2 роки тому
Немає коментарів

Sorry, this entry is only available in
Російська
На жаль, цей запис доступний тільки на
Російська.
К сожалению, эта запись доступна только на
Російська.

For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

В предыдущих разделах в меру необходимости приходи­лось упоминать некоторые горные породы, участвующие в строении хребта Черского. Здесь же попытаемся дать о них более полные сведения.

Горных пород в природе очень много, и об этом зна­ли еще в древние времена. Из горных пород (или камня) делали много всяких орудий производства. Трудно найти такой период в жизни людей, когда бы они обходились без камня. Обойтись же без него теперь совсем невоз­можно. Широкое применение горных пород требует и большого их разнообразия. Отсюда возникает необходи­мость научного подхода к выбору горных пород для определенных целей.

По происхождению (или генезису) горные породы разделяются на группы, что значительно облегчает их изучение. Оно начинается еще в экспедициях при отборе проб. Но в полевых условиях о них могут сложиться самые общие представления. Более детальные исследо­вания горных пород ведутся после возвращения с поле­вых работ, когда производится камеральная обработка собранного материала.

При помощи микроскопа определяется кристаллич­ность пород, минеральный состав их, свойства отдельных минералов и некоторые другие качества. Если необходи­мо более полное изучение, тогда прибегают к помощи электронного микроскопа, который увеличивает исследу­емые частицы горных пород в десятки тысяч раз.

Почти всегда делается химический анализ пород, главным образом на основные породообразующие ком­поненты. По химическому анализу можно хорошо вести сопоставление горных пород.

Нередко нужно определить абсолютный возраст гор­ных пород. Метод определения основан на распаде ра­диоактивных элементов. В изученном нами районе воз­раст гранитов и соответствующих им неглубоко залега­ющих пород колеблется от 70 до 137 млн. лет.

Имеются и другие методы изучения горных пород. Все зависит от того, для какой цели и с какой деталь­ностью ведутся исследовательские работы.

В природе существуют три большие группы горных пород: образовавшиеся путем осаждения в водных бассейнах либо выпадения из растворов; возникшие из остывших огненно-жидких расплавов (магм); преобра­зованные (или метаморфизованные) из других пород. Итак, осадочные, магматические и метаморфические горные породы.

Необычайно обширна группа осадочных пород, среди которых, в свою очередь, выделяются такие подгруппы: механические осадки, химические, органогенные. Начнем с первой из них. Механические осадки столь распространены в природе, что едва ли найдется чело­век, который в той или иной степени не соприкасался бы с ними. В самом деле — глины, лёсс, песок, гравий — кто об этом не знает? Перед нами мощная гряда, сло­женная глинистыми сланцами и песчаниками. Когда-то, очень давно, в морях и океанах из разного по крупности материала накопились рыхлые осадки в многокиломет­ровые слоистые толщи. Но за миллионы лет они слежа­лись, уплотнились и отвердели. Потом, как уже говори­лось, местность начала подниматься, море ушло, и вся эта толща стала сушей. Впоследствии отвердевшие пла­сты были смяты и получились складчатые горы. Так образуются горные породы путем механического осаж­дения.

К этой же группе пород относятся и химические осадки, выпадающие из водных растворов путем кри­сталлизации солей и других соединений. Простейший пример в этом отношении — выпадение поваренной и некоторых других солей из воды в озерах и морских заливах. Когда воды испарится много, раствор оказыва­ется пересыщенным солями и они выпадают, осаждаются из нее. Таким же путем образуется и некоторые другие осадки, например гипс или бокситы (важное сырье для алюминия), а также известняки и т. д.

Необычайно важны для жизни людей органоген­ные осадки. Они образуются главным образом вследствие накопления органических остатков. К ним относится всем известная нефть. Не исключено ее нали­чие и в бассейне Индигирки, особенно в нижнем течении реки, где структуры земной коры в какой-то мере схожи со структурами других нефтеносных районов. К этой же группе относятся все разновидности каменного угля, доломиты, мел, а также известняки (они образуются от­части и как химические осадки). Значение перечислен­ных образований во всех областях народного хозяйства общеизвестно.

Интересен классический органогенный продукт — янтарь. Из него делают разные украшения, поэтому его многие знают. Как известно, в нашей стране янтарь распространен в Прибалтике. В арктических областях он не был известен, и только недавно выявлен в низовь­ях Индигирки (в районе озера Вестях), а еще ранее — на Югорском полуострове, притом на небольшой глубине.

