8 місяців тому
Немає коментарів

Sorry, this entry is only available in
Російська
На жаль, цей запис доступний тільки на
Російська.
К сожалению, эта запись доступна только на
Російська.

For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

Наука — истинная наука — тесно связана с человеческими потребностями, нуждами и желаниями, с нашими стремлениями к счастью, и поэтому она представляется мне таким прекрасным призванием и таким чудесным занятием

Л. Бербанк

Однажды в газете «Комсомольская правда» под рубрикой «А вы знаете, что…» была опубликована небольшая заметка о яблоне-баобабе. В ней расска­зывалось, что сад Кроловецкой восьмилетней школы № 6 Сумской области необычен тем, что состоит из… одной яблони. Дерево, посаженное более 100 лет на­зад, обладает свойством размножаться укоренением веток. Многие из них, достигнув значительных раз­меров, под собственной тяжестью склоняются до зем­ли и пускают корни. Так появились 15 соединен­ных между собой стволов с общей кроной диаметром более 50 метров.

У плодов этой яблони приятный вкус, а держатся они до самых холодов. В свое время уникальным деревом заинтересовался И. В. Мичурин, которому местные садоводы отправили черенки.

В конце заметки сообщалось, что решением испол­кома Сумской области редкий памятник природы взят под охрану государства.

Мы бы хотели обратить внимание читателей на одну деталь. Черенки от этой яблони были у И. В. Ми­чурина, но до сих пор ничего не слышно о появлении в других садах яблонь-баобабов. Может быть, селек­ционеры прошли мимо этого уникального явления природы? Возможно. Но возможно также, что из че­ренков яблони-баобаба вырастали обычные яблони, не перенявшие свойств материнского растения. Вероятно, здесь имеет место явление, которое названо известным советским помологом В. И. Козловым «игрой химер». В сказаниях Древней Греции химерой называлось ми­фическое чудовище с головой льва, туловищем козла и хвостом дракона. Химерами в данном случае на­зывают растения с разнородным составом клеток и тканей. Причем, известны примеры, когда во всех отношениях выдающееся дерево оказывалось источни­ком крайне нежелательных мутационных изменений.

Сегодня, когда применение генетических методов (выделение сортов-доноров и многоступенчатые скре­щивания, химический и радиационный мутагенез, по­липлоидия и генная инженерия) позволяет говорить о качественном переломе в селекционном деле, появля­ются новые возможности «сказку сделать былью».

Еще в 1934 году И. В. Мичурин писал, что мы выводим сорта, вступающие в плодоношение на 12— 13-й год своего роста или, в лучшем случае, через 8— 10 лет, тогда как нужны сорта скороспелые, наиболее полно отвечающие промышленным и экспортным це­лям.

Прежде старались выводить могучие, высокорос­лые плодовые растения. Но, как показала практи­ка, для механизации ухода и уборки более пригодны скороспелые карлики. Этого требует современное крупное социалистическое садостроительство.

Сдержанный рост дерева в высоту и компактность кроны — основное требование современного интенсив­ного плодоводства.

Не случайно говорится, что новое — это хорошо забытое старое. Карлики в плодоводстве нашей стра­ны известны давно. Ими занимались в Крыму, Сред­ней Азии, на Кавказе.

В 1872 году на северной окраине Ростова, в пойме мелководной речушки Каменки, там, где сейчас рас­положен совхоз «Пригородный», мелкий торговец Ф. Рамм организовал первое на Дону семеноводчес­кое хозяйство. Немец по происхождению, Ф. Рамм имел постоянное общение с садоводческими фирмами Германии и Франции. Таким путем в 80-х годах прошлого столетия появились первые маточники кар­ликовых и полукарликовых подвоев яблони. Уже в то время было известно, что дусен — это полукарли­ковый, а парадизка — карликовый подвой.

Неизвестно почему, но именно 1872 год принято считать началом детального изучения карликов в Ан­глии и вообще в Европе, хотя карликовые яблони были известны еще Теофрасту и земледельцам древ­него Рима. В XV веке карлики называли «райской яблоней». Название «дусен» встречается с 1519 года, но, как считал профессор Н. И. Кичунов, это «дусен не наших дней». В своей интересной книге «Дички и подвои для плодовых деревьев» он пишет: «Фран­цузская райская яблоня, или Парадизка, вероятно, впервые была описана Деляшампом в 1507 г.». Ан­гличанин Э. Беньярд в статье «История подвоев рай­ской яблони», опубликованной в 1919 году, утверждал, что академик П. С. Паллас в 1780-х годах на Волге обнаружил самую карликовую яблоню «из всех форм, с маленькими овальными, густо опушенными листьями» (к сожалению, проверить эту любопытную версию невозможно). Известный русский плодовод М. Н. Раевский еще в первом издании своей «Плодо­вой школы» указывал на открытую в Анжере фран­цузским помологом Леруа карликовую зеленую грушу.

В северных районах нашей страны известный опыт с использованием в качестве подвоев парадизки и ду­сена в конце прошлого века вел Р. И. Шредер. Удач­ные результаты с карликовыми подвоями в Москве, а потом в Липецке получил Д. В. Косолапое: в те­чение многих лет он культивировал их главным об­разом в виде вертикального кордона. Подвойный ма­териал (парадизку, дусен, айву) для липецкого сада Косолапое получал из Городищ (Млиево).

Большие надежды на высокоурожайные и ско­роспелые сады на слаборослых подвоях возлагал «мли­евский кудесник» Лев Платонович Симиренко, считая, что с их помощью можно быстро создать изоби­лие плодов. Он писал: «Будучи сам горячим побор­ником карликовой культуры, я был бы счастлив, если бы мне удалось разбудить у наших русских садоводов интерес к ней».

