8 месяцев назад
Нету коментариев

Разрозненные факты, догадки и идеи, доказывающие естественное происхождение живых организмов на Зем­ле, в том числе и человека, подготовили почву для даль­нейшего продвижения науки. Назрела необходимость в таком стройном, всесторонне научно обоснованном уче­нии, которое опровергало бы все или, по крайней мере, большинство религиозных мифов и догм. Творцом тако­го учения явился английский естествоиспытатель Чарлз Роберт Дарвин (1809—1882 гг.). Он доказал, что в приро­де действует объективный закон исторического развития живых организмов, и окончательно опроверг религиозно-идеалистическое представление о сверхъестественном происхождении жизни на Земле.

Классики марксизма-ленинизма высоко оценили на­учный подвиг Дарвина.

К. Маркс и Ф. Энгельс отмечали, что Дарвин нанес сильнейший удар по метафизическому взгляду на приро­ду, доказав, что весь современный органический мир, растения и животные, а следовательно также и человек, есть продукт процесса развития, длившегося миллио­ны лет.

В. И. Ленин писал: «Дарвин положил конец воззре­нию на виды животных и растений, как на ничем не свя­занные, случайные, «богом созданные» и неизменяемые, и впервые поставил биологию на вполне научную почву, установив изменяемость видов и преемственность между ними» (В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 1 стр. 139).

Однако и в XIX веке ученые все еще с опаской огля­дывались на церковь. Потому и Дарвин в своей первой ра­боте «Происхождение видов» (1859 г.), в которой он из­ложил основные положения эволюционного учения, не решился сказать прямо о животном происхождении чело­века, а ограничился лишь указанием, что его теория прольет свет и на происхождение человека. Однако весь ход его рассуждений неизбежно вел к такому выво­ду, и он был сделан соотечественником и современником Дарвина, в то время молодым зоологом Томасом Гексли (1825 —1895 гг.), издавшим книгу под названием «Место человека в царстве животных» (1886 г.).

Учение Дарвина произвело впечатление, подобное то­му, какое производит взрыв бомбы, и духовенство с ожес­точением обрушилось на «богопротивную» теорию. Гене­ральный бой Дарвину был дан 30 июня 1860 года в старейшем английском университете (в городе Оксфорде). На этот диспут собралось большое количество священно­служителей. Разбить учение Дарвина было поручено одному из самых красноречивых и остроумных церков­ных ораторов Англии епископу Оксфордскому Уилберфорсу. Более 700 человек пришли в этот зал, чтобы по­слушать спор ученого с представителями церкви. И поч­ти все думали, что епископ сокрушит безбожное учение некоего мистера Дарвина, утверждающего, что человек создан не по образу и подобию божию, а по подобию обезьяны. Ждали убийственных насмешек епископа и возвышенного изящного красноречия в защиту прирож­денного духовного достоинства человека.

Сам Дарвин, будучи больным, на диспуте не присут­ствовал. Были его друзья, единомышленники, среди которых особенно выделялся молодой профессор Томас Гексли, который два дня назад на другом заседании ос­мелился опровергнуть религиозные взгляды знаменитого анатома профессора Р. Оуэна. Поэтому многие предчув­ствовали, что именно Гексли вступит в полемику с епис­копом.

И сам Уилберфорс, доказывая на примерах промысел бога, его непосредственное участие в процессе творения всех живых организмов, стрелы своей иронии обратил на молодого, но уже знаменитого сторонника нового учения. «Я хотел бы спросить профессора Гексли, который сидит против меня и готовится разорвать меня на части, когда я кончу свою речь, что он думает о происхождении чело­века от обезьяны? Считает ли он, что сам происходит от обезьяны со стороны дедушки или со стороны бабуш­ки?..» (Л. Д. Некрасов. Борьба за дарвинизм. М., 1937, стр. 10) — сказал епископ, надеясь обескуражить своего противника.

Эту выходку епископа большинство слушателей, осо­бенно духовенство, встретило бурными аплодисментами и оглушительным смехом.

