4 роки тому
Немає коментарів

Sorry, this entry is only available in
Російська
На жаль, цей запис доступний тільки на
Російська.
К сожалению, эта запись доступна только на
Російська.

А теперь пройдемся по некоторым местам ущелья Инди­гирки. Индигирка своим глубоким врезом нередко от­крывает геологам дверь нараспашку, показывая тайны и сокровища хребта Черского.

Следуем по правому берегу Индигирки. Помимо крупных речек в ее русло впадает множество мелких, но капризных притоков, создающих помехи на нашем пу­ти. Приближаемся к устью реки Чибагалах — крупному левому притоку Индигирки. В этом месте левый обры­вистый берег Индигирки демонстрирует удивительное явление, которое мы называли индигирскими «кружева­ми». Они протянулись вдоль реки на многие сотни мет­ров. Это не что иное, как смятая в складки разнородная осадочная толща. Будь она однородной по составу, ни­какого особого эффекта не было бы. Здесь же десятки слоев, отличающихся один от другого составом (и, преж­де всего, крупностью слагающих эти слои частиц) и цве­товыми оттенками (фото 16).

Когда-то, в очень далекий период, который называет­ся юрским, на этом месте и вокруг него привольно плескались морские волны. С суши в море сносились и постепенно накапливались на его дне рыхлые частицы разрушенных горных пород. Но в разных местах моря отлагался неодинаковый по крупности материал. И тут, оказывается, существует такая закономерность — чем глубже море, тем более мелкие частицы оседают на его дно. По мере того как глубина моря уменьшается, мате­риал .в нем отлагается более крупный. По этому призна­ку геологи без особого труда узнают, глубокое было мо­ре на месте теперешних многокилометровых осадочных толщ или мелкое.

Бывает и так, что даже в одном и том же месте ме­няется глубина моря, оно то отступает, то наступает, свидетелем чего является та же разнородная осадочная толща.

О чем же повествуют так называемые индигирские «кружева»? Они рассказывают нам о том, что глубина моря была непостоянной, она то увеличивалась, то уменьшалась. Поэтому и крупность осадков была различ­ной: мелкие частицы отлагались в глубоком море, более крупные — в мелком. Так было не однажды, и в резуль­тате получилась разнородная и разноцветная осадочная толща. Она постепенно уплотнилась, стала твердой. Опускание местности сменилось подъемом ее, море уш­ло, и большие просторы превратились в сушу. А потом произошло смятие толщи, вследствие чего и образова­лись красивые и даже изящные складки.

Немного ниже по течению реки встречаем другое, не менее интересное, обнажение по ее левому борту. Здесь выстроились рядами островерхие пирамидальные обе­лиски многометровой высоты. Такое встретишь не часто даже на Индигирке. Это монолитная толща известняков, разбитая множеством продольных и поперечных трещин (фото 17). В дальнейшем вода со своими союзни­ками — холодом и теплом — привела эту толщу извест­няка в такое состояние, что скалистые обнажения ее выглядят, как сказочные изваяния. Разрушение скал ‘продолжается все время и не только Индигиркой. Актив­ные помощники ее — совсем невзрачные ручейки. Вода их, попадая в трещины и замерзая, разрушает скалы. Так продолжается многие века. Трещины становятся все шире и шире, появляются полости, и в конце концов начинают отваливаться глыбы и разного размера облом­ки породы. Скала не может противостоять натиску воды, холода и тепла и медленно, но неминуемо разру­шается. А пока что обнажения этих известковых скал — одно из наиболее колоритных украшений Индигирки.

Совсем рядом, немного в стороне от русла реки, еще одна скала, непохожая на предыдущие. Она рождена огнем, т. е. образована магматическим расплавом. По­роды, слагающие скалу,— типичные представители малоглубинных тел, к которым в ущелье Индигирки от­носятся липариты и дациты. В процессе остывания рас­плава (температура его около 1100°С) происходит обра­зование столбчатой отдельности (фото 18). Эти породы намного тверже осадочных, в которые когда-то внедри­лись, и значительно дольше противостоят воздействию внешних сил. Тем не менее время не щадит и их. Они разбиты множеством трещин и постепенно разрушаются, глыбы отваливаются от скал и падают в Индигирку. А лиственницам все нипочем — растут на приволье, да­же на столбчатых скалах.