Профессор Н. Г. Жучков в книге «Карликовое плодоводство на новых основах» писал: «Парадизка из липецкого садика Д. В. Косолапова проникла в самые разнообразные пункты нашего Союза и особенно на север к отдельным любителям, занимающимся плодоводством на дачах и приусадебных участках».

Вот еще несколько имен тех, кого можно считать пионерами карликового плодоводства в России. Аг­роном Г. А. Зинченко из подмосковного города Пуш­кино считал наиболее интересным слаборослым под­воем Бабоарабскую яблоню (кустарник высотой два-три метра.— Авторы). Х.Т.Абрамов в своем саду в Миасе (Челябинская область) имел яблони на па-радизке, дусене и сибирке. «Во Владивостоке,— писал профессор Н. Г. Жучков,— Раевский успешно куль­тивирует карликовые яблони, используя в качестве подвоя косолаповскую парадизку и главным образом низкорослые формы сибирки».

Заслуживает внимания опыт Японии, которая, восприняв идею карликового садоводства от китай­цев, усовершенствовала ее и сделала своей собствен­ной. Как пишет Ф. Эрголл в книге «Выращивание карликовых деревьев по японскому способу», «…японцы постарались сделать это дерево крошечным, воз­душным, изысканным в том же плане и даже еще более, чем древние китайцы ограничивали рост ступней ног женщин, а русский императорский балет стягивал талии молодых балерин стальными корсетами».

В Японии существует пять традиционных спосо­бов получения карликовых деревьев: из дичков или естественных сеянцев; черенков или отростков; от­водков; посредством прививки и из семян. Каждый из этих способов имеет свои преимущества и свои недостатки. Мы расскажем об одном из них.

Выбрав этот способ, садовод тщательно отбирает побеги или маленькие веточки с единственным цен­ным глазком. Затем примерно в 2,5 сантиметра от места, где намечено отделить побег, делает небольшой надрез U-образной формы, прорезая камбиальный (внутренний) слой. Место надреза следует обернуть слоем мягкого торфа или мха, подобно тому, как хирург перевязывает рану, и поддерживать его во влажном состоянии. Очень скоро начинают образовы­ваться корни, и со временем побег можно отделить от материнской ветви или ствола и посадить в горшок. В помологическом саду «Руткевичи» метод получения окорененных отводков себя оправдал.

Проверили в «Руткевичах» и прием, издавна ис­пользуемый китайскими крестьянами при выращива­нии мандаринов. Главный корень подвоя во время пересадки сеянца они изгибают так, чтобы получи­лась своеобразная петля. По наблюдениям крестьян, мандариновые деревья, подвергшиеся такой операции, формируют более мелкую, чем обычно, расстилающую­ся в стороны корневую систему, а саженцы образуют более слаборослые деревья и заметно ускоряют начало плодоношения. Опыты на яблонях в «Руткевичах» под­твердили мудрость китайских крестьян.

Отгибание сучьев, надламывание и скручивание побегов, кольцевание, подрезка ветвей и корней — все это вызывает перераспределение питательных веществ в дереве, затрудняет отток Сахаров и других органи­ческих веществ из листьев в корневую систему. Про­веденные приемы, каждый в отдельности и в сочетании друг с другом, вызывают ослабление роста молодых деревьев и более раннее начало плодоношения. Одна­ко они требуют дополнительных затрат ручного труда, высокой квалификации исполнения и поэтому пригод­ны лишь в любительском садоводстве.

К сожалению, среди мирового сортимента пока не найдено таких карликовых подвоев, которые могли бы выдерживать суровые бесснежные зимы, не редкие в средней полосе нашей страны.

Большую работу по выведению таких подвоев вел в Мичуринске на кафедре плодоводства Плодо­овощного института имени И. В. Мичурина профессор В. И. Будаговский. Особенно известна его парадизка краснолистная, полученная от скрещивания парадиз­ки М VIII с мичуринским сортом Красный штандарт. Надо заметить, что у некоторых садоводов-любителей карликовые сорта яблони, привитые на парадизке краснолистной, цветут и плодоносят уже ряд лет.

В промышленном садоводстве выращивают сла­борослые деревья, прививая нужные культурные сорта на карликовые вегетативно размножаемые под­вои. Размножаются они укоренением отводков, одревесневших черенков, корневыми черенками и дру­гими способами. Такие насаждения отличаются вырав­ненностью деревьев по урожайности и силе роста, что очень важно для современных садов интенсивного типа.

Другой, давно известный способ получения карли­ков — подбор среди диких и культурных плодовых растений естественных карликов, заготовка семян, выращивание из них сеянцев с последующим их использованием в качестве подвоев для прививки нуж­ных сортов. Однако при этом не из всех сеянцев получают слаборослые деревья — ведь из семян они вырастают с различной наследственной силой роста. Поэтому дадим еще совет: слаборослые деревья можно получить, прививая на обыкновенные семенные сеян­цы черенки культурного сорта с естественным малым ростом. Так, прививка слаборослого сорта яблони Вагнера призовое или груши Маргарита Марилья на сеянцевые подвои дает ограничение роста деревьев в саду.

Деревья будут слаборослыми, если в питомнике сделать вставку карликового подвоя или карликового культурного сорта между корнями сильнорослых се­менных сеянцев и сортом-привоем. Такая вставка (интеркаляр) существенно уменьшает рост дерева в высоту и ширину, ускоряет вступление его в пло­доношение. Влияние вставки, как показали исследова­ния, усиливается с увеличением ее длины.

Деревья со вставкой обладают по сравнению с са­женцами на вегетативно размножаемых подвоях бо­лее высокой устойчивостью корней к низким зимним температурам, менее требовательны к плодородию почв, обеспеченности влагой, хорошо закрепляются в почве. Поэтому саженцы со вставкой в штамб кар­ликовых подвоев должны найти широкое применение при закладке интенсивных садов в тех районах, где по почвенно-климатическим условиям нельзя выра­щивать деревья на ценных карликовых вегетативно размножаемых подвоях, имеющих недостаточную ус­тойчивость к низким температурам.

