8 years назад
Нету коментариев

Геологическое строение. «Читая описания экспедиций, посетивших землю Врангеля, я ясно видел перед собой хорошо знакомую мне геологическую картину чукотского побережья Ледовитого океана», — в этом выводе известный ученый И. П. Толмачев еще более укрепился, когда основательно изучил образцы пород, доставленных с острова Врангеля геологом Кириченко, плававшим туда на «Вайгаче» в 1911 году. И, в самом деле, даже самый опытный глаз не в состоянии отличить сланцевые породы острова от таковых же, встречающихся на Чукотке, не только по внешнему виду, но и по тем или иным особенностям, различимым с помощью более детальных методов исследования.
Можно сказать еще более: морфологическое своеобразие берегов острова Врангеля вполне сходно с берегами Чукотского полуострова. И не только специалист-ученый, но даже неоднократно и моряки, плававшие к острову Врангеля, отмечали несомненное сходство, существующее между горами острова и между горами, находящимися на материке.
Сходство это отнюдь не случайно. Оно свидетельствует, что некогда остров Врангеля являлся частью материка и затем отделился от него. Какие причины способствовали отделению острова от материка? Здесь произошло опускание той части суши, которая теперь занята морем в месте, отделяющем остров от материка. Изучение рельефа морского дна в этом месте, вероятно, пролило бы не мало света на этот вопрос, но, к сожалению, льды, почти вечно заполняющие пролив Лонга, нимало не способствуют скорому разрешению этой любопытной загадки.
Касаясь последнего вопроса, И. П. Толмачев замечает: «Изучение распределения глубин показывает, что острова (т.-е. Врангеля и Геральд) связаны с материком и лежат в области той континентальной платформы, которая окаймляет материк Евразии с севера и оканчивается в различных расстояниях от материка крутым уступом, ограничивающим бассейн Ледовитого океана. Глубины между островами и материком очень близки к тем, что наблюдаются севернее и восточнее их, и только на северо-восток от острова Врангеля отмечено небольшое углубление. Вообще же море здесь настолько мелко, что американские китобои — истинные знатоки вод, омывающих остров Врангеля, в случае нужды бросают якорь в открытом море в любом месте».
Подобно проф. В. Ю. Визе, открывшему в 1930 году в отдаленнейших дебрях арктики на основании своих блестящих теоретических соображений остров, носящий ныне его имя, Толмачев также указывает, что изучение северной части подводной платформы, в районе которой находятся острова Врангеля и Геральд, представляет во многих отношениях большой интерес, между прочим и потому, что в пределах ее легче, чем где-нибудь, можно надеяться открыть новые, еще совершенно неизвестные острова.
И мы не сомневаемся, что в ближайшие годы советские мореплаватели и летчики окончательно разрешат этот интереснейший вопрос.
Исследования геоморфолога В. Н. Кальянова, побывавшего в 1929 году на острове Врангеля с экспедицией на «Литке», подтверждают мнение Толмачева о соединении в давнопрошедшие времена острова с материком. Кальянов относит это соединение к началу четвертичного периода, после чего началась морская трансгрессия и, наконец, современное поднятие острова. Свои выводы Кальянов подкрепляет рядом подмеченных им весьма существенных признаков, приобретающих характер несомненной достоверности. Сюда относятся прежде всего находящиеся на острове и обследованные им реликтовые озера. Из этих озер наиболее интересно расположенное в 4 километрах от советской колонии, так называемое Большое озеро, отделенное от моря косой, сложенной из окатанной морской гальки. Это озеро отделилось от моря буквально на глазах наших колонистов, утверждающих, что не далее первого года их пребывания на острове озеро было еще соединено с морем протоком.
Сейчас этого сообщения с морем уже не существует; ни лед, ни плавник сюда уже не заносятся. Когда В. А. Яшнов обработал планктон этого озера, он нашел в нем много представителей соленоводной морской фауны, не успевших еще исчезнуть под влиянием непрерывно происходящего опреснения.
Вдоль первой линии гор по южной части острова, а также и вдоль северного побережья тянется ровная тундра, мягко повышающаяся и постепенно переходящая в горы с разбросанной во многих местах морской галькой и отдельными кусками полуистлевшего плавника. Все это, несомненно, свидетельствует о современном поднятии острова. Разбросанные по острову в большом количестве мамонтовые кости также указывают, что остров был некогда соединен с материком.
