнину между реками Иравади и Ситанг на юго-западе Бирмы. Осушение болот и освоение этого района привели к тому, что с 1941 г. птиц подвида М. a. altirostris больше никто не видел, вероятнее всего, они вымерли. Еще один подвид кустарницы Джердона—М. a. scindica—известен только по типовому экземпляру, добытому в болотах Синда на юго-востоке Пакистана. К счастью, у этой кустарницы есть еще один подвид — М. a. griseigularis, распространенный от Бутана до северо-востока Бирмы, который и обеспечивает сохранение вида в фауне мира.

К числу очень редких следует отнести чернобровую кустарницу (Trichasto-ma perspicillatum). Эта скрытая и скромно окрашенная птица была найдена в середине прошлого века на о. Калимантан. С тех пор на этом острове работало много специалистов и были собраны большие коллекции местных птиц, но никаких новых сведений о чернобровой кустарнице не поступало. Не исключена возможность, что она уже вымерла.

Особенно богат видами тимелий Китай: из 46 известных видов рода Garrulax здесь гнездятся 33. Некоторые имеют очень ограниченное распространение и низкую численность. Например, тимелия Сукачева (Garrulax sukatschewi) обитает только в хвойных лесах с зарослями бамбука и ивняков по склонам гор между р. Хуанхэ и ее притоком — р. Таохэ (юг пров. Ганьсу). В первичных горных лесах Тайваня живет тайваньская чернолицая тимелия (Garrulax morrisonianus), а на юге этого же острова— тимелия Стира (Liocichla steerii). Омейская тимелия (Liocichla omeiensis) получила свое название по имени горы, на склонах которой в пров. Сычуань и была найдена.

Кроме описания музейных экземпляров, о всех упомянутых видах тимелий почти ничего не известно, но все же есть надежда, что популяции этих эндемичных птиц еще существуют в природе. Однако вырубка и расчистка лесных массивов, несомненно, сокращает и без того мизерную площадь их местообитаний. Особенно это относится к о. Тай­вань, где не только серьезно пострадали первичные местообитания многих видов птиц, но регулярно и в больших количествах отлавливают самих птиц. Никаких специальных мер для охраны тимелий в Индокитае и Китае пока не принято.

Семейство толстоклювых синиц, или суторовых, кроме единственного вида— усатой синицы, принадлежит к эндемикам юга Центральной и Восточной Азии. Эти оседлые птицы населяют заросли кустарников, бамбука и тростников как в высокогорье, так и в низменных местах, включая побережья рек и озер. В Красную книгу СССР занесена и находится под охраной тростниковая сутора (Paradoxornis heudei). Внешним обликом и величиной она напоминает усатую синицу, но окрашена более скромно: преобладают рыжевато-охристые тона, а непомерно большой, как у попугайчиков, желтоватого цвета клюв позволяет легко отличить редкую тростниковую сутору от обычной в тех же краях бурой суторы.

Впервые тростниковую сутору обнаружил в Южном Приморье, в районе оз. Ханка, осенью 1968 г. В. М. Поливанов. В 1971 —1972 гг. здесь было добыто еще несколько экземпляров и доказано гнездование этого нового и необычного для фауны СССР вида. Дело в том, что тростниковая сутора была описана за 100 лет до находки ее в Приморье по экземплярам, добытым близ Нанкина в Восточном Китае. В 1914 г. Г. Лайнс, обследовав пойму и острова низовьев р. Янцзы, обнаружил эту сутору и нашел ее гнезда только между Нанкином и Чжэньцзяном, в прибрежных тростниковых крепях, на протяжении менее 100 км. Уничтожение этих местообитаний привело к тому, что в 30-х годах специальные поиски здесь тростниковых сутор оказались безрезультатными, и этот вид был внесен в первое издание Красной книги как исчезающий или уже исчезнувший. Возможно, тростниковые суторы еще сохранились в районе оз. Поянху и других озер южнее р. Янцзы, где еще имеются подходящие для них места обитания.

Находка гнездовий этих оседлых птиц у оз. Ханка, почти на 2 тыс. км севернее известных в прошлом мест их обитания, вызвала большой интерес у специалистов. Многими признаками (в частности, широкой черной бровью) ханкайские тростниковые суторы отличались от птиц с берегов Янцзы, поэтому они были выделены Л. С. Степаняном в особый подвид, названный в честь В. М. Поливанова P. h. polivano-vi. Позднее китайские орнитологи обнаружили этот же подвид тростниковой суторы в долине р. Мулинхэ севернее оз. Ханка и у р. Сунгари недалеко от Харбина. В 1977 г. гнездовья тростниковых сутор нашли в Восточной Монголии, в низовьях р. Адзарга-Гол южнее оз. Буир-Нур. От тростниковой суторы Поливанова птицы монгольской популяции отделены горами Большого Хинга-на и отличаются деталями окраски и меньшими размерами, поэтому их считают близким, но другим подвидом — P. h. mongolicus. Столь разобщенный и удаленный на север от Янцзы ареал этих двух новых подвидов тростниковой суторы указывает на реликтовый характер распространения этих птиц, но не исключена возможность, что «северные» суторы и суторы с востока Китая являются самостоятельными видами.