Кандидат сельскохозяйственных наук С. Б. Шляп­ников проверил и внедрил так называемую четырех­этажную прививку. Суть ее рассказывает садовод-любитель из Подмосковья Н. И. Степченков, большой энтузиаст создания карликовых садов: «Чтобы вырастить четырехэтажное дерево, осенью сею семена Антоновки обыкновенной, взятые из плодов наиболее зимостойких и высокоурожайных деревьев. Два года спустя, весной (с середины апреля до половины мая) на эти сеянцы способом улучшенной копулировки прививаю на расстоянии 5 сантиметров от поверхности почвы однолетний черенок с четырьмя-пятью почка­ми краснолистной парадизки Будаговского. На эту вставку в качестве скелетообразователя прививаю черенок сорта Шаропай. Осенью, во второй декаде сентября, саженец пересаживаю на постоянное место в саду, заглубляя его до середины вставки парадиз­ки. Весной следующего года или через год отбираю две ветви, отходящие от ствола на высоте 70—90 сан­тиметров (это, на мой взгляд, надежнее — не будет отломов под тяжестью снега), которые составят ске­лет дерева, и на расстоянии 30—40 сантиметров от места отхождения их от ствола перепрививаю куль­турным, менее зимостойким сортом, например «Мелбой».

Уменьшить силу роста деревьев и ускорить вступ­ление их в плодоношение можно, применяя химиче­ские препараты и механическое воздействие. В США, Англии, Венгрии, ГДР используют алар, ШТИМ-80 (2,2 N-диметиламин янтарной кислоты). Опрыскива­ние деревьев малыми концентрациями этих веществ тормозит рост побегов, ускоряет дифференциацию плодовых почек. К сожалению, кратковременность действия химических веществ вынуждает проводить опрыскивание ежегодно, по нескольку раз в течение вегетации.

Слаборослые деревья, обладая скороплодностью, интенсивной отдачей урожая, характеризуются срав­нительно коротким периодом промышленного плодо­ношения. Однако за 25—30 лет они приносят не меньший урожай, чем сильнорослые за 45—50 лет. Короткая жизнь слаборослого сада открывает путь к быстрой смене сортового состава в соответствии с быстро меняющимся спросом. При достаточном вод­но-пищевом режиме и соблюдении других агроприе­мов по уходу за слаборослыми сортами повышается качество плодов — их размер, окраска, сахаристость, содержание полезных для организма человека веществ. Выход товарных плодов высшего и первого сортов в интенсивных насаждениях слаборослых сор­тов (яблони Вагнера призовое, груши Маргарита Ма­рилья), а также сортов, привитых на слаборослых подвоях, достигает порой 95 процентов.

Сады из низкорослых деревьев позволяют повысить производительность труда при уходе за деревьями и съеме плодов. При одинаковом урожае с единицы площади на съем тонны плодов в карликовом саду за­трачивается 7,3 часа, в полукарликовом — 18,8, а в са­ду из сильнорослых деревьев — 26,9 часа. Следова­тельно, производительность труда на уборке урожая в слаборослых насаждениях возрастает в 1,5—3,5 раза.

Сложнее обстоит дело с карликовыми подвоями для груши. В любительском садоводстве в качестве слаборослых подвоев используют айву, боярышник, иргу, рябину обыкновенную и черноплодную. Но ши­рокое промышленное распространение получили толь­ко несколько форм айвы, хорошо размножающихся вегетативно. Айва как подвой мирится с менее пло­дородными почвами, чем требуется сортовой груше, меньше страдает от недостатка влаги. Удается кар­ликовая груша, привитая на айву, на участках с вы­соким стоянием грунтовых вод и даже с некоторым засолением почвы. Но все же наиболее высокую продуктивность груша на айве проявляет обычно на плодородных и пойменных землях, при постоянном орошении.

И еще об одном подвое для груши, может быть, неожиданном для читателей. Еще в 1937 году профес­сор Н. И. Кичунов писал, что «в более северных мест­ностях можно было бы испробовать также в качестве подвоя заместительницу айвы — японскую айву». Действительно, в Ботаническом саду АН СССР айва японская была успешно использована как карлико­вый подвой для груши. Удачный симбиоз низкой айвы японской и груши сорта Ярве сеэмик получен в Латвии. Но многих садоводов-любителей, пытавшихся прово­водить подобные эксперименты, постигла неудача. Де­ло в том, что этот подвой все-таки недостаточно совместим со многими сортами груши. Поэтому мы рекомендуем применять так называемый метод двой­ного посредника, то есть использовать айву японскую как подвой для айвы обыкновенной, и уже на нее оку­лировать совместимые с ней сорта груши.

Популярность карликов в наших садах то росла, то резко падала. Связано это было и с вымерзанием в северных условиях южных парадизок и дусенов, и со сравнительной недолговечностью карликовых са­дов. Кроме того, карликовое садоводство, распростра­ненное только среди садоводов-любителей горожан, не имело никаких «корней» в колхозах и совхозах.

И еще. Многие годы специалисты утверждали, что карлики менее морозостойки, чем высокорослые деревья. Но зима 1978/79 года опровергла это казав­шееся незыблемым положение. И в колхозно-совхоз­ных, и в любительских садах карлики и полукарлики при прочих равных условиях пострадали заметно меньше, чем высокорослые деревья. Вероятнее всего потому, что на карликах и полукарликах плоды созре­ли раньше, их своевременно убрали, и деревья успели подготовиться к зиме.