Но епископ рано торжествовал победу. В ответном слове Гексли наголову его разгромил и показал полную несостоятельность религиозных догм. Опираясь на уче­ние Дарвина об искусственном отборе, Гексли обратил внимание слушателей на работу селекционеров и завод­чиков, выводящих сорта и породы культурных растений и домашних животных и таким образом отваживающих­ся изменять «божественные творения». «Вы говорите,— сказал он, обращаясь к епископу,— что, признавая раз­витие, мы отвергаем творца. Но вы не логичны. Вы же утверждаете, что вас бог создал, и в то же время знаете, что вы развивались; вы хорошо знаете, что вы сами пер­воначально были маленьким кусочком материи, не больше конца этого золотого карандаша. Что же касается происхождения человека от обезьяны, то, конечно, это не надо понимать так грубо. Здесь речь идет только о проис­хождении человека через тысячи поколений от общего с обезьяной предка… Но если бы этот вопрос мне был пред­ложен,— продолжал Гексли, слегка возвысив голос,— не как предмет спокойного научного исследования, а как предмет чувства, то я ответил бы так. Человек не имеет причины стыдиться, что предком его является обезьяна, Я скорее бы стыдился происходить от человека беспокой­ного и болтливого, который не довольствуется сомнитель­ным успехом в своей собственной деятельности, вмеши­вается в научные вопросы, о которых он не имеет ника­кого представления, чтобы только затемнить их своей риторикой и отвлечь внимание слушателей от действи­тельного пункта спора красноречивыми отступлениями и ловким обращением к религиозным предрассудкам» (А. Д. Некрасов. Борьба за дарвинизм, стр. 12—13).

Ответ Гексли вызвал взрыв рукоплесканий, а самого епископа и все духовенство привел в смущение и замеша­тельство. Как повествуют очевидцы, епископ более не возражал. После Гексли выступали и другие ученые, на­пример, ботаник Дж. Гувер, который на фактах своей науки доказал несостоятельность религиозных представ­лений. Диспут не принес победы духовенству.

В своих последующих капитальных трудах («Проис­хождение человека и половой отбор», 1871 г., «Выраже­ние ощущений у человека и животных», 1872 г.) Ч. Дар­вин представил огромное количество фактического ма­териала, доказывающего естественное происхождение человека, а также его родство с позвоночными животны­ми, главным образом, с представителями наиболее высо­коорганизованного отряда из класса млекопитающих — с приматами, к которым относятся современные человекообразные (антропоидные) обезьяны — горилла, шимпан­зе и орангутан.

На сходство антропоидных обезьян с человеком ука­зывал еще древнеримский врач-анатом Га лен (131—201 гг.), который называл обезьян «смешными копиями чело­века». Он хорошо изучил анатомию обезьян и был «твер­до уверенным» в том, что строение человека совпадает со строением обезьяны. О естественном происхождении человека говорили и древнегреческие мыслители-мате­риалисты — Анаксагор, Аристотель, жившие еще до на­шей эры.

Русский философ-материалист А. Н. Радищев (1749— 1802 гг.) считал, что человек является «единоутробным сродственником, братом всему на земле живущему». Его современник французский естествоиспытатель Ж. Б. Ла­марк (1744—1829 гг.) в своей теории эволюции также включил человека в общий исторический процесс разви­тия органического мира.

Карл Линней, о котором мы уже говорили, был пер­вым, кто выделил среди животных класс млекопитаю­щих. Все представители этого класса имеют млечные же­лезы и вскармливают свое потомство молоком. Человеку, как известно, тоже свойственны основные признаки млекопитающих — наличие млечных желез, волосяной по­кров и постоянная температура тела. В классе млекопита­ющих К. Линней установил высший отряд приматов. Ха­рактерными признаками представителей этого отряда являются: относительно крупный головной мозг с хоро­шо выраженной височной долей, с менее развитым обо­нятельным отделом и более развитым зрительным, пяти­палые хватательные конечности с ногтями на пальцах, причем большой (первый) палец противопоставляется другим; у приматов имеются ключицы, зубы различного типа, пара млечных желез. Приматы рождают одного, реже двух (или трех) детенышей. Живут на деревьях, передвигаются путем лазания, беганья и прыганья по вет­вям. Питаются преимущественно растениями, а некото­рые из приматов едят также насекомых и других мелких животных.