Далее следует весьма обширная группа магматиче­ских горных пород. Она по своему значению занимает главенствующее положение. Магматическими породами сложены самые высокие горные хребты. С ними связано множество месторождений ценных металлов, и важней­ший из них — золото. Из огненно-жидкого, или магма­тического, расплава получаются разные по составу и кристалличности породы. Все зависит от того, каков со­став самого расплава и где он остывает — на большой или умеренной глубине, вблизи поверхности или же из­ливается на поверхность.

Приведем сведения о магматических породах, харак­терных для хребта Черского в пределах бассейна Инди­гирки. Прежде всего это касается гранитов. Магматиче­ский расплав, из которого образовались массивы грани­тов, застыл на значительной глубине, почему такие породы и называются глубинными. В них много кремнезема (65—75%), поэтому они относятся к кислому ряду. Этим они отличаются от средних, например диоритов, или основных, например габбро (кремнезема содержит­ся соответственно 55—65 и 45—55%). Есть и другие магматические породы, о них будет сказано ниже.

А теперь из глубокого ущелья Индигирки, где нахо­дится наша стоянка, поднимемся на высокие горные вершины и крутые склоны прорезающих их речек и проследим залегание гранитов непосредственно в мас­сивах. Подъемы и спуски будут, разумеется, очень труд­ными, но и столь же интересными.

Подойдем к гранитному массиву, названному Порож­ноцепинским, или Порожным, на долю которого выпала трудная миссия — вести наиболее жесткую борьбу с настойчивой, находчивой и неутомимой Индигиркой. Это большой массив, протянувшийся в широтном направле­нии почти на 85 км. Чтобы добраться до одной из его вершин, необходимо было вначале пройти по неустойчи­вым кочкам вечномерзлой почвы, по ее болотистым под­таявшим впадинам, затем преодолеть не очень удобный перевал и спуститься в намеченный ручей, а уж потом по нему подняться на гребень самого массива. Все шло относительно сносно до спуска в ручей, получивший название Фея. Крутой склон его покрыт крупноглыбовой осыпью. Она очень неустойчива, и достаточно стать на какую-либо глыбу, как она тут же начинает шататься, а то и сползать вниз. Но другого выхода не было, и при­шлось долго и со всеми предосторожностями спускаться по этому склону. Через несколько часов спуск благопо­лучно был преодолен.

Наконец и то место, к которому мы стремились,— верховье ручья Фея. Здесь, посередине гранитного мас­сива, выступает узкий гребень, местами он изломан, разбит множеством трещин. Высота обрывистых скал 100—200 м, протяженность их около 500 м. Вокруг циркообразного углубления взвились вверх гигантские ска­лы. Они обособлены в блоки и в верхней части наклоне­ны в одну и ту же сторону. Видимо, это произошло от большой нагрузки, когда массив находился еще в не со­всем остывшем состоянии (фото 24).

Рядом с этими скалами столь же впечатляющие обрывы, сложенные плитчатой отдельностью. Размеры плит — сотни квадратных метров. Со временем скала разрушается, плиты откалываются от нее и перемеща­ются вниз. Отполированные водой и пылью, плиты вы­глядят так, будто покрыты лаком. Невдалеке по обры­вистому и очень красивому склону — подобие необычной лестницы — ниспадает кристально чистый ручей, образуя местами водопады. В других частях массива гранитные скалы разбиты на отдельные блоки, площадь каждого из них равна 300—400 кв. м. А дальше видны скалы самых причудливых очертаний, иногда похожие на обе­лиски и изваяния. Очень красив трехсотметровый обрыв, изборожденный ровными линиями и трещинами по вер­тикали (фото 25—29).

Пересекая вкрест простирания массив, можно хорошо проследить его состав. Он сложен средне- и крупнозернистыми гранитами. Позднее массив был разбит трещи­нами, разломами, часто на значительную глубину, По ним спустя некоторое время проник расплав, из которого образовались тоже граниты, но их немного, и они сло­жены более мелкими зернами породообразующих мине­ралов. Граниты хорошо выделяются в массиве своей светлой окраской.

Внизу врезается в массив извилистый ручей. Он находится в каменных тисках. В нем много пятен вечной зимы — наледей, встречающихся в ручье через каждые 500—800 м по течению.