Насколько позволило время, В. Н. Кальянов тщательно обследовал все даже едва заметные уступы гор во внутренних частях острова. Однако ни гальки, ни плавника, ничего другого, свидетельствующего, что и эти части острова находились под водой, он здесь не обнаружил. Из этого также следует вывод, что остров, который некогда был меньших размеров, соединялся с материком.
Рядом с мнениями И. Толмачева и В. Кальянова интересно сопоставить выводы и наблюдения другого современного геолога — С. Обручева. Наблюдения Обручева, произведенные им хотя бы и над частью территории острова, представляют большой интерес. Результатом этих наблюдений явилась карта, составленная К. Салищевым на основании зарисовок своих и эскимосских, а также и старых карт.
Говоря о карте Салищева, мы не должны забывать, что в картографии острова Врангеля главнейшая заслуга принадлежит Г. А. Ушакову, проделавшему огромную работу по составлению новой карты, — результат его трехгодичной маршрутной съемки острова. Крайне интересно отметить, что на карте Ушакова форма самого острова приобретает совсем иную — овальную форму — по сравнению с прежними картами, на которых остров изображался вытянутым параллельно материку. Причиной ли этому неточность прежних карт, или геологическая работа морских волн, в короткий срок преобразивших берега, сказать трудно. Так или иначе, касаясь ближайших причин, придавших острову его современный вид, Обручев замечает: «Интенсивное размывание западного и восточного побережья и наращение северного и южного за счет отложения кос и отмелей придало острову современную его овальную форму. Процесс разрушения острова особенно отчетливо виден между мысами Гаваи и Уэринг, где стена береговых утесов достигает местами 200 метров и срезает прежние формы рельефа — плато с насаженными на нем вершинами. Береговой обрыв вдоль южного берега, со стенкой утесов в 10 метров высоты, показывает, что сравнительно недавно и здесь происходил процесс размывания берега. В настоящее время этот обрыв покрыт многолетними забоями снега».
Касаясь происхождения острова Врангеля, Обручев высказывает предположение, что остров представляет остаток некогда существовавшей длинной гряды, тянувшейся параллельно материковому берегу и ныне разрушенной морем. Типичным образцом остатка этой гряды является также лежащий восточнее по той же линии одинокий островок Геральд. Интенсивность размывания восточной части гряды Обручев объясняет тем, что этот конец чаще и энергичнее всего подвергается действию волн свободного океана.
Логический вывод из заключений С. Обручева тот, что со временем, если размыв части берегов острова не будет уравновешен намывом в других частях, остров Врангеля вовсе будет смыт и исчезнет в волнах океана.
Остров Врангеля представляет собой возвышенную горную территорию. По свидетельству Обручева, на острове вполне отчетливо обрисовываются две цепи — южная и северная, причем первая цепь короче и вместе выше второй. Начинаясь несколько на запад от бухты Роджерс, южная цепь резко повышается. Центральная, наиболее массивная часть цепи, заключающая множество куполообразных и конусообразных вершин с наивысшей точкой острова пиком Берри (760 метров), расположена к северу от бухты Сомнительной.
Эта часть массива изобилует глубоко врезающимися в него долинами, придающими всей группе крайне суровый вид. Но в средней части южного склона, где высота понижается до 400 метров, горные формы принимают значительно более мягкий, сглаженный характер. Чем ближе к берегу, тем ниже опускается этот склон, занимая на высоте в 100–150 метров широкое пространство; у самого же берега подмытый край стены круто обрывается в волны океана с высоты 10 метров. Пик Берри, как указывает Б. В. Давыдов, не выделяется особенно резко среди прочих окружающих его возвышенностей; он не заострен и не обособлен, как полагали раньше, а имеет довольно сглаженные склоны. В восточном направлении (от речки Нашей на южном берегу, несколько восточнее бухты Роджерс) цепь переходит в плоскогорье вышиною не более 200 метров, полого спускающееся к морю.
Особенности северной цепи менее выяснены. Во время перелета к пароходу «Совет», хотя обстановка и не располагала к внимательным наблюдениям, С. Обручеву все же удалось увидеть, «что восточный конец этой цепи к северу от реки Клер представляет довольно плоскую гряду с небольшими вершинами не выше 350 метров. На востоке гряда эта переходит в плоское плато до 200 метров высоты, с группой куполообразных вершин у мыса Пиллар, срезанных береговым обрывом. Последний представляет непрерывную стену утесов, ограничивающую с востока остров, насколько было видно, — от мыса Уэринг до мыса Гаваи. К реке Клер северная цепь падает очень полого».