К отряду приматов К. Линней отнес обезьян Старого и Нового Света, долгопятов и лемуров (полуобезьян). К этому же отряду К. Линней причислил и человека. Это было очень важным и смелым для того времени актом. Причисляя человека к отряду приматов, Линней как ре­лигиозный человек отступил от «священного писания». Он сам сокрушался по поводу того, что своей наукой про­тиворечит религии, поэтому в одном из своих сочинений с большим сожалением написал: «О, сколь похож на нас зверь гнусный обезьяна».

Наиболее глубокие научные исследования, доказыва­ющие родство человека с представителями всего типа позвоночных животных, были проведены немецким зооло­гом Э. Геккелем (1834—1919 гг.). Он изучал зародыше­вое (эмбриональное) развитие представителей всех клас­сов позвоночных: рыб, саламандры, черепахи, птицы, теленка, кролика и человека. И установил, что развитие зародышей у всех позвоночных на ранних стадиях про­исходит очень сходно. У зародышей всех, в том числе и наземных позвоночных животных закладываются жабры и жаберная кровеносная система, то и другое на после­дующих стадиях развития у зародышей наземных жи­вотных и человека исчезает. На первых этапах эмбрио­нального развития у человека закладывается также (как у рыб) хорда, а зачатки нервной системы бывают сходны с нервной системой низших позвоночных. Тело эмбриона человека покрыто волосяным покровом, на нем имеется несколько пар млечных желез и другие признаки позво­ночных животных, которые ко времени рождения ребенка исчезают. Особенно много общих биологических призна­ков у человека с антропоидами. Эти обезьяны имеют в основных чертах сходные с человеческим не только общее строение скелета, расположение внутренних органов, но и ряд физиолого-биохимических функций. У них, как и у человека, очень развита мимическая (кожно-лицевая) мускулатура, поэтому по лицу обезьяны можно узнать ее настроение: человекообразные могут плакать, смеять­ся. Они болеют также многими инфекционными болезня­ми человека (туберкулез, венерические болезни, детский паралич и др.), а у шимпанзе, например, обнаружена болезнь Дауна (полный идиотизм), которая, как и у че­ловека, обусловлена образованием добавочной хромосо­мы (Хромосомы — самопроизводящиеся ядерные структуры. Они являются носителями наследственных единиц — генов) в кариотипе (Кариотип — совокупность хромосом организма, которые имеют определенную величину, форму и число). Большинство человекообразных рож­дают по одному детенышу. В старости у антропоидов на­блюдаются те же физиологические изменения, что и у человека: поседение, выпадение зубов и т. д.

Исходя из всесторонних исследований и наблюдений, собственных и литературных данных, Ч. Дарвин писал, что существует «великое сходство между человеческим зародышем и зародышем, например, собаки — тождест­во плана в строении черепа, конечностей и всего тела». И сделал вывод: «Человек и млекопитающие произошли от одного общего прародителя».

Достижения современной биологии, особенно биохи­мии, блестяще подтвердили выводы Ч. Дарвина и других ученых по этому вопросу. Биохимическими исследова­ниями была установлена разная степень сходства белков крови различных в систематическом отношении предста­вителей позвоночных животных, особенно внутри клас­са млекопитающих. О степени родства белков крови раз­личных животных можно судить по реакции преципи­тации — комбинирования антигенов с антителами. Чем больше родство между животными, тем отчетливее про­является эта реакция даже при весьма больших разведе­ниях растворов антител.