Отсюда, преодолев небольшой перевал, мы спусти­лись к другой речке, секущей Порожноцепинский массив, но уже не поперек, а вдоль него. Врезы распадков этой речки очень глубокие, обнажающиеся склоны в ряде мест имеют 500-метровую высоту. Такого ранее мы еще не встречали. На самой вершине — ледниковый кар с маленьким ледничком. Как и в ручье Фея, здесь много­численны обрывы скал, показывающие «душу» массива на большую глубину. Позже побывали и в других, столь же привлекательных, местах этого массива (фото 30).

Гранит, которым сложено множество массивов, весь­ма распространенная и в то же время нужная порода, поэтому ею широко пользуются люди. Он очень твердый, имеет красивую и разнообразную окраску (серую, розо­вую, оранжевую, даже с голубоватым оттенком), хорошо выдерживает колебания температур большого диапазо­на и прочие климатические воздействия. Гранит начали применять еще в древние времена, за несколько тысяче­летий до нашей эры. Разумеется, сфера применения его была тогда не такой широкой, как в настоящее время. Во всех городах они идут на облицовку зданий (фунда­мента и пр.), набережных, для сооружения всевозмож­ных монументов и многого другого.

Расплавы, из которых образуются граниты, остывают на больших или умеренных глубинах. Процесс остыва­ния происходит медленно и длится миллионы лет. Рас­плав в таких условиях содержит в себе примеси газов, что способствует раскристаллизации его, в результате порода становится полнокристаллической. Гранит и по­добные ему породы состоят из сростков кристаллов, или, как еще говорят, породообразующих минералов. Такой внешний облик породы является признаком того, что она образовалась на значительной глубине, в условиях за­крытых камер, исключающих сообщение расплава с днев­ной поверхностью.

Все это относится к глубинным породам. Но ущелье врезается и в другие магматические породы, застывшие вблизи поверхности. Один из таких массивов, располо­женный главным образом в речке Сары-Кыллах, рассе­кается руслом Индигирки вблизи впадения в нее реки Чибагалах (фото 31). Об этом коротко и расскажем.

Состав пород массива липаритовый и дацитовый, т.е. он близок к граниту. Если сделать химические анализы, то липарит и гранит будут иметь почти один и тот же состав. Состав один, а облик пород разный. В чем же тут дело? Оказывается, в глубине остывания. Граниты остывали на большой глубине, не успев растерять содер­жащиеся в расплаве газы, способствующие кристалли­зации пород. Липариты и дациты последовали выше, ближе к поверхности, где земная кора более ослаблена, в ней больше трещин и других нарушений. Поэтому поднимающийся расплав терял газы все больше и боль­ше и вблизи поверхности стал быстро остывать. Получи­лись породы едва-едва раскристаллизованные, а места­ми даже стекловатые.

Как видим, от того, на какой глубине остывает такой расплав (или магма), зависит многое. Кроме внешнего вида породы неодинаковых глубин имеют и разные свойства. Это же относится к липаритам и дацитам Сары-Кыллахского массива.

Липариты и дациты, которые встречаются в Большом Ущелье, застыли очень близко от поверхности, а по не­которым трещинам даже проникли на поверхность Зем­ли. Русловые потоки речек, глубоко проникнув в массив (до 1 км), показывают нам его строение. Построим горные породы, которые вскрыты этими водотоками.

Глубокое ущелье ручья Холмистого (левый приток речки Сары-Кыллах). Крутые обрывистые скалы. Они сложены столбчатой отдельностью, напоминающей собою плотно прислоненные друг к другу огромные поленья. Столбчатая отдельность характерна и для дацитов, и для липаритов. В других местах хорошо обособлена тонкополосчатая отдельность. А глубже исчезает и то и другое, в таких местах, появляется уже глыбовая отдельность.

Верховье речки Сары-Кыллах. В правом борту, ввысь на сотни метров, оголены дациты. Хорошо видны детали строения этой гряды. Оно во многом подобно предыду­щему. На крутом склоне часто выступают обособившие­ся пирамиды, обрывистые стенки (фото 32).

Вдали хорошо вырисовываются два куполовидных выступа, немного обособленных друг от друга. Они сло­жены все теми же «столбами», уже не устоявшими перед временем — разбиты многими трещинами. Столбы ме­стами немного изогнуты, что, видимо, произошло еще при их образовании. На вершинах таких куполов сирот­ливо произрастают единичные карликовые лиственницы (фото 33).