Итак, поделив остров Врангеля на две части — восточную и западную, мы встречаем здесь два геоморфологически различных района: восточная, более возвышенная часть обладает сравнительно плоским, спокойным рельефом, западная же — наоборот — усеяна хребтами с острыми вершинами отдельных гор. Не изучив подробно геологического строения острова всего в целом, еще преждевременно решать, какие породы здесь преобладают, однако несомненно, что в центральном районе острова залегают граниты.
Восточный берег острова, начиная от его северовосточной оконечности — приметного мыса Литке, тянется на протяжении приблизительно около 4 миль на юго-восток до высокого обрывистого мыса Уэринг, образуя по дороге небольшую открытую бухту. Далее берег поворачивает на юг и продолжается до мыса Пиллар; затем следует юговосточный мыс Гаваи. Возвышенное, темнобурого цвета, а местами почти черное побережье между мысами Уэринг и Гаваи круто обрывается в воду с высоты от 100 до 200 метров. Здесь преобладают все больше твердые, скалистые породы; далее, по мере продвижения к югу во все большем количестве наблюдаются осыпи. Берег на всем этом протяжении изрезан мало.
Между мысами Пиллар и Гаваи — устье реки Клер. Покрытый скудной растительностью берег устья усыпан песчаником, кварцем и слюдяным сланцем. Нога путника по щиколотку тонет здесь в вязком иле.
Мыс Гаваи, состоящий частью из осыпных, частью из твердых пород, почти наклонно падает в море с высоты 150 метров. Судя по промерам, произведенным Б. В. Давыдовым, глубины вдоль восточного побережья невелики: даже в расстоянии 2–2,5 миль от берега они не превышают 18–22 метров.
Южное побережье острова имеет значительно иные характер и вид. Уже вскоре за мысом Гаваи высота обрывистого берега понижается, достигая 10 метров, а еще немного далее — мы вовсе уже не встречаем обрывов. Непосредственно к. морю здесь подступают постепенно снижающиеся пологие склоны возвышенностей, одетые бурым тундряным покровом. Тянущийся отсюда берег то расстилается в виде неширокого усыпанного галькой пляжа, то выдается незначительной высоты обрывистыми мысками, усеянными щебнем из образующих его сланцевых пород. Местами же от берега распространяются то небольшие, то более значительные галечные косы, столь характерные для арктических островов вообще и острова Врангеля в частности. Косы эти обычно располагаются параллельно берегу, образуя нечто вроде естественных гаваней, открытых с запада. Хорошим примером подобного образования гаваней являются известная нам гавань Роджерса и бухта Сомнительная. Глубины здесь еще более незначительны, чем у восточного берега: 9—11 метров в расстоянии ¾ — 1 мили от побережья. Грунт — галька и песок с илом.
Ровное, лишенное подводных опасностей дно прибрежья, надо полагать, стало таким в результате работы льдов.
Ледников на острове нет.
Северная часть острова — это не что иное, как полого спускающаяся к морю обширная низменность, носящая наименование тундры Академии. С северной и северовосточной сторон побережье тундры окаймлено рядом низменных кос-островов.
Голый, мрачный пейзаж острова лишь у подножий гор и в низинах острова несколько оживляется чахлой низкорослой растительностью, лишайниками и мхом.
Речная система острова не представляется широкоразвитой. Наибольшей из здешних рек, берущих начало в центрально-возвышенной части острова, является река Клер, стекающая с восточной стороны подножья пика Берри по направлению к северу от мыса Гаваи. Повидимому, это единственная река, по которой возможен проход на шлюпке.
Климат острова Врангеля очень суров, хотя зимние температуры сравнительно высоки для его местоположения. Летние же температуры, наоборот, прохладны, что объясняется почти постоянным скоплением вблизи берегов острова больших масс льда. Средняя годовая температура необычайно мала —11,2°.
Самым холодным месяцем является март, что не помешало Бартлету предпринять в этот месяц свое знаменитое путешествие на материк. Прочие зимние месяцы незначительно разнятся по температуре. Лишь в апреле и мае начинается повышение температуры, неизменно держащейся еще ниже нуля. Но все же весна в это время дает себя знать, случаются оттепели, к концу же мая и по сентябрь температура в среднем уже положительна: в среднем, — ибо морозы на острове Врангеля — обычное явление в течение всего года, и половина всех летних дней проходит с морозами.
В июле, самом теплом месяце на острове, температура ниже нуля не наблюдалось. С октября средняя месячная температура вновь опускается ниже нуля и затем уже быстро идет на понижение. Впрочем, не исключаются случаи оттепели и до самого января.
