2 роки тому
Немає коментарів

Sorry, this entry is only available in
Російська
На жаль, цей запис доступний тільки на
Російська.
К сожалению, эта запись доступна только на
Російська.

For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

А теперь пройдемся по некоторым местам ущелья Инди­гирки. Индигирка своим глубоким врезом нередко от­крывает геологам дверь нараспашку, показывая тайны и сокровища хребта Черского.

Следуем по правому берегу Индигирки. Помимо крупных речек в ее русло впадает множество мелких, но капризных притоков, создающих помехи на нашем пу­ти. Приближаемся к устью реки Чибагалах — крупному левому притоку Индигирки. В этом месте левый обры­вистый берег Индигирки демонстрирует удивительное явление, которое мы называли индигирскими «кружева­ми». Они протянулись вдоль реки на многие сотни мет­ров. Это не что иное, как смятая в складки разнородная осадочная толща. Будь она однородной по составу, ни­какого особого эффекта не было бы. Здесь же десятки слоев, отличающихся один от другого составом (и, преж­де всего, крупностью слагающих эти слои частиц) и цве­товыми оттенками (фото 16).

Когда-то, в очень далекий период, который называет­ся юрским, на этом месте и вокруг него привольно плескались морские волны. С суши в море сносились и постепенно накапливались на его дне рыхлые частицы разрушенных горных пород. Но в разных местах моря отлагался неодинаковый по крупности материал. И тут, оказывается, существует такая закономерность — чем глубже море, тем более мелкие частицы оседают на его дно. По мере того как глубина моря уменьшается, мате­риал .в нем отлагается более крупный. По этому призна­ку геологи без особого труда узнают, глубокое было мо­ре на месте теперешних многокилометровых осадочных толщ или мелкое.

Бывает и так, что даже в одном и том же месте ме­няется глубина моря, оно то отступает, то наступает, свидетелем чего является та же разнородная осадочная толща.

О чем же повествуют так называемые индигирские «кружева»? Они рассказывают нам о том, что глубина моря была непостоянной, она то увеличивалась, то уменьшалась. Поэтому и крупность осадков была различ­ной: мелкие частицы отлагались в глубоком море, более крупные — в мелком. Так было не однажды, и в резуль­тате получилась разнородная и разноцветная осадочная толща. Она постепенно уплотнилась, стала твердой. Опускание местности сменилось подъемом ее, море уш­ло, и большие просторы превратились в сушу. А потом произошло смятие толщи, вследствие чего и образова­лись красивые и даже изящные складки.

Немного ниже по течению реки встречаем другое, не менее интересное, обнажение по ее левому борту. Здесь выстроились рядами островерхие пирамидальные обе­лиски многометровой высоты. Такое встретишь не часто даже на Индигирке. Это монолитная толща известняков, разбитая множеством продольных и поперечных трещин (фото 17). В дальнейшем вода со своими союзни­ками — холодом и теплом — привела эту толщу извест­няка в такое состояние, что скалистые обнажения ее выглядят, как сказочные изваяния. Разрушение скал ‘продолжается все время и не только Индигиркой. Актив­ные помощники ее — совсем невзрачные ручейки. Вода их, попадая в трещины и замерзая, разрушает скалы. Так продолжается многие века. Трещины становятся все шире и шире, появляются полости, и в конце концов начинают отваливаться глыбы и разного размера облом­ки породы. Скала не может противостоять натиску воды, холода и тепла и медленно, но неминуемо разру­шается. А пока что обнажения этих известковых скал — одно из наиболее колоритных украшений Индигирки.

Совсем рядом, немного в стороне от русла реки, еще одна скала, непохожая на предыдущие. Она рождена огнем, т. е. образована магматическим расплавом. По­роды, слагающие скалу,— типичные представители малоглубинных тел, к которым в ущелье Индигирки от­носятся липариты и дациты. В процессе остывания рас­плава (температура его около 1100°С) происходит обра­зование столбчатой отдельности (фото 18). Эти породы намного тверже осадочных, в которые когда-то внедри­лись, и значительно дольше противостоят воздействию внешних сил. Тем не менее время не щадит и их. Они разбиты множеством трещин и постепенно разрушаются, глыбы отваливаются от скал и падают в Индигирку. А лиственницам все нипочем — растут на приволье, да­же на столбчатых скалах.