В других местах поднялись, словно стражи, островер­хие скалы, видимые издалека, и пройти мимо них невозможно. Перед нами один из «гребешков» водораз­дела. Трудно ему приходится, не всегда можно противо­стоять разрушающим силам. И на гребне появляются отдельные, уже обточенные, зубья, судьба которых предрешена — пройдет еще какое-то время, и они пре­вратятся в щебенку. Если подняться на какой-либо куполовидный выступ, то с его вершины хорошо и дале­ко видна окружающая местность. Со скалистых обрывов дацитов ниспадают водопады. Они не столь велики, и их водяную струю, кажется, можно уместить в ладони (фото 34—36).

Во многих обнажениях великолепно просматривают­ся детали их строения. В обрывистом берегу речки видны большие глыбы и обособленные блоки, уже смещен­ные по отношению друг к другу и готовые вот-вот рухнуть. Другие столбы, диаметром 2,5—2 м, пронизаны в разных направлениях глубокими трещинами; к этим трещинам приспосабливается всякая растительность, спеша воспользоваться дробленым, местами превращен­ным в глину материалом. Во многих местах видна кор­невая система лиственниц. Они прочно закрепляются на скалах, охватывают своими корнями, как щупальца­ми, отдельные каменистые выступы, проникая вглубь, и так держатся на них многие сотни лет.

Нельзя пройти мимо стен липаритов с причудливыми узорами, хорошо видными на поверхности излома. Если такие липариты отполировать, в них необыкновенно ярко проявляется красота рисунка. На поверхности не­которых скал хорошо вырисовывается концентрическая зональность с отчетливыми границами между отдельны­ми зонами, что подчеркивается и цветовыми их оттенка­ми (фото 37).

При внедрении в осадочную толщу липариты плот­но прилегают к ней, или, как говорят, контактируют. Вследствие того, что осадочная толща находится в твер­дом состоянии и имеет относительно низкую температу­ру, липаритовый расплав на контакте с ней быстро остывает, превращаясь в стекловатую породу. Стеклова­тыми липаритами захвачено много обособившихся обломков вмещающих пород (фото 38). В таких местах липариты не представляют собой монолитные породы, что можно заметить по расплывчатым пятнам.

Любопытно следующее обнажение. В обрывистом берегу Индигирки хорошо видны детали строения масси­ва. Эта скала может рассказать и о рождении самого массива. Вначале был внедрен большой объем расплава. Но не успел он остыть, как поступила следующая пор­ция, образовавшая внутри первого подобие купола, с кра­сивой веерообразной столбчатостью (фото 39). Обособ­ление таких столбов происходит в процессе остывания самого расплава.

Взбираемся по крутому склону на самое высокое ме­сто массива. Вдали, уже на другой стороне Индигирки, хорошо вырисовываются высокие купола, сложенные этими же породами (фото 40).

Нам пришлось уделить значительное внимание липа­ритам и дацитам по той причине, что они широко рас­пространены и типичны для бассейна Индигирки, в том числе и для самого ущелья. Породы этого состава бла­годаря наличию в них всевозможных узоров и цветовых оттенков широко применяются в строительстве (обли­цовка зданий, настил полов, лестничных проемов), для изготовления кислотоупорных изделий, электроизолято­ров, посуды и т. д. Как видим, сфера применения их довольно большая.

В пределах этого же ущелья встречаются и другие породы, по содержанию в них кремнезема относящиеся уже к среднему ряду. Среди них можно назвать андези­ты, внешний облик которых близок липаритам и дацитам. Андезитами тоже слагаются отдельные купола, а в некоторых местах и покровы (эффузивы). Они, подобно дацитам и липаритам, нашли широкое применение в различных отраслях хозяйства.

В бассейне Индигирки, правда не в самом ущелье, имеется еще одна очень интересная разновидность пород, относящихся уже к основному ряду, т. е. в них мало кремнезема. Это базальты. Ими сложен молодой вулкан Балаган-Тас, единственный на всем огромном простран­стве Индигирки. И базальты здесь особенные, отличаю­щиеся как от древних, так и от современных базальтов, которыми во многих местах Камчатки и Курильских островов сложены вулканические постройки. Главная же отличительная особенность их заключается в том, что в них найдены олово и титан.

Но не только здесь встречаются базальты. Ниже поселка Ойотунга, в нижнем своем течении, Индигирка врезается в относительно молодые (палеогеновые) ба­зальты, развитые на большой площади.