Вечно окутанный туманами, приносимыми ветрами со всех румбов и особенно частыми в летнее время, остров Врангеля очень редко виден хорошо издали. Вообще, число ясных дней в летние месяцы здесь совершенно ничтожно. В мае же, августе и сентябре среднее число их равно почти нулю. Пасмурных дней наблюдается больше в летние месяцы, причем максимум их достигается в мае. Как обычно, наиболее холодные месяцы являются одновременно и наименее облачными.
Наибольшее количество осадков выпадает осенью, наименьшее — весной и зимой. Главная масса их — снег. Дожди же, зачастую чередующиеся со снегом, начинают выпадать в июне и продолжаются до конца сентября. Выпадение осадков по месяцам, в разные годы, варьирует весьма значительно, но все же на осенний период года их приходится всего больше.
Выпадение града и грозы — явление здесь чрезвычайно редкое. За время существования на острове поселка гроза наблюдалась всего лишь один раз (22 июля 1927 года).
Северные ветры от разных направлений (норды, норд-осты и норд-весты) являются для острова Врангеля преобладающими в подавляющем большинстве месяцев года. Лишь в июле, августе и сентябре господствуют ветры иных румбов. Нельзя сказать, чтобы здешние ветры отличались особенно большими скоростями, и в этом отношении остров Врангеля значительно уступает, например, Новой Земле. Скорость 20 метров в секунду — явление редкое здесь и приходящееся на зимние месяцы, преимущественно на январь. Тихих дней всего больше весной и летом, бурных — зимой и осенью.

Скала на северном берегу острова Врангеля (фото Г. А. Ушакова)

Скала на северном берегу острова Врангеля (фото Г. А. Ушакова)

Состояние льдов и условия навигации. Знакомясь все более тщательно с образованиями льда и его признаками, полярный моряк, прокладывающий путь к острову, с каждым годом чувствует себя увереннее и спокойнее, так как приобретает все большую практику в знании наиболее уязвимых мест среди ледяных полей и торосов.
Эти торосы довольно основательно изучил уже сам Врангель. Он так характеризует льды различного происхождения, образующие отдельный торос: «В торосы входят обломки старого льда вместе со свежим льдом; они представляют различные цвета: серый, весьма нечистый цвет означает льдины осеннего лома; беловатый цвет принадлежит поверхности старого льда; яркий зелено-голубой цвет свойствен бывает последнему зимнему льду. Льдины зимнего последнего замерзания весьма малопрозрачны, они без внутренних пузырей и прекраснейшего яркого зелено-голубого цвета».
Наибольший интерес для нас представляет ледовое состояние моря вблизи гавани Роджерс, где стоит советский поселок, и куда направляет прежде всего свой путь корабль. К сожалению, навигационный период, если вообще он в данный год возможен, продолжается обычно с середины и конца августа по сентябрь, т.-е. в течение исключительно малого промежутка времени. Подход к гавани Роджерс в иное время по большей части невозможен совершенно, так как море вблизи гавани забито льдом.
Но неожиданности стерегут моряка даже и в тот момент, когда подход к гавани Роджерс кажется вполне осуществимым. В 1934 году, например, море в районе южной части острова было свободно ото льда еще 9 июля, но не далее как 20 июля задувшие норд-вестовые ветры нагромоздили столько многолетнего и годового происхождения льда, что совершенно отрезали всякий подход к берегу. Обычно, в навигационный период бухта Роджерс свободна ото льда, хотя и случается нередко, что под влиянием ветра и течения она быстро забивается битым дрейфующим льдом, который, едва лишь изменятся условия, так же быстро и исчезает.
По единодушному свидетельству всех плававших здесь моряков, бухта Роджерс (70°57′ с. ш. и 178°10′ в. д.) — лучшая на острове. Расположенная в 10 милях от юговосточной оконечности острова мыса Гаваи, она защищена с южной стороны низкой песчаной косой, покрытой галькой, и является превосходной для стоянки. Имея более 200 метров ширины, бухта не глубокая середине она имеет от 5,5 до 6,4 метра, у берегов — еще меньше. Большое ее преимущество — отсутствие всяких подводных опасностей.
Но вернемся к ледовой проблеме острова. Известный гидрограф В. Березкин, участник изложенного нами выше плавания «Литке» к острову Врангеля в 1929 году, находит, что льды, окружающие остров, имеют иной характер по сравнению со льдами, наблюдавшимися им в других местах, например, в районе Шпицбергена или Земли Франца-Иосифа. В то время как в этих последних районах преобладает кристаллически-прозрачный лед, в районе острова Врангеля «Литке» постоянно приходилось иметь дело с молочнобелым непрозрачным льдом.
