7 років тому
Немає коментарів

Sorry, this entry is only available in
Російська
На жаль, цей запис доступний тільки на
Російська.
К сожалению, эта запись доступна только на
Російська.

Мы ознакомились вкратце с главнейшими почвами нашей страны. Но не нужно думать, что почвенный покров СССР, как и всего земного шара, остается неизменным. Выше мы указывали, что свойства почвы зависят от климата, расти­тельности и других причин. Но ведь и сами эти причины не остаются постоянными на Земле. Так, в главе о ледни­ковых отложениях мы указывали, что климат на Земле менялся много раз, изменялись рельеф, растительность, животные и те породы, из которых образуются почвы. Растительность и климат меняются и по мере развития самих почв.

На Арктическом Севере СССР, где сейчас нет лесов и где развиваются лишь мхи, скудные травы и полукустарники, мы находим в земле залежи каменного угля, образовавше­гося из пышной лесной растительности. В Сибири неодно­кратно обнаруживали под снегом и льдом трупы мамон­тов. Эти, как и некоторые другие, признаки показывают, что в нашей Арктике многие тысячи лет назад был другой, более теплый климат, другая, нежели сейчас, раститель­ность, другие животные. Затем здесь наступило похоло­дание. А в настоящее время ученые отмечают новое посте­пенное потепление на Севере.

Итак, причины, от которых зависит образование почв, меняются, а значит, меняются и сами почвы.

Жизнь почвы в течение года. Как мы уже указывали в предыдущих главах, и при неизменном климате в почве идут непрерывные процессы, приводящие к изменению ее, а вместе с тем и к изменению растительности и климата. Чтобы пояснить, как это происходит, опишем жизнь почвы в течение года, взяв для примера хотя бы дерново-подзо­листую подзону.

Случалось ли вам в начале или середине марта бывать в лесу или в поле под Москвой, в областях Смоленской. Костромской, Калининской, Ивановской, Ярославской, Горьковской? В это время еще много снега, но в полдень уже по-весеннему начинает пригревать солнце. Присядьте на опушке леса или у оврага, занесенного снегом, по­наблюдайте природу. Снег подтаивает с поверхности, про­питывается водой, уплотняется, садится. В тихий день можно слышать его шелест. Черпните рукой горсть снега и всмотритесь в него; вы заметите бегающих мелких чер­ных букашек. Это скорпионные мухи — предвестники близкой весны. На поверхности снега уже жизнь, а почва под ним еще скована мерзлым слоем, и все живое в ней по-зимнему спит.

В лесу, особенно в лиственном, снега за зиму накопи­лось больше, да и лег он на лесную подстилку из травы и листьев. Под таким покровом почва теплее и потому промерзает меньше, чем в поле, а иногда и совсем не про­мерзает. Поэтому жизнь в лесной почве не прекращается и зимой: снимите в холод с такой почвы снег и листья, и вы увидите дождевых червей, извивающихся на морозе.

В описываемую пору колхозник торопится по санному пути закончить вывозку в поля навоза, компоста, извести, золы и прочих удобрений, причем, опасаясь потери пита­тельных веществ, складывает навоз в крупные кучи, а ми­неральные удобрения защищает перекрытиями от размыва и промыва водой.

Идут дни. Чернеет дорога, и через неделю-две на косо­горах и возвышенностях появятся первые проталины — излюбленные места чудесного глашатая весны жаворонка.

Уж прилетели грачи — полезные для земледельца птицы. Оставшийся снег теперь потемнел, намок, уплот­нился, приник к земле. По низинам стоит вода. Прыгает трясогузка, которая, как говорят, «хвостом лед ломит». На ручьях и речках лед посерел, вздулся; местами на раз­водьях играет желтыми и лиловыми тонами. Скоро вскроет, взбугрит и понесет его талая вода.

По ночам еще бывают заморозки, но солнце осиливает их с каждым днем. Проталины растут, шумят потоки, от­таивает с поверхности почва. В ней пробуждается жизнь. Почва пахнет теперь особенно, по-весеннему. Этот запах зависит от выделений особых лучистых грибков, живущих в почве и называемых актиномицетами.