Сейчас карликовое плодоводство переживает но­вый, почти космический подъем. Однако есть здесь и свои «но». С одной стороны, прививка промышлен­ных сортов плодовых культур на слаборослые подвои позволяет вырастить карликовые скороплодные де­ревья, больше всего соответствующие современной технологии пальметтного, шпалерного и загущенно-строчного типов садов. С другой стороны, приходится говорить о слабом закреплении корневой системы в почве, необходимости опоры, требовательности к почве, орошению и так далее. У некоторых карликовых подвоев (особенно у айвы) мы наталки­ваемся на явления так называемой «симпатии» или «антипатии» к привою различных сортов груши. Мы уже говорили о том, что не все сеянцы карликов на­следуют силу роста. Изучение наследования силы рос­та у сеянцев приобрело важное теоретическое и прак­тическое значение, так как вместе с другими показа­телями этот признак определяет пригодность того или иного сорта для интенсивного садоводства.

Подсчитано, например, что коэффициенты насле­дуемости по отцовским сортам при одном материн­ском сорте составили 10—20 процентов.

Зарубежный исследователь Ф. Альстон, анализи­руя потомство от скрещивания различных сортов яб­лони, установил характер наследования трех типов карликовости: ранний, морщинистый и сильный. Так называемые «ранние карлики» растут очень медленно, в однолетнем возрасте достигают высоты не более 12 сантиметров, у них очень короткие междоузлия, в суровые зимы они часто гибнут. Сеянцы «морщини­стого карлика» в двухлетнем возрасте достигают высо­ты 60 сантиметров, имеют нормальные междоузлия и небольшие закругленные морщинистые листочки. У «сильных карликов» ювенальный период продол­жителен, для них характерно большое ветвление, ко­роткие междоузлия. В течение трех вегетационных периодов они редко вырастают более 1 метра, хотя иногда достигают высоты 1,5 метра. В про­мышленном плодоводстве предпочтение отдается последним двум типам карликов.

На современном уровне знаний можно констати­ровать, что карликовый тип роста контролируется единичным рецессивным геном (рецессивность — яв­ление, противоположное доминантности, что и пред­определяет сравнительно невысокий процент на­следуемости карликовости при скрещивании).

В обиходе как садоводы-любители, так порой и профессионалы термин «карлики» применяют и к так называемым спурам. Это не совсем верно: не все компактные деревья обладают спуровостью, и на­оборот.

Что же такое спур? Название «spur» — английское, в переводе означает — маленькая шпора, шпорца. Тер­мин «спур» достаточно меткий, так как у деревьев этого типа основные ветви почти сплошь обрастают короткими плодовыми веточками. История возникно­вения спуров весьма любопытна и поучительна.

Далекий от сегодняшнего 1921 год… В США обнаружены необычные деревца. От материнских растений они отличались, хотя и были получены веге­тативным путем, слаборослостью и несколько иной окраской плодов. Специалисты осмотрели необычные деревца и вынесли приговор — деревья поражены каким-то вирусом. Заурядный, казалось бы, факт, не содержащий в принципе ничего нового. Ведь случаи вегетативной изменчивости у плодовых и винограда известны еще с древности. Шведский натуралист К. Линней в своих трудах приводил примеры появле­ния у яблони плодов с оржавленной кожицей, а также персиков и нектаринов на одних и тех же деревьях. А вот пример закрепления такой изменчивости из ис­тории отечественного садоводства: Анис алый (сафья­новый, бархатный и т.д.), разводимый садоводами Поволжья с давних времен в качестве основного промышленного сорта, «царь-яблока» тамошних садов, представляет собой, без сомнения, естественную му­тацию Аниса серого (полосатого).

Первую обширную сводку об изменчивости у сортов культурных растений составил Ч. Дарвин в 1868 году. Именно он, обобщив многие собранные факты, сфор­мулировал, что изменчивость и наследственность име­ют место не только при половом, но и при вегета­тивном размножении: «Законы наследственности, ка­жется, одинаковы для разновидностей из семян и из почек». Важный для селекционеров вывод, подтвер­жденный через столетие открытием генетического кода!

С точки зрения сегодняшнего дня, вещества, по­ступающие из подвоя, то есть растения, на которое прививают, в трансплантант (обычно его называют привоем), не обладают свойством наследственности, но тем не менее могут вызывать наследственные изменения, то есть мутации.

Но вернемся в США. Хотя тамошние плодоводы знали о многих фактах вегетативной изменчивости, на отставание в росте сначала не обратили внимания, а главный по тому времени показатель — окрашен­ность плодов — выражался слабо. Плоды «вирусных» деревьев были лишь немного ярче плодов исходного сорта.

Когда же в 50-х годах от сорта Старкинг Де­лишес возникли более яркие, часто сплошь окрашен­ные мутации типа «спур», они вызвали огромный интерес и получили широкую рекламу. Достаточно сказать, что цена одного черенка красноплодного му­танта (напомним, что мутантом называется организм, у которого в результате мутаций возникло изменение какого-либо признака или свойства) доходила до 5 тысяч долларов. Были предприняты многочисленные, порой безуспешные попытки отыскать новые мутации главных промышленных сортов.

Меньший размер и скороплодность спуров оказа­лись в тот момент решающим преимуществом перед исходным сортом, сильнорослым и позже вступаю­щим в плодоношение.

Дальнейшие исследования установили, что спуро­вые сорта, как правило, имеют компактный габитус (общий вид), укороченные междоузлия, ограниченное боковое ветвление, изобилие плодушек типа кольча­ток на основных ветвях. Образование многочислен­ных обрастающих веточек обеспечивает спуровым деревьям лучшую облиственность. Листья спуров, как считают многие исследователи, содержат большое ко­личество минеральных веществ и хлорофилла. Побеги у спуров укороченные, крона не загущается и почти не нуждается в обрезке. Скелетные ветви приподняты и не мешают механизированной обработке почвы не только в междурядьях, но и в приствольных полосах.