В. Березкин полагает поэтому, что, повидимому, основные процессы образования льда на востоке и западе протекают различно. На западе лед в большинстве случаев образуется от непосредственного замерзания воды, между тем как на востоке лед получается главным образом из так называемой «снежуры», т.-е. из масс снега, падающих в море.
Для работы ледокола, прокладывающего путь среди подобного образования льдов, обстоятельство это имеет огромное значение. Лед кристаллический, стекловидный колется значительно легче; раскалываясь подобно корке спелого арбуза, он расползается в стороны, давая громадные трещины, которые ледокол и проходит беспрепятственно.
Не таков лед молочнобелый: обламываясь от движения ледокола, он трещин не дает. Каждый шаг вперед ледокол прокладывает с боя и с затратой огромных запасов энергии. Лед в этом районе необычайно торосист, т.-е. состоит из сгрудившихся друг на друга и смерзшихся ледяных глыб. Торосы эти, соединяясь по временам вместе, образуют громадные ледяные барьеры высотою свыше 10 метров над поверхностью моря.
Во время экспедиции на «Литке» ледяные барьеры иногда стояли неподвижно и не уступали никаким усилиям ледокола — верный признак того, что они сидели на мели иногда на глубине в 60–70 метров. И чем ближе к острову, тем лед становился все более тяжелым, пока не преградил пути «Литке» совершенно. Ледоколу пришлось повернуть обратно и сделать попытку зайти на остров с северо-запада, что, наконец, ему и удалось. Здесь «Литке» вышел на чистую воду.
Трудный рейс «Литке» на остров Врангеля обогатил навигационную практику ценнейшим выводом: район к югу от острова, в силу своеобразного распределения здесь течений, сжимающих и нагромождающих в торосы льды, является наиболее ледовитым и труднодоступным для подхода судов с этой стороны к острову. Подход же к острову с севера — много легче и удобнее. Для регулярного посещения судами нашей колонии на острове Врангеля вывод этот имеет, само собой понятно, огромное значение и важен вообще для плавания в этом районе.

Льды у берегов острова Врангеля (фото Г. А. Ушакова)

Льды у берегов острова Врангеля (фото Г. А. Ушакова)

Помимо ледовых и климатических особенностей водного района, окружающего остров Врангеля, моряку, направляющемуся сюда, чрезвычайно важно знать также и здешние течения, более или менее полно изученные лишь совсем недавно.
Кроме течений, обусловленных приливной волной, в Восточносибирском море мы наблюдаем две основных струи течений: первое — теплое, выходя из Берингова пролива, направляется на север; второе — холодное течет вдоль сибирского побережья в направлении с запада на юго-восток.
Струя теплого течения, выйдя из узкого Берингова пролива, разветвляется на три рукава, растекающихся в свою очередь в трех направлениях. Самый широкий и мощный из них направляется вдоль американского берега до мыса Барроу. Этому местному Гольфстрему Аляска обязана благоприятными условиями плавания вдоль северных ее берегов. Вторая — средняя ветвь течет по почти прямому пути на северо-запад между островами Врангеля и Геральдом. И, наконец, почти прижимаясь к самому берегу, третья ветвь направляется на запад вдоль сибирского побережья.
Но зимой, когда господствующие в Беринговом проливе южные ветры (выносящие теплую струю на север) прекращаются, и на смену им идут северозападные ветры, картина резко меняется: теплое течение, ослабевая, сводится почти на нет. С прекращением доступа теплых струй воды холодное юговосточное течение одерживает верх и распространяется все дальше на восток от мыса Шмидта.
Не следует ли из рассмотренной нами схемы, что течения Восточносибирского моря находятся в деспотическом подчинении ветрам, господствующим в Беринговом море? Вряд ли это так.
Изображенная схема представляется нам несколько примитивной; надо думать, что движение и смена течений в определенное время в Восточносибирском море находятся под влиянием более сложных и не учтенных еще факторов. Однако в общих своих чертах схема эта не только не опровергнута, но в некоторых частностях в последнее время получила даже известное подтверждение.