Талая вода промывает почву, растворяет различные питательные вещества, перегной и соли, о которых мы го­ворили ранее. Часть воды сбегает в низины, смачивает остатки снега и, замерзая здесь по ночам, может образо­вать вредоносную ледяную корку. Колхозники обходят поля, спускают с низин избыточную воду, направляя ее в канавы, чтобы защитить драгоценный пахотный слой от смыва и размыва.

На межниках, на опушке леса, вдоль канав покраснели стволы вербы, она распушает свои головки. Чаща лесных стволов, особенно осинник и березник, также расцвети­лась зеленовато-лиловыми тонами. В лесу тает снег, но водных потоков здесь меньше, чем в полях: снег в лесу сходит медленнее. Его защищают от солнца деревья. Да и почва здесь талая. Она хорошо принимает воду и промы­вается ею.

В середине апреля, а бывает и раньше, мы прощаемся со снегом. Он цепляется за овраги и северные склоны. Ему приходит на помощь молодой весенний снег, несомый апрельскими севёрками, но все равно дни снега сочтены. Первые яркие, горячие лучи солнца погубят его. Он про­лежит еще несколько дней в глубоких логовинах или под крутым северным навесом, закрытым старой, замшелой елью, и все-таки растает (рис. 104).

104

В глубине полевой почвы еще неделю-полторы может сохраниться мерзлая прослойка, а на поверхности ее уже властно проявляется жизнь. Почва слегка подсыхает. Пробуждаются озими. Теперь цветет и волнующе пахнет верба. По крутосклонам золотится мать-мачеха, выре­заются клевер и манжетка, а к концу месяца лиловеют медуница и хохлатка. Изредка в воздухе мелькают пест­рая крапивница и желтая лимонница. Появляется первая пчелка, а за ней и шмель.

В лесу — птичий гомон. В конце апреля—начале мая впервые крикнула кукушка. Там уже тронулись в рост и подснежник, и душистая фиалка (на вырубках и в редко­лесье), и волчье лыко, и ветряница, и первые листы сныти, копытня, майника, и мох, и вейник, и десятки других ра­стений, которые в мае разовьются и заблагоухают под по­логом леса и на лугах. Зашевелились муравьи в своих кучах. Проснулся еж и тащит на иглах прошлогодние листья. Токуют рябчик, бекас, глухарь и тетерев. Хлопочут у своих гнезд грачи. На зорях слышатся трели малиновки, зяб­лика, дрозда, перепела.

Спешно идет бороньба озимей. По утрам (по морозцу) к ним подсеваются тимофеевка и клевер. Начинается вы­борочная пахота: перепашка зяби, где почва заплыла и уплотнилась; подъем под яровые полей, не вспаханных с осени; внесение навоза, компоста, золы и прочих удобре­ний перед посевом; известкование полей там, где оно на­мечено. И чем лучше подготовился колхозник зимой, чем налаженнее у него инвентарь, чем больше у него удобре­ний, тем смелее забирает он глубину на подзолистой почве, чтобы быстрее окультурить ее, чтобы скорее побороть при­родное малоплодородие подзолистого горизонта и создать на его месте глубокий, структурный, плодородный па­хотный слой.

Почва еще холодна. Обитатели ее, в том числе бактерии, усваивающие азот из воздуха и образующие аммиак и се­литру, только пробуждаются. А сорняки уже не дремлют и стремятся захватить лучшие земли, отнять их у культур­ного растения. Появляются пырей, мокрица, сурепка («желтая опасность») и прочие сорняки, иссушающие почву и отнимающие питательные вещества у культурных растений. Пока они не набрали силу, колхозники уничто­жают их всеми средствами: где своевременной и куль­турной пахотой, где лущением, где прополкой вручную.

Теперь, как говорят, «день год кормит». В конце апре­ля — начале мая — подкормка озимых, сев ранних яровых: овса, моркови, свеклы, гороха и других, а вслед за ними пшеницы, потом картофеля и прочих культур наших полей.