Большую часть жизни тростниковые суторы проводят в крупных массивах тростников: здесь они гнездятся и зимуют, хотя кочующие стайки молодых птиц можно встретить и в зарослях ивняков или дикого риса, но всегда недалеко от тростников. В районе оз. Ханка они приступают к гнездованию во второй половине мая, подвешивая гнездо, свитое из волокон и расщепленных листьев тростника, между стеблями тростника, как это делают многие камышовки. В полной кладке 4—5 пятнистых яиц, которые оба родителя насиживают 12 дней. От ветров и других причин часть гнезд погибает, и пары строят новые гнезда, поэтому период размножения очень растянут. Отмечены случаи позднего (в начале августа), возможно, повторного гнездования. Кормятся птицы насекомыми, в частности личинками пилильщиков, которых извлекают, расщепляя мощным и острым клювом стебли тростника. Выжигание и выкашивание тростника— основные причины сокращения численности и перераспределения этих птиц. По оценке Ю. Н. Глущенко и Ю. Б. Шибнева, на территории СССР в Приханкайской низменности популяция тростниковых сутор вряд ли превышает 400 пар.

Биология номинативного подвида тростниковой суторы (P. h. heudei), судя по наблюдениям Г. Лайнса, в общих чертах сходна с таковой описанного выше подвида, но численность его очень низкая и он внесен в Красную книгу. Большая часть местообитания птиц этого подвида в долине р. Янцзы уже уничтожена в результате хозяйственного освоения, а сохранившиеся массивы тростника зимой ежегодно выкашивают.

Внешне похожа на тростниковую су-тору, но имеет иную окраску и форму клюва сутора Пржевальского (Paradoxornis przewalskii), описанная по экземплярам, собранным экспедицией Г. Н. Потанина на юге пров. Ганьсу в Центральном Китае. Эта птица имеет розового цвета короткий и толстый клюв, серую шапочку, окаймленную от лба до затылка черно-коричневым цветом и коричневатое горло. Впервые сутор Пржевальского обнаружили в июле 1886 г. в редком лиственном лесу на крутом каменистом склоне высоко в горах западных отрогов хр. Циньмин: пара птиц кормилась, подобно синицам, на ветках деревьев. В декабре того же года этих сутор видели в бамбуковых зарослях на высоте 2700—3000 м над ур. м. С тех пор никаких сведений об этом виде не поступало.

Примерно 600 км южнее, в пров. Сычуань, живет еще один эндемичный вид—сутора Заппея (Paradoxornis zappeyi). Голова у нее серого цвета, спина и крылья рыжевато-коричневые, а бока живота и хвост желтоватые. Впервые ее обнаружили в начале нашего века в горах Вашань (район Джинкоухэ) на высоте 2800—3300 м над ур. м. Обследовав этот район в 1980 г., китайские орнитологи нашли сутору Заппея почти в том же месте, где были добыты первые птицы этого вида. Кроме того, этих сутор добыли также в горном массиве Эмейшань и еще восточнее, в пров. Гуйчжоу в горах близ г. Вэйнин. В целом ареал этого строго оседлого вида оказался небольшим, хотя сами птицы в подходящих местообитаниях были не очень редкими. В 1982 г. очередная экспедиция привезла из пров. Сычуань 6 сутор Заппея, добытых на высоте 2500—3200 м над ур. м. в зарослях шиповника, сорбарии и зверобоя среди низкорослых дубов и древовидных рододендронов на склонах горы Эрланыпань в районе г. Людинь. Рядом признаков эти суторы отличались от других птиц этого вида, населяющих окружающие территории, и были выделены в особый подвид — R. z. erlangshanicus.

Длительная изоляция и оседлый образ жизни привели к образованию большого числа эндемичных видов и особенно подвидов птиц на островах архипелага Рюкю, Филиппин и Индонезии. Неумеренный отлов чуть было не привел к исчезновению балийского скворца.

Балийский скворец (Leucopsar rothschildi) встречается только на северо-западе о. Бали, расположенного у восточной оконечности о. Ява. В 1926 г. этот эндемичный, но многочисленный в то время вид, единственный представитель рода Leucopsar, занимающего промежуточное положение между настоящими скворцами и майнами, населял полосу лесов вдоль побережья шириной 40 и длиной около 120 км. Через 50 лет осталось, вероятно, около 500 этих птиц, а площадь их местообитаний сократилась до 100—200 км2. Причиной этому было как антропогенное изменение ландшафта (создание плантаций, применение гербицидов), так и массовый отлов балийских скворцов на экспорт. И хотя с 1970 г. балийский скворец объявлен охраняемым видом, а в районе его гнездования создан резерват, численность птиц продолжает сокращаться: общая численность популяции в природе в 1984 г. не превышала 200— 250 особей.

Балийский скворец привлекает внимание своей необычной окраской: весь он белого цвета, за исключением темных концов маховых и рулевых перьев и голубоватого кольца вокруг глаз. Гнездится он в дуплах деревьев в дождливый сезон года (январь—март), откладывая 2—5 светло-голубых яиц. В течение 12—14 дней самка и самец наси­живают кладку, а затем около 5 недель различными насекомыми выкармливают птенцов. Половозрелыми птицы становятся в возрасте двух лет.

В неволе балийские скворцы при соответствующих условиях могут нормально размножаться: сейчас в питомниках и зоопарках этих птиц более 600, больше, чем в природе.