Касаясь второй теплой струи, текущей в северозападном направлении между островами Врангеля и Геральдом и имеющей столь большое значение для направляющихся к острову Врангеля судов, А. Соколов в своих материалах по лоции Сибирского моря замечает:
«На протяжении последних лет получены данные, несомненно подтверждающие ее существование в навигационный период. Наличие этой струи с успехом было принято во внимание Б. В. Давыдовым при плавании на остров Врангеля в 1924 году. Кроме того, во время этого же плавания было сделано приблизительно по предполагаемому направлению течения шесть гидрологических станций, подтвердивших наличие теплого поверхностного течения в указанном направлении. Плавание капитана П. Г. Миловзорова на остров Врангеля в 1926 году также подтвердило наличие этого течения. Конечно, трудно еще говорить о точном его направлении, о точных его границах, о глубине захватываемого им слоя, об его интенсивности и т. п., но, во всяком случае, общий его характер может быть принят во внимание при расположении курсов в этой части Восточносибирского моря».
Мы достаточно ясно показали выше, с какими подчас невероятными трудностями связан подход с моря к острову Врангеля. «История плавания к острову Врангеля и трехлетнее личное наблюдение за состоянием льдов вокруг острова, — замечает Г. А. Ушаков, — заставляют меня сделать вывод, что степень доступности острова в различные годы сильно колеблется. В одни годы остров Врангеля легко доступен для обычных торговых судов и шхун, в другие же он не доступен и для ледоколов».
А между тем, с ростом нашей хозяйственной деятельности на острове, потребность в регулярных рейсах сюда становится все более необходимой, все более актуальной. Возможно ли предугадать, каково будет распределение льдов в навигационный период, возможно ли заручиться хоть какой-нибудь уверенностью, хотя бы на ближайший срок, что рейс к острову увенчается успехом? К сожалению, мы должны ответить на этот вопрос отрицательно. Даже самые обоснованные прогнозы относительно льдов рушатся перед лицом другого спутника полярных плаваний — ветров, которые, в конечном итоге, являются здесь решающим фактором.
Разбирая этот вопрос, известный полярный капитан А. Бочек выдвигает интересный проект плавания к острову с наименьшей затратой материальных средств, сил и с минимальным риском. Он предлагает ежегодное обслуживание острова охотничье-промысловым судном типа «Седов». В навигационный период это судно, курсируя, насколько позволят ледовые условия моря, поблизости от острова и занимаясь промыслом многочисленного здесь зверя, будет поддерживать постоянную радиосвязь с островом. Все время учитывая направление ветра, его силу, расположение льдов и течения, судно при первом же благоприятном случае направится к острову и выполнит свою миссию, т.-е. снабдит колонистов продовольствием, заберет пушнину и сменит зимовщиков. Чем ранее достигнет оно острова, тем больше в его распоряжении будет оставаться благоприятных моментов, чтобы вернуться благополучно домой. На худой же конец, если состояние льдов таково, что в течение всей навигации не позволит приблизиться к острову, время все же не будет потеряно даром: судно возвратится с обильным промыслом. Разумеется, база при этом по возможности не должна быть отдаленной; как на наиболее подходящую, капитан Бочек указывает на бухту Лаврентия.
Изложенный проект капитана А. Бочека следует признать целесообразным, хотя бы и не для ежегодного рейса.
Флора острова Врангеля представлена уже довольно значительным количеством ботанических коллекций, но, к сожалению, пока ее можно считать изученной лишь наполовину. Наиболее полный гербарий собран Г. А. Ушаковым (86 видов). Помимо него, собирал здесь растения в 1911 году доктор Старокадомский; в 1921 году — известный нам из предыдущего изложения Крауфорд, и в 1929 году — уже упомянутый нами геоморфолог В. Кальянов. Небольшие материалы по флоре острова Врангеля имеются, вероятно, в канадских и американских хранилищах, но не подвергались, насколько нам известно, обстоятельной обработке.
Доставленные Кальяновым в Москву 47 видов (5 споровых и 42 цветковых) были определены рядом специалистов достаточно тщательно, и ныне результаты этих определений опубликованы. В коллекцию Кальянова вошли 3 вида лишайников; 2 вида мхов. Из цветковых: злаки (луговик альпийский, щучка альпийская, вейник щучковидный, батлачик альпийский, мятлики); ивовые (ива полярная, ива сизая); портулаковые (клейтония арктическая); гвоздичные (горицвет безлепестный, звездчатка); лютиковые (калужница болотная, лютик серножелтый); далее следуют различные виды крестоцветных, толстянковых, камнеломковых, розоцветных, бобовых, первоцветных, бурачниковых, норичниковых, валериановых и сложноцветных.