Однако есть у этих, казалось бы, очень удачных спуровых сортов и минусы. Деревья, особенно группы Голден Делишес, склонные к периодическому плодо­ношению, более требовательны к агрофону. В ряде слу­чаев плоды имеют недостаточную лежкость, быстрее, чем у обычных сортов, подвядают и сморщиваются. При недостатке влаги, невысокой агротехнике, пере­грузке деревьев, а также при их старении наблюдает­ся более резкое, чем у исходных сортов, сниже­ние качества плодов и уменьшение содержания сахара.

Все изученные в «Руткевичах» сорта-спуры по ме­тодике, предложенной ВИР, были разделены на четыре группы: карликовые, полукарликовые, среднерослые и сильнорослые. Выяснилось, что для карликовых спуров вполне пригодны полукарликовые и средне-рослые подвои.

При размножении спуров выявился еще один на­стораживающий факт. Некоторые сорта, например Старкримсон, и ряд спуров сорта Голден Делишес проявили склонность к расспуриванию, то есть к воз­врату в исходное неспуровое состояние.

Нам кажется, что большее разнообразие природ­ных условий в нашей стране и более суровый, чем в США и ряде стран Европы, климат должны акти­визировать селекционную работу по созданию слабо­рослых сортов путем скрещивания местных, приспо­собленных к условиям произрастания, сильнорослых сортов с сортами-спурами, имеющимися в коллекции ВИР, в «Руткевичах» и других помологических садах. Эти коллекции желательно пополнить сортами-спура­ми, созданными в разных странах мира, чтобы выя­вить лучшие из них для внедрения в производство и использования в селекции. Думается, что многое может дать поиск спонтанных мутаций типа «спур» в дикой природе, в старых садах сел и городов, у са­доводов-любителей. Особое внимание при этом надо обращать на карликовые и полукарликовые растения с толстыми побегами, укороченными междоузлиями и большим количеством кольчаток.

Итак, возникающие самопроизвольно у отдельных сортов мутации бывают или весьма ценными, или, на­оборот, совершенно нежелательными. Изменения происходят по окраске, величине, форме, лежкости и качеству плодов, а также по времени созревания и урожайности, зимостойкости, устойчивости к вреди­телям и болезням.

Имеются многочисленные отечественные и зару­бежные данные о засорении районированных сортов примесями этих же сортов с отрицательными уклоне­ниями. Эти отрицательные уклонения отмечались у не­которых сортов яблони: Пепин шафранный, Анто­новка обыкновенная, Апорт, Боровинка, Белый налив, Штрейфлинг и у груши: Бере Слуцкая, Алек­сандровка, Виневка, Сапежанка и другие. Поэтому не­обходимо вести исследования по сортоулучшающему отбору, выделению эталонных деревьев-маточников и заготавливать от них черенки для размножения.

Справедливости ради надо отметить, что пока поч­ти все ценные изменения, известные в клоновой се­лекции,— результат спонтанных, а не искусственных мутаций. Искусственное получение почковых мута­ций — один из путей дальнейшего развития этого направления селекции. Так, на Орловской зональной плодово-ягодной опытной станции в результате обра­ботки черенков химическими веществами и радиоак­тивными лучами получены мутанты яблони сорта Жигулевское, сохранившие качество плодов и в то же время имеющие ограниченный рост и свойства сортов-спуров. Интересная и результативная работа по созда­нию сортов интенсивного типа с использованием радиомутагенеза ведется в Северо-Кавказском НИИ садоводства и виноградарства. Здесь получены ценные для производства и селекции компактные формы яб­лони. Два первых в СССР мутантных сорта, получен­ных с помощью искусственного мутагенеза,— Дели­шес-спур и Кубань-спур — представлены для Госу­дарственного сортоиспытания. В семенном потомстве мутантный сорт Кубань-спур дает до половины ком­пактных сеянцев, что позволяет считать его ценным донором.

В последние годы возросла доля новых сортов, полученных методом клоновой селекции. Это прежде всего яркоокрашенные Ред Мекинтош, Ред Уэлси, Ред Мелба и многие другие. Только у одного сорта яблони Делишес число красноплодных почковых му­таций более 80. Ведь вегетативная (клоновая) измен­чивость сортов проявляется не иначе, как в форме почковых мутаций. Красноплодные клоны выявлены, например, у Коричного полосатого, Боровинки, Бель­флер-китайки.

Почковые вегетативные, или соматические, мута­ции затрагивают обычно лишь немногие свойства и признаки сорта, тогда как остальные достаточно полно сохраняют его специфические особенности. Поэтому мутантные клоны, разумеется, при положительной мутации, сохраняя достоинства исходного сорта, будут иметь перед ним преимущество. Так, естественно возникшие в садах и искусственно полученные глад­кокожие мутанты сорта Голден Делишес имеют то неоспоримое преимущество, что на кожище их пло­дов нет сетки опробкования («оржавленности»), сни­жающей товарную оценку яблок.

Растет уровень знаний в области клоновой селек­ции плодовых, раскрываются ее новые возможности. Сегодня на повестке дня — искусственное получе­ние ценных форм внутри того или иного сорта.

Открытие в 1953 году структурной и функцио­нальной природы молекул ДНК как носителей гене­тической информации стало переломным моментом в становлении современной генетики, переходом на новый этап развития — синтетический. Генетика, обо­гащенная идеями и методами физики и химии, физио­логии и цитологии, биофизики и биохимии, матема­тики и кибернетики, стала «синтезирующей ключевой наукой по проблемам общей биологии».

В решении сложных проблем конца XX столетия генетике с ее потенциальными возможностями управ­ления наследственной изменчивостью организмов принадлежит одна из главных ролей.