Уже отгремели первые майские грозы. Почва омылась весенним дождем, отогрелась и несколько подсохла. Она «дышит» теплым весенним воздухом. Все обитатели ее набирают силу и торопятся жить. Растения расчленяют почву своими корнями и захватывают все большую ее толщу, стремясь получить необходимые для себя воду, воздух, питательные вещества. Корни выделяют различные кислые продукты, растворяют минеральную часть почвы. Живут, размножаются бактерии, разлагают части ранее отмерших растений и животных, превращают их в пере­гной, сами умирают, истлевают. Одни из них обогащают почву азотом, другие, если почва плохо обработана, сыра и холодна, отнимают у растений селитру, разлагают ее; при этом освобождающийся азот снова улетает в воздух и, таким образом, теряется для растений. На почву выпа­дают дожди, омывают почвенные частички, образуют поч­венный раствор, который частью питает растения, частью уходит за пределы корнеобитаемой толщи.

День за днем в почву отправляются теплые волны, при­ходящие на землю с солнечными лучами. Смена температур, как и влажности, ускоряет выветривание минеральных ча­стиц почвы и образование перегноя. Почва живет полной жизнью, а с ней вместе и растения. В лесах отцветает ду­шистая черемуха и говорит о конце весны.

Уже в мае подняты пары, закончен посев гречи, посев и посадка овощей. В июне все поля, кроме паровых, зе­ленеют, а выше всех стоят зеленой стеной, выходят в трубку и зацветают озимые — пшеница, рожь.

В пестрый наряд изукрасились луга. Здесь и белоус, и душистый колосок, и полевица, щучка, тимофеевка и лисохвост, костер, ежа сборная, клевер, белые ромашки, лиловые колокольцы, красные смолевка и гвоздика и много других цветов, делающих наши северные неувядаемые луга столь прекрасными.

Теперь «заря с зарей сходится»; неумолчно поет жаворонок; по ночам кричат дергач и перепел; допевает свою песню соловей. Последние дни в лесу стонет кукушка. А человеку в труде раздолье, ибо долог день. Идет про­полка, подкормка, а временами и полив различных куль­тур; ведется настойчивая культивация паровых полей, чтобы освободить землю от сорняков, оструктурить ее, накопить побольше пищи для озимых культур, сохранить для них влагу. Идет подготовка к косовице и жнитву. Пахнет цветущей липой.

Июль — наибольший расцвет жизни почвы, начало уборки урожая. В воздухе стоит аромат спелой ржи, ско­шенной травы. Почва тепла, как никогда в году. Участив­шиеся дожди пополняют в ней запас влаги. Пышно разви­лись бактерии, почвенные грибки, дождевые черви, мно­жество всевозможных насекомых и их личинок, землерои (мыши, кроты и пр.). Все это движется, ест, дышит, раз­множается, умирает, разлагает одни органические остатки и создает другие. Наивысшего развития достигли и корни почти всех растений. В подзолистой почве из-за слабого плодородия белесого горизонта главная масса их собрана в пахотном слое. Но отдельные корни по червоточинам и трещинам уходят в почву на глубину 50, 100, 200 см и более.

Под влиянием всего живого при смене температур и влажности, под влиянием деятельности человека почва тоже каждодневно меняется. Не успевают образоваться в ней питательные вещества, как их потребляют растения и невидимые обитатели почвы. Но и растения, и бакте­рии, и грибки в свою очередь, как мы описывали выше, способствуют обогащению почвы перегноем и различными питательными веществами.

Особенно много их накапливается на паровых полях, где нет потребителей пищи — растений. Например, селитры в пару в июле в десятки и сотни раз больше, чем ее было в почве в апреле. Много на паровых участках и влаги. Все это сберегается для озимых культур, посев которых после двойки пара и предпосевной обработки будет произ­веден в первой половине августа.

В августе заметно короче становятся дни и прохладнее зори. Смолк наиболее упорный певец полей — жаворонок, а в лесу птичий гомон прекратился еще раньше. Пернатые-гости вывели птенцов и теперь выкармливают их, гуртуются и постепенно готовятся к отлету.

