4 роки тому
Немає коментарів

Sorry, this entry is only available in
Російська
На жаль, цей запис доступний тільки на
Російська.
К сожалению, эта запись доступна только на
Російська.

Повышенная влажность воздуха вблизи крупных водопадов способствует развитию специфической флоры.

Влажный тропический лес из перистых пальм, бамбука, древовидных папоротников и многих других пород деревьев у водопада Виктория так и называют — дождевой лес (Rain forest). Он растет под непрерывным дождем почти независи­мо от времени года. Здесь и гигантский баобаб (в некотором отдалении от водопада), о котором писал еще Ливингстон, что сучья его под стать иному дереву по толщине, и сикоморы, и мимозы. Могононо серебристый напоминает ливанский кедр, а дерево моцоури подобно кипарису, но с ярко-красными плодами. Лианы толщиной в руку. Буйная зелень, ярчайшие цветы (по описанию Ливингстона в ноябре, когда он впервые увидел водопад, «деревья были усыпаны цветами»), красная почва…

Во времена Ливингстона и Голуба фауна у водопадов Виктория была исключительно богатой: обезьяны, львы, леопарды, слоны, носороги, гиппопотамы, подплывающие чуть ли не к самому гребню водопада. Все это уже в прошлом. Экзотические животные из района водопада исчез­ли навсегда. По подсчетам профессора Б. Гржимека, во всей Африке осталось 10% животных против того, что было сто лет назад (В Таиланде (Юго-Восточная Азия) за последние пятьдесят лет численность слонов сократилась со 100 тыс. до 2600—4500, т. е. в 20—30 раз; площадь джунглей за 40 лет сократилась с 70 до 20% территории страны, т. е. в 3,5 раза). Все виды транспорта доставляют к водопаду Виктория множество туристов, но животных они могут уви­деть только в заповедниках.

Густой тропический лес окружает и водопад Игуасу в Южной Америке. Растительность там великолепна: орхидеи фантастической окраски и форм, веерные пальмы, бамбуко­вые розы. Пунцовая почва, голубое небо, белоснежные облака, разноцветные колибри, броненосцы, дикий апельсин и туканы — все это создает неповторимое обрамление искря­щейся диадемы великих водопадов. Никакие ухищрения современной кибернетической радио-кино-цвето-фото-музыки никогда не смогут заменить человеку Природы! Под струями водопадов Игуасу вьет гнезда птичка рорис. Как красный скворец у водопадов Африки, рорис молнией пронзает кипящие струи. Даже птенцы этой птицы умеют безошибочно находить незаметные издали для глаза человека щели в водяном занавесе. Под щит водопада врагу не проникнуть!

В Японии у водопадов растут хризантемы, в стране существует, своеобразный культ этого цветка. Японские цветоводы вывели особый сорт плакучих хризантем — «Каскадный цветок». Свисающие со стебля лепестки-ленты этого цветка действительно создают впечатление пенного водного потока, каскадом обрушивающегося вниз. В созда­нии этого цветка отразилось извечное стремление народа к красоте, желание сделать жизнь совершеннее.

Водопады Лесото в Южной Африке повсюду оттеняет красная трава.

Природа вокруг наших водопадов, естественно, значи­тельно скромнее, и все же многие места, окружающие водопады, очень необычны и живописны. «Роскошные цвету­щие поляны высокой травы, живописные кедры, разросшиеся на свободе, свежая зелень березняка и дикие, разукрашен­ные снегом скалистые вершины Кинзелюка, водопад, срыва­ющийся с этих скал,— все это вместе действительно так красиво…» — писали впоследствии в своей книге «Два года в Саянах» Ал. А. и Ан. А. Федоровы. Весьма интересный уже описанный нами эндемик — лагодехская генциана, стебли которой, покрытые сине-голубыми цветками, как живые настенные бра, свисают с утесов, окружающих водопады Лагодехи в Грузии. У водопадов рек Памира растет особая разновидность тополя — тополь водопадный (populus cata­racti). Оба эндемика занесены в Красную книгу флоры СССР в числе редких и исчезающих видов растений (44).

Интересно, что гул водопадов, оказывается, неодолимо притягивает тигров: они подходят к их вершине и подножию, кружат и кружат вокруг них. Это явление подмечено и у нас в Приморском крае, и в других странах, например в Индоне­зии.