На основании биохимических и молекулярных иссле­дований белков крови было установлено, что самыми близкими «кровными» родственниками человека явля­ются человекообразные обезьяны — шимпанзе, горилла, орангутан. За ними следуют низшие мартышковые обезь­яны Азии и Африки. На третьем месте по родству с человеком стоят американские обезьяны — капуцины, иг­рунки и др. и, наконец, более далекие в отношении сход­ства с человеком — долгопяты, лемуры и тупай.

Приспособленность приматов к древесному образу жизни связана с наличием у них специфических анато­мо-физиологических особенностей. Эти особенности со­хранились и в строении человеческого организма — широ­кие плечи и широкая плоская грудь, строение локтевого и запястного суставов, кистей рук, а также расположе­ние мышц, всего верхнего пояса тела.

Итак, мы установили различные виды сходства (мор­фологические, анатомические, физиологические, биохи­мические и др.) человека с позвоночными вообще, с клас­сом млекопитающих в частности и особенно с высшими представителями отряда приматов — антропоидными обезьянами. Но, несмотря на все эти сходства, человек имеет принципиальные биологические отличия, кото­рые выделили его из мира животных и позволили развиваться человеческому обществу по социальным за­конам.

Остановимся на основных особенностях в строении организма современного человека. Самой важной осо­бенностью является способность говорить. Эта способ­ность могла появиться у человека только при наличии самих органов речи: языка, мягкого неба, гортани, зе­ва и т. д. И кроме того, необходимо было развитие тех центров коры головного мозга, которые управляют ор­ганами речи.

Вторая очень важная особенность — вертикальное положение тела и передвижение на двух ногах. Однако многие виды отряда приматов и даже далеко отстоящие от них животные (например, медведи) способны к пря­мохождению на двух конечностях. Но современному че­ловеку свойствен особый вид передвижения — широким шагом с пятки на носок. Такой способ хождения может осуществляться при точной и строго согласованной рабо­те мышц и суставов позвоночного столба, а также мышц я суставов таза, бедер, стопы.

Следующая особенность человека — это высокая сте­пень развития его рук. Рука человека обладает большой силой и ловкостью, способностью к самым разнообраз­ным, тонким и очень точным операциям. Весьма сущест­венное значение имеет то, что большой палец руки противопоставляется остальным. Это позволяет захваты­вать различные предметы не только с силой, но и береж­но, с осторожностью (прецизионный захват). Вообще-то хватательной способностью кисти передних конечностей обладают все низшие и высшие обезьяны Старого Света. Но прецизионный захват у человека несравненно бо­лее тонкий, потому что подушечки указательного и большого пальцев являются самыми чувствительными участками его тела. Раздражения, поступающие с этих участков, создают «неврологическую обнову» для тех тончайших навыков, которые требуются, например, ча­совщику, сборщику электронных микросистем, хирургу и для других ювелирных по тонкости и точности опера­ций, выполняемых рукой человека.

Зубы у человека, как и у всех современных обезьян,— четырех типов: резцы, клыки, предкоренные и корен­ные. Всего у человека 32 зуба; такое же количество зу­бов у всех низших и человекообразных обезьян Старого Света. Но зубы человека ровные, небольшие по величи­не и более или менее одинаковые по высоте. Клыки ко­роткие, коренные зубы имеют округлые бугорки. Третий коренной зуб на обеих челюстях часто невелик, а иног­да и вовсе отсутствует, тогда как у антропоидных обезь­ян клыки и третий коренной зуб очень крупны и мас­сивны. Главное же то, что зубы человека располагают­ся подковообразными дугами в верхней и нижней че­люстях.

Самая важная особенность человека — это наличие у него большого по размерам и округлого по форме моз­га. У разных представителей современных людей объем мозга колеблется от 950 до 2000 кубических санти­метров. Средний показатель мозга составляет около 1400 кубических сантиметров.

Имеются и другие, менее существенные биологи­ческие черты, отличающие человека от сходных с ним животных. Эти черты свидетельствуют, во-первых, о том, что эволюция вывела человека на самую высокую сту­пень развития среди всего живого, но они же, во-вторых, со всей убедительностью доказывают естественное, жи­вотное происхождение человека.