От зари до зари идут полевые работы: уборка колосо­вых, овса, гречи, ранних огородных культур. Уже отцвел картофель, уж налились мясистые корни свеклы и брюквы, завилась в кочны капуста.

Во второй половине августа впервые иногда посещают почву легкие морозцы-утренники и как бы подгоняют хо­зяина торопиться с полевыми работами. Постепенно стынет и почва, и напряжение жизни в ней ослабевает. Истле­вают корни убранных растений. Глубже забираются в почву дождевые черви и насекомые, реже появляясь на поверхности; менее подвижными и жизнедеятельными становятся почвенные грибки и бактерии. И хотя впе­реди еще теплые дни и «бабье лето» с паутинкой, все жи­вое в почве постепенно готовится к зиме.

Чаще стали заморозки в сентябре. Почернели верхушки ботвы картофеля. Нередко по утрам морозным инеем сере­брится капуста, непрерывно идут полевые работы. Ловит колхозник ясные дни, чтобы посуху убрать картофель, брюкву, репу, свеклу, чтобы закончить вторую за лето косовицу клевера.

Наступило время, о котором Пушкин сказал:

Унылая пора, очей очарованье.

Приятна мне твоя прощальная краса.

Люблю я пышное природы увяданье,

В багрец и золото одетые леса.

И когда опустеют убранные поля, когда срежут наи­более выносливую к заморозкам культуру — капусту, когда свежим изумрудом разовьются озими, когда темными квад­ратами ляжет зяблевая пахота, а у дворов и в лесу поник­нет красными кистями тронутая морозцем рябина, посте­пенно замрет в октябре и жизнь почвы.

Под пологом леса, под теплой подстилкой из листьев, хвои, мха и трав она продлится несколько дольше, но и сюда неотвратимо врывается дыхание осени.

Давно умолкли и улетели пернатые гости. Загорелись «костры» осин, березы, клена и лип. Сухой лист валится на землю. Теряет свою былую красу лес.

В ноябре почва покроется мерзлой коркой и до весны уснет под снегом. В ней будет лишь передвигаться вода в парообразной и капиллярной форме из более теплых ниж­них слоев вверх да накапливаться лед в поверхностных горизонтах.

Так день за днем, месяц за месяцем годами живет почва, непрерывно меняя свои свойства, переходя из одной ста­дии развития в другую. В этой главе мы описали жизнь подзолистой почвы в течение года. Но если проследить ее не год, а много лет, особенно там, где человек меньше тро­гает почву, как, например, в лесу, то можно отметить, что почва, изменяя свои свойства во времени, становится дру­гой. Например, под хвойным лесом без травяного покрова, на ледниковых отложениях, лишенных карбонатов, сред­неподзолистая почва, подвергаясь каждодневному воз­действию растений, животных и микроорганизмов, вымы­ванию, выщелачиванию, с годами переходит в сильнопод­золистую и подзол — самую малоплодородную, самую вымытую в верхних горизонтах почву. А подзол (он обычно залегает в равнинных бессточных местах) постепенно за­болачивается. Корни растений на такой почве не идут в глубь подзолистого, малоплодородного слоя. Они сте­лются близ поверхности почвы, образуя плотную дернину. Вода через уплотненную дернину с трудом проникает вниз. Она скапливается на поверхности и препятствует проник­новению в почву воздуха. Почва живет ненормальной жизнью, она задыхается, заболачивается. На ней посте­пенно исчезает лес, появляются ситники, осоки, тростник, камыш, потом мох. Вместо леса, луга образуется болото. Создается новый, более сырой климат.

На этом естественное развитие почвы не заканчива­ется. По учению В. Р. Вильямса, болотные почвы при по­теплении климата и при условии естественного дрениро­вания болот разовьются впоследствии в черноземы, а чер­ноземы — в ряд других почв.

В жизнь почвы разумно и властно вмешивается че­ловек. Обрабатывая и удобряя почву, осушая болота, орошая пустыни и т. д., человек в несколько лет, на наших глазах переделывает почву, приспосабливает ее для своих нужд. В СССР, как мы уже отмечали, переделка почвы должна идти лишь в одном направлении — непрерывного повышения плодородия полей.