С опубликованием работы академика В. А. Комарова, посвященной флоре острова Врангеля, наши знания в этой отрасли естественной истории острова, будут значительно пополнены.
Крайне интересно отметить, что доставленный В. Кальяновым ботанический материал также подтверждает недавнюю и несомненную связь острова с материком. Назаров в статье о результатах исследования собранных Кальяновым коллекций замечает: «В сборах Кальянова оказался ряд растений, свойственных только крайнему северо-востоку Азии и прилегающим местностям; выступают, кроме того, ботанико-географические связи острова Врангеля с Чукотским полуостровом и Аляской, дающие основание био-географически подтверждать обширные и прочные материковые связи в районе Берингова пролива, существовавшие еще в недавнем геологическом прошлом».
Фауна острова Врангеля — типичная для арктического пояса. Наибольшее промысловое значение имеет, конечно, морж. Его мясо, грубоволокнистое и жирное, представляет большую продовольственную ценность. Особенное значение охота на моржей, как мы видели выше, имела в первые годы зимовья на острове. Вследствие крайне неблагоприятных ледовых условий, промысловые суда были здесь весьма редкими гостями, а потому морж еще не оттеснен отсюда, как во многих других отдаленных арктических районах. Моржей вокруг острова Врангеля — множество, и держатся они невдалеке от берегов. В ясные летние дни их можно наблюдать на льдинах целыми стадами.
Охота на моржа налажена на острове в достаточном, по имеющимся средствам, объеме. Но она всегда крайне рискованна. Наши охотники не раз оказывались в чрезвычайно опасных положениях. Особенностью моржей является их необычайная среди ластоногих свирепость. Морж всегда бросается в борьбу со своим врагом и преследует его до последней возможности. Сколько раз наши промышленники, побросав добычу и отстреливаясь, отступали от разъяренных животных, грозивших проломить клыками лодку. Особым инстинктом самозащиты отличаются самки. Рассвирепевшая самка много опаснее самца: ни тяжелое ранение, ни грохот посылаемых ей вслед выстрелов — ничто не заставит ее прекратить преследование.
Нравы и образ жизни моржей изучены зимовщиками довольно полно. Считалось, например, что морж, находящийся на земле, представляет тяжелодвигающееся, крайне неловкое, почти беспомощное животное. Наши наблюдатели опровергают это мнение. Они не раз видели моржа, делающего неуклюжие, но большие прыжки. Здесь наблюдали также, как морж взбирается на скалы до 60 метров, ловко пуская при этом в ход свои могучие бивни: он зацепляется ими за трещины и углубления в скале, затем подтягивает свое тяжелое, весом с тонну тело, снова вытягивает шею, укрепляет бивни и т. д., пока не долезет до нужного места, где и располагается на отдых.
Обитатели острова подтвердили также многое уже известное нам о жизни этого огромного ластоногого; особенно они подчеркивают поразительное развитие у моржей семейного инстинкта. Не только в воде, но и на суше каждое моржовое стадо имеет своего вожака-сторожа, который при опасности будит своих товарищей ревом, а если это не подействует, то и ударами бивней в бок. Отмечается также чрезвычайная привязанность самки к детенышу и последнего — к ней.
Чукчи и эскимосы с замечательным умением используют каждую часть туши моржа. Из моржовой кожи они делают байдары, обтягивают ею нарты, полы в юртах, шьют ремни. Моржовый жир употребляют в качестве горючего и для пищи, желудком моржа обтягивают бубен.
В водах, окружающих остров Врангеля, водится значительное число тюленей (нерпы и морские зайцы). Они, подобно моржам, не удаляются далеко от берега, предпочитая, однако, море суше. В тихие солнечные дни они необозримыми стадами взбираются на льдины и, не издавая никаких звуков, часами нежатся на солнце. Чуткость этого безобидного существа изумительна, а потому охота на тюленя трудна и требует большой осторожности. Почуяв малейшую опасность, они один за другим ныряют под лед, обычно в проделанную вблизи лунку. Материнский инстинкт, подобно моржам, развит у тюленей чрезвычайно сильно. Помимо человека, врагами тюленей, равно как и моржей, являются заходящие по временам в местные воды акулы и касатки. Туша тюленя используется так же, как и туша моржа.