Правда, как отмечает академик ВАСХНИЛ А. А. Жученко, «сегодня, как и многие десятилетия в прошлом, большинство исследователей справедли­во указывают на существенный разрыв между практи­ческой селекцией и агротехникой сельскохозяйственных растений, с одной стороны, и генетикой, эколо­гией, биохимией, физиологией и иными дисциплина­ми — с другой». Чем быстрее разрыв будет ликвидиро­ван, тем скорее придут на поля и в сады новые или улучшенные сорта — предвестники XXI века.

Основным путем получения генетического разно­образия и создания новых сортов яблони в настоящее время является гибридизация, то есть получение по­томства от соединения генетического материала двух или большего числа наследственно различающихся по тому или иному признаку или комплексу призна­ков форм.

Мы уже упоминали, что слаборослость у яблони, например, контролируется единичным геном. Есть и другие признаки, подвластные одному или нескольким генам. Но все же большинство хозяйственных призна­ков (размер, форма плода, урожайность) находится под контролем многих генов. Большая часть полиген­ных признаков передается потомству независимо один от другого.

Чтобы проводить целенаправленную селекционную работу, нужно знать комбинационные способности исходных форм, а также закономерности наследст­венности основных хозяйственных признаков.

Использование мичуринских принципов скрещива­ния географически отдаленных, наиболее ценных от­борных форм сибирской селекции, гибридов Мичу­рина и полукультурных американских кребов с куль­турными сортами, обладающими ценным комплексом признаков, широкое применение обратных скрещива­ний открывает широчайшие возможности для созда­ния сортов с такими желательными признаками, как зимостойкость, раннее вступление в плодоношение и хорошая лежкость плодов.

Гибридные формы сибирской и китайской яблони, полученные в результате естественных или искусственных скрещиваний, в разных местах носят различные названия: ренетки, янтарки, китайки, кребы и так далее. В английской и американской помологической литературе всякая полукультурная мелкоплодная яблоня, плоды которой идут главным образом на переработку, называется кребом. Дикорастущие гиб­риды существуют давно, многие из них одомашнены. Некоторые в свое время были вывезены из пределов нашей страны в Канаду, США. В этом смысле инте­ресна судьба сорта Долго, известного у нас как китай­ка, а в США — как креб. Название сорта происходит от слова «долгий» — по форме плодов, отличающихся удлиненной формой. Сеянец этого сорта от посева семян Сибирской яблони был отобран и введен в куль­туру в Южной Дакоте (США) другом И. В. Мичурина профессором Н. Е. Гансеном в 1917 году.

От скрещивания Долго с сортом яблони Коричное ананасное получен в свое время элитный сеянец 1/3. В «Руткевичах» он оказался очень зимостойким. Де­ревья в возрасте 15—16 лет имеют высоту около 3 мет­ров. На обыкновенном подвое рано вступает в плодо­ношение. Средний вес плодов, хороших как для потребления в свежем виде, так и для технической переработки, 20 граммов.

В НИИ садоводства Сибири имени М. А. Лиса­венко с участием другого сибирского сорта Ранетка пурпуровая получен целый ряд сортов: Алтайское бархатное, Алые паруса, Горно-алтайское, Заветное, Космическое, Коллективное, Лучистое, Осенняя ра­дость Алтая, Пепинка Алтайская и ряд элитных сеян­цев 4—52—108 в, 1—54—359 и другие.

В одном из писем известный советский селекцио­нер М. А. Лисавенко тепло вспоминает о сибирском садоводе М. Г. Никифорове: «Интересная это была фи­гура — М. Г. Никифоров. Ему следовало бы посвятить целую книгу. В свое время он «конкурировал» с И. В. Мичуриным… Ранетка пурпуровая, которая пошла по Сибири именно из сада Никифорова, воз­можно, сохранилась от его еще насаждений…».

В Каталоге ВИР об этом сорте сказано: «Посту­пил из Северного Китая к минусинскому садоводу М. Г. Никифорову в 1900 году и распространился по всей Сибири. Является типичной вишнеплодной яб­лоней, то есть гибридом сибирской ягодной яблони с каким-либо сортом крупноплодной яблони».

Вообще же самыми ценными исходными формами, как свидетельствует статистика, оказались сорта Мекинтош, Антоновка обыкновенная и Джонатан. С их участием получено соответственно 70, 69 и 57 но­вых сортов.

Невозможно рассказать о всех удачах отечествен­ных селекционеров, использующих метод гибридиза­ции с применением эколого-географически отдален­ных форм, то есть форм, созданных и приспособлен­ных естественным и искусственным отбором к суще­ственно различающимся почвенно-климатическим условиям.

В селекционной практике С. И. Исаева особенно ценной оказалась семья гибридов яблони Коричное полосатое X Уэлси. Из этой семьи выделено шесть новых сортов (Коричное новое, Десертное Исаева, Осенняя радость, Медуница, Юный натуралист, Коре­янка).

На Орловской зональной плодово-ягодной опытной станции для гибридизации широко используются канадский сорт яблони Мекинтош и наши отечествен­ные Антоновка обыкновенная, Бабушкино, Бессемян­ка Мичуринская. С их участием получены сорта Мезенское, Орловское зимнее, Осеннее алое, Орлик, Орловское полосатое.