Вблизи еще одно скалистое обнажение. Оно сложено такими же породами, как и предыдущее, но находится в иных условиях. Его непрестанно таранит, бурный по­ток, и обнажение сравнительно быстро разрушается — подмытый борт его обваливается внизу, а за ним неиз­бежно следует разрушение верхних частей. В этом об­рыве столбчатость несколько завуалирована обвалами самих столбов и мелкой осыпью. Стоит пройти совсем немного — и вновь отвесная стенка, сложенная такими же или близкими к ним породами. В отличие от только что описанной, в этой отдельность несколько иная — тонкоплитчатая. Такие плиты, плотно прижатые друг к другу, взмывают на десятки метров в высоту.

Очень эффектно в обрывах выглядят граниты. Высо­та таких обрывов бывает головокружительной — 100 — 150 м, а то и больше (фото 19). Скалы изборождены тонкими продольными швами — трещинами, разделяю­щими гигантских размеров гранитные плиты. Внизу бу­шуют буруны, видны водяные валы, протяженные пере­пады. Штормовые волны разгуливают по Индигирке, яростно ударяют в скалистые берега. А угрюмая отвес­ная скала настороженно и сосредоточенно хранит молча­ние. Лишь время от времени раздаются шорох сползаю­щих камней на поверхности скал да звонкий всплеск.

Чуть дальше виднеется красивая зубчатая гранит­ная скала. Верхняя часть ее похожа на гигантскую лест­ницу, образовавшуюся вследствие обвала огромных глыб, свалившихся в ненасытную Индигирку.

В других местах в таких же скалах видны глубокие щели, словно раны на теле. Изредка встречаются не­большие гроты в их стенках, где всегда глубокая тьма. Встречается и такое: зубчатый гребень одного из водо­разделов боковых притоков Индигирки, на котором с трудом может поместиться нога, настолько он узок, а в ту и другую сторону от него — бездна. На самой вер­шине — крутой ступенчатый выступ, напоминающий башню.

И еще одно обнажение, сложенное тоже гранитами. Очень крутой склон его весь усыпан глыбовой осыпью. Нам весьма памятен этот склон. В силу необходимости нам пришлось по нему спускаться. Вначале, хотя и с большим трудом, но все же передвигаться по нему было можно. Но дальше крутизна его стала заметно увеличи­ваться. Глыбы по склону очень неустойчивы, ускольза­ют из-под ног. Спускаться вниз трудно, по и возвращать­ся на водораздел не легче. Решили все же сползти вниз. Последние несколько десятков метров были настолько трудными, что мы потеряли надежду обрести твердую и безопасную опору под ногами. Но все же одолели эту зыбкую крутизну. А уже потом, немного отдышавшись, засняли склон в «точке приземления» (рис. 7).

Очень крутой склон левого борта ручья Фея

Очень крутой склон левого борта ручья Фея

Чуть дальше — вертикальная стена, сложенная гра­нитами, пожалуй, самая высокая из всех — около 250 м. В этом месте хорошо прослеживается граница, или кон­такт, гранита с осадочной толщей. Здесь можно видеть одно из редких явлений — ответвление (апофизу) от массива гранитов, притом самой причудливой формы. Когда происходило внедрение расплава (магмы), из которого и образовались граниты, то вмещающая оса­дочная толща была разбита трещинами в самых разных направлениях. По трещинам заползал жидкий магмати­ческий расплав, а потом, когда он остыл и оказался отпрепарированным, вскрытым, обнажились формы этих ответвлений — в виде коленчатого вала, клинка, вогну­той или выпуклой доски и т. д.

А вот обнажение, свидетельствующее о том, что здесь установилось между ним и рекой подобие временного «перемирия». Склон очень крутой, почти обрывистый, сильно расчленен по вертикали, в результате образовал­ся ряд параллельных скалистых гребешков (фото 20). Но в то же время на склоне есть растительность, неиз­менно присутствует красавица северных просторов — даурская лиственница, хотя и не в очень парадном виде. Индигирка ведет себя неспокойно и здесь, однако ее агрессивность сравнительно умеренная.

А дальше на многие километры еще и еще обрыви­стые скалы. Увидев великолепие берегов, легко забыва­ешь всякие невзгоды: такая красота способна покорить любого.