Купание медведя под одним из водопадов Тебердинского государственного заповедника (Кавказ) наблюдала биолог Ф. М. Воробьева. Под падающими струями медведь стоял на задних лапах, передними разбрызгивал воду, кряхтел от удовольствия, как человек. В период работы над книгой о водопадах полным откровением для меня было открытие синей птицы. Не в переносном смысле, а в буквальном. Оказалось, синяя птица — это не просто символ далекой, несбыточной мечты, а вполне реальная птица. Это лиловый дрозд, по-латыни Myophonus caeruleus, населяющий горные ущелья с ручьями и водопадами. Своим громким свистом он перекрывает шум даже крупных водопадов, как будто находит в этом удовольствие. «Волшебная флейта синей птицы»… Такой пернатый спутник попался мне у Арсланбоба в Киргизии, песню его я слышал и в Хаджи-оби-Гарме в Таджикистане. Во всех орнитологических справочниках этот дрозд так и называется — синяя птица. Птица цвета воронова крыла с лиловым отливом. Она часто вьет гнезда в нишах под водопадами. Синяя птица — редчайший вид орнитофауны Средней Азии. Какой издевкой над мечтой человечества о лучшем будущем прозвучало сообщение о том, что ЦРУ назвало варварские опыты над людьми кодовым названием «Синяя птица»!..

Урочище Джеты-Огуз («семь быков») находится в Иссык-Кульском заповеднике. Скалы ущелья кирпично-багрового цвета, из неравномерно-зернистого железистого песчаника, по форме напоминают то ли быков, вставших на колени, то ли фантастические слоеные торты. После дождя лужи воды там кажутся кровавыми. Подобного уникума нет ни в Крыму, ни на Кавказе. Цветное фото не дает даже приблизительно­го представления об этом феномене природы, его нужно увидеть. Джеты-Огуз — курорт, расположенный на южном берегу знаменитого озера, километрах в двадцати к юго-западу от г. Пржевальска. В Джеты-Огузе я впервые увидел оляпку (Cinclus cinclus). Эта бойкая птичка-водолаз длиной около 20 см встречается во всех частях света к северу от экватора. У оляпки белое брюшко, серый верх, птица исключительно проворна. Отыскивая пищу, остается под водой до двадцати секунд. Даже зимой не боится нырять под лед и бегать между полыньями! Как синяя птица, рорис и красный скворец, гнездышко свое оляпка часто устраивает под защитой падающей воды. Описаны случаи, когда ее яйца от близкого соседства с водой даже портились…

Способность лососевых и других рыб преодолевать водо­пады прыжками до 3 м высоты была использована лифлянд­ским герцогом Якобом еще в первой половине XVII в. По распоряжению герцога вдоль гребня водопада Румба на Венте были сооружены десятки козел с подвешенными к ним садками. Повинуясь извечному инстинкту продолжения рода, требующему движения вверх и вверх против течения реки, лосось и рыбец, взвившись над гребнем Румбы, не достигали верхнего бьефа, еще в воздухе попадая в расставленные рыбаками садки. До ста самых крупных рыбин отправляли в Елгаву к столу герцога. На жителей окрестных селений была возложена повинность: ежегодно в середине мая выделять по одному работнику для сооружения козел, садков и ловли рыбы. Подобный способ добычи речной рыбы в воздухе был, вероятно, единственным в то время не только в Европе, но и в мире.

Форель поднимается вверх по водопаду на высоту 3—4 м у самой стенки каменного уступа. Резкими движениями тела она поднимается как бы по этажам и в конце концов взбирается на гребень водопада. Угри, встречая на своем пути водопад или какое-либо другое непреодолимое для них препятствие, выползают на сушу и, извиваясь, как змеи, обходят водопад по берегу реки.

При описании водопадов мы уже упоминали клиноцеру. Эти маленькие мушки живут у водопадов не только Кавказа, но и Карелии, Карпат, Аляски, Алжира. Биолог В. Ковалев называет их «самыми смелыми насекомыми на свете». Они отважно бросаются в кипящие струи падунов и вылавливают попавших туда злейших врагов человека и животных — личинок и мошек гнуса. Клиноцера может и должна быть использована в качестве биологического средства борьбы против гнуса, так досаждающего жителям Сибири и Дальнего Востока. Работы в этом направлении ведутся непрестанно.

Есть еще одно любопытнейшее существо, имеющее отно­шение к нашей теме. На влажных камнях, во мху у водопадов встречаются маленькие «насекомые» — тихоходки (Tardigrada) размером около 1 мм. Медленно-медленно, как микроскопическая черепаха, передвигается это существо, которое ученые и насекомым-то не считают, а выделяют в самостоятельный примитивный класс, близкий к членистоно­гим. Чем же заинтересовала тихоходка науку? И какую — космическую биологию, занимающуюся проблемами анаби­оза! Тихоходка, это микрочудо природы, как оказалось, будучи высушенной, не теряет способности к оживлению, как правило, до двух лет. В «сушеном» виде чрезвычайно устойчива, например, выносит перепад температур от -270 до +150° С, несколько месяцев может находиться в чистом водороде. В Италии были оживлены тихоходки, пролежавшие во мху, извлеченном из пробирки, запечатанной 120 лет назад!