История создания сорта Мекинтош заслуживает особого рассказа. В США и Канаду семена яблони завозились из Западной Европы и России (провоз черенков и саженцев через океан был невозможен из-за длительности плавания). Садоводы проводили массовые посевы семян с последующим отбором сеян­цев. В 1790 году фермер Джон Мекинтош из канадской «провинции» Онтарио, расчищая участок под пашню, обнаружил 20 сеянцев яблони. В то время яблоня в Канаде была редкостью. Мекинтош пересадил все деревца к своему дому. К 1830 году все яблони, кроме одной, погибли. Это выжившее дерево привлекло к себе внимание вкусными и красивыми плодами. Всего дерево прожило 112 лет, хотя однажды во время пожара на нем уцелело лишь несколько ветвей. Сорт Мекинтош стал быстро распространяться сначала в Канаде и США, а затем и в других странах. Благодарные канадские садоводы поставили замечательной яблоне памятник недалеко от места, где был найден первый сеянец. С участием Мекинтоша выведены сорта: в Канаде — Спартан, Эдгар; в США — Барри, Кендал, Кортланд, Лобо, Мекаун, Милтон, Пуритан; в Польше — Фантазия; в Японии — Киокко. Не обошли вниманием Мекинтош и советские селекционе­ры. С его участием выведены такие сорта, как Апрель­ское, Слава переможцам, Украинское, Россошанское вкусное и много других.

На Кубинской опытной станции плодоводства в Азербайджане от скрещивания местного сорта груши Нар-Арму д с сортами западноевропейского происхож­дения Оливье де Серр, Вильяме, Сен-Жермен, Пасс Крассан получен ряд перспективных новых форм груши: Азербайджан, Антига, Гюльшан, Парлаг и другие.

Путем систематических отдаленных скрещиваний с использованием отдельных видов и форм яблони создан ряд новых сортов в Узбекистане. С крупно­плодными культурными сортами скрещивали парадиз­ку армянскую и получили новые сорта: Навои, Юбилейное Шредера.

Для всех вышеприведенных примеров характерно вот что: чем дальше отстоят один от другого родитель­ские сорта по географическому и экологическому положению, тем легче приспосабливаются к условиям среды гибриды.

Особый интерес представляет повторная гибриди­зация: положительное качество нового сорта или сеян­ца можно усилить, скрещивая их с другими сортами или сеянцами, обладающими этим же качеством.

Повторная гибридизация широко ведется на Урале, Алтае, Украине, в Белоруссии, Кабардино-Балкарии и других районах страны.

Особо надо сказать о межродовой гибридизации. О гибридах между айвой и яблоней читатели знают. Уже получен гибрид между грушей и айвой, яблоней и грушей. Известен спонтанный гибрид груши с ряби­ной. Он очень декоративен, плоды его съедобны и со­держат семена. Проводились эксперименты по получе­нию гибридов между яблоней и иргой, яблоней и айвой японской.

Это всего лишь разведывательные опыты, и они пока не дали новых сортов. Но эти первые «ласточки» свидетельствуют о приходе «новой весны» в селекцию плодов, открывают перед учеными возможности для создания принципиально новых форм.

Все большее значение в селекции приобретает метод полиплоидии.

Полиплоидия — наследственные изменения, вы­званные спонтанной или экспериментально вызван­ной мутацией и связанные с увеличением числа хромосомных наборов, а полиплоиды — это живые организмы, имеющие увеличенное число хромосом (основных материальных носителей наследственной информации организма) по сравнению с обычными. Европейские сорта яблони произошли от диплоидных видов, но среди них встречаются триплоидные и тетра­плоидные.

Короткое пояснение: живые организмы, каждая хромосома которых представлена дважды, называют диплоидами, трижды — триплоидами, четырежды — тетраплоидами. Триплоиды из-за непарного числа хро­мосом абсолютно стерильны. Поэтому искусственно полученный триплоидный виноград не имеет косточек, арбуз — семян, а у яблонь-триплоидов нежизне­способна пыльца и нарушен процесс оплодотворения.

Естественно возникшие триплоидные формы ябло­ни обычно имеют преимущества перед диплоидами по комплексу хозяйственных признаков: у них более крупные лежкие плоды и регулярное плодоношение, транспортабельность, большая устойчивость к болез­ням, выше содержание витаминов. А тетраплоиды имеют гигантские плоды, хотя порой и уступают триплоидам по другим признакам.

Селекционеры начали на практике применять ме­тоды искусственной полиплоидии, когда стало ясно, что удвоение всего набора хромосом приводит к увеличению объема клеток и, следовательно, раз­меров органов растений, особенно вегетативных.

В отечественной и зарубежной практике триплоиды получают в основном по трем схемам скрещивания: диплоид Х диплоид, диплоид X тетраплоид, тетраплоид Хдиплоид. По первой схеме в Мичуринске получен, например, сорт Зимнее превосходное. На Орловской зональной плодово-ягодной опытной станции пред­почитают пользоваться двумя последними схемами. Высокий выход триплоидных сеянцев получен от скрещивания Антоновки обыкновенной с тетраплоидной формой сорта Уэлси, полученной из Франции, а также от скрещивания Мекинтоша с Антоновкой плоской.

Ведутся опыты по получению тетраплоидов плодо­вых культур с помощью обработок меристем (точек роста) растений колхицином и некоторыми другими химическими веществами. В открытии и изучении химического мутагенеза советской науке принадлежит выдающаяся роль. Это направление генетики и селек­ции получило свое развитие после работ советского ученого И. А. Раппопорта и англичанки Ш. Ауэрбах, открывших одновременно и независимо друг от друга явление мутагенного эффекта от применения ряда химических соединений.

Еще в 1925 году советские ученые Г. А. Надсон и Г. С. Филиппов обнаружили мутагенный эффект лучей радия при обработке клеток дрожжей. Но до осуществления чаяний основоположника мутационной теории Хуго Де Фриза, который в начале века при­зывал к использованию для возбуждения мутаций лучей Рентгена и Кюри, было в те времена еще далеко. Однако и сегодня селекционеры-плодоводы не могут предложить к столу вкусные груши или яблоки-тетра­плоиды — радиомутанты. Пока они и по качеству плодов, и по жизнеспособности растений значительно уступают естественным мутантам, найденным в приро­де. Думается, что это, как и в случае с химией, вопрос времени, поисков принципиально новых мето­дов и решений.