Базальт — важная и очень нужная горная порода. Наверное, это одна из тех пород, которую широко ис­пользуют люди начиная с очень древнего времени. Ба­зальт обладает многими ценными качествами: высокой прочностью, химической стойкостью, устойчивостью к колебаниям температуры, легко поддается обработке. Вероятно, по этой причине он в большом количестве применяется в строительстве, камнелитейной промыш­ленности (плавится при температуре 1200°С), также при изготовлении изоляторов, кислотоустойчивых изделий (труб, желобов и т. д.). Уже освоен выпуск искусствен­ного волокна и базальта (в том числе в Армении и на Украине). Из такого волокна можно делать жаростойкие костюмы. Из них изготовляют базальт-пластик, не усту­пающий по прочности стали. Волокна из базальта очень легкие и выдерживают температуру от —260 до +900°С. Из базальта делают даже бумагу для технических целей. Короче говоря, за базальтом большое будущее. Впрочем, за другими горными породами тоже.

Третья большая группа пород состоит из преобразо­ванных, или метаморфических, горных пород. Они возни­кают из только что упоминавшихся осадочных и магма­тических пород. Процесс изменения бывает иногда длительным. На изменение пород влияет многое и преж­де всего температура и давление. Горные породы, попа­дая в определенные глубины, в первую очередь испыты­вают на себе эти факторы. Бывает и по-другому — из глубин Земли просачиваются к поверхности горячие растворы. Пронизывая на своем пути горные породы, они изменяют их до неузнаваемости. Случается, что в осадочную толщу внедряется магматический расплав. На границе их соприкосновения (контакта) осадочная толща изменяется, преобразуется, получается полоса метаморфических пород (роговиков) Завершают всяче­ское преобразование уже внешние факторы — атмосфер­ные осадки, колебания температуры и т. д.

Значение метаморфических горных пород также вели­ко. Можно указать лишь на некоторые из них. Многим известен корунд: он образован путем превращения гли­ноземистой породы или бокситов. Каменный уголь пре­вращается в графит. Преобразуются и граниты, из которых получаются гнейсы.

Следует обратить внимание и еще на одну разновид­ность горных пород, которая значительно распространена в бассейне Индигирки, в том числе и в ее ущелье,— известняки. Они прослеживаются протяженной полосой вдоль северной границы центральной или главной оси хребта Черского. Это великолепный строительный мате­риал. Другое необычайно ценное свойство известняков — в процессе преобразования они превращаются в мрамо­ры. Вот конкретный пример. В бассейне речки Тирехтях (левый приток Момы) вдоль ее бокового притока Илинь-Тас расположена протяженная полоса мраморов и мраморизованных известняков. Размеры этой полосы таковы: длина около 10—12 км, ширина 1,5—2 км, видимая мощность достигает нескольких сот метров, а отдельные вершины — 500—600 м. Отсюда видно, что запасы сырья чрезвычайно велики. Разумеется, в свое время будет определено и качество этих пород, и их кондиционность.

Можно отметить, что мрамор используют люди с незапамятных времен. Благодаря красивым и разнооб­разным рисункам, большой прочности, что позволяет применять его в разных климатических поясах, и другим свойствам мрамор давно используется в строительном деле, для изготовления скульптур, памятников и для многого другого. Поэтому и индигирский мрамор заслу­живает самого пристального внимания.

Как можно убедиться, в бассейне Индигирки даже в пределах такого небольшого участка, каким являет­ся Большое Ущелье, встречены горные породы всех трех групп.

Наблюдения и наши, и других исследователей пока­зывают, что в бассейне Индигирки наиболее широко распространены магматические горные породы. Нам представилась возможность убедиться, что горные породы сами по себе представляют значительную цен­ность. Используются они и в районе Индигирки (глав­ным образом в строительстве), пока в небольших мас­штабах, но применение их в дальнейшем, несомненно, возрастает.

Однако наибольшая ценность пород индигирского района, особенно магматических, состоит в том, что с ними связано рождение золота, серебра, олова, вольфра­ма, цинка, свинца и других металлов. Но не надо счи­тать, что магматические горные породы, содержащие металлы, сами по себе ничего не стоят. Они использу­ются в народном хозяйстве, и сфера их применения, безусловно, будет все увеличиваться.

Здесь перечислены далеко не все горные породы и их производные, встречающиеся на нашей планете. Мы ограничились наиболее характерными для бассейна реки Индигирки. Но даже из приведенных кратких све­дений о горных породах можно убедиться в том, сколь велика их роль в жизни человека. Они служат ему и как разнообразное сырье, и как вмещающая среда различ­ных металлов.