Зимою на острове Врангеля, особенно на его северном берегу, много белых медведей. Полярная лисица, или песец, водится на острове во множестве, составляя ценный продукт промысла. За три первых года зимовки партией Минеева здесь было добыто 1000 песцовых шкурок. Тяжелая борьба за существование превратила этого изящного зверька в чрезвычайно хитрое и пронырливое животное. Летом он еще сыт: лемминги (полевые мыши), водящиеся во множестве на острове, а также птицы и их яйца дают ему достаточно корма. Но зимою в поисках корма он рыщет по всему острову и часто, ничего не найдя, погибает. Промышляют песцов капканами.
С наступлением летнего времени, обычно в июне, на остров прилетают птицы. Все оживает тогда, в воздухе шум и гоготанье. Вот характерная зарисовка прилета долгожданных гусей, сделанная Званцевым: «22 мая прилетели гуси. Это был теплый солнечный день. Собаки, игравшие с детьми, кинулись к горам по следу за гусями, которые летели очень низко. Лохматые псы с радостным визгом и воем прыгали вверх, стараясь поймать отстающих гусей». Большие стаи диких гусей располагаются при перелетах в виде открытого сзади треугольника или клина, острым концом направленного вперед. По прибытии на остров гуси начинают гнездование. Вскоре сотни и тысячи гусиных яиц можно найти в тундре, по берегам рек, озер и заливов. В июле птицы линяют: потерявшие перья и отощавшие, они летать тогда не могут. Этим и пользуются «охотники», заготовляя впрок гусиное мясо. Мясо гусей засоляют на зиму в бочки, а пух заготовляют для отправки на материк.
Чрезвычайно полезной птицей является здесь и гага: это типично островная большая птица с длинным яркоокрашенным клювом, из группы нырков. Превосходный, мягкий гагачий пух всем известен. Свои гнезда гага тщательно скрывает от взоров любопытных, выбирая на земле укромные места. Из прочих птиц, гнездящихся на острове Врангеля, укажем на куликов, чаек, кайр, уток, бакланов, ржанок, пуночек и полярных сов.

Песец, попавший в капкан (фото Г. А. Ушакова)

Песец, попавший в капкан (фото Г. А. Ушакова)

Не все, однако, птицы избирают себе местопребыванием низменные части острова. Огромное множество пернатых гнездится на птичьих базарах, т.-е. на расположенных вблизи от берегов высоких отвесных скалах. Птичьи базары являют нам чрезвычайно своеобразную картину арктической природы. Благодаря сравнительной безопасности, удобным гнездам и обильному запасу пищи, доставляемой морем, птицы здесь размножаются в неимоверном количестве. Уже издали, подъезжая к скале, замечаешь шумную жизнь пернатых. Шум, суматоха, мелькание в воздухе птиц разноцветных оперений и послужили поводом к характерному наименованию: птичий базар.
Наши знания о природе острова Врангеля и окружающего его водного района еще не полны. Со времени организации здесь постоянной станции научные наблюдения ведутся регулярно, и материала скопилось довольно много. Но материал этот нуждается еще в основательной обработке для подведения окончательных итогов, столь важных для дальнейшего освоения острова.
Особенно актуальными являются вопросы геологии. Чрезвычайно интересно выяснить, например, есть ли на острове полезные ископаемые — уголь, о котором сообщает д-р Арнгольд, посетивший остров во время плавания «Вайгача» в 1911 году. Присутствие здесь угля имело бы огромное значение не только для наших зимовщиков, но и для заходящих сюда пароходов со значительно израсходованным в борьбе с тяжелыми льдами запасом топлива. Необходимы детальные геологические исследования, чтобы окончательно выяснить наличие ископаемых природных богатств.
Не забудем также, что в деле освоения Великого северного морского пути, представляющего актуальнейшую и важнейшую проблему наших дней, остров Врангеля может сыграть весьма значительную роль. Остров Врангеля, кроме того, — важнейшая база для будущих трансполярных воздушных сообщений. Его географическое положение дает ему значительные преимущества в этом отношении. Ведь несомненно, что со временем, при осуществлении трансполярных полетов, даже самый ничтожный клочок земли, затерянный в далекой арктике, сможет сыграть колоссальную роль как база-станция для прокладывающего себе путь в определенном направлении дирижабля.
Из года в год со все бóльшим успехом завоевываем мы арктику — одно из весьма существенных звеньев в нашей великой социалистической стройке. «Не спортивная гонка, не империалистические авантюры, а глубокое изучение и всестороннее освоение северных земель — вот наша цель». Яркой иллюстрацией к этим словам выдающегося знатока арктики академика О. Ю. Шмидта является и остров Врангеля, которому придется сыграть немаловажную роль в деле социалистического освоения и использования природных богатств наших северных окраин.