Селекционерам кажется весьма заманчивой от­крывшаяся возможность замещения отдельных хромосом одного сорта на хромосомы другого сорта, чьи признаки нужно передать первому. Еще заманчи­вее «отбирать» хромосому у другого вида яблони или груши. Теоретически это сделать возможно, но практически — невероятно трудно. Направление в селекции, ведущее к уменьшению или увеличению числа хромосом, некратному числу хромосом в геноме, свойственному тому или иному виду растения, по­лучило название анеуплодии. Это направление особен­но важно при межвидовой гибридизации, так как свободное комбинирование хромосом от двух видов в большинстве случаев очень затруднено: совмещение положительных признаков связано с появлением ряда отрицательных, которые порой сводят на нет положительные стороны межвидовой гибридиза­ции.

Очень коротко расскажем еще о некоторых новых методах, дающих возможность объединить в одном живом организме те признаки, которые прежде не поддавались комбинированию, добиться принципиаль­ных качественных изменений в структуре самого рас­тения.

Уже в начале нынешнего века физиолог Г. Ха­берландт писал о возможности получить растения с помощью культуры тканей. Однако потребовалось более полувека, прежде чем удалось овладеть методом выращивания in vitro (в пробирке) сначала моркови и табака, а затем и других культур, в том числе и садовых. Культура меристематических тканей стала уже стандартным методом клонового размножения орхидей, земляники и некоторых других садовых растений. Огромное преимущество этого метода за­ключается в том, что благодаря ему получают ма­териал, не зараженный вирусами, бактериями или грибами.

Надо заметить, что у большинства видов растений регенерацию целого растения легче осуществить из пыльцы. В то же время исследования показали, что изолированная клетка, входящая в состав целого организма, не в состоянии реализовать все свои функции.

Одна из причин этого заключается в том, что клеточная оболочка, или мембрана, препятствует передвижению веществ. А что если клеточную мембра­ну удалить? Сначала это делали механически, потом с помощью ферментов. Так научились получать прото­пласты — растительные клетки без оболочек. Оказа­лось, что два протопласта можно объединить, чего нельзя добиться у клеток, имеющих мембраны. Это натолкнуло на мысль о слиянии клеток двух различных видов, которые половым путем скрещиваться не могут. Таким образом, уже удалось получить синтетические межвидовые гибриды.

Метод слияния протопластов клеток называют па­расексуальной гибридизацией. Суть его заключается вот в чем. Из измельченных листьев или других орга­нов растений получают суспензию клеток, затем с по­мощью ферментов устраняют их мембраны. Суспен­зию протопластов одного вида смешивают с суспен­зией протопластов другого вида. Полученную смесь помещают в центрифугу, чтобы перемешать прото­пласты. Затем в стерильных условиях смесь про­топластов вносят на питательную среду в чашки Петри. Через некоторое время очень немногие из миллионов слитых воедино протопластов начинают образовывать каллус (неорганизованная масса клеток) и развивать­ся в растение. Этим методом уже получен гибрид тома­та и картофеля — томофель: растение одновременно дает урожай томатов и клубней картофеля. Правда, гибриды получились ослабленные, низкорослые. Это всего лишь проба, но надо надеяться, что по мере усовершенствования метода парасексуальной гибриди­зации откроются реальные возможности получить но­вые синтетические виды.

«Однако,— как пишет уже известный нам генетик С. Бороевич,— не следует ожидать, что он (метод слияния протопластов.— Авторы) во всех случаях будет иметь практическую ценность». Но заканчивает свое рассуждение С. Бороевич на оптимистической ноте: «По мере дальнейшего усовершенствования технологии в будущем можно ожидать получения живых организмов с новыми свойствами, что при­несет пользу и в селекции растений».

Но это — день завтрашний. Сегодня очень большой интерес как для теории, так и для селекционной практики представляет изучение ювенального периода жизни растения — с момента прорастания семян и до плодоношения. Именно в этот период следует про­водить выбраковку сеянцев яблони по силе и характеру роста, зимостойкости, устойчивости к вредителям и болезням, по морфологическим признакам (культур­ности). И конечно же, желательно по возможности сократить длительность ювенального периода.

Советский исследователь И. В. Дрягина доказала возможность ускорить развитие сеянцев яблони под действием ионизирующей радиации, подвергая облуче­нию как семена, так и генеративные органы растения.

В опытах американских исследователей при искусственно созданных условиях в отдельных случа­ях сеянцы кребов начинали плодоносить через семь — десять месяцев после посева.

Что же такое в идеале сорт интенсивного типа, или просто интенсивный сорт? Это такой сорт, кото­рый рано вступает в плодоношение и плодоносит регулярно, быстро наращивает урожай, зимостоек в своей зоне, достаточно долговечен и устойчив против основных болезней, удобен для механизированной обработки, высоковитаминен, технологичен. Причем обладает не одним каким-то из перечисленных свойств, а их совокупностью.

Думается, идеальных сортов, полностью сочетаю­щих все эти качества, сегодня нет. Вряд ли появятся они и завтра — ведь жизнь будет выдвигать все новые и новые требования.

В создании сортов интенсивного типа, по-видимо­му, немалую роль могут сыграть и сорта яблони, груши, айвы, выделенные в результате многолетнего изучения в помологическом саду «Руткевичи». Для использования в селекции в качестве доноров на скороплодность, урожайность, компактность роста, качество плодов, устойчивость к болезням, вредителям и экстремальным условиям произрастания выделено уже более 100 сортов яблони, груши, айвы. С одними из них вы уже познакомились, о некоторых мы расскажем в заключительной главе книги.