Вблизи еще одно скалистое обнажение. Оно сложено такими же породами, как и предыдущее, но находится в иных условиях. Его непрестанно таранит, бурный по­ток, и обнажение сравнительно быстро разрушается — подмытый борт его обваливается внизу, а за ним неиз­бежно следует разрушение верхних частей. В этом об­рыве столбчатость несколько завуалирована обвалами самих столбов и мелкой осыпью. Стоит пройти совсем немного — и вновь отвесная стенка, сложенная такими же или близкими к ним породами. В отличие от только что описанной, в этой отдельность несколько иная — тонкоплитчатая. Такие плиты, плотно прижатые друг к другу, взмывают на десятки метров в высоту.

Очень эффектно в обрывах выглядят граниты. Высо­та таких обрывов бывает головокружительной — 100 — 150 м, а то и больше (фото 19). Скалы изборождены тонкими продольными швами — трещинами, разделяю­щими гигантских размеров гранитные плиты. Внизу бу­шуют буруны, видны водяные валы, протяженные пере­пады. Штормовые волны разгуливают по Индигирке, яростно ударяют в скалистые берега. А угрюмая отвес­ная скала настороженно и сосредоточенно хранит молча­ние. Лишь время от времени раздаются шорох сползаю­щих камней на поверхности скал да звонкий всплеск.

Чуть дальше виднеется красивая зубчатая гранит­ная скала. Верхняя часть ее похожа на гигантскую лест­ницу, образовавшуюся вследствие обвала огромных глыб, свалившихся в ненасытную Индигирку.

В других местах в таких же скалах видны глубокие щели, словно раны на теле. Изредка встречаются не­большие гроты в их стенках, где всегда глубокая тьма. Встречается и такое: зубчатый гребень одного из водо­разделов боковых притоков Индигирки, на котором с трудом может поместиться нога, настолько он узок, а в ту и другую сторону от него — бездна. На самой вер­шине — крутой ступенчатый выступ, напоминающий башню.

И еще одно обнажение, сложенное тоже гранитами. Очень крутой склон его весь усыпан глыбовой осыпью. Нам весьма памятен этот склон. В силу необходимости нам пришлось по нему спускаться. Вначале, хотя и с большим трудом, но все же передвигаться по нему было можно. Но дальше крутизна его стала заметно увеличи­ваться. Глыбы по склону очень неустойчивы, ускольза­ют из-под ног. Спускаться вниз трудно, по и возвращать­ся на водораздел не легче. Решили все же сползти вниз. Последние несколько десятков метров были настолько трудными, что мы потеряли надежду обрести твердую и безопасную опору под ногами. Но все же одолели эту зыбкую крутизну. А уже потом, немного отдышавшись, засняли склон в «точке приземления» (рис. 7).

Очень крутой склон левого борта ручья Фея

Очень крутой склон левого борта ручья Фея

Чуть дальше — вертикальная стена, сложенная гра­нитами, пожалуй, самая высокая из всех — около 250 м. В этом месте хорошо прослеживается граница, или кон­такт, гранита с осадочной толщей. Здесь можно видеть одно из редких явлений — ответвление (апофизу) от массива гранитов, притом самой причудливой формы. Когда происходило внедрение расплава (магмы), из которого и образовались граниты, то вмещающая оса­дочная толща была разбита трещинами в самых разных направлениях. По трещинам заползал жидкий магмати­ческий расплав, а потом, когда он остыл и оказался отпрепарированным, вскрытым, обнажились формы этих ответвлений — в виде коленчатого вала, клинка, вогну­той или выпуклой доски и т. д.

А вот обнажение, свидетельствующее о том, что здесь установилось между ним и рекой подобие временного «перемирия». Склон очень крутой, почти обрывистый, сильно расчленен по вертикали, в результате образовал­ся ряд параллельных скалистых гребешков (фото 20). Но в то же время на склоне есть растительность, неиз­менно присутствует красавица северных просторов — даурская лиственница, хотя и не в очень парадном виде. Индигирка ведет себя неспокойно и здесь, однако ее агрессивность сравнительно умеренная.

А дальше на многие километры еще и еще обрыви­стые скалы. Увидев великолепие берегов, легко забыва­ешь всякие невзгоды: такая красота способна покорить любого.